Глава 16

14 апреля 1971 г. Святославль

День пролетел совершенно стандартно, без каких-то вывертов. Только ложась вечером в постель, понял, что прожил его как-то на автомате, совершенно ни на что не отвлекаясь. Как какой-то робот. Черт, неужели это все еще стресс после схватки с зэками? Просто приобрел вот такую необычную форму? Нет, это никуда не годится! И что делать? Решил, что удвою дозу физо на стадионе по утрам. И обливаться холодной водой буду не только по утрам, но и по приходу с работы. Стресс-стрессом, но, когда при плюс два на улице выливаешь на голову ведерко колодезной водички, мозги прочищаются просто необыкновенно. Сразу проснешься и роботом быть перестанешь.

За завтраком обратил внимание, что мама необычно много времени проводит у зеркала в бабушкиной комнате. Бегает туда-сюда, то одно наденет, то другое. И лицо такое… сложное.

— Мам, а что происходит? — озабоченно спросил я.

— Пойдём с Ахмадом сегодня в обед заявление в ЗАГС подадим, — ответила мимоходом она.

— Здорово, — пробормотал я. — А суета вся эта к чему?

— Как? Заявление же подавать! — воскликнула мама.

— А, ну понятно! — сказал я. Вспомнил, как мама не хотела это событие даже отмечать, мол «нам не по двадцать лет». А сейчас всего лишь подача заявления, а от зеркала не оторвать. Хорошо, что уговорил нормально пожениться, с праздником и гостями. Такие даты должны в памяти оставаться и отличаться от обычных дней. — Вы, главное, дату свадьбы тщательно выбирайте, чтоб на выходной день попала. Чтоб погулять как следует!

Мама, проносясь мимо с очередным вариантом наряда, мимоходом кивнула головой на мою просьбу. Так приятно было смотреть на неё, как она носится туда-сюда… счастливая!..

В школе, на химии в класс ворвалась завуч.

— Ирина Анатольевна сына родила! — радостно провозгласила она в полный голос, при этом зачем-то наклонившись к уху химички, и так же стремительно выбежала из класса.

— Слышали, да? — счастливо улыбаясь, спросила нас химичка. Реакции от класса никакой серьезной не последовало. Так, вялые хлопки в ладоши.

— Что за Ирина Анатольевна? — тихо поинтересовался я у Юльки.

— Наша учитель физкультуры, — пояснила она.

А, понятно. У нас физкультуры не было уже месяца три, потому я и не знал. Интересно, сколько сейчас дородовый отпуск? Не три же месяца? Наверное, беременность проблемная была или долгожданная. Иначе чего бы учителя так радовались? А среди школьников, учительница, похоже, никакой любви не завоевала — вот им и все равно.

На перемене подошла Диана и спросила, участвовал ли я когда-нибудь в самодеятельности.

— Не участвовал. А тебе зачем? — не сразу вспомнил я про задание подготовить концерт к 9 мая для ветеранов, но потом догадался: — На полноценный концерт номеров не хватает?

Диана печально кивнула.

— Очень трудно уговорить ребят выступать, никто не соглашается. Пару номеров придумали своими силами, учителя один номер сделают, но этого мало.

— Петь я не умею, танцевать тоже, — задумчиво проговорил я, вспоминая, как когда-то очень давно (хотя правильней будет сказать, что через много лет) на корпоративе показывал фокусы изрядно выпившим коллегам. Тогда моё чародейство зашло на ура. Может, и сейчас что-нибудь этакое изобразить? Подойдет ли такой номер на концерте на 9 мая? Вопрос, конечно, интересный. Хотя почему бы и нет. Надо же помочь. — Зато я фокусы показывать умею.

Диана чуть не запрыгала от радости, хлопая в ладоши. А я задумался, где взять книжку с фокусами. В школе брать нельзя, её здесь уже вдоль и поперёк и прочитали, и использовали, все фокусы из неё здесь уже видели, сюрприза не получится. Зайду-ка я в библиотеку на заводе.

На заводе разобрался с путевыми листами, сходил в библиотеку и выбрал несколько книг с фокусами, дома просмотрю, определюсь, какие можно будет использовать. Только собрался, вернувшись в бухгалтерию, позаниматься и достал химию, как заглянула Галия и жестом вызвала меня в коридор.

— У меня две контрамарки в театр! Мы с тобой сегодня вечером идём! — сходу предъявила она. — После работы не задерживайся. Меня провожать не надо, иди сразу домой и оденься получше. Ты говорил, что у тебя какой-то костюм новый появился? Вот его и надень!

Моя девушка вся просто горела энтузиазмом. Было видно, что предстоящий поход ее очень вдохновляет.

Сразу скажу, что в двадцать первом веке театралом не был. Хоть и москвич, что звучит, конечно, странно. Мой лимит — один поход в театр раз в полгода. И это максимум!

Но я прекрасно понимаю, что это в будущем театр станет лишь одной из форм досуга, и то не слишком популярной, а сейчас… Сейчас это крутизна неимоверная. Интернета нет, с новыми фильмами беда, компьютерных игр нет и в помине, как и персоналок, так что театр по этим временам это очень востребованное и даже престижное развлечение. Ха, да в таких условиях и я могу стать заядлым театралом, особенно, когда в Москву переедем, и доберёмся до приличных актерских составов. Ну а что касается нашего местного театра… думаю, это вполне может оказаться испанским стыдом. Но как приятно смотреть в светящееся радостью лицо Галии. Он смогла добыть дефицит, контрамарки в театр, и она горда и счастлива! Придется идти, конечно.

— Мне надо своих в таком случае предупредить, что поздно буду, — сказал я, собираясь дойти до экономического отдела.

Взял Галию за талию и хотел пройтись с ней во второй корпус правления, но она отстранилась от меня.

— Подожди! — вдруг сказала она. — Еще одно дело, пока не забыла. У тебя есть фотография?

— Была где-то, маленькая. А что?

— В личное дело надо, — быстро ответила она и отвела глаза.

Вернулся в кабинет, порылся в портфеле, нашёл маленькую фотку три на четыре, оставшуюся после оформления на завод, вышел с ней к Галие. Она выхватила фото у меня из рук, довольная развернулась и пошла к себе.

И что это было? Пошёл за ней следом, глядя на округлые бёдра, затянутые в новые джинсы и соблазнительно качающиеся из стороны в сторону при каждом шаге. Гипноз, блин, шел бы так и шел, пока не упал бы от изнеможения.

Дойдя до экономического отдела, все же смог остановиться в дверях. Но взгляда оторвать так и не сумел, в задумчивости глядя вслед удаляющейся по коридору Галие.

— Паша! Ты что там стоишь? — услышал я удивленный голос мамы.

Пришлось отвлечься от созерцания пятой точки подруги и переключиться на семью.

— Меня в театр сегодня пригласили, — сообщил я, заходя в кабинет. — Я вам нужен буду вечером? А то спектакль поздний.

— Может, всё-таки, ты пригласил, а не тебя? — с усмешкой спросил Ахмад, подавая мне руку.

— Да я бы лучше в кино, — ответил я, — не уверен, что тут будет высокий уровень постановки.

— А ты что, разбираешься? — оживился Ахмад.

— Достаточно, чтобы скучать, если актерский состав слабенький.

— А кто пригласил? — спросила мама.

— Галия.

— Ну, это же хорошо? — спросила она, внимательно глядя на меня. — Сходи, развейся…

— Угу, — неопределенно промычал я в ответ.

— И что у нас в театре сейчас показывают? — отвлёк меня от раздумий Ахмад.

— «Опасные связи», — прыснув со смеху, ответила мама за меня. Вспомнила, как с Аннушкой меня развели.

— Это точно? — спросил я. Блин, Аннушка же в этой постановке участвует!

— Точнее некуда, — сквозь безуспешно сдерживаемый смех заявила мама. — У нас в городе один театр.

Да уж! Впрочем, можно было бы догадаться, исходя из размера города.

Я вышел в полной уверенности, что мама тут же расскажет Ахмаду про розыгрыш с Аннушкой. У влюбленных нет секретов друг от друга. Ладно, пусть поржут.

Из головы не выходило странное поведение подруги. Зачем ей моя фотография? В кадрах же есть, я сдавал. Ей что, этого недостаточно? И глаза почему отвела, когда на вопрос про фото отвечала? Я автоматически считывал такие сигналы, и сейчас мой встроенный детектор упорно и уверенно говорил, что подруга мне соврала и фото ей нужно вовсе не для личного дела. Систему делопроизводства я себе представлял на предприятии достаточно точно, чтобы не понимать, куда еще можно приклеить мое фото. Неужто хочет над кроватью повесить? Но фотка ведь три на четыре, маленькая… Загадка осталась сидеть в голове. Отложил ее пока. Подождем-увидим.

В театр впервые пошел в новом костюме. Одном из тех двух, что подобрали у Никифоровны для поступления. Третий был на вырост. Костюм был темно-синим и реально мне нравился. Когда я встретился с Галией у театра и снял в гардеробе пальто, она аж ахнула. Завертелась вокруг меня, рассматривая.

— Паша, как тебе он здорово идет! — обрадовалась она за меня.

— Да что меня рассматривать, дай на тебя посмотреть! — добродушно сказал я ей, — ну-ка, повертись!

Галия сегодня была в темно-синем платье с белым пояском и белым воротничком. Платье было и строгим, и элегантным одновременно и моей девушке очень шло, выгодно подчеркивая фигуру, но при этом оставаясь в рамках приличий. Для театра отличный выбор.

Театр, кстати, был неплох для такого маленького города. Представлял собой солидное здание с высокими колоннами и широким крыльцом вдоль всего фасада. «Опасные связи» гласила большая рисованная афиша у входа. Как снаружи, так и внутри это здание сильно напоминало наш кинотеатр рядом с Площадью. Внутренняя отделка тоже ожидаемая, но вполне приличная: лепнина на потолке, большая люстра, тяжелые бархатные портьеры, паркет. В общем, все атрибуты приличного храма искусства.

После гардероба Галия потащила меня в зал, но я настоял на полной программе посещения и повел девушку в буфет. Заказать коньяк в моем юном возрасте мне не светило, но газировку и по пироженке я таки урвал. Хоть как-то надо было подсластить грядущее действо, от которого ничего хорошего я не ждал.

После буфета прошли в зал. Галия потащила меня к самой сцене. Мы оказались в центре на втором ряду. Хорошие ей достались контрамарки на мою беду! Понятно, почему она была так довольна. Места отличные.

Я с трепетом ждал начала спектакля. Были опасения, что сорву его к чёртовой матери: предполагал, что Анна, увидев меня прямо перед собой, начнёт ржать как мама, вместо того, чтобы роль играть. Судя по предыдущему нашему общению девушка она довольно смешливая.

Но всё обошлось. Спектакль отыграли великолепно. Мне есть с чем сравнивать. Всё-таки богата земля русская талантами! Не ожидал, не ожидал! Похоже, что у нас тут каким-то образом осел крутой режиссер. В СССР по-разному бывало — может, поссорился с кем-то влиятельным в Москве, и теперь может работать только в диком захолустье. Или, может, сдуру какой-то анекдот рассказал про Брежнева, и стуканули. Но факт остается фактом, спектакль был поставлен и сыгран на очень высоком уровне. Пожалуй, если будут появляться такие возможности, от посещения этого театра в дальнейшем отказываться не буду.

Анна держала своей игрой весь спектакль. Причем, как ни удивительно, не своей сногсшибательной сексуальностью, это срабатывало бы только на мужиках, а именно брала мастерством. Та же Галия восторженно следила за ней, сдерживая дыхание. Какое там целоваться в темноте зала, она, как спектакль начался, сразу в нем целиком и пропала. Да, в Москве однозначно станет заядлой театралкой. Там ей будет где разгуляться.

Когда все артисты вышли на поклон, Аннушка смотрела только на меня, весело смеясь, и даже помахала мне рукой. Заметила, значит. Прикидываться веником смысла не было, попал, значит попал, поэтому я спокойно улыбнувшись, кивнул ей и помахал рукой в ответ, показав большой палец вверх, выказывая тем самым восторг от постановки. Галия моментально просекла, что мы с Аннушкой знакомы, и именно ее Пашке машет эта невероятно сексуальная женщина. Внешне она вроде осталась спокойной и никак не выказала эмоций по этому поводу, но своей мужской интуицией, опираясь на богатый житейский опыт, я сообразил, что надо мной резко сгустились тучи. Я поспешил обнять подругу за плечи, переключив на неё всё своё внимание. Это немного разрядило ситуацию. Но, как оказалось, ненадолго.

Галия вела себя непривычно тихо, когда мы спускались в толпе других людей в гардероб. Весь ее восторг от прекрасного спектакля пропал. Она шла, и что-то там усиленно обдумывала.

— Скажи, откуда ты знаешь эту актрису? — спросила Галия меня на улице. Тихим таким голосом, будничным. Я такую интонацию от нее и не слышал никогда. Все же веселушка и хохотушка. Ладно, будем играть в открытую. Смысла таиться я не видел. К тому же вопросы с доверием и ревностью надо решать так или иначе обязательно. Сколько таких ситуаций в жизни еще будет. Каждый раз скандал и обиды крепости отношениям не добавят.

— Ты будешь смеяться, но я знаю ее всего несколько дней. Надо мной пошутили мои же родные. Как ты знаешь, я искал репетитора по химии. Бабушка хорошо знает Анну, так зовут эту актрису, она на самом деле в библиотеке работает. Так вот, бабуля сговорилась с ней, послав меня к ней изучать химию. И только вечером я узнал дома, что это была шутка. Зачем они решили надо мной так подшутить, я без понятия, — сказал я предельно честно.

Уж не знаю, что у нее там щелкнуло в голове, но Галия вырвала свою руку из моей и, не говоря ни слова, стремительным шагом понеслась в сторону своего дома.

Я шёл за ней, не отставая, но и не стремясь догнать. Знаю я, что это такое, темпераментная женщина. В данный момент ничего она не станет слушать. Так что просто провожу до дома, надо же убедиться, что спокойно дойдет, уже темно и поздно. Пусть перекипит, бешенство немного спустит. Вот же, характер взрывной, мать его. А с другой стороны, никогда меня не привлекали холодные женщины, пусть даже и красивые. Смотрят они на тебя глазами снулой рыбы, и не понятно, о чем думают. Но чутье говорит, что любви у них к тебе ни на грош, ты для них просто удобный партнер, добытчик. Перестанешь им быть — бросят, не задумываясь, если прокалькулируют, что так им выгоднее.

Но с ревностью надо будет вопрос решать. Если Галия один-два раза поначалу так вспылит, то ничего страшного, даже неплохо для искры в чувствах, но если она в принципе ревнива и будет каждый раз сцены закатывать по любому поводу, то у нас проблема. Терпеть это долго я не стану.

Дошел с Галией до дома. Она молча, даже не попрощавшись, пошла в свой подъезд. Ничего себе заявочка. Ну хорошо, подожду до завтра. Бежать за ней следом не собирался. Оправдываться мне не в чем, поощрять такие взбрыки не хочу. Остынет — поговорим.

Вернувшись домой, обнаружил «второй акт Марлезонского балета» — мама с бабушкой снова сидели на кухне и снова обсуждали меню. На этот раз, для маминой свадьбы. Гостей планировалось немного, но количество блюд в списке от этого все равно не было менее впечатляющим.

Для проформы поинтересовался, готово ли меню для визита родителей Галии. Получил листок со списком блюд. Хотел было пошутить, что зря старались, мол ничего не будет, мы поссорились, можете этот список для свадьбы использовать, но передумал. Не очень смешная была бы шутка. Да и расстроен я был немного из-за ссоры.

Вчитался в список блюд внимательнее, салатик, селедка под шубой, заливное, пару закусок и прочее, стандартный по сути набор. Пришла в голову мысль, может, мне стоит удивить гостей каким-нибудь блюдом, не совсем привычным для этого времени? Готовить я научился в свое время неплохо. Одинокая жизнь способствовала, а позже общение с дочкой, а потом и с внучкой кое-какие кулинарные навыки заставило вывести на новый уровень, так что умел я несколько больше стандартного мужского набора «заварить роллтон/сделать яичницу/отрезать колбасы и сбацать бутер».

Начал перебирать в уме простые, но необычные для СССР кушанья. Пиццу замутить было первой же идеей. Блюдо простое по сути, эффектное на вид, но, вспомнив, что моцареллу я сейчас ну никак не найду, отложил эту мысль на крайний случай. Российский сыр не плавится толком, а у плавленых сырков ни вкус, ни структура не подходят. Фигня получится.

Начал думать дальше. Мясо по-французски сделать, что ли? Вроде бы было такое блюдо в СССР, не помню точно, когда именно мама мне его в первый раз приготовила.

Картошку фри сделать? Необычно, но боюсь, когда бабушка узнает, сколько подсолнечного масла извел, чтобы просто кортошку пожарить брусочками, подвесит меня за ребро на площади перед горкомом.

Бургеры? Да, это тема. Вспомнил в своем детстве булочки трехкопеечные, которые покупали на отдыхе в Бердянске. Вкусные и ароматные, как очень маленькие батончики. Вот они бы подошли для бургеров идеально, но где их в Брянской области взять. Здесь хлеб преимущественно серый. Батоны есть, но качество так себе, а булки только сдобные, для бургеров не годятся. Снова печаль!

Мозг перескочил на десерты, может, хоть там что найду. Сразу вспомнил тирамису. Чудесный десерт, готовить элементарно. Одна загвоздка — продукты. Я, блин, не в Москве. Я здесь даже более-менее воздушное по текстуре печенье не добуду, а уж про маскарпоне вообще молчу.

И тут меня осенило. Был в моем арсенале десерт, который можно было реализовать даже в местных, сложных для кулинарии условиях. Я в свое время много экспериментировал с этим тортом, который очень любил, чтобы сделать его менее жирным и тяжелым для организма без потери вкусовых качеств и нашел-таки вариант. И он вполне осуществим в советской действительности, если найти разъемную форму, приличную сметану и плиту с духовкой. У нас-то печка, а она не подходит для моих целей совершенно. Квест предстоит тот еще, но, если получится, впечатлю всех.

Так, у кого я смогу найти плиту с духовкой?