Глава 49. Полина

Я наконец смогла встретиться с Катькой. Подруга была на меня обижена, и смотрела так, словно подозревала меня во всех смертных грехах.

— У тебя кто-то есть, — сказала она обвиняюще. — Я рада, Полин, но учитывай, что у тебя есть ребёнок, ты должна выбирать мужчину ответственно…

— Потом расскажу, — обещала я. — Правда. Скоро. Посидишь с малой, я в больницу быстро? Она сытая и спит. Только без фокусов!

Катька кивнула и я полетела по привычному маршруту. Вызвать такси, аптека, супермаркет. Одна радость — мне деньги перевели. И на лечение маме хватало. А ещё я продала все филодондероны и чувствовала себя почти миллионершей, пусть все деньги и уйдут, все равно было приятно.

— Мамуль, Арина с Катей, я спешу, — расцеловала я её в обе щеки. — Настраивайся скорее выздоравливать и выписываться домой.

Спешила я сильно потому, что хотела заскочить ещё и к Мише. Я успела подать на развод, но не развестись, и по факту ещё являлась опекуном ребёнка, поэтому меня без проблем пропускали. О том, чтобы взять ребёнка на руки и речи не шло — операцию сделали только несколько дней назад, мне и входить к нему не разрешали, чтобы не натащила микробов. Но платная палата имела прозрачное окошко, в которое я и бегала смотреть, словно это имело для ребёнка хоть какое-то значение. Для меня — имело.

Сегодня меня поджидала неожиданность. У окна стояла мам Кирилла. Ко мне она приходила, но здесь я её увидеть не ожидала.

— Я должна его принять, — пожала плечами она. — И работаю над этим.

А я решилась задать вопрос, который мучил меня уже так давно.

— Как вы догадались, что Арина дочь Кирилла?

— Ты ждёшь чего-то душещипательного? Нет, не будет. На Кирилла она конечно похожа, но только если знать о родстве и искать эти черты специально.

— Тогда как?

Женщина улыбнулась и покачала головой.

— Она почти один в один Лена во младенчестве. Морщишься? Её есть за что не любить, признаю, но она моя дочь. И не жди подвохов от генетики, у нас она отменная, да толку. Я слишком сильно растворялась в работе, я упустила Лену, я это признаю. Я многого ей не дала, и понимаю это только годы спустя. Не повторяй моих ошибок. Ты не обязана отдавать ребёнку всю себя, забывая о своей жизни, но если ты привела дитя в этом мир, ты обязана быть ему матерью.

Сказанные ей слова долго крутились у меня в голове. Думала и понимала — и правда дочь похожа на родную тётку, как я раньше этого не видела? Но этот факт мне придётся просто принять, не могу же я разлюбить своего ребёнка просто потому, что она похожа на человека, который мне не нравится.

Я крутила эту мысль и так, и эдак по дороге домой. Зашла снова в магазин — жизнь с ребёнком научила меня ходить за продуктами и нужной ребёнку ерундой всегда, когда только есть возможность, ибо неизвестно, как сложится завтрашний день. Лифт привычно не работал, я даже не стала роптать на судьбу. Просто вздохнула и шаг за шагом покорила эту лестницу.

Кирилл сидел на ступенях моего этажа, видимо, Катя не пустила его в дом, и я прекрасно её понимаю. Он был ужасно не брит. Сколько не брился , неделю, больше? Мы не виделись десять дней. В глазах усталость. От внешнего доска мало что осталось, наверное он прячется где-то под щетиной.

— Привет, — тихо сказал он.

— Если бы ты ждал меня внизу, мне хотя бы пакеты тащить не пришлось бы, — вздохнула я и опустила пакеты на пол у ног. — Что тебе нужно?

— Соскучился.

— Ну-ну.

— Правда.

Я села на ступеньку рядом. Весна уже началась, но чисто символическая — всю ночь снег шёл. Слушаю его дыхание, и сердце заходится от того, что так рядом он. Глупая. И жалко мне его, и обнять хочется, и по щеке небритой погладить, но ничего этого я делать не буду. Прожитые годы все же добавили мне мудрости хотя бы обуздывать глупые желания.

— Я на развод подала.

— Я знаю. Мне извещение пришло… Полин, я Мишку хочу усыновить, как только службы опеки позволят. Мне одному не дадут ребёнка. Выходи за меня обратно замуж, а…

— Нет, — твёрдо сказала я. — Я хочу, чтобы у Мишки все было хорошо, но ты пытаешься марипулировать мной с помощью ребёнка. Это нечестно и неправильно.

— Но попытаться то стоило…

Молчим снова.

— Я знаю, что ты не изменяла мне с Агаповым.

— Неактуальная информация, я за ним три года замужем успела побыть с тех пор, — отмахнулась я. — Припозднился ты. Ладно, я домой пойду, мне ребёнка кормить пора.

Встала, теперь он сидел прямо у моих ног. Хотела уйти, но поймал за пуховик и не пустил.

— Я идиот. Ты просто так за меня замуж выходи, Полин. Потому что я люблю тебя и все время любил. Я без тебя не могу.

— Теперь ты манипулируешь моей жалостью.

— Черт, — не очень опечалился он. — Тогда выходи за меня замуж, потому что сама меня любишь.

— Прям люблю?

— Любишь же… — глянул он искоса. — Потому что я люблю тебя, ты любишь меня, это единственно правильно и верно навсегда. Представляешь, сколько горшков с цветами влезет в мою квартиру? Только ради этого стоит выйти за меня замуж. А Аринку я приму, кто её отец роли никакой вообще не играет, я её уже люблю, и по ней тоже скучаю, и по Ваське…

Я его руку со своего пуховика стряхнула, и чуть в сторону шагнула, едва не споткнувшись о пакет с покупками.

— Ты и правда идиот, Доронин. Твоя она.

— В смысле?

— В прямом. Твоя дочь.

Закрыл лицо руками и сидел так пару минут, а я уйти не смела и реветь почему-то хотелось отчаянно.

— А почему ты…хотя какая разница. Ты права, идиот. Заслужил. И что мне теперь делать?

— Ты ещё можешь попробовать убедить меня забрать заявление о разводе…

Отвернулась от него и пошла к квартире, пряча улыбку в воротнике куртки. Кирилл, шелестя пакетами, сзади. Катька открыла дверь, глаза удивлённо округлила. Я подумала — как же хорошо. Катьке можно больше не врать. Кириллу тоже. Красота. Осталось маме признаться, только подожду, когда после операции оправится, чтобы у неё хватило сил меня и Кирилла тапком по квартире гонять.