⚡️Глава 26. Принеси мне, пар-пра-... внученька цветочек... жёлтенький!

Когда дело доходит до ремонта, мужчины делятся на два типа.

Те, что при упоминании слова «ремонт» достают из широких штанин шуруповёрт, готовые к труду и... труду!

Для начала строительства такому мужчине даже каску надевать не нужно. Потому что она уже на нём!

И те, которым стоит сказать про ремонт, как от них остался, в лучшем случае, тонкий древесный аромат премиального парфюма.

Жить в частном доме, безусловно, очень комфортно с первыми. Но на романтическое свидание при луне отчего-то ужасно хочется со вторыми!

Глядя, как по расчищенному замковому двору скользит итальянский архитектор Винченцо, Бажена терялась в попытках его классифицировать.

Верхняя часть, отдающая распоряжения и увенчанная оранжевой строительной каской, очень походила на хозяйственного красавчика.

Нижняя, обутая в изящные туфли из мягкой кожи и элегантные брюки, намекала на совершенно нерабочее происхождение этого идеального кентавра.

Дополнительно путал доносимый горным ветерком тонкий древесный аромат премиального парфюма и шуруповёрт, лежащий на капоте его рабочего автомобиля.

— Пойдем, — Кара тронула ее за рукав, — пусть спокойно работают.

Они незаметно скользнули в боковой проход, почти заросший кустарником.

— Перед воротам ничего подобного не видела, но здесь, если проберемся через заросли, тоже есть небольшая полянка. На ней что-то раньше было. То ли теплицы, то ли огород.

Бажена, уверенная, что огород — максимально близкое к любимому саду бессмертного предка из доступного сейчас бардака, не стала спорить.

— Попробуем, — согласилась она, — надо с чего-то начинать.

Порядком поободрав одежду об острые ветки и зацепившись по пути шаловливыми косами за все, за что можно было зацепиться, наследница широко известного в узких кругах вампира выбралась на лужайку.

Она была почти правильной квадратной формы, местами из нее поднимались горки крупных камней, бывшие некогда одноэтажными постройками.

Возможно, когда-то тут и был благородного вида сад, но сейчас поляна заросла густым бурьяном выше пояса.

— Дааааааа, — оценила Бажена густоту и высоту разнотравья, — что-то я даже земли не вижу, если честно.

— Это ничего. Если травка есть, она тебя услышит и найдется. — успокоила ее более опытная в травопоисковых делах наставница. — Главное, давай в центр проберемся, так будет проще зов распределить. — и пояснила для слабо подкованной в магических мероприятиях Бажене. — Если делать это отсюда, то до того края поляны, — она указала на естественное ограждение в виде отвесной скалы, — можешь не достать. Лучше нам встать в центре и звать растение, отправляя зов по спирали.

— Что?

— Ох, Бажена. Пойдем, объясню на месте. И волосы подбери повыше, а то они уже к какой-то колючке пристали.

Бажена цыкнула на косы, свернула их на манер меховой муфточки для рук, и, не спуская глаз с своевольных прядей, пошла за Карой. Та уже преодолела половину пути, заставляя растения расступиться в стороны, образуя зеленый коридор с плотными стенками из переплетенных стеблей, покрытых разноцветными соцветиями, ягодками, бутонами и колосками в ассортименте.

— Тут, — сказала Кара, указывая на удобный холмик, торчащий в бурьянном море славным аккуратным островком.

Травка на нем была невысокая, по щиколотку.

— Хорошо, что нужно делать?

— Сядь. Постарайся успокоиться, прислушайся к себе. Если сила появилась недавно, ты почувствуешь... поток, будто что-то течет внутри. Твоя задача — направить поток в нужное русло. Можешь закрыть глаза, так будет проще.

Бажена села, Кара — рядом с ней. Косы, выпущенные на свободу, заколыхались на ветру воздушными змеями, будто они не сидели с хозяйкой на вершине горки, а кустились водорослями на дне морском.

— Так. Чувствую. — сказала через минуту Бажена. — А нет, это во мне кровь течёт. И... кажется, в животе урчит. Кажется я съела чего-то не того...

— Думаю, дело в пироженно-сосисочной диете.

— Что? — Бажена распахнула глаза.

Привычным жестом отогнала пару черных мушек.

— Ничего-ничего. Не отвлекайся. Продолжай, хорошо бы до полной темноты добраться домой.

— Ладно.

Бажена продолжила. Минуту, вторую она сидела в тишине. Стрекотала невесть как пробравшаяся на гору цикада. Щелкал кузнечик. Шелестели листья кустов и собственные Баженины волосы на ветру.

Бесшумно дышала Кара. Раздавались отдаленные удары инструмента о камень и разговоры рабочих в замке.

— Ерунда. — Бажена распахнула глаза. — Ничего нового не чувствую. Вообще. Только живот булькает и голова чешется.

Кара вздохнула, собираясь с мыслями.

— На самом деле, учитывая нулевую тренировку, — предположила колдунья, — с первого раза и правда может не выйти. Но, — она посмотрела на Бажену изучающе, — в твоем случае это исключено. Даже маленькие дети совершают подобное на чистой интуиции, многие без обучения. До двенадцати лет вообще сложно держать концентрацию на чем либо. А ты уже взрослая.

Бажена посмотрела на колышущийся перед ней бурьян с затягивающейся уже полоской тропинки.

Стебли, раздвинутые магической просьбой Кары, распрямлялись и медленно возвращались на прежнее место.

— А если нет у меня никакой магии? — грустно предположила Бажена.

Влажные зубки колдуньи блеснули в теплых солнечных лучах:

— Магия в тебе точно есть. Иначе бы это… — она указала на косы, вальяжно развевающиеся над головой примарши при практически полном штиле. — Это бы из тебя не выросло.

Бажена задрала голову вверх. Открывшаяся ей картина убеждала в наличии магических способностей лучше письма из магической школы.

«Только бы рабочие не заметили, как им такое объяснить в случае чего?» — подумала она и на волне обретенной уверенности вернулась к упражнению по нащупыванию неощущаемых пока потоков.

Прошло еще десять минут.

— Хорошо. — прервала ее Кара. — Давай попробуем иначе. Представь нужный тебе цветок.

Бажена старательно представила рисунок на древнем листе, показанный ей Дином.

— Готово.

— Теперь позови его.

— Это как?

Кара выдохнула ей в шею чуть теплый воздух, стало щекотно.

— Для начала, не открывай глаза. Дыши. Раз, два, три. Хорошо. Теперь представь, что от тебя исходит луч света. Он течет от тебя по поляне, заворачивается в спираль, — голос Кары звучал размеренно и спокойно, но Бажену он не успокоил, а только вызвал вопросы.

— А быстро или медленно должен этот луч идти? А зачем он? Что еще нужно делать?

— Бажена. Расслабься. — осекла её Кара. — Луч пусть идет медленно. Он должен звать нужный тебе цветок. У растений нет ушей, но они воспринимают свет и эмоции. Покажи ему радость, примани хорошими мыслями. А магия будет имитировать солнечный свет. Он не сможет устоять и появится.

С новыми указаниями Бажена замолкла еще на несколько минут.

— Все. — она открыл глаза и начала осматривать траву под ногами. — Я мысленно дошла до конца поляны. Кто-то соблазнился моими хорошими мыслями?

Кара отрицательно покачала головой.

Бажена начала закипать.

— Может быть завтра попробуем? — предложила Кара. — Темнеет.

— Нет. Я хочу увидеть этот цветок сегодня! Сейчас! — от злости она зажмурила глаза так плотно, будто от этого зависел успех всего мероприятия. — Давай цветочек выходи! — забубнила она на манер деревенской ведьмы, увиденной в каком-то старом фильме. — Выходи, выходи! Ты мне нужен!

С каждым словом речитатив становился все быстрее и злее, намекая всем имеющимся на полянке цветочкам, что в их интересах сдать собрата как можно раньше, пока Бажена Рудольфовна не взъярилась по полной программе.

— Бажена! — вскрикнула Кара в какой-то момент. — Бажена! Нет!

Она вскочила на ноги и прижалась к упрямо твердившей про цветочек примарше.

Медный диск зеркала, носимый по совету Дина ближе к телу, сегодня был приклеен Баженой прямо на кожу обычным медицинским пластырем. Он давно нагрелся до температуры тела и девушка уже забыла, что у нее под платьем, чуть ниже груди, находится металлическая пластинка. Пока она не похолодела. От неожиданности Бажену пробил озноб.

— Остановись! Быстро! — продолжала кричать Кара.

Бажена замерла на полуслове и открыла глаза.

Если когда-то это место и было любимым садом Влада Четвертого Дракулешти, и если тут еще оставались растения, некогда им любовно взращенные, то теперь, после Бажениной самодеятельности, от прежней зелени осталась только пыль.

Минуту назад цветущая поляна, заросшая пышными травами, оголилась до самой земли.

Кое-где, по краю, медленно кружились еще не осевшие на землю серые хлопья. Цветы и стебли распались в прах, будто здесь прошелся лесной пожар. Стали видны прятавшиеся раньше в траве камни, остатки старого колодца и даже ржавая лопата с надломленной ручкой.

— Вот тебе и «цветочек выходи», — оценила примар радикальные изменения в ландшафтном дизайне.

Она посмотрела вниз. Граница, разделяющая свежую зелень и мертвенную серость, остановилась в каких-то пяти сантиметрах от ее коленки. Место, где сидела Кара, было серым. Как и оттенок ее щек, на фоне которых особенно выделялись подкрашенные губы.

Девушка, выросшая в магической семье и обученная в лучшем университете магических искусств, смотрела на нее с плохо скрываемым испугом.

— Это что, я?

Кара кивнула, не сходя с зеленого пятачка рядом с примаршей. Все произошло так быстро, что ведьма едва успела вскочить и прижаться к девушке, вокруг которой сжималось кольцо тьмы, высасывающей жизнь из всего, что было в этом заросшем огородике.

Под Баженино бормотание истлели пылью и густые травы, и стрекозы, снующие в воздухе вокруг, и пара птиц, стрекотавших на краю поляны.

Не было слышно и залетной цикады, только рабочие продолжали слаженно долбить молотками.

— А знаешь, — решила Бажена, — начинаю понимать, почему учителю магии нужна лицензия и еще что-то там.

— Да, — Кара была с ней согласна, — работа... беспокойная.

Хотя… последние дни должность примарской секретарши тоже нельзя было назвать непыльной: забеги по подземельям, взрывы, смертельные чары в исполнении необученного начальства!

— Кара, а давай больше не будем экспериментировать?

— Да-да-давай, — ответить удалось не сразу.

— Тогда пойдем?

Кара сняла туфлю и осторожно бросила ее за границу зеленой поляны. Туфля подняла облачко серой пыли и осталась лежать. Целая.

— Пойдем, — согласилась она, — только цветочек свой не забудь.

— Какой ещё... — Бажена осмотрелась.

Прямо под коленкой, что была ближе всего к границе в тленным кругом, в зеленой травке нерешительно распустился солнечный одуванчик.

Бажена, не имеющая привычки сидеть в траве где попало, (вдруг гвоздь? или клещ? или змея? к чему змее такие проблемы, да?) была уверена, когда они пришли, никаких цветочков тут не было.

— А знаешь, Кара. — решила она. — Пусть тут растет. Горы, чистый воздух, просторно, — она осмотрелась, — теперь... А у меня, знаешь ли, редкий талант к убийству садовых цветов. Что-то мне подсказывает, долго он в неволе не протянет. А отсюда я его всегда заберу, да, желтенький? Будешь меня ждать?

То ли ветерок подул, то ли желтенький нервно дернул листиком, подтверждая, что он обязательно будет ждать свою даму сердца днем и ночью, без перерывов на выходные и праздники.

— Хороший желтик… — прошептала Бажена напоследок, стараясь ступать так, чтобы не поднимать пылевое облако с каждым шагом. — Хороший.