Глава 19

Пансион мадам Грат не вызвал у Кассандры никаких эмоций. Совершенно. Обыкновенное вытянутое в длину светлое трехэтажное здание бледного пшеничного цвета. Большой сад, кованый забор. Усадьба располагалась в самом центре столицы, отсюда даже дворец было видно. Дом графа Райтингем располагался гораздо дальше.

Касс позволили погостить в столичном имении неполную неделю, после чего под надзором матушки и Шерил привезли сюда. После всех этих разговоров о «восхитительной обители для юных леди» Кассандра ожидала чего-то особенного и, не получив желаемого, просто зафиксировала для себя еще один повод для раздражения. Ее девятнадцатилетнего ума хватило, чтобы с первых минут понять: ей здесь не понравится.

Накануне в скромном семейном кругу они отпраздновали ее день рождения. Последний день лета – сухой факт в календаре, хотя в голове упрямо всплывало слово «закат». Может, потому что заканчивалась пора солнца и тепла. Или потому, что на утро Касс предстояло в очередной раз подстроить собственную жизнь под чужие решения. Из-за этих мыслей праздника как такового не получилось.

Утром на своем подоконнике Кассандра нашла книгу. Ничем не примечательную с виду, но одного прикосновения и одного быстрого взгляда на первые страницы было достаточно, чтобы зацепиться за историю и не захотеть выпускать ее из рук. Касс была уверена, что это подарок матери, и поблагодарила ту за завтраком.

— О чем ты, солнышко? — совершенно искренне удивилась графиня. — Мой подарок – это платье для бала дебютанток Шерил, куда тебя тоже пригласили. Его привезут после обеда. А книгу, наверное, забыл кто-то из служанок. Надо напомнить им, что они здесь ради работы, а не развлечений!

Но Касс не верила, что книга в ее комнате оказалась случайно, — внутренняя уверенность была слишком настойчивой. Поэтому произведение она припрятала, чтобы никто не нашел, а теперь в саквояже перевозила в место своего нового обитания.

— У нас прекрасные условия для обучения юных дам, — перечисляла леди Грат, пока вместе со всеми женщинами рода Райтингем прогуливалась по первому этажу своего заведения. У этой высокой престарелой леди с собранными в аккуратный пучок седыми волосами был очень строгий сухой голос. Она уже показала гостьям учебные классы, столовую, залы для занятий танцами, а теперь медленно двигалась к выходу, чтобы проводить графиню обратно к экипажу. — Мы стараемся развивать сильные стороны каждой из учениц. Поэтому Кассандру уже определили в класс, изучающий магию.

Это были первые слова за долгое время, которые вызвали у Касс некое подобие удовлетворения. Она сможет колдовать. Есть хотя бы что-то приемлемое в этом рассаднике контроля и скуки.

Все остальное, попадающееся Кассандре на глаза, вызывало раздражение. Светло-зеленые стены коридоров. Бледные комнаты на двоих девочек. Одинаковые платья, которые обязаны были носить все обучающиеся. Опущенные взгляды, которыми будущие прилежные жены встречали посетителей. Казалось, раздражало само устройство этого мира: ровные ряды, одинаковые девочки, одинаковые мечты.

А еще страх, весьма ощутимый страх, который поголовно все испытывали к леди Грат. Эта женщина буквально источала властность, а ее стального цвета глаза смотрели так, будто сообщали: «я знаю обо всех ваших грехах». Даже Одетт Райтингем не могла выносить этот взгляд дольше пары секунд. Касс же он скорее раздражал, чем пугал.

— Конечно, обычно мы принимаем более молодых особ, – строгим, жестким голосом отвечала герцогиня на какой-то вопрос матери. Какой, Кассандра прослушала. — Чем раньше к нам попадает девочка, тем большего прогресса удается достичь. Взять хотя бы Шерил – наглядный пример этого правила. За восемнадцать лет своего обучения она смогла стать одной из наших лучших выпускниц.

Сестра шла с другой стороны от леди Грат, скромно потупив взгляд, но вся ее поза буквально кричала о самодовольстве. Шерил Райтингем – тот еще нарцисс, и чужая похвала, особенно от столь значимых особ, была для нее высшей наградой.

О том, что старшая сестра является образцом для подражания, Кассандра успела наслушаться предостаточно. Прекрасные оценки, хвалебные отзывы преподавателей, рекомендации самой герцогини! Вот на кого нужно ровняться! И все вокруг почему-то верили, что Касс будет такой же.

Нет, не будет. Она это понимала так же четко, как и то, что ее ледяная магия никогда не позволит ей превратиться в такого самовлюбленного человека: любое излишнее восхищение собой вызывало у Касс лишь желание все вокруг подморозить.

— Но вам не стоит переживать, дорогая Одетт, — леди Грат останавливалась и улыбалась графине красивой, но холодной улыбкой. — Ваша младшая дочь в надежных руках.

Прощание вышло быстрым. Мать клюнула Кассандру в щеку, пообещала навещать в положенные дни и удалилась. Герцогиня же смерила девочку надменным взглядом и приказала Шерил проводить сестру в выделенные для нее комнаты.

К счастью, поведение сестры в стенах пансиона отличалось от поведения дома: она не бросала яростных взглядов (только брезгливые), не делала двусмысленных намеков, а говорить предпочитала коротко и лишь по делу. Да и терпеть общество друг друга сестрам не грозило: их расписания не совпадали практически ни в чем, и это полностью устраивало Кассандру.

Девушке повезло: к моменту ее появления в этой школе будущих невест заселение уже закончилось, и все комнаты были укомплектованы, поэтому соседки у леди Райтингем не оказалось. Ей дали час на распаковку вещей, а после обеда вручили список уроков и отправили на первые занятия.

Как Кассандра и предполагала, обучение было скучнейшим. История, домоводство, несколько иностранных языков, из которых ей удавался только эльфийский, и тот с большой натяжкой. Рисование, музыка, танцы – самые слабые стороны младшей Райтингем. География, архитектура, рукоделие, этикет – практически пытка. Для одаренных – магия. И даже это занятие наравне с остальными вызывало у Касс зевоту и устойчивое ощущение растраты времени.

Она, конечно, училась. Не ленилась, но и особых успехов не демонстрировала. Делала ровно то, что требовалось, но не более того, и исключительно потому, что больше заняться в этих стенах было нечем.

К счастью, в пансионе была собственная библиотека: книги были единственным, что позволяло Касс не сойти с ума. Все ее дни были до жути похожи один на другой. Занятия. Прогулки в саду. Снова занятия. Рукоделие, которое юная леди ненавидела больше всего. И уроки магии, оставляющие после себя горький привкус разочарования.

Класс, в который определили Кассандру, состоял из девочек разных возрастов: та же Шерил посещала несколько занятий в неделю. Но сила всех учениц была значительно ниже дара младшей Райтингем, и даже учитель, лорд Жадо, мог похвастаться лишь пятым уровнем по стандартной шкале. Что бы он не говорил, Касс испытывала устойчивое ощущение, что она уже это знала. А для заклинаний, которые он показывал, Кассандре даже не нужно было использовать слова-активаторы: достаточно было только желания. Впрочем, это все была примитивная бытовая магия, поэтому о каком таком «индивидуальном подходе» говорила герцогиня Грат, Касс так и не поняла.

Сама хозяйка проводила у девушек несколько занятий, по этикету и языкам. Она не терпела даже малейшего нарушения правил, а за ошибки наказывала так строго, что ошибаться не решался никто. Точнее, не решались остальные: Касс иногда ловила себя на желании сделать назло, просто чтобы посмотреть на реакцию.

Девочек никогда не били, но часто за провинности оставляли без ужина. Особо отличившихся запирали в одиночных комнатах без окон и с узкой жесткой кроватью. Но леди Грат перед этим проводила так называемую «публичную порку». Не плетьми – словами. Герцогиня подбирала их так, чтобы бить побольнее. Выставляла девочку перед всем классом и проходилась по внешности, неудачам, материальному достатку семьи или происхождению рода. Почти все не выдерживали и заливались слезами, но уходить без разрешения ее светлости было нельзя – за такое она могла и отчислить, а это грозило огромными проблемами для юной леди. Во-первых, об этом событии тут же узнавала вся аристократия столицы. Во-вторых, герцогиня выдавала такие рекомендации, что ни одно другое учебное заведение не решалось взять опозоренную девушку к себе. В-третьих, найти жениха становилось невероятно сложно, а ведь этим на самом деле и грезила каждая из местных учениц.

Все знали, что после пансиона леди Грат девушки выходят сразу замуж, и мечтали об этом до самого выпуска. А Кассандру такие перспективы не прельщали.

Она не понимала, что здесь делала. Не понимала, зачем просыпалась по утрам. Не понимала, для чего жила. У девочек вокруг были планы. Кто-то хотел место фрейлины, кто-то – удачно выйти замуж. Те, кто хорошо пел, мечтали стать известными певицами. А чего хотела Кассандра?

Одиночества. Свободы. Чтобы ее жизнь не зависела от непонятных планов родителей или строгих учителей. Хотела колдовать столько, сколько она захочет, и не бытовой магией, а своей, ледяной. А еще ее сердце тянуло куда-то очень далеко, туда, где каждый вечер заходило солнце. Что там было? Она не ведала.

Матушка, как и обещала, навещала каждые выходные. Болтала без умолку обо всем на свете, но дочь ее не слушала – слова скользили мимо сознания, как шум дождя по крыше. Первое время графиня Райтингем старалась этого не замечать, но ее терпения хватило лишь на пару визитов.

— Тебе просто нужно развеяться, солнышко, — щебетала она, но привычной уверенности в ее голосе не было. — Через неделю у твоей сестры выпускной. Состоится бал дебютанток, и ты сможешь навестить нас во дворце. И бал, родная! Это первый бал в твоей жизни! Тебе понравится!

Но Кассандре не понравилось. Ни дворец, полный людей, ни лживые улыбки, что раздавали налево и направо. И собственное платье не нравилось – Касс была в нем похожа на торт. Ходить неудобно, о танцах не могло быть и речи. Да и с кем танцевать? В душном зале королевского замка к ней никто не подходил, а она сама не могла отойти от матери и ее подруг дальше, чем на один шаг, словно была очередным аксессуаром к их беседе.

Зато Шерил сияла, кружась в танце со своим женихом, маркизом Цастер. Сестра выглядела счастливой, мать с отцом – довольными, а зачем притащили сюда Кассандру, последней так и не удалось понять.

Было жарко, хотелось пить, но куда больше – глотнуть свежего воздуха. Только графиня не отпускала от себя, и единственным развлечением Кассандры оставался веер в руках.

Хотелось домой. Не в столичный дом Райтингемов и даже не в родовое поместье. Куда-то еще, где не было этого давящего чувства нереальности происходящего. Где можно было снять дурацкое платье, пройтись босиком по ковру, упасть на постель с кучей мягких подушек. И просто не думать ни о чем, наслаждаясь тишиной и дуновениями ветра из приоткрытого окна. Мысли об этом казались единственным, что не раздражало.

От своих размышлений Кассандра очнулась только тогда, когда вокруг стало подозрительно тихо. Нет, все еще играла музыка, слышались разговоры, но где-то в стороне. Девушка подняла непонимающий взгляд и наткнулась на пронзительный насмешливый взгляд светло-серых глаз.

— Ваше величество, — запоздало присела в реверансе Касс. Она видела короля Холла лишь издалека, но его золотистый костюм запомнила сразу же. Только он мог позволить себе такие цвета.

— Смотрю, дебютанток сегодня на одну больше положенного, — голос его величества звучал оглушительно, а усмешка казалась не злой, но магия Кассандры все равно отзывалась недовольством и покалывала кончики пальцев. Огромных трудов стоило удержать ее под контролем. — Надеюсь, вам нравится праздник, юная леди?

— Нет слов, чтобы описать мою радость от присутствия здесь сегодня, ваше величество, — выдала Касс зазубренный текст. Леди Грат лично занималась с ней последние два дня, обучая, как именно нужно отвечать столь юной девушке на любые обращенные к ней фразы.

— Мы рады, — ответил с улыбкой король так, что стало понятно: ему совершенно безразличны чувства Кассандры. Это всего лишь светская беседа, обмен любезностями, не более того. — Через несколько лет вы будете блистать на таком же вечере, но уже в статусе полноценной дебютантки. Буду с нетерпением ждать этого момента.

Касс что-то ответила – сама не запомнила, что именно, и его величество ушел. Стоящую рядом Шерил он не удостоил и взглядом, за что младшая Райтингем получила полный ненависти взгляд от старшей.

Но девушке было плевать. Ее не покидало ощущение, что король в сопровождении лорда Лерси проявил к ней вовсе не праздное любопытство, а все присутствие Кассандры сводилось именно к этой встрече. Но зачем? Что за интерес мог быть у короля к ней? Возможно, дело было в ее уровне дара – в пансионе тестирование показало восемь с половиной единиц, что для возраста Касс являлось большой редкостью. Но это объяснение не казалось девушке убедительным, а другого не было, и размышления не давали ей уснуть очень долго. А ночью вместо сна она снова любовалась алыми как кровь глазами.

__