Глава 22

— Ага… — произношу односложные ответы в трубку, чтобы Алиса не подумала, что болтает сама с собой. — Ага…

Аккуратно спускаюсь по лестнице университета, радуясь, что Лиса позвонила после пар, а не во время, как в прошлый раз. А потом ещё обиделась, что я сбросила вызов.

— Вот! Мой план почти удался! Ещё немного и они будут вместе! — радостно заканчивает и я мысленно сочувствую Мириам и Алиму, дяде Алисы. — Скоро у них будет любовь, — довольно тянет. — Большая! Вот выдам всех подруг замуж за своих дядей и буду жить припеваючи, — мечтательно вздыхает.

— А может они как-нибудь сами? — аккуратно предлагаю. — Ну, понимаешь…

— Некогда мне ждать! — восклицает и, судя по кряхтению, встаёт на ноги. — У меня время ограничено! Скоро рожать, а там уже не до любви будет, и не до свадеб ваших! Так что приходится всё самой поторапливать. Карим, кстати, тебя не обижает? Ты, если что, мне говори! Я ему устрою! По-семейному!

— Не обижает, — смеюсь, представляя, как Алиска запыханная прибегает из Франции. Вбегает в наш дом и начинает душить моего будущего мужа. Она может. Она такая. — Наоборот, бережёт! Вчера на УЗИ опять были. Опять смотрели на малышку нашу. Ничего ещё не понятно, а Карим говорит, что красотка. В меня.

— Ой, красиво поёт! — радостно тянет подруга. — Ну, значит, всё у вас хорошо! И я спокойна. Карим хороший мужик, я знаю. Не знаю говорил тебе Карим или нет, но твоя мама не первая его жена. Первую Машей звали и она… кхм… умерла. В общем, Дана говорила мне вчера, что после её смерти Карим в себя ушёл, а рядом с тобой и ребёнком стал в себя приходить. Хочет к вам на днях с тортиком зайти и поблагодарить тебя. Дана счастлива, что её брат, наконец, оживает. А я счастлива, что ты вся с ним светишься. Мне нравится! Одобряю! И благословляю, как твой учитель и мамочка, вашу парочку.

— Спасибо! — хохочу и машу рукой Назару.

Карим теперь заставляет его меня подвозить и увозить из университета. Присматривать за мной, пока отец моей дочери занимается строительством нашего дома. Но чаще всего Карим сам меня забирает и отвозит.

Но сегодня, видимо, не смог.

Ну, компания Назара мне тоже приятна. Он очень начитанный и интересный собеседник. Чем-то дедушку напоминает. И историй у него из жизни очень много. Мы довольно часто общаемся дома, и Назар рассказывает о себе. Только девушки у него нет, но всему своё время.

Мысленно делаю себе пометку зайти в магазин и купить что-нибудь к чаю. От многого меня сейчас тошнит, поэтому приходится выбирать. От кремов меня выворачивает. А в торте точно будет крем.

— Кать, давай позже перезвоню! Папа звонит! — говорит Алиса и тут же отключается.

Расслабленно вздыхаю и прячу телефон в карман, продолжая идти к Назару. Тот о чём-то спорит по телефону… с девушкой? Ого! А вот это уже интересно.

Надо будет устроить ему расспрос. Хочу знать, кто покорил сердце сурового помощника Карима. Там, наверное, суперженщина.

Но узнать подробности разговора мне не судьба. Потому что у самой машины меня перехватывает другой водитель.

Рядом с машиной Назара паркуется спорткар Рустама, который сегодня утром предупреждал меня, что заедет за мной после пар, чтобы поболтать и… в очередной раз расспросить, как там Алиса. А я забыла предупредить Назара и Карима, что они могут не ехать за мной. Мы с Рустамом чай пить будем и мороженое есть.

Чёрт!

Забывчивая какая-то стала.

— Рустам, я забыла… и Назар приехал за мной, — сдаюсь парню. — Может дома поговорим? Обещаю что-нибудь испечь.

— Назар! — окликает помощника Карима Рустам и отвлекает его от разговора. — Я заберу Катю?

— Ага, — кивает тот и продолжает свой разговор, рыча на собеседника.

— Ну вот, я всё решил! — берёт меня за руку и помогает сесть в свой автомобиль, затем садится сам.

В итоге решаем всё же ехать ко мне. Идея с домашней выпечкой пришлась парню по вкусу. Знаю я его любовь к обычным оладьям. А если ещё сверху сиропом… Мммм…

Кстати, о сиропе. Хочу клубнику. Свежую.

Половину дороги Рустам спрашивает об университете, моих делах. О том, что врачи говорят. Не обижает ли меня кто в университете. Показывает братскую заботу обо мне, вынуждая улыбаться без остановки.

Блин! Всегда завидовала Алисе, потому что у неё был брат. Рустам.

А теперь он почти моя семья. Мой… племянник? О боже!

Пусть будет братом! Лучше братом!

Я не хочу быть тётей Алисе и Рустаму. Это как-то… странно.

А оставшуюся часть пути парень решает использовать для более интересующих его вопросов.

— Алиса звонила? — спрашивает как бы между делом.

— Ага. Всё хорошо у неё, — сдерживаю улыбку.

— Парня себе ещё там не нашла? — интересуется, прокашлявшись и сильнее сжав руль. По побелевшим костяшкам понимаю, что дело дрянь.

— Ну… как тебе сказать, — начинаю, отведя взгляд в сторону, а затем на свои ноги.

Нашла она себе парня. Только вот… он у неё в животе. Мальчик у подруги. Недавно УЗИ делала и сто процентов мужчинка.

— Нашла, значит, — полувздыхает, полурычит Рустам, сделав свои выводы. — Надеюсь, она там счастлива и он… будет аккуратен. Не обидит.

— А она?.. Любит его? Что-то серьёзно или так? По мелочам?

— А может тебе позвонить ей и спросить? — предлагаю ему, протягивая свой телефон. — Узнаешь всё и перестанешь играть в кошки-мышки?

Ну, правда, надоело! Алиса у меня про Рустама спрашивает, а он меня про неё. Я как телефонист!

Пусть звонят и сами друг с другом разговаривают, упрямые!

Достало! Я уже и так и сяк пыталась их сблизить, а они каждый раз собачиться начинают.

— Эй, ты чего? — Рустам взволнованно дотрагивается до моей руки, пытаясь привлечь моё внимание обратно. Я, скрестив руки, отвернулась к окну и смотрю в него. Обиделась. Понимаю, что сорвалась из-за гормонов, но ведь правду сказала. Кошки-мышки. — Я же просто спросил, — оправдывается парень. — Не дуйся, Котёнок.

— Скучает она, Рустам! Скучает! И по тебе тоже, — не выдерживаю и решаю говорить прямо. Высказать всё в лицо. — И ты скучаешь! Поэтому о ней спрашиваешь так часто. Может уже перестанете ломать комедию?

Смотрю на его профиль и замечаю, как сжимаются челюсти. А в глазах борьба за то, чтобы признать свои чувства или вновь спрятать их поглубже.

— Рустам, её сейчас никто лучше тебя не поймёт. Она одна. В чужом городе. В чужой стране. Без папы, который её всегда оберегает. Без мачехи, которая советом помочь может. И даже без тебя, кто всегда её защищал, — продолжаю доносить до него очевидное. — Это может, Алиска игнорировала всегда, а я думаешь, не знаю, кто в школе её парней за школой дубасил? Кто всех её обидчиков знакомил с асфальтом? И про то, что ты намеренно в себя всех стервочек школы влюблял, чтобы они Алиску любили? Потому что она твоя сестра.

— Скучаю, да, — не отпирается парень, в отличие от своей упрямой сестрицы. — Скучно без неё дома. Побесить некого. Да и переживаю за дурёху эту. Она как ребёнок для меня.

— Так поезжай к ней! — предлагаю ему, чувствуя контакт с Лапиным. — Чего тебе стоит? Возьми билет и рвани к ней на пару дней. Вам хватит и двух дней, чтобы на третий вы пошли в ЗАГС. Знаешь… вам будет о чём поговорить…

— Кать!

— Я знаю, что вы тогда в клубе на её дне рождения переспали! — выпаливаю, как на духу. — И давай не отпирайся, что вы только брат и сестра. Не во вкусе друг друга и бла-бла-бла! Скучно и тошнит оттого, что вы оба в это верите. Когда люди — брат и сестра, их не тянет друг на друга. Даже под воздействием эмоций.

— Лучше бы я не заводил эту тему! — раздражается Рустам, вновь спрятавшись в свою скорлупу.

Ой, дура-а-ак!

Дайте мне силы до момента, когда они, чёрт возьми, поймут, что созданы друг для друга. И ребёнок для Рустама не станет преградой. Лапин детей любит. Очень.

— Рустам, мой тебе совет, поезжай к ней! Поговорите и… знаешь, из вас выйдет хорошая семья.

— Мы уже семья, — произносит твёрдо, намекая, что разговор окончен.

М-да уж!

Повторюсь: боже, дай мне сил! Терпения! И нервов!

Я быстрее поседею с этой парочкой, чем дождусь, пока они сойдутся.

— Рустам… — напряжённо тяну, глядя на толпу людей перед нами. Около ворот дома, в котором я живу. — Что это?

— Люди, — тянет так же настороженно, как и я. Замедляется и смотрит вперёд. — Другой вопрос: что они делают около твоего дома… Есть догадки?

— Не-а, — мотаю головой легонько. — А может, что-то с Каримом?

— То Назар бы нас предупредил, — резонно отмечает Рустам. — Значит, что-то другое. Может, свидетели какой-нибудь веры. Пришли Карима призывать вступить в их ряды?

— Не смешно.

— Согласен.

— Рустам, они смотрят на меня, — произношу и вжимаюсь в кресло, пытаясь спрятаться от них. От камер. От микрофонов.

Что, чёрт возьми, это значит?

— Кать, они нам дорогу перекрыли, — говорит Лапин, глядя на репортёров, возникших прямо перед нами. Даже сдвинуть машину назад не может. Уже окружили. — Мы не заедем на территорию дома. Мля, машину поцарапают, гады!

— И? Что нам делать? — спрашиваю его.

— Сдвинемся к воротам, а там охрана тебя щитом в дом запустит, — говорит посерьёзнев.

— А ты?

— Я и сам могу пройти, а вот если тебя пихнут в живот случайно, то Карим их всех убьёт. А мне дядя каторжник не нужен.

— Рустам! Я боюсь!

— Всё будет хорошо, — берёт мои руки в свои, успокаивая. — Сейчас выйду я, а потом обойду машину. Вместе с охраной выпустим тебя из машины. Сама сиди и даже не рыпайся! Ясно?

— Ага! — киваю активно и следую его указаниям. Выхожу из автомобиля, только когда Лапин подходит. Охрана тут же окружает меня, а Рустам ещё и приобнимает, загораживая собой от «чаек».

— Екатерина, скажите, а это правда, что отчим совратил вас? — кричит кто-то из толпы, перекрикивая остальных. — А это правда, что вы носите ребёнка своего отчима?.. Правда?.. Он насиловал вас? Карим… Дети… Закон… Суд… Совратил… Беременна… Держит вас насильно?.. Хочет отобрать ребёнка?.. Соблазнили отчима…

Шокировано округляю глаза, но продолжаю идти. Не хочу слушать этот ужас и их ужасные слова, которые оглушают одно за другим.

Толкнув меня за ворота, Рустам выходит к репортёрам, которым даже удалось несколько раз схватить меня за руку или за плечо.

За воротами до меня доносятся лишь его слова.

— Всё это частично ложь! — кричит Рустам. — Екатерина вынашивает нашего с Каримом ребёнка! Мы давно хотели сына, и наша мечта осуществилась. Всё! Конференция окончена!

И входит ко мне, тут же обняв меня и продолжив вести в дом.

— Зачем ты? — шепчу, прижимаясь к нему. — Они же теперь подумают ещё хуже про Карима.

— Немного дезориентировал их. Да и такие новости веселее читать, Котёнок! Но мать меня убьёт. Да и дядя! Репутация дяди точно испорчена. Вряд ли ему теперь тот проект доверят, о котором он мечтал. Такой скандал… Связь между отчимом и падчерицей. М-да… дела-а-а…