Глава двадцать пятая

Мелагрен

– Ты, наверное, не знаешь условия договора между нашими родителями, – смотрит на меня.

Пожимаю плечами:

– В детали не вникала. Думаешь, это из-за договора?

– Ламан всегда был богатой планетой. И лакомым куском для всяких любителей поживиться. Людей мало, полезных ископаемых много, экосистема почти нетронута и отлично нам подходит. Естественно, и киборгов закупали много. Начиная с обычной домашней работы, и заканчивая обороной и колонизацией других планет.

Киваю. Ну, логично: охранять планету нужно, и почему бы не закупить киборгов, если деньги есть?

И, кажется, понимаю, к чему он…

– И большой процент самоосознанных, соответственно, – бормочу.

Кэрран соглашается:

– Угу. Когда началась вся эта бодяга, нам тоже досталось. Не знаю, почему отец сразу не придал значение. Может, рассчитывал поладить, может, думал, что справится… Но искусственный интеллект – это совсем иной интеллект. Теперь-то я точно знаю, взгляд, хм, изнутри. Они не просто быстрее соображают, они отыскивают лазейки, контролируют всё больше цифрового пространства. Не успеешь оглянуться – и уже не выпутаться. Даже сигнал бедствия не подать.

– Но подожди, – пытаюсь сообразить. – Вы ведь прилетали? И…

– Два года назад? Прилетали. Лично я, как и ты, не слишком вникал в детали, отец не посвящал, хотел решить вопрос сам. Ну и на тот момент всё было не так запущенно.

Кэр прикладывается к остывшему чаю, и я тоже вспоминаю про печенье. Только Пьер сидит молча, даже свои тепловые очки так и не снял, будто в любой момент готов сорваться с места и бежать.

– Боже, зачем Ламану ещё киборги? – недоумеваю. – Мы ведь собирались открыть там филиал по производству… кстати, теперь понятно, почему они там не запрещены! Те же киборги постарались?

Принц хмыкает. Всё никак не могу отделить их друг от друга. Принц, который вызывал в целом симпатию, и Кэр, которого я всегда терпеть не могла. Странная помесь.

– Одно из условий договора – большие установки нейтрализаторов по всей планете. Тайное условие, разумеется, чтобы прежде времени никто не догадался.

– Вот оно что! – доходит. – Думаешь… всё-таки догадались?

– Не знаю. Отец только недавно всё мне рассказал – и то вкратце. Мол, ошибся я, надо было давить эту заразу, пока она ещё не несла такую угрозу. Последнее время нас даже с планеты не выпускали. Но у него оставались свои лазейки.

– Значит, он всё-таки смог предупредить папу. Это многое объясняет.

– Смог, – соглашается Кэр.

– А ты в такой ситуации ещё и на гонки помчался?

– А ты на Ладу мотаешься!

Нашёл, чем попрекать! Но решаю не спорить, да и вообще, это тайна! Знала бы, что Кэр подслушивает, фиг бы Баллену рассказала!

От обиды даже мысль теряю.

– Следовательно, – вставляет молчавший дотоле Пьер, – всё это выходки киборгов Ламана?

– Очень на то похоже, – соглашается Кэр. – Но остаётся один вопрос. Как киборгам удалось засадить меня сюда?

– «Бессмертные»? – бормочу. – Но они не имеют никакого отношения к Ламану.

– «Бессмертные» всем помогают, – отвечает Пьер вроде бы ровно, но за бесстрастным выражением лица мне чудится что-то тревожное, мрачное, почти зловещее. – Лишь бы платили.

Молчу. У меня совершенно другой опыт, я ничего не платила. Но пока не готова раскрывать это парням. В конце концов, мы тут вообще случайно столкнулись.

Или не совсем случайно?

АР-24

– Ты говоришь как их наёмник, или клиент? – спрашиваю.

– Это не имеет отношения к делу, – сухо отзывается Пьер.

Мэл тоже как-то странно помалкивает. Знать бы ещё, что имеет!

Мне всё чаще вспоминается самый первый приход в себя. Крики, побои, оскорбления.

– У тебя был включен блок чувств… когда я тебя подобрала, – Мэл, похоже, думает о том же.

Киваю, стиснув зубы. И это тоже. Но жаловаться я не привык, да и кто они мне, чтобы делиться личным.

– Странная месть для киборгов, правда? – усмехаюсь криво.

Слишком эмоциональная. Хотя, мне не доводилось сталкиваться с самоосознанными напрямую.

– Среди них тоже разные попадаются, – отзывается Мэл.

– Ну разумеется, ты же специалист по киборгам! – бросаю не сдержавшись.

– Ты слышал наш разговор с Балом, – Мэл не спрашивает, скорее констатирует.

– Слышал.

– Это дети! – она кидает взгляд на Пьера, явно не желая посвящать его в тайну. – Что в них вложишь, то и вырастет.

– Это грёбаные твари, которые захватили весь Ламан, исподтишка властвуют на нём! Которые наверняка снюхались с «бессмертными»…

– Но зачем? – недоумевает Мэл. – И зачем твоим киборгам я? Зачем входить ко мне в доверие? Если я и так всегда была на стороне… как минимум детей!

Да. И это тоже в общую схему не вписывается.

– Погоди… Ты говоришь, «помогают»? – смотрю на Пьера. – Хочешь сказать, я подох? И мне так «помогли»?

Тот пожимает плечами:

– Я бы не рассчитывал на возврат тела, никто не стал бы оставлять такие улики. Не важно, погиб ты до того, или после.

Мелагрен

Принц молчит. Сжимает зубы – ему явно тяжело смириться с этой мыслью.

После кивает понимающе.

А я вот не думаю…

– Ты уверен, – оборачиваюсь к Пьеру, – что АР-24 не был самоосознанным?

– Без понятия – он не функционировал. Вряд ли там мог кто-нибудь выжить, уж не знаю, сколько лет он провалялся списанным.

– Может, ИскИн и не функционировал, но нанороботы тело поддерживали. Иначе оно не сохранилось бы в таком виде, – вставляю.

– Ну, оно было далеко не в таком виде, – хмыкает Пьер. – Даже несмотря на усиленную кожу боевого разведчика.

Идрить, не хочу представлять, каким оно было, когда Пьер его нашёл.

– Думаете… – Кэр своим привычным жестом, какого не имелось у моего соблазнителя, взъерошивает короткие волосы, смотрит на меня таким взглядом, что на какие-то мгновения испытываю безумное желание обнять. Успокоить.

Часто дети, в которых только-только проявляется сознание, смотрят похожим взглядом.

Но всё же заставляю себя кивнуть. Произнести:

– Тебя могли с кем-то поменять местами. С ним, например, – касаюсь пальцем его груди. – Ну или с кем-нибудь другим.

– Да неужели у этих «бессмертных» такие возможности?! – восклицает Кэр. Поднимает руку, словно хочет стукнуть по столу, но зависает, глядя на всё ещё торчащий из пальца порт. – Везде пишут, что их эксперименты опасные и тупиковые, что положительных результатов мало, а дерьма и побочек, включая летальный исход – выше крыши.

– Я тоже слышала, что процент благополучного исхода невелик. Но он есть.

– Отец сразу догадается, что это не я!

– Пока что ты официально пропал.

– Эбонитовый клон! Так они могут сколько угодно экспериментировать с моим телом, пока там кто-нибудь не приживётся?

– Пока киборги будут оплачивать, – вставляет Пьер.

Бросаю на него взгляд. Я же была там, на Пране, в логове «бессмертных»! Они же нормальные ребята. Ну не стали бы они участвовать в такой мерзости! Не верю!

Спросить бы у Варана… Да только вот о Пьере уже спросила.

Может, у них там какой предатель завёлся?

Выдыхаю, тру ладонями лоб.

– Выходим из подпространства! Займите места, пожалуйста, – сообщает Виола.

Поднимаюсь, перебираюсь за пульт. Принц возвращается на своё кресло, Пьер идёт к кроватке и просит организовать ему сиденье там.

Признаться, я всё ещё в шоке. Но хоть что-то прояснилось!

Как долго нам будет аукаться производство машин на основе человеческого организма? Вот уж правда, природа не любит вмешательств и пытается вывернуть по-своему.

В свете всего случившегося могу только представить, как отец воспримет мои поездки на Ладу. Боже.

Кажется, я уже не понимаю, что правильно, а что нет!

Нужно успокоиться. Не пороть горячку.

Понять, что делать дальше.

Виола проводит выход, на экране появляются знакомые очертания – похоже, она по умолчанию летела в сторону дома. А я ведь даже курс не проверила, не до того было!

Настолько привыкла полагаться на ИскИны…

«Мэл, сообщение повышенной важности», – передаёт в мозг.

«Давай», – отвечаю, холодея.

Виола выводит на экран. Там одна лишь строчка – ни видео, ни аудио, в мозг не перебросишь.

«Мэл, срочно домой!» – вспыхивает надпись.

Проверяю: почта наша, домашняя.

Возможно, конечно, взломали, хотя там защит немеряно.

А вдруг всё-таки что-то случилось?

– Свяжись с отцом или Лин… – произношу непослушными губами, и только потом вспоминаю, что у меня, вроде как, конспирация.

Хотя какая, к чертям, конспирация. Кэр, раскрыв себя, выдал и меня! Ещё и про Ладу вякнул!

Оглядываюсь на приближающегося Пьера. Кэрран смотрит на экран из своего кресла – но похоже, всё видит. То ли процессор запустил, то ли свои навыки развивает.

– Не отвечают, – отзывается Виола спустя долгие, тревожные минуты.

– Пробуй!

Голограмма девочки кивает, махает кудряшками, устроившись прямо на пульте.

Сжимаю кулаки. Мы же недалеко, созвездия все вокруг знакомые!

– Мне нужно домой, – принимаю решение.

Разворачиваюсь вместе с креслом к парням. Пьер стоит сзади, Кэр тоже поднимается, подходит.

– До Куона тут должно быть близко, – отзывается наёмник.

– Давно знаешь, кто я?

– Да нет. По вашему разговору несложно догадаться, у моего ИскИна тоже база нехилая.

Ну да, его байк всё ещё к нам пристыкован.

– Родные не отвечают. Это сообщение получено, когда мы были в прыжке, – указываю головой на экран.

Пьер сосредоточенно кивает:

– Помощь нужна?

– Кэррана ты нашёл быстро, даже нанять не успела, – хмыкаю нервно. – Не знаю, честно. Похоже, это наши проблемы, не твои.

– Я в некотором роде уже встрял в эти проблемы. И меня тоже пытались замести, если ты помнишь.

– И Кэра… не представляю, как домой везти. АР-24, в смысле. Папа будет…

– Боевой киборг усиленной линейки может пригодиться, – решительно вставляет Кэр. – Особенно если там случилась какая-то глобальная задница.

– Спасибо! – улыбаюсь, в порыве даже бросаюсь их обнять.

Странно, но с двумя незнакомыми мужиками, один из которых недокиборг, а второй и вовсе наёмник, вдруг оказывается неожиданно надёжно. Да и опереться-то больше не на кого.

– Виола, сколько до Апиваля? – спрашиваю.

– Я бы не лез сразу в столицу, – вставляет Пьер. – В конце концов, гравибайк отлично летает и по планете.

– До Куона пятнадцать минут с минимальным прыжком, – рапортует Виола. – Я пока буду готовиться, а вы решайте, где потом приземляться.