Глава 36. Полина

И правда в ванную пошёл. Фыркал там, плескался. Я все думала о том, как же он там умещается, в моей крошечной ванной. И старательно пыталась не представлять его голым, но все равно выходило так себе. Да и я только раньше знала его тело от и до, самое родное любимое, да только он тогда был юнцом, а сейчас взрослый сильный мужчина. Совсем другой.

Аринка проснулась. Потянулась сладко, всем телом, потом поняла, что меня рядом нет, рассердилась. Взяла её на руки маленькую, тёплую, прижала к себе, приложила к груди, пока Кирилл из ванной не вышел. Смешно стесняться отца своего ребёнка, но это было сильнее меня. Даже не стеснение, а один из последних барьеров, за который я держалась, теперь, когда Кирилла стало так много в моей жизни.

— Жрать есть что-нибудь?

В моем халате вышел из ванной. Он был большим, но у Кирилла из него торчали колени. И смешно, и волнующе, и в корне неправильно.

— Там стейки есть. Ты покупал. Пожарь.

— Вот ещё, сам жарить буду. Я что за бесплатно тебя охраняю? За еду, дорогая.

— У меня Арина.

Она уже поела, но спать обратно не собиралась. Собиралась быть на ручках и по сторонам глазеть. Если только на минутку положить в кроватку — сразу же кричать. Так горько, словно её навеки покинули.

На мою фразу Кирилл закатил глаза, подошёл ко мне, Аринку забрал. Я послушно пошла на кухню, прислушиваясь, станет ли дока плакать, недовольная заменой. Но её явно все устраивало — мне даже обидно стало. Достала стейки,  бросила в микроволновку размораживать. Почистила несколько картофелин, поставила жарить, на соседней сковородке мясо жарится. Подумала вдруг, что в обычных семьях так и происходит. Это норма. Даже у отвратительной Дарьи, наверняка, муж возится с ребёнком, пока она готовит еду. А у меня — нет. Только в качестве исключения, только сегодня. И никаких шансов удержать это навсегда. Слишком много всего. Слишком много моей лжи. Я так завралась, что просто не знала, как выйти из этой ситуации. Подойти и сказать — Кирилл, я тут всем наврала, и тебе, и врачам, поэтому имей ввиду, ты папа Арины? О боже, как он будет зол. Уйдёт ли хлопнув дверью? Один раз ушёл. На долгих семь лет. И не вернулся бы в мою жизнь даже на короткое время, если бы не происки судьбы. А тогда, семь лет назад, я не виновата была, пусть он и не верил мне. А теперь — виновата. Из-за гордыни и страха столько дел наворотила.

— Готово, — крикнула я.

Кирилл пришёл с Ариной на руках. Я забрала её у него, чтобы поел спокойно.

— А ты?

— У меня курица. Потом поем.

— Тебе нужно штуку эту купить, качалку автоматическую для детей, засунула туда и жри себе.

— Ага, обязательно куплю, — улыбнулась я.

Точнее — никогда не куплю. Кирилл все же не понимал реалий бедной жизни. Я могла покупать только то, что и правда необходимо. А без чудо качалки вполне можно было и обойтись, что я и делаю. Стоит та качалка космических денег.

— Вкусно, — кивнул Кирилл. — Когда готовить научилась?

— Я же замужем была, — напомнила я.

И сразу на маленькой кухне повис холод. Кирилл полоснул по мне ледяным взглядом, покачал головой. Собака на сене. И себе не надо, и другим нельзя. Вздохнула. Арина почувствовала перемену атмосферы, закапризничала, я ушла с ней в комнату.

И где ему стелить? Я не хотела, чтобы он ночевал в моей квартире. Но и страшно боялась, что уйдёт, оставив меня один на один с ночью, и всеми теми, кого она может мне привезти. Я очень боялась незваных гостей, а Кирилл мне виделся бетонной стеной, за которой можно спрятаться. Пусть ненадолго. Дарья отступит, мама выздоровеет и мы снова сможем жить спокойно. Главное дождаться перечисления этих денег, а потом маминой операции.

— Такая она у тебя засоня, — удивился Кирилл. — Идеальный ребёнок.

Я снова вздохнула — вечер наступил. Сейчас выспится, ночью покажет, где раки зимуют. Ребёнок спал, я приняла душ сама, поела свой нехитрый ужин, попила чаю, стараясь не прислушиваться к тому, что делает Кирилл. Всё равно слышала — слишком маленькая квартира. Я слышала даже его дыхание. И очень боялась, что он сможет услышать мои мысли, такие они громкие, такие отчаянные.

— На полу постелю, — нерешительно сказала я.

Кирилл кивнул не отрываясь от телефона. Что-то он там напряжённо смотрел. Вспомнила вдруг о подруге, которая жаловалась на то, что её мужик отслеживает сотни баб в соц сетях. Может Кирилл тоже сидит в моей квартире, а сам любуется на женщин? Наверное любая станет его, стоит только поманить…

Постельного белья у меня было не много — мне и не надо. Подушки, к счастью две, вторая мне нужна была, чтобы обнимать, когда уснуть не могу. Свернула пушистый плед с пятном какашки вдвое, чтобы было мягче, постелила на пол. Накрыла простыней, бросила подушку. Полноценного одеяла второго не было, постелила пододеяльник, а сверху детское одеяльце, Арина все равно им пока не пользуется. И смехи грех вышло.

— Как то так, — позвала я Кирилла.

—Отлично, — отозвался он.

После упоминания мужа отгородился, совсем чужим стал. И пусть, так проще, так легче. Я легла спать в девять вечера уже. Потому что Аринка спит. А ещё потому, что находиться с Кириллом в одной комнате невыносимо, так хоть одеялом отгорожусь. Спрячусь в домике.

В дверь постучали я вздрогнула всем телом, сбросила одеяло круглыми глазами посмотрела на Кирилла. Изнутри топит страх, даже ужас скорее, вдруг он не сможет помочь, вдруг из-за моего упрямства у меня заберут мою девочку?

— Вещи привезли, — тихо сказал Кирилл. — Не могу же я все время в твоём халате ходить. Извини, не предупредил, не подумал, что испугаешься.

Спряталась снова под одеяло. Пытаюсь унять стук сердца, слушаю, как шелестит пакетами Кирилл , переговаривается с кем-то. Закрыла глаза. Всё хорошо. Я не одна дома. Аринка спит. И мне бы надо спать. Думала, не смогу уснуть, но и дни и ночи были тревожными, сон сморил быстро.

Проснулась от того, что проснулась моя идеальная девочка. Засоня, как подумалось Кириллу. Не плакала ещё, кряхтела, ерзая, набираясь сил для предстоящего соло.

— Ну-ка, не надо нам тут криков, — тихонько сказала я, беря её на руки. — Видишь, спит, устал…папа.

Папа произнесла таким тихим шёпотом, что и сама не расслышала. Аринка почуяла моё тепло, закрутила головой, пытаясь отыскать грудь. Подгузник тяжёлый, поняла я. Надо менять.

В комнате темно, едва угадываются силуэты. Свет включать жалко — спит же. Прошла на кухню осторожно, чтобы на Кирилла не наступить, там свет и включила. Переменила ребёнку подгузник, накормила. Надеялась, что уснёт, но не тут-то было.

Заглянула в комнату, там Кирилл спит, накрыв попу детским одеяльцем. Смешной. Полюбовалась мгновение, а потом Аринка начала плакать. Сжимала кулачки, тужилась, напрягалась телом выгибаясь, снова животик. Меня уже не пугало все подряд, я уже немного опытная. Взяла на руки, принялась ходить туда сюда по кухне. Не особо помогло, да и грудь выплевывала.

— Это она каждую ночь так скандалит? — спросил стоящий в дверях кухни Кирилл.

— Да, — с грустной улыбкой признала я. — Врач сказал, потом легче станет.

— Давай сюда.

Я не хотела отдавать. Просто потому, что неправильно это. Я ему лгу. Я пользуюсь им. Но…мне сложно было ему противостоять. Отдала. В комнату ушла. Лежала, слушала, как Кирилл с малышкой говорит. Как со взрослой, только ласково. Тихо, слов не разобрать почти. Он с ней нянчится, и Арина затихает потихоньку. Я лежу, и слезами давлюсь. Может я и не мечтала больше о Кирилле для себя. Теперь мне хотелось Кирилла для Арины. Вот именно такого папу…

Проснулась я от звуков шагов. Вздрогнула от неожиданности — в полутьме Кирилл стоял прямо над моей постелью, нависая сверху.

— Возьми мелкую, —попросил он. — Там гости.

 Я тревожно прижала к себе дочь, она закряхтела протестуя, сквозь сон. Дверь открылась резко, раздался звук падения. Тихие вскрики, звуки ударов. Мне — страшно. А потом Крирлл запер дверь и вернулся.

— Может полицию вызвать? — спросила я.

— Спи спокойно. Сегодня никто больше не придёт.