Глава 13

Суд над Остеном проходил в Храме Воинов, где обычно устраивали церемонии.

Герцог Варейн, в простых черных одеждах, сидел на возвышении с бесстрастным выражением лица. Он выступал не просто как судья — он был символом власти, иллюзией порядка в мире, где Тени обретали волю. По бокам от него расположились два старших магистра и деловитый секретарь с теневым пером.

— Не думала, что будет официальный суд, — доносились до меня шепотки. — Можно было обойтись семейным наказанием…

— Наверное, Герцог хочет устроить показательный процесс…

Я сидел на отдельной скамье. Мои интересы представлял Тарен Сойр.

Остен стоял в центре зала. Он держался как человек, которому велели признать вину, но не показали, как это правильно делается. По одну сторону от него — Элвина, по другую — трое рекрутов, вызванных в качестве свидетелей.

— Рекрут Элвина Трейн, — произнёс герцог. — Расскажи всё, что ты видела.

Девушка шагнула вперёд. Говорила чётко, почти по-школьному, будто пересказывала доклад. Потом выступили ещё двое свидетелей.

Остен слушал молча, без попыток прервать или возразить. Я не ожидал от него речей в своё оправдание — он не был идиотом и понимал, что это будет выглядеть жалко. Но грош цена гордости, если она вырастала на такой гнилой почве.

Барон Рейвель, отец Остена, не стал защищать сына, но встретил обвинения с достоинством. Он просто сказал:

— Мой сын опозорил дом. Я не стану искать ему оправданий. Связь с агентами другого клана — это плевок в лицо всем нам и мне лично. Если потребуется — я приму наказание, как его отец, ибо это я воспитал предателя. Семья Рейвель, — он сделал паузу и понизил голос, — подвела Лунорождённых.

Это прозвучало настолько драматично, что мне на секунду захотелось зааплодировать.

Герцог откинулся в кресле и сцепил пальцы.

— Я принимаю покаяние вашей семьи, — сказал он. — Остен, ты совершил поступок, несовместимый с доверием, оказанным тебе Ночным кланом.

В зале повисла тишина. Остен выпрямился и застыл, словно проглотил лом. Сейчас решалась его судьба.

Герцог выдержал паузу, потом добавил:

— Ты не будешь изгнан из клана, Остен Рейвель. Но отправишься в Форт Элун. Твой статус понижен до младшего рекрута. Ты начнёшь заново, среди пепла и песка. Это вторая попытка. Третьей не будет.

По залу снова пронёсся тихий ропот. Форт Элун — крайняя северная точка владений Альбигора. Гигантское месторождение Ноктиума, которое недавно начали разрабатывать. Люди там всегда нужны, но для Остена ссылка в такое захолустье была крахом.

Остен кивнул.

— Благодарю.

— Семья Рейвель также выплатит рекруту Рому тысячу лунаров за нанесённый ущерб, — добавил Герцог.

— Разумеется, господин, — склонил голову барон. — Семья Рейвель признательна за оказанное милосердие.

Сумма была весьма внушительная. На пять лунаров можно было хорошо поужинать в «Капле». И хотя тратить мне было особо не на что, приятно иметь накопления. К тому же я так и не заплатил торговцу остаток за Кристалл Памяти.

Но сначала — следовало отметить унижение Остена.

* * *

Мы с Хваном сидели на плоской крыше одной из сторожевых башен, облокотившись на холодный парапет. У него был припрятан термос с каким-то травяным зельем — горьким, но согревающим.

— Завтра, — лениво начал Хван, глядя вниз, — второй этап.

Я кивнул. Не потому, что забыл — просто не хотел разговаривать.

— Сражение с Лунным стражем. Настоящим! С теми, кто уже пару лет охраняет границу с Дикими землями и не привык щадить. И, самое приятное, — Хван повернулся ко мне с хитрой улыбкой, — выбор по жребию. Может попасться кто угодно.

— Чего и бойся, — отозвался я.

Тень за моей спиной шевельнулась, потянулась, как ленивый зверь, и распласталась над крышей, словно драпировка. Хван глянул на неё и мотнул головой:

— Вот к этому я никак не могу привыкнуть. У остальных Тени как Тени. У тебя — боевая магическая сущность с замашками заботливого старшего брата.

Я пожал плечами:

— Не выбирал я её. Просто… срослись.

— Срослись, говоришь. — Он покачал головой и отпил из термоса. — Ты не такой, как мы. В тебе живёт что-то… непонятное. Но знаешь что? Я всё равно с тобой. Хоть ты меня и пугаешь до седых яиц.

— Спасибо, — сказал я. Тише, чем планировал.

Мы немного помолчали. Под нами жил город. Где-то играла уличная музыка, кто-то ругался в переулке, кто-то влюблялся под фонарём, пока я, «непонятное», сидел здесь, с термосом и шевелящейся Тенью.

Я смотрел на горизонт, в сторону Диких земель, и думал: я вернусь туда. Не как беглец. Как охотник.

— Ребята! — Голос Лии прозвучал позади. Она поднялась по лестнице и вынырнула на крышу. — Есть новости. Ром, думаю, тебе нужно это услышать.

В её глазах было напряжение. Судя по всему, она добыла какие-то важные сведения.

— Помнишь твое видение про тела в пустыне… — начала она. — Из другого клана…

Она специально не упомянула Солнцерождённых, чтобы не болтать лишнего перед Хваном.

Хван, кажется, понял, что разговор был не для лишних ушей, и засобирался на выход.

— Подожду вас в столовой. Не опаздывайте, пироги разберут.

— Ага.

Когда Хван скрылся, Лия встала рядом со мной и изо всех сил вцепилась в поручень.

— Я подслушала разговор в кабинете отца. Один из экспедиции, в которой пропали принцы… выжил. Он тайно вернулся в Альбигор. Об этом доложили шпионы из Серого ордена.

Я медленно повернулся к девушке.

— Кто?

— Принц Фиор, — выдохнула Лия. — Младший сын Доминуса Дневного клана.

Тень за моей спиной зашевелилась, будто уловила опасность.

Я смотрел не на Лию, а куда-то сквозь нее.

Фиор. Я вспомнил его. Тот, в плаще. Тот, кто убегал к повозке от твари.

* * *

Арена была похожа на кратер, выдолбленный в чёрном камне самой Тенью. Круглая, глубокая, с высокими ступенчатыми стенами, она могла вместить добрую половину квартала, если бы те вдруг решили собраться и поболеть.

Каменные трибуны были полны: кто-то в рекрутской форме, кто-то в накидках с символами подразделений, кто-то явно прогулял патруль, чтобы посмотреть, как будущие страдальцы будут получать по шлему.

Защитный купол светился красным — в этом освещении наши лица казались мертвенно-бледными, а доспехи отливали багровым. Идеально для драматического финала. Или начала. Смотря, с какой стороны смотреть.

— Готовы?

Лия нервно теребила край плаща и делала вид, что изучает рисунок плит под ногами. Хван пытался шутить, но получалось у него как у тени на праздник урожая. Элвина выглядела спокойной, но ее напряжение выдавали поджатые губы.

А я? Я ел яблоко. Сорта «тёмный советник». Потому что если уж сегодня и предстояло получить по морде, то хотя бы на сытый желудок.

— Рекруты, построиться!

Тарен Сойр, облаченный в стандартную боевую броню Лунных стражей, вышел в центр арены. Его Тень вела себя подчёркнуто вежливо — лишь изредка вздрагивала, будто фыркая. Он держал в руках мешок.

— Это второй этап ваших испытаний, — сказал он без пафоса. — Жеребьёвка определит, с кем вы будете сражаться.

Каждый из Лунных стражей подошёл и бросил в мешок камень со своим именем. Черные гладкие камешки падали с веселым стуком. Последним бросил камень сам Сойр, и Хван. Заметив это, закашлялся.

— Ох, не завидую я тому, кто на него нарвётся. Он же лютый…

Когда последний провалился внутрь, Сойр встряхнул мешок.

— Рекруты, подходите по одному. Без суеты.

Без суеты… Это он, видимо, Лие говорил. Та шагнула вперёд с таким волнением, как словно шла к алтарю. Рука дрогнула, когда она опустила её внутрь. Девушка закрыла глаза, вытянула камень.

И прочитала:

— Юрг Ной.

Кто-то из зрителей присвистнул. Кто-то тихо охнул. Юрг был не просто разведчиком, а одним из самых опасных в ранге Полумесяц.

Следующим вызвали Хвана. Тот шагнул вразвалочку, улыбаясь всем и помахивая кому-то на трибунах. Залез в мешок, порылся.

— Марна, — хмыкнул он, глядя на камень. — Хоть кто-то оценит мою ловкость.

Страж Марна в ответ подняла бровь. Она была молодая, лет двадцать с небольшим. Но уже заслужила несколько звезд за убитых Охотников. И молча перехватила артефактный меч покрепче, глядя на Хвана.

Элвина вытащила имя без единой эмоции. Хотя судя по тому, как дрогнула ее рука, всё же ужасно переживала.

— Геор Лан, — сказала она. — Отлично. Как раз давно не бывала в лазарете.

Меня вызвали последним. Бросил огрызок в урну с десяти шагов и сунул руку в мешок. Там ещё болтались несколько камней, и предугадать, кто именно мне попадется, было нельзя.

Мешок встретил мою руку прохладой и металлическим шелестом. Камень лёг в ладонь сам.

— Тарен Сойр, — прочитал я и уставился на командира.

Толпа на трибунах оживилась. Кто-то вскочил. Кто-то засмеялся так, будто наконец поверил в судьбу. Хван, забыв, что сам скоро будет валяться на песке, тут же подсел ближе.

— Принимаю ставки, — прошептал он. — Два лунара на поражение, пять на победу.

— А если я всё-таки выживу? — спросил я.

— Обниму и проставлюсь в «Капле».

Я хмыкнул. Сойр смотрел словно сквозь меня, словно уже видел, как я буду валяться. А потом вставать. А потом снова валяться.

— Экзамен начинается, — объявил он. — Ваша задача — продержаться три минуты против Стража. Бой завершается, если кандидат не может продолжать. Только боевое оружие. Ранения — допустимы. Лекари готовы.

— Куда они денутся, — пробормотал Хван. — Сегодня будет жёстко.

Я посмотрел вверх, на трибуны. Кто-то уже делал ставки. Кто-то ел орехи и предвкушал веселое зрелище. А я собирался доказать, что и у безродных есть зубы.

Первой вызвали Лию.

Она взяла себя в руки и шла к центру арены спокойно, будто отправлялась не на бой с разведчиком Лунных стражей, а на простую утреннюю тренировку. Спина прямая, волосы собраны в высокий узел, оружие — артефактное копьё и короткий кинжал — поблёскивали в свете купола.

Против неё вышел Юрг Ной. Ещё одна местная легенда. Его нельзя было назвать самым сильным, зато самым живучим — вполне. Специализация — вылазки в дальние секторы, где твари ходят группами и даже Тень может не спасти. Оружие у него было простое, но коварное: меч средней длины и артефактная сеть с зачарованными узлами.

— Приготовиться… Вызвать фантомы!

Их Тени материализовались почти одновременно. Тень Лии — тонкая, обтекаемая, как вуаль, уже кружила вокруг неё, то вытягиваясь в копьё, то образуя щит. Тень Юрга — приземистая и угрюмая, как сам разведчик, — плотной массой держалась за его спиной, готовая вырваться вперёд.

Бой начался.

Юрг сразу взял инициативу. Все выглядело не так, как на показательных выступлениях. Нет, здесь проверяли реальные боевые навыки. Сначала Юрг метнул сеть — Тень Лии едва успела поднять заслон, и артефакт запутался в эфемерной паутине. Затем последовал удар мечом. Лия ловко отбила его копьём, развернулась, метнула кинжал — и тот отскочил от нагрудной защиты Юрга, но зато девушка развила дистанцию.

— А она неплоха, — заметил кто-то за моей спиной.

— Ещё бы. В их роду много достойных воинов…

Я молчал. Знал. Знал, что Лия не выиграет. Но здесь главным было — не проиграть.

Копьё прошлось по воздуху, вскользь задевая Тень противника, и тут же вернулось в оборону. Лия танцевала. Каждый её шаг был выверен, как будто она репетировала этот бой всю жизнь. Юрг наседал. Без эмоций, но настойчиво. Секунда — удар. Полсекунды — сеть. Защита. Ответ. Перемещение. Копьё. Защита. Тень.

Время текло, и никто из них не делал фатальной ошибки. Но Юрг был сильнее и выносливее. Его удары тяжелели, защита становилась плотнее. За минуту до конца он захватил её артефактное копьё сетью и выдернул его. Лия осталась с кинжалом и Тенью.

— Ну вот и все, — шепнул кто-то в конце шеренги.

Только не для Лии.

Она не отступила. Швырнула кинжал — отвлекающий манёвр. Подняла Тень, словно барьер. Выдержала натиск.

И в этот момент пробили в гонг.

— Остановить бой!

Арена судорожно выдохнула.

— Лия Артан, мои поздравления, — произнес магистр Ясби. — Вы прошли второй экзамен.

Когда вызвали Хвана, я хлопнул его по плечу:

— Покажи им, как надо.

Он шагнул на арену и вскинул меч. Новый артефактник, тонкий, почти изящный. В другой руке — щит, напоминавший изогнутую линзу. Против него вышла Марна. Лунная стражница, способная запугать одним взглядом любого рекрута. У неё не было ничего лишнего. Просто меч. Просто Тень. И намерение отрубить всё, что мешает.

Бой начался стремительно. Хван пошёл в атаку, не желая играть в оборону. Марна приняла удар, повернулась, ударила щитом — и её Тень едва не сбила с ног Хвана. Он удержался. Ответил серией ударов, использовал магический всплеск, активировал щит — вспыхнул купол. Красиво. Эффектно.

Но Марна явно не впечатлилась и начала атаковать стремительнее. Сначала — ее Тень взяла на себя бой с Тенью Хвана. У моего товарища еще не был развит навык синхронной работы, и ему пришлось сосредоточиться на своем бое.

Хван оказался на камнях, но быстро вскочил на ноги. Получил ещё один удар. Встал снова. Почти держался. Пыль налипла на его лицо, пот стекал за воротник. За секунду до финиша Марна вбила его меч в сочленение камней арены всего в шаге от головы Хвана.

Он не смог встать.

Я стиснул зубы.

— Хван, увы, — произнес Магистр. — Ты не продержался положенного времени.

Когда он вернулся в строй, я посмотрел на него. Он улыбался. Почти.

— Ты же знал, что я не пройду, да? — спросил он.

— Догадывался.

— И я знал, но надеялся на везение.

— Мне жаль.

Но, к моему удивлению, друг, кажется, не расстроился.

— Давай честно, Ром. Лунные стражи для меня — слишком круто. И я объективно не дотягиваю. Но проверить свои способности и понять, чего я стою, хотелось. Так что пойду в другое подразделение, и мы постоянно будем пресекаться.

Я кивнул.

Элвина вышла следующей. Все ожидали магии. Иллюзий. Манипуляций с Тенью, как подобает потомку магистров. Но Элвина, как оказалось, знала, что сюрпризы — основа победы. Её противником был Геор Лан, разведчик с таким количеством шрамов, что карту Диких земель можно было бы сверять по его лицу.

Они начали с дистанции. Он проверял её защиту. Она терпела и скорее даже поддавалась. Потом — внезапный рывок. Элвина пошла в ближний бой. Сделала ставку на фехтование.

— Ничего себе! — хмыкнул Хван. — Я думал, у нее с этим так себе…

Да, она уступала в силе. Но в ловкости и хитрости — нет. Её Тень помогала отвлекать, создавать ложные образы, распыляя внимание противника. В какой-то момент она метнула свою Тень в одну сторону, а сама пошла в другую. Геор инстинктивно последовал за Тенью и… Получил по руке.

Арена взвыла. Три минуты — и она стояла на ногах, ни разу не упав.

— Элвина Трейн, мои поздравления, — кивнул магистр Ясби.

И тут…

— Следующий. Ром.

Я шагнул вперёд. Хван уже шептался с кем-то. И задирал ставки.

— Десять лунаров на то, что выстоит. Пятнадцать — если отрежет кусок плаща Сойра.

Напряжение зрителей жгло мне затылок. Арена ждала. А моя Тень уже шевелилась — с нетерпением.

Всё вокруг стихло.

Хван подмигнул мне из строя рекрутов. Лия выглядела бледной, Элвина — слишком спокойно. Значит, волновалась. А Тарен Сойр уже стоял на противоположной стороне арены. Он был спокоен. Опасно спокоен.

— Рекрут Ром, — произнёс кто-то с трибуны, наверное, один из магистров. — Против командира Лунных Стражей Тарена Сойра. Время — три минуты. Правила — те же. Вы готовы?

— Конечно, — ответил я, стряхнув невидимую пылинку с плеча.

Сойр не ответил. Просто шагнул вперёд, и в тот же миг земля дрогнула. Из его Тени медленно поднялась… другая. Высокая, с длинными руками и без лица. Живая. Самостоятельная. Голодная.

Моя Тень вышла сама. Без зова. Она будто встрепенулась, почувствовав вызов, и растеклась по камням, как чернильный прилив. Мне не пришлось ничего объяснять — она знала. Мы оба знали.

— Начали! — выкрикнул магистр.

Сойр молниеносно сорвался с места, его ноги словно вовсе не касались камней арены.

Я едва успел поднять меч — Тень-Шаль. Удар сбоку, в плечо — блок. Вторая волна — он атаковал одновременно через свою Тень. Чёрный шип прорвался снизу, но я успел отпрыгнуть. Моя Тень вытянулась, встречая чужую искаженную форму и отражая её своим рваным контуром.

— Круто! — крикнул кто-то с трибуны, — «Клеймо Полнолуния»!

Тень Сойра налетела на меня волной, каждый сантиметр кожи чувствовал её давление. Пространство вокруг нас завибрировало. Сойр снова атаковал. Из его руки вырос второй клинок — теневой — как продолжение тела.

Я отступил, считывая его ритм. Сойр был мастером, пытался понять, как я думал и реагировал на различные атаки.

Но я тоже понимал, на что он рассчитывал.

— Время играть, — едва шепнул я Тени и мысленно приказал ей разделиться. — Давай запутаем их.

Тень послушалась. В тот момент, когда я атаковал Сойра и отвлек его внимание, моя Тень резко бросилась вниз, на темные камни. А через мгновение из камней выросли уже три Тени.

Не две — три. Мы же хотели его запутать.

Одна часть тут же пришла мне на помощь и встала лобовое противостояние с его Тенью, другая скользнула за спину Сойра, а третья… Третья мерцала, появляясь то здесь, то там. Должно быть, это очень нервировало противников.

Сойр заметил её. Повернулся… Но третья Тень уже исчезла. Командир удивленно на меня уставился, но лишь на мгновение — бой продолжался.

— Что за смертельные прятки⁈ — воскликнула какая-то девушка с трибун.

Я воспользовался замешательством Сойра. Удар — и Тень-Шаль скользнул по его защите, почти достал плечо. Ранить не успел, но вспорол артефактную ткань брони.

Второй удар, по ребрам — блокирован. Но я чётко ощутил: он был удивлён. Немного. И, кажется, начал уважать во мне противника. А это означало, что сейчас он станет вдвое опаснее.

Сойр отступил, поднял руку, активируя артефакт, и отвернулся. Вспышка. «Солнечный взрыв» — особый артефакт с зарядом чистого Ноктиума, запрограммированный на яркий дневной свет. И твари, и Солнцерождённые ослепнут, если вовремя не отведут взгляд.

Но я не отвёл.

Свет обжёг мне глаза, но всего на миг. Не так, как должно быть у тех, кто исповедует магию Ночи. Трибуна утонула в тревожных возгласах. Тени — и мои, и Сойра, опали на камни и исчезли.

Сойр явно рассчитывал, что я с непривычки выйду из строя. Но мои глаза, кажется, ещё не настолько отвыкли от света. Или и вовсе не собирались отвыкать.

Я снова поднял Тень, сразу три фантома. Сойр, поняв, что я устоял, тоже призвал фантомы. На этот раз — два.

— Это «Полная Луна» — побледнев, воскликнул один из магистров. — У обоих…

Но я почти не слышал криков болельщиков. Уставился на свою Тень — та дрогнула, готовая выполнять приказ.

— Поглоти их, — шепнул я. Первый раз, командуя ей не интуицией, а волей. — Поглоти всё.

Я рванул на Сойра, срывая артефакт с ремня. Простенький — «Камень землетрясения», который лишь помешает противнику удержаться на месте.

Моя Тень вздбилась, как щупальца из чернильного шторма, и резко обрушилась на фантомов Сойра. Он хотел было удержать их, но отпрыгнул от моего артефакта. Я бросился на него, позволяя Тень-Шалю петь. Удар, блок, нырок под бок…

И я снова услышал это.

Крик Тени. Даже не крик — вой страха. И вопила не моя Тень.

Моя Тень впилась в фантом Сойра, затягивая его в себя. Воздух заискрил и исказился. Арена взорвалась возгласами. Кто-то поднялся и подбежал ближе, чтобы всё рассмотреть. Магистры похватались за амулеты.

Тени Сойра исчезли, поглощёные моей.

Командир лишь на миг застыл, переваривая увиденное. Затем поднял взгляд на меня. И посмотрел так, словно увидел Высшую тварь.

— Довольно! — раздался голос магистра. — Бой окончен! Рекрут Ром… прошёл испытание.

Наверное, в этот момент должны были раздаться аплодисменты, но весь амфитеатр застыл в молчании. И лишь затем раздались робкие хлопки. Потом ещё. И ещё. Они нарастали, как рокот волн. А я стоял посреди арены, глядя на командира, которого мог бы победить, если бы не сигнал магистра.

Моя Тень вернулась и встала за моей спиной. Сойр подошел ближе. Медленно. Убрал клинок в ножны и протянул мне руку.

— Ты не просто прошёл. Ты доказал право носить ранг «Полная Луна». — Его голос был твёрдым, но глаза выдавали напряжение и волнение. — Твоя Тень сделала то, что умели только прирученные тени древних магов. Поглощение других фантомов — редчайшая способность.

Он кивнул мне. Как равному.

И арена наконец-то утонула в шуме.

* * *

Кабинет магистра Салине, той же ночью

Салине любила тишину. Именно в ней проявлялись тончайшие магические следы. А сейчас она хотела видеть всё. Даже то, чего видеть боялась.

Палата исследований была погружена в полумрак. Круги из серебра и алхимических сплавов, впаянные в чёрный камень пола, медленно мерцали, как дыхание спящего зверя. В центре круга — несколько камней с арены, где проходил бой Рома и Сойра.

Салине склонилась ниже. Пальцы в перчатках из лунной паутины едва коснулись воздуха над камнями. Магистр закрыла глаза и услышала лёгкий шорох. Тени в кругах задрожали.

— Вот ты и показалась, — прошептала она.

След был не просто магическим. Древняя сигнатура, и теперь Салине окончательно в этом убедилась. Структура — переменчивая.

Салине отпрянула, окончательно всё осознав.

— Запись, — она взмахнула рукой, и кончик артефактного пера сам залез в чернильницу. — То, что наши артефакты анализа и слежения принимали за нестабильную структуру, на деле таковой не является. Мы перепутали нестабильность с подвижностью и переменчивостью, если угодно. Подобная структура собрана не для защиты или контроля, а для атаки. Для охоты.

Она поднялась и подошла к столу, на котором лежал раскрытый трактат. Пожелтевшие страницы, запах пыли, старый язык. Слишком древний и слишком ценный, чтобы его касалась магия очистки.

На страницах — различные формы Теней. Старые обозначения. Древние сигнатуры, которые уже не умели воспроизводить.

Стараясь не дышать, Салине перевернула страницу.

— Стиль эпохи Столкновения, — прошептала она. — Эпоха, когда Альбигор выживал, откусывая по кусочку от вторгшегося мрака. И время, когда не все Тени были союзниками…

Салине водила пальцем по символам:

— Тень-Хищник. Дух с собственным разумом и волей. Только жесткое подчинение. Вероятность синхронизации — минимальная. Особые свойства — «Поглощение», «Саморазмножение», «Двойное резонирование»…

Она уставилась на свое отражение на отполированной стене. Устало сняла полумаску.

— Поглощение чужой Тени, — пробормотала она. — Саморазмножение. Собственная воля. Активировать проекцию из артефакта.

Магическая проекция над столом ожила и показывала повтор сцены с арены. Ром и его Тень. Движения не в унисон — а словно в зеркале. Не один организм — а два охотника, знающих, как перекрыть пути к бегству.

Салине замерла. Она смотрела, как Тень вытягивалась, сливалась, раздваивалась… Как легко, как почти лениво, она проглатывала Тень Тарена Сойра, самую волевую и устойчивую в Ночном клане. Тень Рома не рвала, не истязала — просто поглотила фантомы.

— Это не защита, — тихо сказала Салине. — Это не дружеская связь. Это симбиоз.

Она осторожно закрыла трактат. Протянула руку — и зажгла лунную лампу, холодный свет которой не давал ни тепла, ни утешения. Посмотрела на отражение в стекле.

— Это охота. И он — охотник. А я выпустила их в мир.

* * *

Вечер после экзамена мы отмечали, как и положено полуофициальным героям клана, — в «Чернильной Капле».

Я устроился в углу с бокалом чего-то дымящегося и подозрительно фиолетового. Напиток назывался «Слёзы Твари» и напоминал одновременно компот и яд, а в голову бил, как взрыв артефакта.

Напротив сидел Хван, со своей фирменной кривой улыбкой. Лия потягивала какой-то искрящийся розовый коктейль, а Элвина задумчиво пила крепкий грибной эль.

— Ты точно не отравишься этим? — Лия с подозрением посмотрела на мою кружку.

— Ром-то? Неее, — Хван вздохнул. — Хотя я бы не стал рисковать. Все фиолетовое вызывает у меня подозрение… Но если что, мы тебя дотащим, Ром. Главное — не идти через Арку Калия. А то приключения к нам так и липнут…

Я усмехнулся.

— Сегодня я не настроен на приключения.

— Как будто они тебя спрашивают!

И хотя повод праздновать был, самым веселым сейчас оказался Хван, который завалил экзамен. Для него испытания закончились, и в том, что он найдет себе теплое местечко в клане, я не сомневался.

А вот нам с Лией и Элвиной предстояло выживать. Последний экзамен — провести в одиночку ночь в Диких землях. Выжить — обязательно. Принести пару голов тварей — опционально, но желательно.

Я сделал еще один глоток фиолетового пойла. Ощущение — словно проглотил комету. Но послевкусие было приятным. Как после тяжёлого боя, в котором ты всё же победил.

Пока все лениво спорили о том, кто сколько секунд продержался бы против Сойра, в зал вошёл гонец. Один из посыльных клана, с вечно кривой физиономией, как будто ему только что велели сообщить о начале конца света.

Он огляделся и, увидев наш стол, сразу же направился к нам.

— И какого гриба его принесло? — проворчала Элвина.

Посыльный остановился и уставился на меня.

— Рекруты Ром, Лия, Элвина. Вас вызывает командир Сойр. Немедленно.