Глава 11

Перед глазами появились воспоминания той ночи…

Смутные, волнующие, взрывные.

Даже забыла, как дышать. Будто меня бросили в горячую баню, которую до этого три часа кочегарили, поддавая пар. Ощущая себя в ловушке, резко сорвалась в сторону спальни, желая закрыться, чтобы не видеть его. Не сейчас. Да и вообще никогда.

Но далеко уйти не получилось…

Почувствовала хватку на запястье и попыталась отпихнуть, но в следующее мгновение Орлов оказался рядом, накрывая губами мой рот в атакующем поцелуе, перехватывая ладонями лицо, крепко сжимая.

Я пыталась… отчаянно, неистово сопротивлялась, но что-то во мне взрывалось на части от его прикосновений. С каждой секундой тело предавало меня, лишая разума, бросая в омут страсти. Я проиграла, начиная отвечать, цепляясь за его одежду, наслаждаясь, теряясь в эмоциях.

Его твердые губы, обдающие жарким дыханием, дурманили, соблазняли. Орлов выдал рык, с дикой потребностью сжимая в своих объятьях. Он напоминал мне свирепого хищника, напавшего на свою добычу.

Крепко обхватила его шею, скользя по его плечам, спине. Меня окатила обжигающая волна возбуждения, собравшаяся внизу живота.

Оглушительный рев тяжелого рока привел в чувство.

Словно ледяной водой облили.

Звонили. Не мне. Орлову.

Орлову, с которым я целовалась…

«Боже, что же я творю? Совсем уже, что ли?! Как могла?» – с презрением к себе думала, отталкивая Сергея, что у меня получилось. Он не держал, смотрел, сжав губы в прямую линию, и ждал.

– Уходи! – потребовала, отступая, ощущая подступающую ярость. – Убирайся и не смей ко мне подходить! Никогда!

Сергей повел челюстью и спокойно произнес:

– Там ужин…

– Я тебя не просила! Не просила! Отстань от меня!

– Угу, пожалуйста, – ледяным тоном выдал Сергей и, четко развернувшись, направился к выходу, пропадая через минуту с поля моего зрения.

Не теряя времени, прошла к двери и закрыла. До сих пор не могла прийти в себя. Как могла? Ну как? Где мозги, совесть, чувство отвращения?! За критичными мыслями не заметила, как дошла до кухни. Посмотрела на стол и покачала головой. Накупил еды на целый полк.

Зачем? К чему эта забота? Почему не отстает?!

Ударила по столу ладонью и опустила голову. Стояла некоторое время, не в силах пошевелиться. Нужно держаться от него подальше. Не контактировать, не общаться, не принимать помощь. НИЧЕГО!

Мне нельзя… Я слишком реагирую. Да, я могла сослаться на стресс и волнение, но факт оставался фактом. Мое тело реагировало на этого мужчину.

Решила и немного успокоилась. Я смогу, это не проблема.

Как можно быстрее собрала все контейнеры в пакет и отправила в холодильник. Выкинуть не могла. Да и зачем? Кто-то старался, и кто-то оплатил. Завтра перекушу, после работы. А пока мне нужно немного поспать…

Завтра меня встретит новый день. Все будет хорошо!

* * *

Вышла из гардеробной, медленно двигаясь по коридору. Сжимала телефон в руках. Надеялась дозвониться до матери. Не брала. Я была уверена, что она специально игнорирует мои звонки.

– И как настроение у моей красавицы?

Обернулась и увидела Костю. В голубой рубашке, серых брюках, галстуке, элегантный и очень даже солидный. Выглядел шикарно.

– Средней… – паршивости не стала говорить, – степени.

Ширяев нахмурился и, приблизившись ко мне, нежно притянул, обняв за талию.

– Прости, что вчера так получилось, – выдохнул мне в волосы.

Кивнула, не желая обсуждать тяжелый вчерашний день, к тому же не знала, о чем именно он говорит. Казалось, что прошел не день, а вечность.

– Ты куда-то собрался? – спросила, желая перевести тему.

– Я с деловой встречи. Ты ела?

– Нет.

– Тогда пойдем в ресторанчик? Тут есть один очень…

Даже не стала оценивать свое внешнее состояние. Все как вчера. Я, конечно, постирала, но это ничего не поменяло. Моя одежда не подходила для похода в ресторан, да и не хотела я. Совсем. Ничего не хотела. Максимально, что могла, перекусить тем, что принес вчера Сергей.

– Нет. Мне нужно съездить к себе.

– Так я отвезу, а потом сходим поужинать, идет?

Смотрела в его глаза и вдруг поняла, что он избегает моего взгляда. Что-то не так? Хочет поговорить?

– Все нормально? – спросила, читая в его глазах подтверждение своих слов.

– Да. Пойдем?

Он взял за руку и, нежно улыбнувшись, повел за собой. Спустились на первый этаж и у двери столкнулись с Орловым. Точнее, я. Мне ведь всегда сказочно «везет». Уперлась руками в его грудь, носом въехав в сильное тело, совершенно теряясь от молниеносной реакции мужчины, когда его руки сжали талию, прижав к себе. Задрала подбородок и встретилась с его сверлящим взглядом. Сейчас он мне напоминал волка, планирующего меня съесть… с костями.

Сглотнула и отошла, почти с силой вырываясь. Орлов не слишком торопился отпустить.

– Вы куда? – с недовольством бросил Сергей, обращаясь к другу, откровенно сканируя мое тело плотоядным взглядом.

– Привет. Хочу отвезти Кристину домой, а потом пойдем перекусить, – бодро сообщил Костя, подтягивая меня к себе, обнимая за талию привычным жестом.

– Куда… домой? – грубо уточнил Сергей, меняясь в лице. Сейчас ко всему прочему точно видела раздражение и поднимающуюся ярость.

– Ммм… к семье.

– Как отец? – понимая, что он ко мне, облизнула губы, ощущая сухость во рту, и ответила:

– Звонила несколько раз, сказали состояние прежнее. Ничего хорошего.

– Ой, да, Кристин, забыл тебя спросить о нем. Мы можем… – начал Ширяев, но замолчал, так как Сергей его перебил, обращаясь ко мне:

– Зачем к матери?

– Я…

– Серег, не волнуйся, я с ней, а значит…

– Так зачем? За вещами или поговорить? – не успокаивался Орлов, совершенно не обращая внимания на Ширяева, что выглядело, по крайней мере, неприлично.

– И то и другое, – ответила, ощущая себя ужасно. Какого черта так себя ведет? Ему совсем плевать на мнение друга. Костя ведь сказал, что все нормально. Что придрался?

– Понятно, – буркнул он и прошел дальше, не оборачиваясь, вдруг заявляя: – Не забудь, у тебя завтра тренировка с восьми утра.

– Нет, у меня в одиннадцать.

– График изменился. Нина сообщит, – отчеканил Сергей и ушел, оставляя удивляться его грубости. Вечно так. Словно рабыня, а не тренер. Уверена, Нина бы вежливо об этом сообщила, но он…

– Ты… не думай, Сергей он… грубый, но по делу. Видишь, даже переживает за тебя. Обычно за ним такого не замечал. Пойдем, машину я оставил на парковке.

Кивнула и последовала за ним, стараясь не отставать. И только в машине поняла, что если Ширяев знал про отца, то, следовательно, и про то, где живу. Про все. Но он никак не отреагировал.

Неужели настолько доверяет?

Или плевать?

– Что тебе сказал Орлов? – сразу перешла к делу.

– Все, и про квартиру. Не пугайся, он помогает тебе, потому что ты моя невеста. Он уважает меня и мой выбор, пусть считает тебя корыстной.

Корыстной…

Вон как.

Отвернулась, вспомнив наш поцелуй. Вчера Орлов поцеловал меня с какой целью? Проверял, желая раскрыть, какая я предательница?

Скорее всего. Все возможно с Орловым. Тогда становится понятным его особое внимание. Не я же понравилась, тем более учитывая его унижения. Как все просто и предсказуемо.

Просто… проверка недостойной девушки своего друга.

– Слушай, у меня к тебе просьба, – как-то натянуто начал Костя, совсем не замечая, какое впечатление у меня от его слов. – Сергей… много для меня сделал. Чересчур. Благодаря ему мой отец увидел, что я не ничтожество и могу вести бизнес. Представь, он фабрики думал оставить моей младшей сестре. Но сейчас… он советуется со мной. Поэтому у меня к тебе просьба.

– Просьба? – повторила, ожидая подвоха.

– Да, я хочу, чтобы ты поддержала Орлова, изобразив на некоторое время его невесту. Я знаю, тебе будет сложно, но…

– Ты о чем?

– Тебе всего лишь нужно притвориться невестой Сергея… Так, на непродолжительное время. Не подумай, это чистый фарс.

– Я не хочу играть! Я не буду! Да с какой стати? И об этом ты просишь меня?

– Понимаешь, отец Сереги, в отличие от моего, все мечтает увидеть невесту сына, женить его. Даже обещал лишить наследства, и Серега согласился. Представляешь?! Еще тот наглец, любит на нервы капать. Его старик совсем отчаялся, а у него больное сердце. Ты должна понимать, как это важно.

– Тебе… совсем плевать на меня?

– Он видел вас и решил свое, Сергей подыграл. Ты понравилась ему. Скажем так, он простой и у него совсем нет каких-либо требований и условий для избранной его сына, подойдет даже без изысков, поэтому…

Задохнулась от возмущения. Надо же! Сволочь! И как могла встречаться с ним? Еще бы положил меня к другу в постель!

– Останови машину!

– Кристин, не глупи, – начал Ширяев, при этом улыбаясь, совсем не понимая своей жестокости по отношению ко мне. Бесчувственный чурбан! Сволочь!

– Я попросила остановить машину! Давай!

– Мы почти приехали, Кристина. Ты не переживай, Сергею ты не нужна. Он не тронет тебя. Ты не в его вкусе.

– Останови! – потребовала, желая убраться их машины. Немедленно. В эту секунду. Чтобы не заехать ему в лицо.

На пути показалась остановка, где пассажиры с нетерпением ждали транспорт, вытягивая шеи. Проехали чуть дальше и остановились. Взялась за ручку, но перед этим решила все до конца выяснить.

– Ты считаешь меня недостойной, так?

– Не говори ерунды! Ты простая, но храбрая. И невинная, поэтому всех отгоняешь мужчин, даже меня.

Сглотнула. Вот оно как… Я отгоняю, потому что невинная. А еще никчемная, простая, без изысков. Черт, даже жалко своего парня стало. Бывшего.

– С чего ты решил, что я девственница? – выдохнула, разговаривая немного агрессивно.

Тишина повисла в салоне.

– Почему тогда мы с тобой… не близки? Мы общаемся…

– Мало! Мало мы общаемся! – отчеканила. – Мы редко встречаемся и…

– Кто он? – громко рявкнул Костя, с яростью вглядываясь в мое лицо.

Что же… время пришло, как я и хотела. Только все… иначе.

– Сергей…

– Ты… переспала с моим другом? Ты променяла меня на него?!

– Нет. Это произошло до того, как ты нас познакомил, и я не знала, кто он, – начала объяснять.

– Ты спишь с незнакомцами? Моя девушка, которую я считал невинной, оказалась ша…

– Следи за языком, – грубо выдала, не собираясь терпеть унижения. – Это произошло…

Вздохнула. Даже если рассказать, я видела, что Костя настроен агрессивно. В его глазах я опустилась ниже плинтуса.

– Теперь все понятно! Все! – яростно процедил он. – Конечно, Орлов приказал мне попросить тебя изображать его невесту на людях, ведь знает, какая ты дешевка. Правильно он про тебя говорил! Ты прос…

Даже не поняла, как дернулась к нему и ударила кулаком по лицу. Хорошо так. Его откинуло на стекло.

– Не смей! И знаешь, так лучше, мне спокойнее, что я тебе рассказала. Прощай!

Открыла дверь, как вдруг услышала:

– Он тебя использует. Квартира его… личная, а мне он обещал, что если уговорю, отдаст этот центр. Отец ведь ему все отпишет. Не думай, что что-то значишь для него! Ты никто! Просто идеальная игрушка, с которой можно договориться.

Сейчас я понимала, что ничего другого и не стоило ожидать. Вот они… настоящие мужчины. Подлецы!

– Вот видишь, какие вы оба мерзкие ушлепки!

– Посмотри на себя! Я считал тебя достойной. Решил, что через несколько лет отец увидит и поймет, почему я выбрал тебя.

– Ложь. Ваши отцы дружны, отправляя меня к Орлову, ты поставил на мне крест… как на своей девушке.

– Я бы объяснил, – раздраженно бросил он.

– Не стоит больше. Прощай!

– Ты уволена! Можешь не приходить завтра! Я найду тебе замену… – прилетело в спину, на что даже не смогла обернуться. Точнее, не хотела.

Черт. Надо же…

– Удачи! – как можно безразличнее бросила и пошла по дорожке, ощущая, как дрожат руки и ноги. Хотелось заплакать, но не могла. Я вообще, наверное, не умела этого делать. Или не видела смысла.

«Да неважно!» – подумала, сворачивая в парк, понимая, что мне нужно пройтись. Желательно как много больше. Сейчас я в этом отчаянно нуждалась.

* * *

Позвонила в дверь и стала ждать. Мне открыли не сразу, с четвертого раза. Мать с недовольством смотрела на меня, рукой преграждая путь, а потом грубо буркнула:

– Я тебя не звала.

– А мне не нужны приглашения… – прошла в коридор, чуть сдвигая ее в сторону.

Она рванула за мной, тут же выкрикивая, пытаясь остановить:

– Уходи! Сейчас же!

Оказавшись в коридоре, я поняла, почему меня так не хотели пускать. Во всей квартире творился погром. В каждом углу и везде стояли сумки и пакеты. Мать готовилась к переезду.

– Мама…

– Это моя квартира и я ее продаю. Никто не имеет прав на нее.

– Она заложена банками! Ты что творишь?

– Лере нужны деньги!

– Да плевать мне, что ей там нужно! Нужно, так пусть зарабатывает.

– Какая же ты подлая и жадная! – бросила она, не скрывая своего презрения.

– Я жадная? Ты подумала, куда вернется отец, когда его выпишут? Где ты будешь жить? И то, что это противозаконно? Очнись! Что ты делаешь?! – не успокаивалась, накаляясь с каждой секундой все больше и больше. Где ее мозги?

– Я знаю одно, если Лера не достанет денег, с ней произойдет беда. Я не могу этого допустить! Моя девочка не должна пострадать.

– Беда? С этой змеей не может произойти беды. Никакой!

– За что ты с ней так?

– За что? А ты знаешь, что она продала меня? Мерзкому садисту на забаву, – замечая в ее глазах неуверенность, уточнила: – Да! Именно продала. За деньги!

– Не говори ерунды!

– Ерунда?! О нет! Это чистая правда! Или опять не поверишь? Тебя же не волнует, что она делает, ты видишь перед глазами идеал и боготворишь его. Правда, мама?

Мать кинулась ко мне, но я выставила руку, предупреждая, громко выкрикивая:

– Стой на месте!

Мать не ожидала, поэтому застопорилась.

– Ты…

– Я еще раз скажу, ты ничего не сможешь сделать. Любой суд…

– Друзья Леры все знают и у них свои люди в суде, да и везде. Дочка знает, что делать. Без тебя разберемся.

Закрыла лицо руками на мгновение, желая проснуться, рассеять этот нелепый сон, и выдохнула:

– Мама, а как же папа? Как же я? И, в конце концов, ты? Лера ведь не позаботится. Неужели ты не понимаешь?!

– Я на все пойду ради нее. На все! – гордо прохрипела она, что было похоже на клятву.

– Не понимаю. Я не понимаю… Скажи, почему ты так со мной? Может, я чего-то не знаю? Почему ты так со мной? Скажи! – потребовала, не понимая такого свинского к себе отношения.

Да что же за жизнь такая? Мужики дерьмо, сестра тварь, мать… плевать хотела на меня, отец в больнице. Одна огромная жирная черная полоса. Какого черта? Где мой грузовик с пряниками?!

– В ней… я вижу себя, она мое сердце. Ты… лишь ее тень. Ты всегда старалась доказать, что тебе никто не нужен, что справишься сама…

Слушала и ужасалась. Она, действительно, так думает? Неужели?!

– А ты не думаешь, что мое поведение – это результат твоего отношения ко мне? Ты меня ненавидела, считала грязью и это… показывала всем, подавая пример. Ты так выделяла Леру, бегала за ней, тряслась, переживая за каждый чих, а меня… совсем не замечала. Даже когда я лежала с температурой, ты никогда ко мне не подходила. Только она. Она! Какой, по-твоему, я должна была стать? Умоляющей? Ничтожной? Да зачем? Потешить ваше самолюбие?! Ну уж нет! Да ты в первом классе заявила мне, чтобы не рассчитывала на платное обучение, если не сдам ЕГЭ, а с ней… умоляла каждого учителя отдельно заниматься, за уши тянула.

– Она отличница. Моя гордость!

– Она липовая отличница, за которую просила мать. А потом… твоя умница даже платно не смогла учиться, бросила. Вот до чего твоя сумасшедшая любовь привела!

– А ты…

– Что я, мам? Что?! Ты ведь не знаешь, как я училась, ни разу не была ни на одном соревновании. Да ты даже на выпускной мой не пришла.

– Я ходила к Валерии на выпускной.

– Он был на следующий день.

– Я устала…

– А ты бы подумала, каково быть в этот день одной? Никогда не задумывалась?

– Не будь мелочной.

– Точно! Да уже и… неважно. Действительно. Только знай, что бы вы ни надумали, я буду стоять на пути.

– Это моя квартира! Ты не имеешь права! – крикнула мать и замолчала, всматриваясь за мою спину.

– Значит, подвинем… – услышала довольный голос сестры, оказавшейся за спиной.

Развернулась и свирепо процедила:

– ТВАРЬ! Как ты могла продать меня? – не думала, пошла на нее, когда ощутила руки матери, вцепившейся в мою руку, оттягивающей в сторону.

– Не смей!

– Я тебя придушу! – закричала, резко крутанувшись, освобождаясь от захвата матери и бросаясь к сестре. Но когда оставался всего шаг, услышала ее циничное замечание:

– Отец умер.

Окаменела. Все тело превратилось в статую. Я даже рот не могла открыть.

– Мне позвонили из больницы. Через три дня сможем забрать его из морга, – произнесла она и прошла мимо меня, к матери. – Держись, мам. Его время пришло, мы это знали. Не переживай, я сама займусь документами.

Сжала пальцы в кулаки, ощущая поднимающуюся адскую боль в груди. Еще не принимала. Не могла. Но мое тело… реагировало быстрее разума. И в следующую секунду затряслась, обнимая себя за плечи, выпуская крик отчаяния.

Отца больше нет…