Глава 34

Воздух вибрировал от множества звуков, которые сотрясали мир, и реальность, казалось, тоже дрожала. Огромные валуны падали в воду, деревья вырывались с корнем и летели вниз, сметая всё на своём пути. Земля осыпалась, и треск становился всё громче, заставляя капитана джонки с опаской поглядывать за спину, крепко вцепившись в штурвал. Крупная волна, поднятая землетрясением близ острова Кахут, вызывала немое благоговение перед стоящими на борту моряками. – Что рты разинули? – крикнул капитан. – На вёсла, живо! Разворачиваем корабль, пока рангоут не смыло вместе с парусами. Пойдём на гребне! – На вёсла! – повторил приказ старпом, сложив руки рупором. – Все на вёсла! Закатав рукава, наружу вышел Чарди Шилд. Его главная задача – спасти императора – выполнена. Крикан IV не только спас Селима Отто из-под рушащейся лаборатории, но и указал Норуэ путь, где забрать беглецов. Поразительно, но в одной из пещер небольшого грота собралась целая толпа освобождённых заключённых. Феи были среди них. Сразу две милые крылатые маленькие девушки в рваных платьях поддерживали жизнь в императоре Дилоуна, колдовали над ним до тех пор, пока за дело не взялся военврач. Отца Лукреции успешно перенесли на нижнюю палубу, в каюту, где сейчас и проходила операция по извлечению пули из воспалённого плеча. Двое мистаров вышли вслед за контр-адмиралом и послушно отправились к вёслам, не реагируя на приказы старпома. – Куда эти доходяги собрались, одни рёбра? – Рук свободных не хватает, – ответил он, но его слова потонули в грохоте, звучащем вокруг. – Накроет волной – будет уже не до вопросов! Все дружно отправились по своим местам, чтобы скорее развернуть корабль по направлению к надвигающемуся цунами. Как вдруг громкий утробный гул заставил их в испуге устремить взор туда, где среди обломков небольшого острова показались очертания гигантских когтистых лап земноводного чудовища. – Ящерица? – спросил кто-то. – Черепаха… – изумлённо ответил Чарди, припоминая пророчество Апперчи Ди Лоуна. – Первая вспышка… и одна каменная черепаха придёт в движение. Вторая… – И сразу две окаменелости разобьют свои оковы в день свадьбы, – добавил за него старпом. – Не время! На вёсла! – напомнил он, едва опомнился раньше остальных. Команда послушно исполнила приказ, и каждый занял свой топчак, упираясь ногами в специальные педали, которыми приводили в движение гребные колёса и короткие подводные вёсла. – У-у-у-а-а-а-а! Громкий гул повторился с новой силой. Ещё несколько крупных камней упало в воду, увеличивая приливную волну многократно. – Раз, два! – кричал старпом. – Раз, два! Выйдя на палубу, Крикан IV быстро оценил ситуацию. Он опустился на колени и начал молиться богине Йоре, умоляя её о милости к простым смертным. Если бы на борту было трое жрецов, они могли бы отвести волны в стороны и спасти корабль. Но, к сожалению, их не было. Одна надежда на мастерство капитана и удачу, которая до сих пор им сопутствовала. – Пол румба к югу! – подгонял капитан, правя штурвалом. Большая тень нависла над кораблём, грозя вот-вот поглотить корабль в морской пучине, подобно голодному зверю, широко разинувшему пасть. Но вот окаменелая черепаха махнула хвостом, и крупный кусок скалы упал вниз с грохотом, разрезая гребень волны на две части, аккурат по направлению движения корабля. Тотчас новый гребень поднял джонку на высоту и понёс вперёд с огромной скоростью, заставляя команду корабля в ужасе жаться к перилам, чтобы попросту не очутиться за бортом среди толщи воды и морской пены, отправляясь прямиком на самое дно глубокого Лазурного океана. * * *Вернувшись к себе в кабинет, Ренцо надеялся поскорее заслушать утренние доклады о расследовании дела о складах с оружием, ревизии в оружейных палатах и ситуации с продовольственными поставками во дворце, прежде чем покинуть это удушающее место, встретив Люку на пути к лифту, как и было запланировано ранее. Однако этому было не суждено сбыться. – Адмирал, – отдал честь разведчик, дожидаясь начальство подле стола в кабинете. – Надо бы оборудовать комнату диваном, – усмехнулся Ренцо. Его лицо тотчас приняло серьёзное выражение, едва он увидел напряжение во взгляде. – Мы нашли тайники и вместе с тем недостачу в оружейных. – Цифры? – Десять длинноствольных оружий, пятьдесят два мушкетона для стражей, штыки и кинжалы до сих пор считают. – Это разница между найденным в тайниках и недостачей в оружейных? Но разведчик в ответ покачал головой. – В тайниках мы нашли золото, яды и куски застывшей гуттаперчи. Мне кажется, это имеет непосредственное отношение именно к вам. Указав себе за спину, разведчик позвал: – Заноси, Стром. В этот миг из тайного прохода показался мужчина, облачённый в форму тайной охраны, и внёс в кабинет большой ящик, забитый доверху всяческими инструментами. – Что это? – Это скребки, шпатели, лезвия и формы для отливки гуттаперчи. Кисточки и краски телесного цвета. Найдены на третьем ярусе, близ восточных лифтов. – Ставь сюда, – кивнул адмирал. – Где вы это обнаружили? Людей взяли с поличным? Кто-то есть в подозреваемых? – Никак нет. – Скверно. В таком случае не вижу смысла в том, чтобы нести это всё ко мне. Надо было установить слежку за тайником. – Мы так и сделали, сэр. Перед тем изъяли все эти инструменты перестраховки ради. – Что ж. Немного помолчав, Ренцо прошёл к ящику, склонился и стал что-то искать. – Готовые изделия есть? – Одна порванная, и у меня плохие новости, – вынув из кителя тонкую гуттаперчевую маску, он нехотя протянул её адмиралу. – Судя по всему, это ваше лицо. Испорченная заготовка, один из вариантов, не доведённый до конца. – Почему ты так думаешь? – Губы здесь не закрашены. Бежевые. – Может быть, их красят, когда маска надета на лицо, перед самым выходом, чтобы краска не отпечатывалась при надевании? – предположил адмирал, задумчиво глядя на протянутое гуттаперчевое изделие. – Хотя бежевый цвет хорошо застыл и не красит пальцы. Изумительное мастерство. – Уничтожить? – Нет, оставь, – адмирал махнул к столу, указывая на карту. – Будет козырем в оправдании перед императором, если меня снова обвинят в интригах и манипуляциях. А виновника надо найти и поскорее. – Но… – Говори прямо. – Если мы спугнули мастера-литейщика, того, кто изготавливал и носил эти маски, как нам искать виновника? Он может принять меры и затаиться. – Может, – сказал адмирал. – А может, попытаться сбежать. Или же получить иное преимущество. Обвинить меня в каком-нибудь преступлении на опережение. Ненадолго замолчав, Ренцо устремил взор к выходу, раздумывая над лабиринтом тайных коридоров Южного корпуса. – Фелма, чем она занята? Вчера, сегодня. Мне нужна вся информация о её передвижениях с тех пор, как она покинула меня коридором. – Стром, – позвал разведчик, оборачиваясь назад. А едва телохранитель вновь показался в комнате, тихонько уточнил: – Сколько людей охраняют апартаменты адмирала? Периметр? – Чисто. Императрицу мы намеренно пропустили, чтобы проверить действия Гжохи Стелло. Станет ли она действовать сообща или же остановит её. Адмирал молча слушал и не возражал, лишь устало окинул взором кабинет и нашёл своё любимое потрёпанное кресло. – Всё в подробностях, – проворчал адмирал. – Блазр гань-сафди Тойр. – Что? – Она посещала его вечером, задержалась на семь минут и вышла, недовольно кривясь. После этого вернулась в Южное крыло и долго сидела в оранжерее, прежде чем вернуться к себе в спальню. А сегодня утром император позвал её к себе. – И всё? – Нет. Стром поджал губы, не решаясь сказать прямо. – Что ещё? – Он назвал императрицу потаскухой. Стражи слышали отчётливо, но никто не решился сообщить об этом вам в рапорте, чтобы не накликать на себя гнев императора. – Молодец, – довольно выдохнул Ренцо. – Я тебя не сдам. Никто не сдаст. Строгий взгляд на контр-адмирала, тот кивнул. – Значит, она сейчас там? У моего отца? Или уже ушла? – Есть ещё кое-что, – ответил Стром. – Отпустив слуг, императрица в скором времени предстала перед ними в золотистом мужском халате, вызывая Блазргань-сафди Тойр от имени императора. Никто не осмелился противиться её приказу. – Она надела мужской халат? – задумчиво повторил Ренцо. – Что она задумала? – Смею предположить, ваш отец порвал её одежду в порыве гнева? – Вполне вероятно. – Немного помолчав, адмирал припомнил ещё кое-что. – И если предположить, что именно она стоит за покушениями на Люку, то… – Сэр, – контр-адмирал обратил на себя внимание. – Я ещё раз перепроверил список нападающих и в очередной раз удостоверился, тюремщик скрыл от нас часть информации касательно должности нападающего. Летар Хи – это охранник Элайджи Хаперфорта. – Один из нападающих – человек моего брата? Закрыв глаза, чтобы скрыть недовольство, адмирал мысленно проворчал: «Только этого не хватало», отчётливо понимая, у него действительно есть мотив, чтобы расстроить свадьбу первого принца и принцессы Дилоуна. И причина эта – борьба за власть. – Но зачем ему так сильно подставляться? – Нам стало доподлинно известно, он и его супруга, будучи в наряде служанки, приходили в апартаменты Лукреции ди Грис. Но они её не застали. – Где-то я видел доклад и приказал проверить. Люка обвинила меня в попытке отравления. – Вода в кувшине была отравлена. В стакане тоже. Внутренне ругнувшись, Ренцо продолжил невозмутимо взирать перед собой, раздумывая. Могут ли Аймэ и Элайджа представлять для него реальную угрозу? Или всё же вначале нужно разобраться с императрицей? Воспользоваться размолвкой? Но как её подставить? Обвинить в попытке переворота и предложить в качестве доказательств инструменты и гуттаперчевую маску? Нет, нужны более весомые доказательства. Показания мастера-литейщика, создателя этой маски. Литейщик… – В последнее время я частенько слышу название этой профессии, к которой можно было отнести большое количество людей, – размышлял он вслух. – Мастера-литейщики по металлу, работники гуттаперчевых артелей – тоже занимаются отливкой, но уже других, эластичных и гибких изделий, частей сложных агрегатов… А теперь ещё и создатели масок? – Если позволите, – вмешался в разговор Стром. – Арестованная Гжохи Стелло из семьи литейщиков. «Которая к тому же несла всякий бред в своё оправдание», – подумалось так адмиралу, когда он встал из кресла. – Удалось выяснить, что я тебе сегодня дал? – обратился он к контр-адмиралу. Но тот покачал головой, прежде чем достать из-за пазухи бутылёк с перламутровой субстанцией внутри. «Значит, попробую это выяснить на допросе». – Следите за тайниками и допросите стражей, ответственных за посты на третьем ярусе. Должны быть свидетели, я уверен. Они просто боятся гнева императрицы. Контр-адмирал, кивнув, первым покинул комнату. Стром, не дожидаясь дальнейших указаний, снова скрылся в темноте тайного лабиринта. Его работа заключалась в том, чтобы следовать за первым принцем, словно незримая тень, и обеспечивать его безопасность. И до сих пор он успешно справлялся с этой задачей. Он намеревался и впредь быть надежной опорой для будущего императора. Ренцо, спрятав в карман небольшой стеклянный флакон, выполненный в форме ромба, стремительно покинул кабинет. Он направлялся в карцер к служанке, чтобы допросить её. Времени оставалось совсем немного, но что-то подсказывало ему, что Гжохи Стелло была замешана в интригах императрицы. Теперь ему оставалось лишь понять, какую роль она играла, и разобраться, где правда, а где вымысел в её словах, которым он почти поверил. Почти, но не до конца.