Глава 21

Вряд ли в этом мире слышали про чеховское ружье, но именно это высказывание полностью описывало происходящее.

“Если вы в первом акте повесили на стену ружье, то в последнем он должен выстрелить”.

Я очень сглупила, упустив из виду зачинщика и отравителя в одном лице. Думала, он лишь безобидная мошка, но крупно ошиблась.

Потайной выход представлял собой многочисленные ступеньки, уходящие куда-то в темноту. Не красная дорожка, но пыли и паутин особо не наблюдалась. Видимо, им частенько пользовались.

— Держись позади меня, — велел пасынок, первым ступая в темноту. Поднял левую ладонь, и в пальцах вспыхнул оранжевый огонек. Стало ощутимо светлее.

— Слушаюсь, капитан, — тихо пробормотала я, следуя за широкой спиной парня.

Мы спускались молча — Лэстер что-то обдумывал, а я напряженно сопоставляла факты. Может ли за всем стоять лекарь? Он дал мне яд под видом лекарства, потом отравил гнома… Но зачем ему это? Что-то не сходилось. И я еще не была уверена, отрава ли то, что он мне прописал. Мало ли, просто пузырьки похожие.

— Я был на похоронах отца, — вдруг нарушил звенящую пустоту аристократ. — Но даже не допустил мысли, что его могли убить. Он ведь никогда не жаловался на здоровье, Шарлотта, а в его возрасте это удивительно. А сейчас, благодаря тебе, я впервые задумался — что если его отравили? Если бы тогда я осмотрел его труп…

В его голосе звучало неприкрытое сожаление. Он жалел о том, что упустил, чему не придал значения, и что теперь безвозвратно утекло.

— Не стоит винить себя в том, чего уже не изменить, — глухо проговорила я. У нас у всех есть о чем жалеть, но будет ли толк от страданий и попыток откопать что-то в прошлом, если ты уже в настоящем?

Еще несколько ступеней мы преодолели в тишине, а затем Лэстер резко остановился. Так неожиданно для меня, что я врезалась в его спину.

— Ты что… — начала возмущенно, но замолкла, едва увидела…

— Кто-то отлично замел следы, — прокомментировал пасынок.

Альда сидела, прижавшись к самой стене. Одной рукой она хваталась за горло, будто ей вдруг резко стало не хватать воздуха, а другой прижимала к себе разорванный кошель с золотом. Часть монет рассыпалась по каменному полу. Остекленевшие глаза поварихи смотрели вперед, будто враг до сих пор прямо перед ней.

Выход располагался всего в нескольких метрах, но он оказался не спасением, а ловушкой. А золото отнюдь не наградой, а погибелью.

Страшная сцена.

У меня холодок прошелся по спине.

— Крови не вижу, — пробормотала, закрывая нос рукой. Женщина умерла недавно, от нее не должен идти запах, но я что-то ощущала. Тонкий сладковатый запах, отдающий гнилью. — Как ее убили? Вроде не душили, она за горло держится, да и следов не вижу. Странно, не правда ли?

Парень уверенно подошел почти вплотную к трупу, присел на корточки и заглянул в ее глаза. Не достаригиваясь, осмотрел ее и согласился со мной:

— Странно, верно. Физической силы не применяли, но и магию не ощущаю. Я пять лет отслужил в Магической канцелярии и занимался как раз магическими убийствами, но я ничего не чувствую.

Да, Диксон что-то говорил про то, что он кроме школы и академии еще и служил при дворе.

— А что если это не человеческая магия? — предположила я. Ведь он сам недавно мне рассказывал про то, что у каждой расы свои возможности, и сила не универсальна.

Пасынок покачал головой.

— Любая магия оставляет след, Шарлотта.

Других предложений у меня не было. И в целом у меня голова шла кругом. В моем доме бродит убийца, который раздает направо и налево яды, а здесь лежит труп. И что мне делать? Причем надо что-то предпринять, чтобы найти отравителя и при этом остаться живой — мне завтра на работу.

В своем мире я бы немедленно вызвала полицию, но в моем нынешнем положении…

Я вздохнула.

— Пошли к лекарю, пока и тот не слинял, — решительно сказала я.

— Мне кажется, мы его уже не найдем, — произнес, поднимаясь и отряхивая камзол, Лэстер. — Но мысль дельная, может, что-нибудь найдем.

Я сделала несколько торопливых шагов по лестнице — хотела поскорее вернуться на кухню, рядом с убитой женщиной находиться не очень-то и приятно, но младший Даверти не спешил идти за мной.

— Что ты делаешь? — удивленно спросила, едва увидела, чем он занимается. Парень стоял, прикрыв глаза, ноги на ширине плеч, руки разведены в стороны. Его губы шевелились, будто он читает какое-то… заклинание?

В такой позе он оставался минуту. Затем пасынок открыл глаза и опустил руки, а вокруг сидящей женщины вспыхнула ярко-синяя руна.

— Может, преступник вернется, чтобы окончательно замести следы, — наконец, пояснил он. — Аркан не позволит уничтожить тело и сохранит его от разложения для дальнейшего расследования. Все, теперь шевели ножками, Шарлотта.

* * *

Лекарь работал в поместье более двадцати лет. Он лечил от простуд маленького Лэстера, следил за здоровьем уже достаточно пожилого, но крепкого графа Лурдена Даверти. И он же пичкал успокоительными настоями новоиспеченную вдову, Шарлотту Даверти, едва ее муж слег с тяжелой горячкой и скоропостижно покинул этот мир. По словам госпожи Миллен, которая нас проводила в его кабинет, мужчина хоть и не отличался хорошим воспитанием и благим нравом, помогал всей челяди. Даже ее коленку, которая ныла и беспокоила ее с девичества, вылечил. Только иногда на погоду теперь побаливает.

Мы с Лэстером терпеливо слушали причитания женщины, потому что она нас отвлекала от тяжелых дум и… И она, сама того не понимая, давала нам зацепки.

Пазл в моей голове почти сложился. Не хватало еще парочки частей для полноценной картинки.

Лекарь отравил сначала своего лорда — у него, в силу возраста, слабое здоровье, никто и не подумал, что это дело чьих-то рук. Следом слегла его молоденькая жена. Переволновалась, не смогла смириться с тем, что осталась одна с кучей долгов — отличное алиби, верно? Только план испортил тот факт, что она все же не умерла, как надеялся целитель. А наоборот, внезапно выздоровела и крепко взялась за бизнес.

В их план не входила я. Точнее, моя душа, которая… Заняла тело умершей Шарлотты? Наверное, в отличие своей предшественницы, я безумно хотела жить. У меня были цели, любимая работа и амбиции, я не могла просто так уйти.

Хотя, кто знает, может, сыграл свою роль и Многоликий бог этого мира?

Только оставалось несколько вопросов, но главный из них: какую цель преследовал отравитель?

В кабинете, как и в прилегающих к нему комнатках, где лекарь жил и создавал лекарства, его не оказалось, как и предполагал Лэстер. В его покоях царствовал беспорядок, вещи валялись на полу, будто брошенные туда за ненадобностью. Словно хозяин комнат очень спешил и искал что-то.

— Сволочь, — прошипел сквозь зубы пасынок. Он стоял у самого рабочего стола. На нем лежали бумаги, чернильница с расплевкавшимися чернилами, были разбросаны бутылечки с разной жидкостью.

— Ты что-то нашел? — тут же спросила я, отойдя от шкафа с разным барахлом и направляясь к нему.

— Да, — мрачно кивнул он и указал на урну. — Пепел.

Ну да, этого стоило ожидать. Никакой преступник не оставит важные бумаги в целом состоянии. Но помнится, в фантастических фильмах я не раз видела, как магией восстанавливали даже сожженные листы.

— Ты не можешь это исправить? — решила уточнить я.

Пасынок перевел на меня тяжелый взгляд и раздраженно проговорил:

— Я боевой маг, а не фокусник. Убить одним заклинанием, если увижу этого… скажем, мужчину с низкой социальной ответственностью, я могу запросто, а клеить пепел в надежде, что он снова станет бумагой, это уже вряд ли. Такое в целом невозможно и… — он оборвал себя на полуслове. Уже по-другому посмотрел на меня и задумчиво изрек: — Я однажды видел, как один генерал одним взмахом руки вернул утраченный облик старой книге, размокшей и разваливающейся от влаги и грибка.

— И как он это сделал? Надеюсь, ты спросил? — оживилась я.

— Генерал был из драконьего рода, даже если я спросил, эти знания мне бы не пригодились, — парень смахнул все ненужное с рабочего стола и вывалил на деревянную поверхность все содержимое небольшого стального ведра. Помимо подпаленных кусочков бумаги и пепла в ведерке оказались какие-то бинты и деревянные палочки — их Лэстер кинул на пол, особо не церемонясь.

Я прикусила язык, чтобы не сделать ему замечание. Дом-то мой, и убирать придется моим и так немногочисленным работникам.

— Так ты узнал или нет? — его ответ вышел неоднозначным, и я переспросила.

— Ну-у-у… Нет, — признался он и тут же обрадовал: — Но ты же почти дракон, думаю, сможешь намагичить.

Прелестно!

— Издеваешься? — сложила руки на груди и прищурилась.

Пасынок расплылся в наглой улыбочке, которая уже давала понять — да, издевается.

— Немного, — ухмыльнулся и невинным тоном отметил: — Я же должен быть вернуть твои слова, сказанные когда ты заставила меня чинить холодную кладовую. Прекращай давай злиться и сосредоточься.

После того, как я отдала почти все силы на то, чтобы организм Диксона вывел как можно быстрее магическую отраву, это оказалось несколько труднее, чем прозвучало. Усталость брала свое и даже прочувствовать магические пути оказалось сложно.

— Закрой глаза, так будет легче увидеть магические импульсы, — командовал маг. — Я сначала не понял, но сейчас осознал, что это не обычные листы, а некогда артефакт двусторонней связи. Он состоит из нескольких листов бумаги, с виду совершенно обычных, и пера. То, что напишешь на нем, будет отображаться на бумаге второго набора, и наоборот. Цена у него не маленькая, но это быстрее и надежнее писем. Артефакт легче восстановить, ты справишься, Шарлотта.

Мне слабо в это верилось. Может, тот генерал учился данному мастерству годами, с чего пасынок взял, что у меня получится с первого раза?

Но я закрыла, как он и велел, глаза и попыталась что-то “увидеть”. Наверное, выглядит со стороны крайне глупо. Да еще пару недель назад я покрутила бы пальцем у виска и сказала бы, что магии не существует.

Хоть что-то я начала чувствовать спустя десять минут. Лэстер к тому времени махнул рукой на это и пошел искать другие улики, а я упрямо стояла на своем. Сперва это были маленькие, незаметные импульсы. Тусклое золотое сияние, разбросанное по темно-синей тьме, словно маленькие звездочки. Потом я действительно почувствовала то, что когда-то это был целый артефакт. Им часто пользовались, но потом решили попросту сжечь, а не тащить за собой. Я дала всего немного энергии, а золотые огоньки мгновенно вспыхнули, собираясь в ряд, в тонкие нити, которые вставали в нужный узор кружева, который сплел мастер-артефактор.

Когда я открыла глаза, передо мной на столе лежала стопка бумаг, исписанных мелким, кривоватым почерком.

Это была переписка.