Глава 7

Москва, квартира Ивлевых

— А ты еще подумай о том, что, когда Аришка постарше станет, она же не просто за рубеж будет путешествовать. — сказал я. — Она же еще там начнет играть в турнирах, на которых тем, кто выиграет, деньги хорошие платят. Глядишь, однажды приедет с очередного турнира да машину тебе новую в подарок купит. Вот тогда ты обрадуешься тому, что с ней в детстве возилась, столько время ей уделяя.

— Скажешь тоже, — махнула рукой Инна. — Я уже справки навела. Не такие там и большие деньги спортсменам платят. Мне сказал один знакомый, что хоккеист его, который входит в одну из самых известных команд СССР, рублей триста в месяц получает. У моего Петра скоро больше будет.

— Зато, — сказал я, — спортсменам машину или квартиру за победу в важном турнире могут подарить. Ты что, не слышала истории про молодых хоккеистов или футболистов, которые на своей «Волге» ездят? Ты вот попробуй купить новую «Волгу» с рук… Тысяч тридцать, наверное, понадобится отдать, почти вдвое переплатить от официальной цены. А тут одна победа — и такая сумма сразу в руки падает!

Вот он и результат. А ты — триста рублей в месяц…

И за рубежом, когда какой-то турнир твоя Аришка выиграет, всех денег, полагаю, она, конечно, от государства не получит. Но часть ей обязательно выплатят. А ты знаешь, какие призовые на этих французских турнирах теннисных?

— Нет, понятия не имею, — покачала головой Инна, глядя на меня очень заинтересованно.

— А там десятки тысяч долларов им платят. Даже если часть дочке твоей наше государство выплатит, этого хватит для того, чтобы новенькую иностранную машину купить. Будешь ее воспитывать хорошо, заботиться о ней. Делать так, чтобы любила тебя она. Так глядишь, дочка, мать свою обожающая, привезет тебе однажды новенькую машину из-за рубежа. И даже не «Волгу», а «Мерседес» какой…

Инна несколько повеселела, но с упорством танка, нисколько не позабыв о своей цели заставить нас, как родственников, разделить ее хлопоты, тут же продолжила:

— Так вот, скажи, Паша, а как мне ребенка возить в Школу олимпийского резерва? Аришка же маленькая. Ее же нельзя только туда привезти, а потом уехать, чтобы сама домой добралась. Тренер сказал, что первые занятия будут минут по тридцать пять-сорок вообще, и это еще ладно, не так и долго ее там ждать. А года через полтора-два, когда она уже теннисную ракетку в руки возьмет, вот тогда уже надо готовиться к тому, что ждать ее придется часа полтора. То есть я каждый вечер, уставшая после работы, должна ее хватать и везти в Школу олимпийского резерва? И там вот столько времени ждать, а потом обратно домой везти? А если у Петра аврал на работе, и его не отпустят. С маленьким тогда кто сидеть будет?

Я чуть не фыркнул, когда это услышал. Что я сам, что ли, отцом в прошлой жизни не был и не видел прекрасно, как матери с двумя детьми куда-нибудь идут? Хотя на самом деле, явно, секция какая-то нужна только для старшего. Младшему-то года полтора-два всего. Какая ему секция? Старшего ребенка на секцию сдали, а потом гуляют поблизости, если погода хорошая, с младшим. Или сидят в коридоре, книжку читают младшему в ожидании, пока занятие закончатся.

А для Инны, такое впечатление, всего этого опыта других женщин вообще не существует.

— Так, Инна, дети же ваши общие с Петром. Сегодня у тебя аврал есть, у него нету. Он взял Аришку да и повез ее. Да и с собой можно младшего брать.

— С ним же все равно гулять надо, правильно? — тут же сказала Галия вперед меня.

— И в деревню теперь Аришку обратно возвращать нет никакого смысла, — словно не заметив высказанного ей предложения, продолжила Инна. — Что мне туда на выходные ее только везти и сразу забирать потом… Остальные-то дни нужно возить ее на эти занятия. Не наездишься в Коростово! Ну и что мне Паша, делать? Как считаешь? — Инна посмотрела на меня, явно ожидая какого-то совета.

Ну что же. Чувствую, если я сейчас не предложу вменяемого варианта, то Инна начнёт меня закидывать разными интересными предложениями. Например, что мама должна своего ребёнка оставлять у Валентины Никаноровны, чтобы она с троими сидела, а сама возить Аришку на занятия. Либо еще что-то такое же интересное и продуктивное с ее точки зрения придумает. Это же Инна. В этом на нее всегда можно смело рассчитывать. Решил до этого дела не доводить и сам предложение ей сделать.

— В общем, рад я, что у тебя такой шанс появился для Аришки счастливое будущее организовать. Давай тогда я помогу тебе. Поищи около детского садика пенсионера с машиной. Можешь у воспитательниц поспрашивать про такого. Может быть, у воспитательниц, кстати, муж возьмется или дед какой-нибудь имеется с машиной. Только не слишком старый, конечно, чтобы нормально еще ездить мог. А я проплачу, чтобы человек этот на машине Аришку на теннис отвозил, а потом, подождав, когда она оттуда выйдет, домой к вам её привозил. По идее, не очень дорого выйдет. Двадцать поездок в месяц получается. И ждать пока что не так долго, тридцать пять-сорок минут, как ты говоришь. Думаю, рублей за восемьдесят-девяносто в месяц ты сможешь найти кого-нибудь, кто согласится этим заниматься. А я тебе деньги эти давать буду. С какого числа тебе вообще нужно на тренировки начинать водить Аришку?

— С первого апреля, — сказала Инна, расцветая прямо на глазах. — Слушай, Паша, огромное тебе спасибо. Это очень большая поддержка для меня будет.

— Главное — договориться, чтобы Аришку побыстрее опять в садик взяли. А то что она днём будет делать, когда вы с Петром на работе? — сказал я.

— А это вообще не проблема, — махнула рукой Инна. — Садик же около кольцевой. Это раз. А во-вторых, я там уже очень хорошо со всеми познакомилась. Это два. Аришка туда же уже ходила. Я предварительно договорилась, что со следующей недели, с понедельника, она снова в группу вернется. А пока Аришка у мамы поживёт. Я её уже завела к ней, прежде чем к вам сюда спуститься.

Вот наконец и выяснилось, почему Инна одна, без детей, к нам пришла. Ладно, до понедельника Аришка, пожив у мамы, никаких проблем для нее не составит, только порадует. Учитывая, сколько мы с ней возились в Святославе, Аришка для мамы уже не совсем и внучка. Столько ей уже времени и энергии посвятила, что почти как собственная дочка.

Инна, добившись от меня помощи, тут же домой ускакала, весьма собой довольная.

А меня другой вопрос начал мучать, пока я в дорогу чемодан собирал. Одно дело, когда мы своих детей достаточно редко, еще и не каждую неделю, в машине куда-то возим. А ведь Аришку, получается, каждый рабочий день будут на тренировку возить и обратно. Мало ли, она в аварию попадет. А мне потом переживать, что фактически по моей инициативе она вообще в этой машине оказалась, а не в деревне по-прежнему на шее у прабабушки сидела. Значит, остро назрел вопрос о детских креслах. В СССР мне еще ни разу ни одно детское кресло нигде не попадалось. Хотя людей спрашивал, вроде как кто-то и видел у кого-то.

Удачно я еду в Италию как раз, получается. Попрошу там показать самое передовое детское кресло, которое имеется в продаже. Поскольку я прекрасно помню, какие детские кресла были в двадцать первом веке, сразу осмотрю эту модель на предмет рацпредложений. Может быть, пока я в Италии буду, что-то уже и смогут изваять, чтобы я мог с собой захватить. По крайней мере, одну штуку для Аришки. Если все три мне в багаж не влезут, моим парням тоже же такие же нужны, то тогда попрошу передать через ливанское торгпредство уже отработанным маршрутом.

Правда, тут в голову мысль пришла, что Сатчан, увидев, что у нас эти два кресла появились, себе такое наверняка захочет. И Костяну Брагину такое нужно для Ларченка. А у Брагиных появится — тут же Яша заинтересуется для Миши своего. Кому еще эти детские кресла могут понадобиться? Отцу тоже нужны. Как и Яше, для более старшего возраста.

Чувствую, что мне через это торгпредство надо заказать побольше этих кресел. Для начала, конечно, надо в Италии со всем этим разобраться вскоре после приезда, чтобы у инженеров было время заняться моим заказом. Ставлю себе галочку еще одну на поездку в Италию, чем там заняться…

Чемодан, кстати, взял не на колесиках. Пришла в голову еще одна светлая мысль — что раз уж я решил по совету Галии поставить подаренный мне кожаный чемодан на колесики и сделать телескопическую ручку к нему, то на кой черт мне вообще по этому поводу в Москве кого-то тревожить, если мне в Италии пятая часть профильного завода принадлежит? Буду я там детали заказывать наугад, а потом по Москве бегать по знакомым чемодан переделывать. Надо просто привезти туда чемодан и дать специалистам, чтобы они им там и занялись. И, кстати говоря, учитывая, какого отменного качества этот чемодан, пусть заодно и посмотрят, может, похожую модель потом для завода сделают.

А потом Мартин к нам забежал с подарком для Альфредо, уже упакованным. Я, естественно, спросил его, что внутри. И чтобы он на этот вопрос не обиделся, тут же пояснил:

— Мне это самому неинтересно, это ваши дела с Альфредо, что друг другу дарить, но таможенники, что советский, что итальянский, могут меня спросить, что внутри. И вряд ли они обрадуются, если я не смогу на этот вопрос ответить. Все равно распотрошат пакет, так еще и ругаться будут.

— Конечно, Паша, я понимаю, — замахал руками Мартин, — тут две коробки конфет, я специально выбрал те, что ему особо понравились.

Италия, Больцано

Андриано Ринальди обратился к Тареку с просьбой принять его лично. Тот сразу понял, что разговор явно конфиденциальный, потому что подавляющую часть вопросов они решали по телефону. У Тарека, само собой, дел всегда было много в его офисе. Но и совсем еще недавно созданная фирма по услугам в сфере безопасности тоже росла совершенно сумасшедшими темпами, так что общаться им приходилось все больше и больше.

Как выяснилось, из-за непростой ситуации в европейской экономике достаточно много классных специалистов в сфере безопасности не могли найти работу. Так что главное было подобрать алгоритм, при помощи которого в фирму не проникнут агенты какой-нибудь спецслужбы. А дальше набор все новых и новых специалистов был делом техники. И самое главное, что вновь нанятые люди вовсе не простаивали без дела. После предотвращенного покушения на Альфредо Моретти на Сицилии на фирму обрушился вал заказов. Многие богатые люди хотели работать с фирмой, телохранители которой обезвредили в два раза большее количество нападавших, сами не получив ни одной царапины, ну и, самое главное — сберегли и своего подопечного.

Хотя предприятие появилось на свет совсем недавно, оно уже генерировало сумасшедшую прибыль, чего Тарек совсем не ожидал. Он думал, что вложенные в фирму средства будут отбиваться как минимум полгода, а то и год. А тут вот тебе и раз. В феврале уже все затраты отбились. И дальше пошла уже все более растущая прибыль.

Ринальди пришлось ехать к нему из Милана, так что встречу провели через три часа. Пожали друг другу руки, поздоровались. Уселись на привычные места.

— Ну, чем порадуешь, Андриано? Надеюсь, новости только хорошие.

— Как сказать, синьор Эль-Хажж, как сказать, — ответил задумчиво итальянец. — Мы теперь точно знаем, что Диана и Фирдаус не ошиблись, и Мария Боччи действительно работает на французскую спецслужбу. Вот как вы скажете, это хорошая новость или плохая?

— Согласен с тобой, трудно это понять, — вздохнул Тарек. — Вроде как и хорошая, что мы теперь знаем, кто именно шпионит за Дианой, и Мария не сможет нанести тот вред, который задумали французы. А плохая, что мы все еще не знаем, как именно нам на это реагировать. Правда, завтра приедет один мой хороший знакомый, очень толковый. Я с ним по этому поводу посоветуюсь.

— Что за знакомый, Тарек? Хорошо разбирается в моей сфере? — тут же решил полюбопытствовать Ринальди, при этом слегка помрачнев.

Тарек сразу и сообразил, в чем причина. Вероятно, опасается, что теперь, когда дело так хорошо пошло, Тарек захочет передать новый бизнес какому-то своему знакомому или родственнику. Ну а что? Такие истории сплошь и рядом случаются. Толковый подчиненный добивается успеха на каком-то направлении, а его тут же меняют на какого-нибудь хорошего друга или родственника. Имея иллюзию, что раз уж предприятие все равно прибыльное, то и он тоже с ним прекрасно справится.

Тарек достаточно презрительно думал о тех предпринимателях, которые были способны на такие вот выверты. В особенности потому, что очень часто ранее прибыльное предприятие после такой смены руководства тут же уходило в убытки. Уж он-то не был таким дураком, чтобы менять руководителя на столь стремительно растущем направлении своего бизнеса. А вдруг этот стремительный рост связан в том числе и с умелыми действиями этого руководителя? Но опасения Ринальди он вполне понимал. Так что поспешил его успокоить.

— Нет, Андриано, он никак не связан со сферой безопасности. Да и недолго здесь пробудет в гостях. Недели полторы всего. Но в целом это очень толковый человек, советы которого я очень ценю и неоднократно уже использовал. Кстати говоря, тебе, наверное, будет интересно узнать, что и эта швейцарская фирма создана именно после его совета ее основать.

Итальянец, выслушав Тарека, тут же успокоился. Тарек это сразу заметил. Уж он-то в реакции людей очень хорошо разбирается. А Андриано, хоть и, как уже доказал, прекрасный сыщик и даже организатор в этой сфере, все же натуру имеет достаточно нервную. Очень остро на все реагирует. И его реакции опытным людям хорошо заметны.

— Если так, то я хотел бы с ним пообщаться, — сказал итальянец.

Тарек кивнул и сказал:

— Я спрошу его об этом. Он человек занятой. Если у него найдется время и желание, то я устрою для тебя такую встречу. Но вернемся к Марии Боччи… Насколько твердые доказательства вы получили, что она нас предала и работает на французов? Не может быть с этим какой-то ошибки? — спросил Тарек.

Ринальди тут же достал из портфеля папку и протянул Тареку:

— Вот, почитайте, синьор Эль-Хажж, тут расшифровка разговора Марии с человеком в одном из миланских кафе, состоявшегося вчера вечером. Слежка за Марией заняла, конечно, длительное время, но все же принесла свои плоды. Позавчера мы, прослушивая ее домашний телефон, подслушали ее разговор с каким-то мужчиной, общавшимся с ней на английском языке. Он хотел с ней встретиться, она этого не желала, но он без проблем ее вынудил согласиться. Это сразу же меня заинтересовало. Не похож был этот разговор на разногласия двух любовников…

Наши люди, изображавшие влюбленную пару, пристроились за столиком рядом с ней в этом кафе. И записывали разговор при помощи направленного микрофона, встроенного в дипломат. Качество записи, к сожалению, не очень, громко музыка играла. Как вы увидите, изучая стенограмму разговора, не все удалось записать. Но главное, что никаких сомнений больше нет. Мария точно работает на французов. То, что получилось расшифровать, явно об этом свидетельствует.

Кстати говоря, там ее не очень-то и ценят, что можно понять по этой беседе. Потому что она так и не смогла им добыть ничего по поводу Дианы, что они от нее хотели. Когда вы почитаете эти бумаги, вы сами убедитесь в том, как третирует ее куратор.

Куратор, кстати говоря, после разговора с Марией тут же поехал в аэропорт и улетел ближайшим рейсом на Париж. Да и разговаривали в кафе они с Марией тоже на английском языке, как и по телефону. Значит, итальянского он не знает.

— Но если это французы, то почему они себя так беззаботно чувствуют, проводя фактически разведывательную операцию на территории Италии? — нахмурился Тарек.

— Точно так же уверенно себя и итальянцы чувствуют на французской территории. — заверил его Ринальди. — Я раньше в этом не сильно разбирался, но раз уж такая ситуация сложилась, много собрал информации за последнюю неделю, и теперь более-менее ориентируюсь в этом вопросе. В рамках НАТО ведется большая координация работы различных спецслужб против Советского Союза. Так что, учитывая, что французы подозревают Диану в том, что она является агентом КГБ, они наверняка получили зеленый свет для работы на территории Италии от своих итальянских коллег…

Поблагодарив Андриано за проделанную работу, Тарек попрощался с ним, и оставшись один в кабинете, стал у окна. Хорошо, что Ивлев уже завтра приезжает. Он не только его бизнес-партнер, но и брат Дианы. Надо дать ему возможность высказаться по тому, как лучше решить эту проблему с Марией Боччи…