Глава 23

Танцы в расписании леди Райтингем все же остались наравне с этикетом, историей и географией. А занятия по рукоделию и творчеству, как и грозился магистр Кастэ, заменили на уроки магии и фехтования.

Это были лучшие занятия в жизни Кассандры. Магистр оказался очень интересным рассказчиком, умудрялся даже сухую теорию преподносить так, что от его объяснений невозможно было оторваться. И любое свое предложение Кастэ подкреплял живым примером, заставляя и Касс повторять то, что он только что ей преподнес.

Он не разрешал вести записи на своих уроках, утверждая, что копания в бумажках не принесут Кассандре пользы, особенно в ситуациях, требующих мгновенной реакции.

— Все должно быть в голове, юная леди, — любил он повторять, постукивая пальцем по своему виску. — Иначе из вас получится весьма посредственный маг, а вы способны стать кем-то большим.

И Кассандра старалась. С охотой впитывала все, что мог ей дать магистр, и заглатывала книги, которыми он снабжал ее с завидным постоянством.

А еще было фехтование. Как наставник и обещал, он нашел Касс педагога, лорда Гриффина, начальника городской стражи. Девушка была уверена, что ей достанется кто-то попроще, а когда на поляне за зданием пансиона увидела человека в форме стражника, и вовсе испугалась, что сейчас ее заберут за убийство Данаи. Но рядом стоял магистр, а это внушало доверие.

— Как считаете, умеете с этим обращаться? — поинтересовался лорд после того, как со знакомством было покончено, и протянул Кассандре меч из своих ножен.

Леди замерла, не понимая, как ей реагировать, и подняла вопросительный взгляд на своего наставника.

— Не думайте, Кассандра, — подбодрил ее магистр. — Позвольте телу самому реагировать.

И она позволила. Заставила себя отстраниться, выгнала из головы все мысли и взяла оружие. Меч оказался тяжеловат, но, чуть взвесив его в руке, Касс сообразила, как взяться за рукоять поудобнее. Сделала пару взмахов, потому что захотелось, и сама не заметила, как приняла оборонительную стойку.

Мужчины выглядели довольными.

— Для вашей руки мой меч не подойдет, — кивнул сам себе лорд Гриффин и протянул из-за спины другой, более легкий и узкий клинок. Не тренировочный, как сразу заметила Кассандра. — Попробуйте этот.

Девушка подчинилась, после чего страж предложил ей поединок. И они сражались, по-настоящему сражались! Почти десять минут без остановки. Кассандра не понимала, как это происходило, но ее тело действовало самостоятельно. Шаг, блок, поворот, атака. Все получалось так естественно, будто леди Райтингем занималась этим каждый день. Ее шаги были быстры, вес легко переносился с одной ноги на другую, руки вели клинок, точно дирижерской палочкой управляли. И все это наполняло Кассандру такой радостью, что она снова улыбалась. В последнее время она делала это все чаще.

С непривычки девушка быстро устала, но и она, и ее новый учитель остались довольны друг другом. Касс пришлось по душе, что лорд стражник не жалел ее, не относился к ней, как к леди, а сразу же приступил к делу. Заставил бегать – но тут же объяснил, зачем это нужно.

— Тело нужно разогревать перед сражением, — кивал он своей грузной головой в окружении черных кудрей. — Иначе оно будет жестким, как палка. А должно быть податливым, как воск.

А в следующую встречу заставлял стоять на локтях и кончиках пальцев ног.

— Чем выносливее ваш организм, тем дольше вы сможете сражаться за свою жизнь, — лорд Гриффин прохаживался вокруг обливающейся потом Кассандры. Каждая мышца в ее теле дрожала от напряжения, но девушка упорно заставляла себя держаться. Учитель был доволен. — И тем больше магии у вас получится в себе удержать.

Кассандра никогда не спорила и не сомневалась в методах лорда, хотя иной раз они не брали в руки оружие по несколько дней подряд. А иногда начальник стражи приходил с кем-то из своих новобранцев, приказывая им сражаться с юной леди. Все, как один, относились к этому пренебрежительно, но ровно до тех пор, пока Кассандра не начинала атаковать.

Ей далеко не всегда удавалось выигрывать, но с каждым поединком леди Райтингем чувствовала, что становилась сильнее. И это ее радовало.

С родителями Кассандра не общалась. После того, как магистр взял ее в ученицы, выходных у девочки не осталось, да и матушка не спешила ее навещать. После свадьбы сестры она написала вежливое письмо, в котором рассказала о празднике. Это был просто пересказ событий, и больше ничего. Никаких личных вопросов, никаких слов поддержки.

«Мы возлагаем на тебя большие надежды, солнышко», – всего одна строчка в конце, посвященная лично Касс.

Отвечать юная Райтингем не стала.

Писем было немного, и все исключительно от матери. Вот она поздравляла с каким-то праздником. Здесь сообщала о том, что Шерил беременна, а в этом – что малыш не выжил. Кассандра читала все эти послания как книгу о чьей-то чужой жизни. О людях, никак с ней не связанных. Они не вызывали у нее ни толики чувств, даже интереса, и, если бы этих конвертов не было вовсе, девушка даже не расстроилась.

Кассандра не покидала пансион на каникулы. Не отмечала праздники с родными, даже свой день рождения провела в стенах скучной светло-бежевой комнаты. Соседки у нее больше не было и, как сказала леди Грат, больше никогда не будет. Касс этому только порадовалась.

В этот последний летний день, равно как и во все последующие, на подоконнике своей комнаты Кассандра находила книгу. Без подписи. Просто очередная история о приключениях и сражениях, от которой невозможно было оторваться. Леди настолько погрузилась в нее, что таскала за собой книгу везде. И в тот раз, ожидая магистра в выделенной им для занятий комнате, она читала, стараясь успеть захватить как можно большую часть повествования.

— И что же вас так увлекло? — с легкой смешинкой в голосе поинтересовался наставник, останавливаясь рядом со столом. Когда именно он пришел, Касс не заметила.

— Нечто восхитительное, — совершенно честно призналась она, демонстрируя магистру обложку. Но вместо разделенного восторга Кассандре досталось удивление, смешанное с недовольством.

— Кассандра, откуда у вас эта книга?

И тон был таким суровым, что леди Райтингем поспешила прижать рукопись к себе.

— Это подарок.

Сказала и поняла, что это действительно так. Поэтому следующую фразу произносила более уверенно:

— Я получаю книгу на каждый день рождения. Кто-то оставляет их на окне.

— Кто-то? — еще больше нахмурился магистр. Касс кивнула. Отбирать книгу у нее никто не спешил, и юная леди немного расслабилась. — И вы можете ее прочитать?

Странный вопрос выбил младшую Райтингем из колеи. Конечно, может, иначе чем она тут занималась? Но что-то в интонациях наставника заставило ее сомневаться, и девушка еще раз осмотрела обложку.

И кивнула.

— Кассандра, — снова заговорил магистр, и на этот раз его голос звучал намного тише. — Вы знаете, что эта книга написана на языке демонов?

На учителя леди Райтингем смотрела с недоверием. Так же – на книгу и снова на учителя. Откуда бы ей знать язык демонов? Касс раскрыла книгу и пробежалась взглядом по строчкам, не бегло, как всегда читала, а внимательно, вглядываясь в каждый знак.

Это определенно был не язык людей. Совершенно другие буквы, начертания, даже наклон. Но осознать прочитанное все еще не доставляло проблем.

Магистр заставил ученицу прочитать несколько предложений. Потом развернулся к доске и написал пару фраз, которые Касс с той же легкостью перевела. И ни у кого не осталось сомнений в том, что языком демонов леди Райтингем владела в совершенстве, в то время как другие давались ей с огромным трудом.

— И много у вас таких книг?

Кассандра задумалась.

— Две. Одна дома, и одна здесь.

Кастэ кивнул и быстро стер все, что сам же написал.

— Никому их не показывайте, Кассандра, — крайне серьезно заявил он. Почти приказал. — И никогда не упоминайте в разговоре, что понимаете этот язык. После победы и изгнания демонов любая связь с ними расценивается как попытка государственного переворота.

Война, о которой говорил магистр, закончилась год назад и получила в народе название Бескровной. Говорят, ни один солдат не пострадал, потому что наш король и его советники поставили демонам такие условия, из-за которых те признали свое поражение и навсегда ушли с наших земель. А чтобы их нашествие больше не повторилось, вдоль всей границы установили специальный защитный полог, который ни демоны, ни люди пересечь не могли. Имелось лишь несколько приграничных поселений, ставших чем-то вроде ворот в этой магической стене, но проходы через них тщательно контролировались солдатами.

Какие конкретно условия были поставлены западным соседям, так и осталось загадкой. Слухов ходило много, но Кассандра никогда ими не интересовалась. Ни политика, ни войны никогда не входили в сферу ее интересов.

Но сейчас девушка в очередной раз получала подтверждение своей связи с демонами, и не понимала, как ей на это реагировать. Вспоминался и подслушанный однажды у кабинета отца разговор, в котором лорд Лерси переживал, как бы Касс не отправилась «в лапы к демонам». Получается, он знал, что леди Райтингем владела их языком?

— Что-то случилось?

Магистр заметил перемену в настроении своей ученицы. А та, окинув его задумчивым взглядом, окончательно убедилась в том, что этому человеку она может доверять всецело.

И рассказала все.

О странной болезни, после которой перестала помнить восемнадцать лет своей жизни. О лорде Лерси, которого все считали ее спасителем. О подслушанном разговоре. Об интересе короля на прошлогоднем балу дебютанток.

Только о красных глазах из своих снов говорить не стала. Они были слишком личным.

Магистр слушал молча, замерев на соседнем стуле, и не перебивал, давая девушке высказаться. А потом еще долго молчал, глядя куда-то в окно. Ему тоже не понравилось столько разнообразных совпадений вокруг дочери одного резко возвысившегося графа. А еще собственные ощущения, которые почему-то вопили о том, что Кастэ обязан защищать именно эту леди.

— Я ведь говорил вам, что у меня тоже есть провалы в памяти примерно годовалой давности? — заговорил он, переводя взгляд на Кассандру. Та кивнула. — Не такие, как у вас. Я помню, что тогда давал частные уроки. Но кому? Знаю, что преподавал на дому, но даже не помню, было это в столице или где-то еще. Ученик был из аристократов, это точно, другим не по карману мои услуги, а платили мне щедро. И нанимателем моим были не родители, я помню это совершенно четко. Мужчина. Высокий, и это все, что отложилось о нем. Ни лица, ни фигуры, ни звука его голоса я не помню. Он заставил меня дать магическую клятву, именно она сейчас и удерживает мои воспоминания под замком.

Себастьян взял еще одну паузу, будто собирался с мыслями, и все же поделился своими подозрениями:

— Я думаю, это был демон, Кассандра. И еще я думаю, что…

— Что вы учили меня, — закончила за учителя леди Райтингем. Подобное предположение не вызвало у нее никакого удивления, более того, Касс и сама однажды рассуждала об этом. Магистр Кастэ казался ей знакомым. Слишком знакомым.

Тихая усмешка была ей ответом.

— В своем столе я нашел записи о ледяной магии. Наброски плана занятий, какие-то редкие заклинания, в том числе атакующие. Но у меня никогда не было учеников с подобной специализацией.

Кассандра не знала, что на это ответить. С одной стороны, все это было очень странным и подозрительным. Но с другой, если магистр Кастэ принадлежал к той, прошлой жизни Касс, она этому только рада.

— Значит, я все-таки связана с демонами, — выдыхала леди Райтингем, еще сильнее прижимая к себе книгу. И эта мысль не вызывала страха. Снова вспомнились алые глаза из снов, но пока делиться ими с кем-то, даже учителем, Касс не хотела. — А какие они, магистр? Демоны?

Мужчина очень громко выдохнул и отрицательно покачал головой.

— Простите, Кассандра, но после всего услышанного сейчас я не думаю, что вам стоит погружаться в эту тему.

Это было почти обидно, ведь что-то внутри, похожее на любопытство, пробиралось сквозь толстый ледяной панцирь. Но у этого желания было недостаточно силы, чтобы окончательно пробить такую толщу защитного льда. Зато на поверхность вылезало давно забыто чувство зуда на правой руке.

— Мне все больше кажется, что мои провалы в памяти – это не результат болезни, — поделилась и своими наблюдениями Касс, растирая запястье.

— Я не лекарь и не менталист, — предупредил Кастэ, — но могу попробовать посмотреть. Если на вашей памяти стоит магический блок, то я это точно почувствую.

Отказываться Кассандра не стала. Магистр придвинулся поближе и положил свои сухие руки на голову девушки.

— Закройте глаза и постарайтесь не двигаться, — попросил он.

Сначала не происходило ничего. Касс чувствовала руки наставника, ощущала тепло его силы, проникающее в нее, но ничего похожего на мерзкие щупальца, как с лордом Лерси, не было. Лишь зуд на правой руке отвлекал, но девушка стоически его подавляла.

Потом тепло стало более горячим. Затем – почти обжигать. Кассандра старалась терпеть, держала свою магию, рвущуюся на защиту, под контролем, но в тот момент, когда боль стала особенно острой, магистра буквально оторвало от ученицы и отбросило в другой конец комнаты.

— Магистр Кастэ!

Кассандра быстро вскочила на ноги и оказалась рядом, помогая мужчине встать. Кажется, головой он не ушибся.

— Простите, — совершенно искренне извинялась Касс. — Я не знаю, как это вышло.

Она ведь держала свою силу в узде! Но магистр, вопреки всем законам здравого смысла, не выглядел расстроенным.

— Зато я знаю, — усмехнулся он. Дохромал с помощью ученицы до ближайшего стула и тяжело на него опустился, взмахом руки возвращая себе отлетевшую в сторону трость. — На вас очень сильная родовая защита. Я не могу через нее пробиться. И, что самое примечательное, она точно не может принадлежать роду Райтингем, ведь у вас очень слабые маги в родословной.

И опять какие-то загадки! Откуда у Касс родовая защита, если не от своего рода?

— Может быть, это лорд Лерси поставил, когда лечил меня? — неуверенно предположила девушка и сразу же сама отмела эту мысль. Она уже не верила, что старый друг отца ее именно что лечил.

— Нет, моя дорогая, — покачал головой магистр. — Я знаю, чья это магия. И это очень опасное знание.

Он не сказал больше ни слова, но Кассандра поняла: на ней стояла защита демонов.

— Из-за нее я ничего не помню? — все же рискнула спросить леди Райтингем.

Возможно ли, что вина за ее пропавшие воспоминания лежит на демонах? А лорд Лерси – действительно тот, кто пытался ей помочь?

Нет, что-то под ледяным куполом в сердце яростно сопротивлялось подобному умозаключению. И магистр Кастэ был солидарен с этим ощущением.

— Я не уверен. Но если и да, защита подобного рода делает это не просто так. Вероятно, в ваших воспоминаниях есть что-то такое, что способно причинить вам вред, и поэтому сила не дает вам к ним доступа. И если я прав…

Мужчина замолчал и тут же начертил пальцем на столе рунический символ.

— Клянусь, что все услышанное и сказанное останется в этой комнате! — принес магическую клятву магистр и устремил свои яркие голубые глаза на Кассандру. — Повторите!

И она повторила, ожидая, что сейчас наставник скажет еще что-то важное. Но он лишь удовлетворенно кивнул, одернул на себе пиджак и встал.

— А теперь давайте вернемся к занятиям. И так проболтали непростительно долго.