Глава 22

Все бы ничего, но накануне гастро-феста я умудрилась заболеть. Видимо, сказался накопившийся стресс, ослабив мой иммунитет, и организм быстро сдался, вполне полноправно требуя передышку. Вот только устроить ее я не могла.

Проклиная свой гиперконтроль, я приехала на работу с температурой, хотя всегда ругала за это коллег и отправляла их лечиться, чтобы не заражать остальных. Не удивлюсь, если в их глазах я буду выглядеть как тот самый плохой начальник, который устанавливает правила и сам же их нарушает. Не такой пример я должна подавать.

Но сегодня первый день запуска гастро-феста. Я бы лезла на стенку от беспокойства, если бы лично не убедилась, что мы готовы. Вдруг окажется, что нам не хватает каких-то ингредиентов или официанты забудут расставить информационные материалы на столах в зале? Не помешает провести контрольный брифинг для персонала. И самое главное! Для громкого старта мы с Яном решили включить все средства медиа на максимум, чтобы создать из гастро-феста своего рода бренд – событие, которое будут посещать и ждать его следующего проведения.

У меня получилось договориться о рекламе с одним иностранным food-блогером, который оказался в этот момент в Санкт-Петербурге, и я не могла просто лежать дома с градусником и пускать все на самотек. На кону стояла звезда Мишлен. Учитывая, что на блогера подписан официальный аккаунт красного гида, этот шаг мог приблизить нас к желаемому результату. Помимо иностранного гостя, в первые дни нас посетят его местные коллеги и СМИ. Слишком большая ответственность, чтобы просто отлеживаться дома.

Я пообещала самой себе напиться противопростудных порошков и не высовываться из кабинета, чтобы свести все контакты к минимуму, но оставить коллектив в первый день мероприятия не могла.

Когда я приехала на работу, я чувствовала себя разбитой. Лихорадка не отступала, голова кружилась, каждая мышца в теле ныла так, будто я пробежала марафон в туфлях на высоком каблуке. Впрочем, так оно и было. Но я стояла на своем посту, потому что знала: сейчас каждый сотрудник на счету, и мое присутствие – это сигнал для всех, что мы справимся.

В кабинете я выпила жаропонижающее и погрузилась в работу. Но видимо, мой внешний вид оставлял желать лучшего, потому что, когда Ян заехал в «Петроград», он сразу заметил неладное.

– Ты что, заболела? – он встал в дверях моего кабинета, сунув руки в карманы широких джинсов.

– Нет, – я старалась говорить бодро, но хриплый голос сдал меня потрохами. – Просто немного простыла.

Ян подошел ближе, внимательно изучая мое лицо.

– Я, конечно, понимаю, девушки ждут не такие комплименты, но Ульян, ты бледная как смерть. Какого черта ты приехала в таком состоянии?

– Сегодня первый день гастро-феста, – я попыталась выпрямиться в кресле, но меня немного повело. – Я должна быть здесь.

– В первую очередь ты должна быть здорова, – отрезал он.

– Все под контролем, – я постаралась улыбнуться. – Я нормально себя чувствую. Уже выпила, наверное, ведро противопростудных препаратов.

Ян покачал головой, но настаивать не стал. Мы вместе прошли в зал, где уже была полная посадка. От босса я узнала, что в остальных ресторанах ситуация аналогична, а значит, наш план работал.

Каждое заведение сети Сташевского представило свой тематический сет из трех блюд и анонсировало старт гастро-феста в своих соцсетях, упоминая и остальных участников. По нашей задумке, должен сработать эффект эстафеты, в которой гости захотят посетить не один ресторан, а все. Мы в свою очередь освещаем это событие в СМИ и вводим маршрутные листы, где будем ставить штамп от каждого ресторана. Если гость за период проведения гастро-феста посетит все заведения, получит в подарок ужин в одном из ресторанов.

Возможно, не все захотят участвовать в нашем квесте, ограничившись парой заведений, где им приглянулись сеты, но в целом посещаемость ресторанов это поднимет.

Мы обменялись несколькими фразами по поводу работы ресторана и гастро-феста, и я уже собиралась вернуться к себе, как вдруг почувствовала, что комната поплыла перед глазами. Я пошатнулась, пытаясь ухватиться за барную стойку, но тело едва ли меня слушалось.

– Эй, подруга, ты что-то мне совсем не нравишься, – обеспокоенно заметил Ян, хватая меня под руку. – Черт, да ты горишь вся! Ульяна, быстро в кабинет.

По пути Ян перехватил Машу, которая забирала с кухни заказ. За ее миниатюрным ростом наши широкие тарелки всегда казались карикатурно огромными, но девушка ловко с ними справлялась.

– Принеси, пожалуйста, полотенце, тарелку для супа и уксус.

– Хорошо, – испуганно пискнула Маша. – Сейчас только отдам заказ.

Ян помог мне добраться до кабинета и аккуратно усадил на диван. Комната продолжала кружиться, а голова, казалось, была набита ватой. Я попыталась образумить его, чтобы не донимал официантов своими странными просьбами про уксус, но он только строго посмотрел на меня:

– Ульян, давай ты будешь крутой начальницей, когда поправишься, а пока не спорь. Ты выглядишь так, будто вот-вот коньки отбросишь.

– Да я в порядке, честно. Просто нужно еще выпить жаропонижающее, – попыталась возразить я, но даже мой голос звучал неубедительно.

– Кому нужно твое геройство? Я уже понял, что ты незаменимый сотрудник.

В этот момент вернулась Маша с полотенцем, тарелкой и уксусом. Она поставила все на стол и замерла, не зная, что делать дальше.

– Спасибо. Можешь идти, – отпустил ее Ян, после чего сходил на кухню и набрал холодной воды.

– Что ты делаешь? – слабо возмутилась я, пытаясь приподняться.

– То, что нужно было сделать сразу, когда ты поняла, что вся горишь. Сбиваю температуру, – отрезал он.

Добавив в тарелку немного уксуса, Ян взял полотенце, смочил его и стал протирать мне лоб, виски, шею. От холодной ткани меня бросило в дрожь, но это было приятно.

– У тебя температура под сорок, я уверен.

– Откуда такая точность? –попыталась пошутить я, но вышло слабо.

– Я тебя трогаю и чувствую, что ты вся горишь как печка. Тут и термометр не нужен. А теперь, Ульяна, снимай одежду.

– Что?! – возмутилась я.

Видимо мозги перегрелись, и я забыла, что он давно успел все увидеть после нашего похода в клуб. Ничего нового я ему не покажу. Разве что другой комплект бельишка.

– Как что? Чтобы высокая температура начала спадать, нужно протереть все лимфоузлы. Тебя в детстве так не лечили разве?

– Да ты издеваешься надо мной, – фыркнула я.

– Даже не думал. Давай раздевайся. Вот увидишь, станет легче.

Я попыталась возражать, но Ян был непреклонен.

– Я серьезно, Ульяна, – произнес он, глядя мне в глаза. – Ты сейчас не в том состоянии, чтобы спорить. Если ты не сделаешь это сама, я помогу.

Я закатила глаза, но быстро сдалась. В конце концов, что я теряю? С трудом я стянула шифоновую блузку и откинулась на диван.

– Ульяна, брюки тоже надо снять, – ненавязчиво напомнил он, делая вид, что не замечает моего смущения.

А мне и правда было не по себе, и далеко не от температуры. Сейчас я раздевалась при Сташевском на трезвую голову, а не как в прошлый раз.

Скинув брюки, я осталась в одном белье и легла на диван, чувствуя себя невероятно уязвимой. Его прикосновения были уверенными и в них не было ничего лишнего, но от каждого по коже бежали мурашки. Ян продолжил протирать мою кожу влажным полотенцем, спускаясь все ниже.

– Раздвинь ноги, пожалуйста.

По моему красноречивому взгляду, Ян понял, что не помешает объясниться.

– Я не съем тебя. Просто протру лимфоузлы.

Когда холодная ткань коснулась области паха и прошла между бедер, я невольно вздрогнула. Дыхание участилось, но вовсе не от жара. Близость Яна кружила голову похлеще температуры. Черт, почему даже в таком состоянии мое тело так реагирует на него?

– Не думай об этом так громко, – внезапно произнес Ян, читая мои мысли. – Трудно концентрироваться.

– Ну извините, – пробормотала я и отвела взгляд от его рук, скользнувших с внутренней поверхности бедра к области под коленями.

– Ну как, лучше? – спросил Ян, закончив процедуру.

– Кажется, да, но я теперь воняю уксусом, – тихо ответила я, натягивая брюки обратно.

– Какая разница. Ты все равно сейчас поедешь домой.

– Я не могу, – слабо возразила я. – Блогер приедет через два часа, и…

– И прекрасно пообщается с шеф-поваром и со мной, – перебил Ян. – Я лично прослежу, чтобы все прошло идеально. Собирайся, я отвезу тебя домой.

– Я могу доехать сама, – упрямо сказала я, натягивая блузку.

– Конечно можешь, – кивнул он саркастично. – Но не будешь.

– У меня машина…

– Постоит под рестораном. Не заржавеет. Но если ты переживаешь, можешь дать мне ключи, и я вечером пригоню ее тебе.

Я могла бы спорить дальше, но силы окончательно покинули меня. Может, он прав. Я действительно чувствовала себя ужасно и просто хотела довериться ему, чтобы расслабить мозг и не думать ни о чем.

– Ладно, – я достала ключи из сумки и вручила их Яну. – Но только потому, что у меня сейчас нет сил перепираться с тобой.

– Вот и отлично, – улыбнулся он.

Весь день я провела в полузабытьи, периодически просыпаясь, чтобы выпить воды, а вечером меня разбудил звонок домофона. Я с трудом поднялась с дивана, чувствуя, как кружится голова. Бросив взгляд на часы, поняла, что для Люси слишком рано. Она вернется с работы часа через два в лучшем случае.

– Кто там? – спросила я осипшим голосом.

– Принцесса, сбросишь косу или мне самому карабкаться?

По насмешливому голосу я сразу узнала Сташевского.

– Ты как? – спросил он, когда я открыла дверь.

– Жива, – слабо улыбнулась я.

– Вот, держи. Апельсины, лекарства и еда. Подумал, ты вряд ли в таком состоянии захочешь есть, а готовить – тем более, но перекусить нужно. И еще кое-что, – он протянул мне ключи от машины. – Припарковал у тебя во дворе.

Я взяла пакеты из рук Яна, чувствуя, как в груди разливается приятное тепло, не имеющее ничего общего с температурой. Наверное, болезнь обостряет эмоции, потому что от его заботы у меня защипало в носу и едва не расплакалась.

– Спасибо, что не забыл про меня, – слабо улыбнулась я.

– Я ничего не забываю, Ульяна…

У меня екнуло сердце. Эта фраза… Как же Ян любит ее повторять. И как человек, у которого все схвачено, мог забыть о нашей ночи? Может быть, я сама хотела в это верить, но мне показалось, это еще один аргумент в копилку того, что Ян прекрасно все помнит. Просто в моменте он решил подыграть мне, усыпив бдительность, а сам постепенно проникает в мою жизнь все глубже и глубже.

– Да ну? – с вызовом спросила я.

Не знаю только, откуда силы взялись, устраивать провокации господину Сташевскому, но это сработало. На несколько секунд Ян растерялся, затем предпринял ответный шаг.

– Пригласишь на чай?

Тут уже замерла я, не зная, как бы поделикатнее дать заднюю. Конечно, мне хотелось впустить Яна, чтобы продлить это ощущение тепла и заботы, но я сейчас немного не в форме.

– Прости, я сейчас заразная, – нашлась я с ответом. – Давай как-нибудь в другой раз почаевничаем, когда я буду в более презентабельном виде.

Ян прищурился, сканируя меня с легкой улыбкой.

– Ты уверена, что причина именно в этом? – вкрадчиво спросил он.

– А в чем еще?

Я надеялась, что мой голос звучал непринужденно, но даже с температурой почувствовала, как предательски покраснели щеки.

Ян задержал на мне взгляд еще на мгновение. Казалось, он пытался найти между строк еще какой-то подтекст, затем просто кивнул.

– Что ж, выздоравливай, Ульяна. И не вздумай приходить на работу, пока не вылечишься.

– Слушаюсь, босс, – я шутливо отдала честь и закрыла за ним дверь.

Когда Ян ушел, я отнесла пакеты на кухню, сунула еду в холодильник и рухнула обратно на диван, обессиленно выдохнув. Как бы мне ни хотелось пригласить его на чай, я понимала, что не могу злоупотреблять гостеприимством подруги.

Несмотря на то, что я предложила Люси оплачивать коммунальные услуги, я все равно ощущала себя обузой. Все же нужно искать собственное жилье. Люси приютила меня в сложный момент, но вечно так продолжаться не может. Пора и честь знать. Мне важно чувствовать себя хозяйкой в своем доме, а не гостьей.

На самом деле была причина, по которой я медлила с переездом – я не привыкла жить одна в бетонной коробке. Из родительского гнезда я переехала в Питер и разместилась в общежитии университета, затем мы делили одну квартиру на двоих вместе с Олей, а после я съехалась с Данилом. Мне казалось, что я взвою от тоски, если буду жить одна. Но это не повод напрягаться самой и напрягать Люси. Вряд ли она оценит, если я начну водить в наше девичье царство мужиков.

К тому же у меня оставался всего один год, чтобы исполнить еще один пункт в моем личном «to do-листе» – пожить одной до 30 лет. Сейчас как раз самое время.

Когда с работы вернулась Люси, она сразу заметила в холодильнике контейнеры с едой.

– Ух ты, это ты приготовила?

– Нет, это от моего босса. Я разболелась, и он решил обеспечить меня соцпакетом. Доставил меня, машину и вот витаминами снабдил.

– Жирный у тебя соцпакет, подруга. И ты еще сомневалась в нем?

Я закатила глаза. Если бы все было так просто.

– Пока он мне ничего не предлагал. От амнезии не избавился, хоть и утверждает, что не страдает ей.

– Ясно все с вами. Высокая кухня, высокие отношения, – хмыкнула Люси.

– Ты ешь, а я пойду спать. Не хочу тебя заражать.

***

Всю следующую неделю я провалялась на больничном. Вначале я боролась с температурой, потом с кашлем и дикой слабостью. За это время я успела пересмотреть разные сериалы, которые пропустила за последние пару лет. Перечитала десяток книг о любви, проецируя сюжеты на нас со Сташевским, и в конце концов устала болеть. Или просто соскучилась по работе. Да кого я обманываю? Не только по работе.

Когда я наконец вернулась в ресторан, Вероника успела шепнуть мне, что за время моего отсутствия Ян лично руководил здесь всеми процессами. Я думала, он бывал у нас наездами, контролируя проведение гастро-феста, но оказалось, он успел прочно обосноваться в моем кабинете.

– Как самочувствие? – спросил Ян, оторвавшись от бумаг, когда я вошла.

– Уже лучше, спасибо. А как тут идут дела? – спросила я, плюхнувшись на диван и закидывая одну ногу на другую. – Ребята справляются?

– Можешь не переживать. План выполняем, – поделился Ян. – Твоя идея с иностранцем сработала. Вчера он выложил обзор и его лайкнул Мишлен. В остальном тоже все хорошо, полная посадка, все брони расписаны.

– Спасибо, что взял в свои руки наше хозяйство.

– Не за что, – усмехнулся он. – Готов взять в свои руки не только его.

И я почему-то была уверена, что он говорил не только о ресторане.