Глава 11

— О чем вы? — я, как ни в чем не бывало, сделала глоток уже остывшего кисловатого ягодного взвара. И непроизвольно сощурилась от удовольствия — наконец что-то вкусненькое. И не чай. Кажется, последнее я еще долго не смогу пить.

Мой секретарь выглядел настороженным, но мне почему-то было спокойно на этот счет. Куда больше волновало другое: успею ли я за салфетками и скатертями? От старого мастера не исходили ни угроза, ни в целом отрицательные эмоции в наш адрес. Только любопытство и яркий, сверкающий интерес.

Не знаю, откуда во мне подобного рода мысли, я просто… чувствовала? Но в моем случае удивляться новым способностям глупо, лучше порадоваться и использовать их на все сто процентов.

— Дар у меня есть, леди, — поглаживая бороду, начал вдруг рассказывать гном. — И я, как и следует образцовому гражданину, учился в академии, получил диплом мага-артефактора. Токмо не считал я себя магом, не это меня увлекало в жизни.

Чуть подался вперед и, взглядом указывая на мою пышную синюю юбку, лукаво проговорил:

— Но вот занимательнейший артефакт, который вы прячете в кармашке, пробудил во мне былую жажду к знаниям. Однако, скажу вам, самое примечательное вовсе не это.

Я приподняла бровь и с осторожностью спросила, не отрицая, но и не подтверждая его слова:

— И что же?

Господин Диксон, едва заметно, качнул головой, мол, вот несносная леди, мало вам приключений на… ну, пусть будет на мои бантики, еще в авантюру с запрещенным артефактом ввязались, а теперь еще и себя сдаете. Его негодование я чувствовала всей кожей, неосознанно повела плечами.

— Артефакт я просто не ощутил бы, если бы вы не дотронулись до него, — воодушевленно продолжил господин Луиджи. — Тогда проскочил импульс, короткая искра, но мне этого хватило. Я увидел и изделие, и то, между вами особая связь, что просто невероятно. Безумно и просто невозможно — вы же человек, и магией не владеете.

За эти несколько дней я как-то привязалась к брошке и время от времени поглаживала теплую поверхность рубина — мой своеобразный ритуал, который приносил успокоение. И когда беседовала с мастером о заказе, то действительно по привычке сунула руку в потайную складку. Мне срочно нужна информация, иначе до поднятия бизнеса я просто не дойду — проколюсь на чем-нибудь, и здравствуй, дорогая инквизиция (ну, или магическая канцелярия), и пламенные объятия с ней.

Я махом допила сладкий взвар — напиток собственноручно наливал нам с секретарем хозяин кабинета из непонятной конструкции, похожей на самовар и мультиварку одновременно, и предложила заинтересованному гному:

— Хотите, дам посмотреть артефакт?

Его глаза засияли, он нетерпеливо потер ладони, но гном есть гном, потому по-деловому уточнил:

— И что же вы желаете получить взамен?

— Сущие мелочи, господин Луиджи, — я широко улыбнулась и перечислила: — Полную конфиденциальность — этот разговор должен остаться между нами, книги по артефакторике и в целом по магии. Ну и рецептик вашего взвара, для частного пользования, разумеется.

Мой сообразительный помощник хмыкнул на мое дополнение и сам внес еще один пункт:

— А еще аркан молчания, Йорик.

Про аркан я не знала, но раз Диксон сказал, то значит, это важнее гномьего честного.

Мастер основательно задумался. Погладил свою длинную бороду, посмотрел на чертежи, лежащие на столе, а после нехотя кивнул:

— Ваша взяла, леди Даверти. Так и быть, расскажу старинный рецепт моей прабабушки.

На этом мы и порешили. Господин Луиджи под четким руководством моего секретаря сделал несколько пассов рукой в воздухе, отчего вокруг заискрились маленькие, светло-синие частицы. Выглядел обряд впечатляюще, и я, затаив дыхание, следила за происходящим. Далее гном прижал левую ладонь к груди, выпрямился и произнес:

— Я запечатлеваю в аркан свое слово и отдаю леди Шарлотте Даверти. Да будет моя клятва принята Многоликим!

Синие искорки вспыхнули и тут же погасли, растворяясь.

Это все? Но спецэффекты для простого обета молчания очень крутые — Голливуд позавидовал бы.

Вопросительно посмотрела на помощника, тот одобрительно кивнул, мол, все, показывай. Я сунула руку в потайной кармашек и вытащила брошку, привычно провела пальцами по граням рубина. Камень тут же отозвался, окутывая мою ладонь теплом.

— Самый настоящий родовой артефакт! — восхищенно щелкнул языком господин Луиджи и нетерпеливо протянул руки. — Дайте взглянуть, чтоб меня эльфы покусали!

Еще раз погладила украшение и положила его на стол — передавать из рук в руки артефакты нельзя, так вручается и право пользования им. Мастер Йорик с благоговением взял брошь, подержал на вытянутых руках, вглядываясь в то, как переливается на ее поверхности свет.

— Да чтоб меня дважды покусали! — не сдержал он вновь эмоций.

— Ну, ты выдал, Йорик! — хмыкнул мой секретарь. — Эльфы сто раз подумают, кусать ли гнома один раз, а ты уже про второй заход.

Пока артефактор крутил и так, и этак брошку, я, заинтересованная поднятой темой, обратилась к Диксону:

— А почему эльф не будет кусать гнома даже один раз?

Ответом мне был громкий смех, причем двух гномов сразу.

— Ух, говорю же — чудная вы! — отсмеявшись, выдал Луиджи.

Или я устала, или чего-то определенно не понимаю.

— Эльф кусать гнома не будет как минимум потому, что они питаются исключительно травами и кореньями, — со смешком начал объяснять секретарь, не выдержав моего испытывающего взгляда. — А как максимум потому, что честный гном выставит счет. Есть старинный гномий анекдот на этот мотив.

Я бы определенно послушала бы анекдот, но тут вмешался мастер. Он махнул рукой, призывая магию, только голубые всполохи исчезли раньше, чем соприкоснулись с поверхностью украшения.

— Как такое?.. — ахнул он и вопросил: — Где вы его нашли, леди?

Мне оставалось лишь пожать плечами и признать очевидное:

— Артефакт сам меня нашел.

Ведь действительно так: брошка сама потянулась ко мне.

— Это ведь родовой артефакт Даверти, поэтому… — попыталась пояснить я, но гном меня нетерпеливо перебил.

— Не совсем. Подождите, сейчас! — он судорожно искал что-то в ящике своего стола. Через несколько секунд он извлек оттуда книгу — небольшого размера, с обложкой, сделанной из кожи и украшенной серебряными нитями. Серебристыми же буквами было выведено название: "Родовые артефакты. Истоки и запрет".

Расположив издание на столе так, чтобы все могли видеть тонкие белые страницы, господин Луиджи раскрыл ее на середине. Немного полистал, вчитался и после указал на нужный абзац нам с помощником.

"… Шести родам Король Эст'Вир Пламенный даровал артефакты. В каждый комплект входило три украшения и еще одно, уникальное, из сокровищницы Королевства, напитанное драконьей магией. Это было высшим проявлением благосклонности Его Величества и… "

Далее шел список знатных фамилий: Стоун, Вэндсон, Ладшот, Кандиш, Иррей и… Даверти.

— И на что вы намекаете? — нахмурилась я, пытаясь в голове сложить полученную информацию. Не получалось — все же мой мозг устроен думать о технических картах и накладных, а не о магии и благосклонности какого-то короля.

— Йорик хочет сказать, что ваш артефакт — как раз четвертый дар Короля Эст'Вира Пламенного, — вступил в беседу молчавший до этого господин Диксон.

Артефактор торопливо закивал, подтверждая его слова:

— Верно, мой друг! Три обычных артефакта уничтожили после приказа внука Эст'Вира Пламенного через шестьсот восемьдесят лет, а этот явно не сумели — все же драконья магия. Брошь действительно принадлежала семье Даверти, но…

— Шестьсот восемьдесят лет назад, — закончила я за него и задала вопрос, который очень меня волновал: — А сейчас? Кому она принадлежит сейчас?

Я думала, с украшением у нас связь потому, что Шарлотта — член семьи Даверти. Но теперь меня одолевают сомнения. Да и то, что у меня есть магия, это ведь немыслимо для человеческих женщин данного мира.

Была ли Шарлотта вообще человеком? Или то, что я попала в ее теле, что-то изменило?

— Королевскому роду Вирджии, — сдавленно пробормотал Луиджи, гладя с утроенной скоростью свою бороду. Он явно был озадачен и несколько нервничал — наверняка пожалел, что связался с нами.

Но с последним выводом я однозначно ошиблась. Его волновало несколько иное:

— Да нет, не может этого быть. Мне не хватает знаний, леди. Дайте мне несколько дней. Я найду информацию по родовым артефактам и постараюсь ответить на все ваши вопросы.

Я без промедления дала положительный ответ. Господин Луиджи явно был заинтересован в этом, а таких лю… хм… гномов лучше держать поближе.

Покидали мастерскую мы с секретарем в хорошем расположении духа: я с книгами по магии и рецептом прабабки гнома, а помощник просто счастливый от того, что, наконец, поедим. И самое главное — за мой счет.

Однако, как только мы немного отъехали от гномьего района, мое воодушевление испарилось. Навалилась усталость, начали ныть ноги и разболелась голова, а желудок громко напомнил, что наполнялся только утром.

Артефакт!

Брошь я оставила у мастера на три дня, а она меня явно “подпитывала”.

“Ну, ничего! Булочки заряжают не хуже артефактов”, — пообещала себе вкусный десерт я.

* * *

До своей безвкусно обустроенной комнаты я добралась ближе к полуночи. Пока разгребла дела уже касающиеся особняка — выделила деньги на продукты, разобралась с налогами и прочей бумажной волокитой, прошел еще один час.

— Совсем себя не бережете, — недовольно причитала госпожа Миллен, распутывая мои волосы из сложной прически. Отложила последнюю шпильку и, вооружившись гребнем, начала расчесывать густые локоны.

С наслаждением прикрыла глаза — так приятно, а уж когда сердобольная экономка начала массировать затылок и шею… Блаженство! У меня всегда было каре, которое можно было собрать разве что в низкий хвостик, а у Шарлотты очень пышная и длинная шевелюра. Это непривычно и даже немного больно. Но стричься не хотелось совершенно — жалко такую красоту.

— Но я вами горжусь, леди, — в сердцах проговорила женщина. — Не слушайте меня, я иногда говорю всякое, не подумав. Я верю, что у вас получится восстановить ресторан и вернуть былое богатство роду Даверти.

— Спасибо, — искренне поблагодарила. Ее слова пришлись как раз кстати — они меня приободрили и прибавили уверенности. Я определенно со всем справлюсь!