Глава 31

В свою комнату девушка возвращалась еще более задумчивая, чем выходила из нее. Магическая печать с неизвестными свойствами, невидимая никому, кроме Кассандры. Непонятный разговор отца с лордом Лерси. Загадочный Зантариз, на которого затуманенное чужой магией сознание Касс реагировало странно. Тут определенно было, над чем поразмыслить, но все рассуждения пришлось отложить, когда на своей постели девушка обнаружила конверт без подписи, запечатанный чарами. Взломать их не составило труда, равно как и опознать: это определено было послание магистра Кастэ.

Да и внутри обнаружился листок, исписанный неровным дерганным почерком наставника.

«Дорогая Кассандра!

То, что произошло сегодня, определенно изменит вашу жизнь, и наверняка потянет за собой череду событий, которые повлияют на всех нас. К сожалению, у меня нет времени объяснить вам то, чему именно я был свидетелем, однако я совершенно точно могу сказать вам одно: вам срочно необходимо избавиться от груза на душе.»

Касс оторвалась от чтения, обдумывая строки. Магистр изъяснялся туманно – видимо, боялся, что его письмо попадет не в те руки. То, что произошло – очевидно, всплеск родовой защитной магии, в котором Кастэ разглядел нечто такое, что его не на шутку обеспокоило. А груз на душе у леди Райтингем был один: потерянные воспоминания.

«Мы перепробовали с вами все методы, но ни разу еще не попытались воздействовать на него изнутри. Вам нужно побывать там, где все началось. Вещи тоже имеют память.»

Где начались проблемы с памятью? Или вспышки родовой защиты? У Кассандры было два варианта: либо пансион леди Грат, либо имение графов Райтингем. Ни в одном из этих мест ей не хотелось бы оказаться.

Но магистр оставил еще одну подсказку в своих следующих строках:

«Отправляйтесь туда, где мы с вами впервые встретились. Я прибуду, как только решу некоторые дела. И не заставляйте меня ждать!»

Подписи не было, но Кассандре она была не нужна. А письмо, стоило только дочитать его до конца, вспыхнуло голубым пламенем и исчезло, сообщая отправителю, что с посланием ознакомились.

Впервые с магистром Кастэ они встретились в пансионе, но там не было вещей Кассандры, которые могли бы хранить память. Если только своими словами учитель не намекал на самую первую встречу, которую они оба не помнили? Тогда Касс требовалось отправиться в дом, в котором она родилась и провела детство. И уж там точно могли найтись предметы, способные всколыхнуть воспоминания изнутри.

И еще это вечное замечание магистра: «не заставляйте меня ждать»! Оно всегда значило только одно: выполнять поручение нужно немедленно. Вряд ли Кастэ добавил его в письмо просто так, очевидно, он чего-то опасался. Может ли это быть связано с тем, что Кассандра подслушала у кабинета отца? С таинственным Зантаризом и проблемами, которые он мог устроить? А ведь еще лорд Лерси говорил про какую-то связь между ней и этим мужчиной!

Может ли этот Зантариз быть тем самым первым покровителем Кассандры, о котором говорила ее сестра? Раз именно его родовая защита стояла на леди Райтингем и именно она не позволила закончить брачный обряд. И возможно ли, что печать на правой руке – это дело рук того же человека?

Нет, не человека. Демона. Зантариз – демон. И вряд ли какой-то рядовой демон, раз его опасался сам лорд Лерси.

Ох, как жаль, что по истории государств империю демонов разбирали очень поверхностно! В пансионе говорили, что девушкам не нужно забивать свою голову лишними политическими подробностями, а в Академии от подобного курса Кассандра была освобождена по настоянию магистра. Тогда она радовалась, что придется сдавать на один предмет меньше, а теперь жалела. Она ведь даже не знала, какой род сейчас у власти в Рейваре! Раздобыть бы где-нибудь книгу о демонических семьях, и, желательно, с изображениями гербов – какое-то шестое чувство подсказывало девушке, что узор на ее руке – не просто красивая картинка.

От мыслей Кассандру отвлек стук в дверь, после которого на пороге появилась служанка с подносом.

— Граф просил передать вам мазь от зуда, леди, — девушка осторожно опустила свою ношу на стол и достала из кармана передника баночку. — А кухарка вспомнила, что вы сегодня только завтракали, и собрала вам поесть. После банкета много чего осталось.

Касс попросила передать свою искреннюю благодарность этой заботливой женщине – сама она совершенно не подумала об ужине, а теперь желудок болезненно сжался от ароматов пищи.

— Помочь принять вам ванну? — поинтересовалась служанка.

Кассандра отказалась и уверила, что сразу же вернется в постель после того, как поест.

— День выдался тяжелый, — она даже зевнула на этих словах.

Девица, кажется, поверила: сразу же пожелала доброй ночи и скрылась в коридоре. А Кассандра набросилась на еду.

Раз магистр сказал, что уезжать нужно немедленно, значит, именно так и стоило поступить: причин не доверять мнению Кастэ у леди Райтингем не было. Да и приказ лорда Лерси все еще звенел у Касс в голове, а проверять, насколько серьезно отец отнесется к его исполнению, не хотелось. Это сегодня граф давал дочери выбор: остаться или уйти, а что будет завтра? Не проснется ли в нем привычный приказной тон, и не запрут ли Кассандру помимо ее воли?

Проверять не хотелось, поэтому, как только тарелки опустели, девушка принялась обшаривать шкафы в поисках полезных вещей.

К счастью, сумка Кассандры нашлась там же, где она ее оставила. Ничего особенного внутри не было, ведь девушка шла в дом родителей, а не к побегу готовилась, зато в нее благодаря специальному заклинанию могло поместиться много чего другого. Одежды, книг, зелий или артефактов. Жаль, последних Касс с собой не прихватила, а возвращаться в свою академическую комнату не было времени: семейное имение располагалось в противоположной стороне от Академии.

Ничего, пару амулетов Кассандра сможет сделать прямо в дороге.

С деньгами было сложнее. Леди Райтингем получала стипендию, но ее сумма было достаточно скромной, а отец по понятным причинам никакого содержания опальной дочери не выделял. От жениха Касс не принимала никаких подарков, а в ее нынешних покоях не было никаких украшений, кроме тех, что девушка надевала на свадьбу. Решив, что от родителей не убудет, Кассандра уверенно смахнула их в сумку, намереваясь сдать первому же ювелиру.

Из одежды кроме испорченного подвенечного наряда, плаща с капюшоном и платья, в котором сейчас была Касс, ничего не имелось, и это было даже большей проблемой, чем отсутствие денег. Допустим, до поместья Кассандра еще доберется – если воспользоваться стационарным порталом, дорога займет не так много времени. Но что дальше? Вряд ли в имении найдутся запасные платья ее размера, да и в то, что девушка там надолго задержится, она не верила.

Пришлось принимать сложное решение и идти на воровство: Кассандра точно знала, что у матушки найдется пара старых костюмов для охоты, а роста они с дочерью были примерно одинакового. Поэтому, накинув на себя заклятие невидимости, девушка выскользнула из своей комнаты и направилась на поиски гардеробной графини.

Касс никогда не понимала, зачем выделять под одежду целую комнату, но сейчас, побродив минут десять по этажу и оказавшись у нужной двери, она поблагодарила богов за то, что ей не пришлось обшаривать шкаф в присутствии спящей матери. Все же, совесть у младшей леди Райтингем имелась, и воровство она не одобряла.

Еще четверть часа ушла на то, чтобы из вороха платьев и кринолинов найти несколько брюк и рубашек, а также комплектов нижнего белья. И когда со сборами было покончено, Кассандра услышала, как отворилась дверь в соседнюю спальню графини, пропуская туда саму хозяйку в сопровождении мужа.

— Она ведь наша дочь, Альберт, — сквозь слезы причитала Одетт.

Касс мысленно дала себе оплеуху за непредусмотрительность – ведь настолько уверила себя в том, что матушка в столь поздний час спит, что даже не удосужилась проверить! А она вон, душевные разговоры с графом вела.

— Она с рождения перестала быть нашей, Одетт, — грубо одернул жену Альберт. Судя по звукам, он помог женщине опуститься на постель.

— Какой же ты бесчувственный мужлан! — в сердцах кричала графиня, но мужчину это не проняло.

— Просто я давно принял этот факт, а ты до сих пор на что-то надеешься! Пойми ты, он никогда ее не отпустит. И все, что мы можем, это держать ее как можно дальше от Зантариза!

Касс задержала дыхание. Очевидно, речь шла о ней, поэтому желание дослушать этот разговор до конца заставило замереть на месте.

— Моя бедная малышка так и останется навсегда одна!

Зашуршали одеяла и простыни – видимо, графиня окончательно улеглась.

— Лучше так, зато будет жить, — куда тише добавил граф, и впервые в его голосе Кассандра расслышала заботу и сожаление. Неужели о ней? — Спи, Одетт. Завтра все наладится.

Раздались шаги и звук прикрываемой двери – кажется, отец ушел. А вот графиня долго еще лежала в постели и тихо плакала в подушку. Кассандра заставила себя прождать в гардеробной минут десять, чтобы не попасться на глаза графу, напрочь позабыва о собственном наброшенном заклинании. И все эти минуты что-то внутри отзывалось на несчастные рыдания за стеной.

Может, Кассандра и не испытывала особых чувств к своим родителям, но они определенно испытывали их к ней. И если в искренность отца так просто поверить не получалось, то одинокую старую женщину в соседней комнате было откровенно жаль. Возможно, сложись все иначе, Касс смогла бы найти общий язык с матерью, но сейчас между ними было слишком много тайн, лжи и погребенных под ними воспоминаний, чтобы пытаться что-то исправить. Нет, сначала Кассандра прояснит для себя все, а уж потом подумает на тему наведения новых семейных мостов.

Когда леди, накинув на себя темный плащ и спрятав голову под капюшон, покидала дом, тот уже мирно спал, погасив все светильники. В своей комнате Касс оставила иллюзию спящей под одеялом девушки, чтобы выиграть время – чар должно было хватить примерно до обеда, если никто раньше не додумается будить несчастную невесту за плечо. А пока Кассандра уводила из конюшни самого крепкого жеребца, седлая его практически на ходу, лишь бы поскорее убраться с территории столичного дома семьи Райтингем.