Глава 18. О соперницах и будущих жёнах (Частично БОНУСНАЯ глава)

Хороший испуг иной раз сто́ит больше, чем хороший совет

− Кто ко мне пришёл? — Алиенора с удивлением выслушала Бэйлира, не веря ушам своим.

Тот доложил, что у входа в башню стоит принцесса, требует встречи с ней, Алиенорой, и от нетерпения уже притоптывает ножкой. Ещё бы, прекрасную венценосную особу никто не заставлял ждать так долго. Двери всегда распахивались заранее.

— Эльфийская невеста? Та самая?

− Других тут нет, − недовольным тоном ответил Бэйлир. Кажется, его задевало, что приходится служить женщинам.

− Что ей надо?

− Этого она мне не сказала. Так что переговорите с глазу на глаз. Но судя по выражению лица, красотка из перворождённых держит за пазухой камень.

− Это фигура речи такая? — буркнула Алия, пытаясь представит себе утончённую светлую красавицу с камнем за шиворотом. Выходило плохо. Тем более Эрграйдос говорил, что эльфы искусны в магии.

Бездна разрази этого дракона! Она всего-то согласилась стать его фавориткой, а уже приходится участвовать в женских «боях» за мужчину! Она этого не умела и терпеть не могла. По её мнению, выдирать сопернице волосы никогда не выход. И вообще поведение глупое. Мужчина что — приз? Кто отвоюет, тому и достанется? Эрграйдос в роли подобной награды представлялся плохо. Утешало только то, что гордому дракону такая роль тоже придётся не по вкусу, а значит он понятия не имеет, что происходит. И визит Лауриндиэ — самодеятельность принцессы.

− Ладно, пусть заходит, − вздохнула она, мысленно готовясь к худшему. — Что же с ней делать.

«Буду думать. Если что, шарахну магией. Фаворитка или нет, Ридэль в любом случае меня выбрал. А эта только явилась и уже права качает», − подумала она.

− Принцесса пожаловала в прекрасный мир ревности, − съязвил находящийся тут же Кудряш. — Её прекрасную кудрявую голову никогда не посещали мысли, что её могут просто не хотеть. Зато теперь она приобретёт головную боль, а также непреодолимое желание убийства с комплексом неполноценности. Гип-гип-ура!

Это было грубо (что взять с существа с орочьей кровью, хоть она и разбавлена эльфийской!), но весело. Алиенора улыбалась, когда в башню входила Лауриндиэ и это оказалось самым лучшим приветствием. Принцесса слегка опешила, поймав лёгкую улыбку на лице соперницы. Ш-экатт зарычала, когда принцесса вошла, но та лишь едва на неё покосилась. Зато в башне стало определённо светлее, когда через порог шагнула пресветлая эльфа! Вся она была настолько прекрасная, настолько утончённая и сияющая красотой, что будто светилась. Полу-орк погорячился насчёт кудрявой головы — волосы принцессы были лишь слегка вьющимися, явно подкрученными, но зато цвета пшеничного золота и распространяли трепетный ореол вокруг хозяйки. Часть мягких локонов были уложены в мудрёную безупречную причёску, часть ниспадали по спине, спускаясь ниже места, на котором предназначено сидеть природой. Насмотревшись на делегацию послов, большинство из которых волосами были белее снега или утончённо пепельноволосыми, Алия подспудно ожидала той же тональности у принцессы, а потому такой теплый свет в волосах принцессы стал откровением. В причёске эльфийской красавицы словно заплутал солнечный луч, сбившись с пути по дороге в небесные чертоги. Локоны прямо-таки просились в мужские ладони. Должно быть невыразимо приятно трогать их, играть ими, пропускать шелковистую красоту между пальцев… Алия тихонько вздохнула, невольно представив, как крупная мужская рука ложится на эту златоволосую голову, а знакомые пальцы утопают в причёске.

Демонесса встряхнула головой. Это что, ревность? Или эльфийка потихоньку использует магию? Иначе с чего ей представлять, как Эрг гладит принцессу? Ведь именно его руки она представила на блондинистой голове. Прикусив изнутри губу, Алия на секунду выпустила свою магию, позволяя ей заполнить тело. Помогло. В голове прояснилось. Собственные силы сожгли всё наносное. Ах ты ж блондинистая зараза! Любишь играть грязно? Алиенора обменялась с принцессой понимающими взглядами. Не побрезговала явиться в башню, чтобы показать сопернице зубки!

Склонив голову, теперь Алия рассматривала принцессу хладнокровно. Лауриндиэ была очень красива. Объективно и беспристрастно. Утончённое нежное лицо, выразительные черты. Золотой тон волос прекрасно сочетался с огромными голубыми глазами, которые переливались, как дивные камни. И сочетались с мерцанием узоров ритуальных тату, лёгкими штрихами расчертивших кожу. Виски, скулы, пара вензелей на щеках, запястья рук, плечи. Алиенора даже залипла на какое-то время, разглядывая. Эльфийскую принцессу разрисовали как невесту. Голубые с серебром богатые одеяния подчёркивали грациозный стан с чувственным изгибом бёдер и тонюсенькую талию. Даже удивительно, как она ходила, настолько тонкая! Зато то, что скрывало под собой «золотое сердце» уродилось не по-эльфийски пышным. Тут Кудряш не соврал.

Подумалось, что в роли императрицы эльфа будет изумительно хороша. Станет прекрасно смотреться на троне и среди прочих царственных декораций. Да и рядом с Ридэлем… Сердце вновь царапнула ревность. А вдруг Эрграйдос… А вдруг…

«Без паники, Алия!» − мысленно осадила она себя. «Не Ридэль ли вчера сказал, что я − кандидатура получше? Он выразился вполне однозначно».

Это её успокоило, и дальнейший осмотр Алиенора продолжила уже не нервничая, придя к выводу, что принцессу не портят даже острые уши. Последние весьма кокетливо торчали из причёски в разные стороны. Экзотично и необычно. Другие эльфы наверняка находят такое трогательным и соблазнительным.

Эльфийка, подбоченившись, позировала, позволяя себя рассмотреть. Прекрасно знала, что хороша. И сама рассматривала её в ответ. По чуть поджавшимся красивым губкам Алиенора поняла, что в ней видят достойную конкурентку. И это не могло не радовать.

Решив перейти от разглядываний к словам, дивная гостья сморщила хорошенький носик.

− Оу, − мелодично пропела она, осмотрев обстановку первого этажа башни. — Надо же. Какая безвкусица!

И перевела насмешливый взгляд на неё. Алиенора вскипела. Ответ в сочетании с разглядыванием получился двусмысленным. Кажется, её только что попытались уязвить.

«Что ж, милочка. Ты сама выбрала этот путь», − злорадно решила Алия.

− Довольно странно упрекать в дурном вкусе того, за кого вроде как собралась замуж, − мило улыбнулась она в ответ. Спасибо сестричке Тамсин, в своё время они достаточно упражнялись в ехидстве, чтобы сейчас вышло легко и от души.

Нежные щёки эльфийки залил очаровательный румянец. Вот что значит голубая кровь! Даже краснеет изысканно.

− Не выдерживаешь приличий?

− Увы. Я в вашем мире всего несколько дней, − в тон отозвалась Алия.

− Ещё и иномирянка. И почему я вынуждена терпеть твоё общество? Как же это дико!

Новая гримаска на очаровательном личике. Алиеноре сразу захотелось сообщить балованной Златовласке, что терпеть, вообще-то, необязательно. Корабль-полёт-эльфийские леса. Вот курс. А сюда она самостоятельно пришла, никто на аркане не тащил. Однако, поразмыслив, говорить такое Алия передумала. Будет любезной хозяйкой. Ведь женское любопытство — вещь жестокая! Любая представительница прекрасного пола умирать будет, но не сознается, что её терзало стремление сунуть нос в чужие дела. И желание оценить соперницу.

Вместо ответа Алиенора обвела взглядом первый этаж башни, выдержанный в огненных тонах — будто языки пламени плясали по каменным стенам — и задумчиво возвела глаза к потолку:

− Нужно стойко переносить превратности судьбы. Удовольствие видеть императора драконов всё искупает, не так ли?

− Конечно. — Лауриндиэ вспомнила о своём амплуа невесты и снова стала милым созданием. Даже взглянула почти виновато. — В таком случае предлагаю поговорить как женщина с женщиной. И… ай! Что это?

Оскорблённая тем, что на её рычащее приветствие эльфийка не обратила внимания, ш-экатт преобразилась. Подняла шерсть дыбом, став больше в два раза, синие кончики шерстинок угрожающе затрепетали, издавая трещащий звук, оскалилась и из полутьмы башни метнулась к гостье. А если добавить к страшному видению пылающие алым глаза и клацнувшие кинжальные клыки, то неудивительно, что Лауриндиэ взвизгнула совсем не изысканно и шустро отпрыгнула.

− Что это такое?! — дрожащий пальчик указал на ворчащее чудовище.

− Так, домашний зверёк. В Эсшаоре на него мода, ты не знала?

− На ЭТО?

Ш-экатта щёлкнула челюстями.

− Да. Любимые зверушки Эрграйдоса. Он их просто обожает, − вдохновенно присочинила Алиенора, надеясь, что Ридэль об этом не узнает. — Поговаривают, он собирается разводить их. Для охоты. Как можно было приехать в Империю и не навести справок о любимых забавах императора?

А вот на это эльфийка обиделась.

− Всё мы узнали, − пропела она и выпустила с кончиков пальцев зеленоватую магию. — Не было ничего про таких чудищ. Сейчас я его по стенкам размажу! Охота ради забавы запрещена у эльфов.

«Со своим уставом в чужую Империю», − вздохнула Алиенора и тоже приготовилась. Демонстрация силы явно предназначалась для неё, а попадёт зверушке. Ш-экатт подвернулась под руку, и гостья нашла на ком сорвать злобу. Поэтому, когда магия принцессы зелёным свечением наполнила воздух, собираясь в тугую хлёсткую лозу, Алиенора не стала сдерживать свою. Спустила её с цепи. Чёрные, пока ещё маленькие, но стремительно увеличивающиеся в размерах вихри сорвались с ладоней и, как послушные стражи, завертелись у ног. Демонесса с удовольствием позволила их рассмотреть.

− О-о… − эльфийка оценила демонстрацию.

− Да.

− Тогда предлагаю вернуться к первоначальному плану и просто поговорить.

− Я не учла, что ты тоже владеешь магией.

Удивительно, как быстро с некоторых слетает спесь, когда они наталкиваются на равного противника! Алиенора кивнула.

− Понимаю.

Зелёное свечение эльфийской магии погасло, и она тоже припрятала свою, однако осталась настороже. Мало ли что придёт в светлую голову принцессы! Однако гостья по-своему расценила её задумчивость.

− Интересный нам с тобой мужчина достался, ­− зашла она с неожиданной стороны.

Поразив объединяющим «нам» и заставив поперхнуться сомнительностью факта «достался». Кто-то любит лететь впереди дракона, опережая реальность!

− Интересный, − вслух согласилась Алиенора, успокаивающе кладя руку на холку ш-экатте. Гостья им обеим категорически не нравилась. − Понять бы чего он хочет.

− Да! И я о том! Помоги понять, чего дракон хочет! — голубые глаза смотрели с трепетом. — Ах! Ну что ты так удивляешься! Не волосы же нам выдирать друг другу, в самом деле. Я понимаю, что все мы с прошлым. Тем более с прошлым такие личности, как император. Но мы, девочки, сумеем договориться, не так ли?

А она хитра.

− Разумеется, ты осознаёшь, что я у него в приоритете. А потому тихо и спокойно удалишься на второй план. Живи в этой башне, не отсвечивай. А я буду править, прекрасная и благородная. Я даже не стану препятствовать вашим встречам наедине… Время от времени.

…Или не очень. Зато самоуверенности выше головы.

Хорошо, что принцесса пришла без свиты (или она осталась снаружи?), а то у их разговора получилось бы слишком много заинтересованных свидетелей.

− Предлагаешь поделить императора? Что ж, я не против. Но сначала подумай, нужно ли тебе это.

Словно невзначай, Алиенора выпустила крылья и со вкусом потянулась. С удовольствием поймала неприязненный взгляд эльфы. Да! Высказывание Кудряша про крылышки Златовласке тоже донесли. Отлично.

− Уверена, что надо, − насупилась гостья.

− Тогда мой первый совет: никогда не спорь с ним. Он ужасно этого не любит. Сразу бесится. Только нежность и женственность.

− Могла бы не говорить. Это и так ясно, − фыркнула принцесса.

− Разумеется. Я на всякий случай. И ещё… Попробуй напроситься, чтобы он покатал тебя на спине.

− В каком смысле? — нежные щёки эльфы украсил далеко не целомудренный румянец.

«Даже боюсь предположить, что она себе напредставляла», − ехидно подумала Алиенора, сдерживая улыбку. А ещё подумалось, что она и Эрграйдос два сапога пара, хоть и из разных миров. Оба любят подкалывать, особенно когда жертва не понимает.

− В самом прямом. Как дракон.

− А-а…

− Если он согласится и, главное, если ты выдержишь полёт, значит точно пора назначать свадьбу. Твои плюсы, как спутницы жизни, сразу вырастут в его глазах. Надеюсь, ты не боишься высоты?

На лице эльфийки отразилось изумление. Губы дрогнули. Она моргнула и вышла, заметно побледнев. Какое-то время Алиенора смотрела ей вслед, а затем вздохнула и погладила самочку ш-экатта по голове.

− Молодец, всё правильно сделала. Нужно дать тебе имя. Как насчёт Молнии? Ты очень быстрая. Даже я испугалась, когда ты выскочила на принцессу. Ушастая про всё своё чванство забыл! — Ш-экатт одобрительно боднула в руку. — О, а как тебе вариант Гроза? Не нравится? Ладно. Остановимся на Молнии.

* * *

С Лауриндиэ отношения у них так и не заладились. Принцесса делала мелкие пакости с чисто королевским изяществом, не забывая при этом оскорблённо поджимать губки. Мол, она такая изысканная, нежная. Как вы могли подумать? Они ни причём, оно всё само. Эрграйдос злился, но выдерживал положенный императору такт и гостеприимство. А ночи с драконьим упорством приходил проводить в башню. Эти ночи… Алиенора ждала их с трепетом. Кто бы мог подумать, что огромный воин окажется таким внимательным и умелым любовником! Засыпали они только под утро, среди разбросанных подушек и смятых простыней, утомлённые и счастливые. Один раз даже умудрились свернуть кровать.

− Нужно заказать кровать крепче! — смеялся Ридэль.

Термальные источники они тоже не обошли стороной, как и самый верхний этаж башни, с видом на звёзды. В этом было нечто особенное: ласкать друг друга, когда на тебя смотрит бездонное небо.

И очень часто Эрграйдос срывался с широкого балкона в полёт, унося её с собой в ночное небо. Бывало, что она летала с ними сама, но крыльям демонессы трудно угнаться за крыльями огромного ящера. И Ридэль уверял, что носить избранницу на спине — это особое удовольствие. Алиенора усмехнулась. Получается, когда она давала принцессе советы, насчёт катаний на спине она не врала! И была рада, что такое счастье досталось лишь ей. Принцесса делала вид, что ничего не замечает, находится не в курсе их «маленьких шалостей», но с каждым днём щурила прекрасные голубые глаза всё сердитее. Разумеется, у неё были осведомители. А Ридэль не спешил объявлять её на всю Империю своей избранницей.

Сложностей Алиеноре доставлял Экетхадор, начавший за ней вдруг ухаживать — эльф проявлял дивное упорство! — и местные драконессы. В отличие от принцессы они не притворялись, будто ничего страшного не происходит. Они быстро поняли, кого на самом деле избрал император и косились на Алиенору очень злобно. Но хоть пакостей не делали. Эти дамы предпочитали играть в открытую.

− Не знаю, что мне делать, − пожаловалась однажды Алиенора Ридэлю, утомлённая после прогулки и вынужденного общения на ней с драконессами-аристократками. — Они все против меня. Весь город против меня!

− Ты преувеличиваешь.

Ридэль забрал из её рук расчёску — Алия сидела перед зеркалом и пыталась причесаться, и быстро привёл её волосы в порядок. Ловко заплёл в свободную косу и перетянул шнурком, который достал из своего кармана. Эту процедуру он проворачивал каждый вечер и делал с явным удовольствием. Потом наклонился и шумно втянул воздух носом от её волос и шеи.

− Ты пахнешь мной, − довольно мурлыкнул он.

− Ещё бы. После таких упражнений!

Они, не сговариваясь, посмотрели на постель, где недавно горели от страсти, и рассмеялись.

− Только поэтому я ещё не сорвался и не послал эльфов куда подальше.

− Может, их поубивать? — мстительно осведомилась Алиенора. Разумеется, никого убивать она не собиралась. Но помечтать-то можно.

— Алиенора, — буркнул Ридэль. — Нельзя убивать послов. Это плохо сказывается на отношениях с соседями. Мы, драконы, конечно, сильные. Но война не нужна никому.

− Я шучу.

− Какая ты у меня кровожадная! И удивительно насколько пластичны наши моральные принципы в зависимости от ситуации.

− Ты смеёшься надо мной? — она отняла у него расчёску и прицелилась треснуть как следует.

Эрграйдос ловко перехватил занесённую руку и усмирил любимую поцелуем.

− Совсем нет. Полностью поддерживаю. И знаешь, я придумал по поводу драконесс. Устрой им вечеринку.

− Вечеринку?

− Да. Выбери момент и пригласи всех, кого хочешь. Пусть знают, как ты умеешь веселиться. Как мы умеем веселиться.

− Но ведь ко мне никто не придёт, если я позову.

− А им не обязательно знать кто именно организатор. Ссылайся на меня. Зови всех от нашего с тобой имени.

− Ох… − Алиенора умилилась. — Но ведь ты понимаешь, как это воспримут?

− Со всей ясностью. Но зато любимой женщине позволяют то, что не положено другим.

Ридэль поймал её благодарный взгляд и уволок своё сокровище туда, откуда они недавно вышли: в спальню.