Глава 19. О том, что некоторые истории узнаются подозрительно вовремя

Иные сокровища рассматривать лучше на расстоянии

(выводы Алиеноры после встречи с послом)

− Где Ридэль?

Алиенора оглянулась. Утро началось «прекрасно»: с явления эльфийской красавицы. Нежная ушастая дева стояла на верхней ступеньке лестницы в соблазнительной позе и томно улыбалась. Выглядела она вроде как спросонья, но при этом продумано до мелочей. Полупрозрачный наряд чёрного цвета выгодно подчёркивал женское богатство эльфы и делал хрупкую фигурку девушки особенно заманчивой под вуалью нескромной ткани. Обещающей несметные наслаждения. Чёрная ткань была украшена огромными цветами, хранящими целомудрие эльфийской девы, вперемешку с изрыгающими пламя драконами. Не иначе Лауриндиэ специально такое надела. Покроем наряд напоминал кимоно с широкими рукавами и очень эффектно смотрелся на стройной фигуре. Лауриндиэ совершенно точно об этом знала и позировала. И выглядела она, как ни прискорбно признать, сногсшибательно.

Кудряш и Бэйлир перестали жевать, засмотревшись. Последнее время они завтракали все вместе в большой и светлой столовой неподалёку от башни. Башню и столовую соединяла тропинка в двести несчастных метров, и Алиенора всегда преодолевала этот путь пешком, под охраной дракона и полу-орка. Есть одной ей не хотелось, она звала трапезничать с собой Кудряша и Бэйлира, однако те в голос заявили, что мужчина дальше входной двери на территории фаворитки — и император снимет с них голову. И не посмотрит на то, что сам их нанял. Драконьи собственнические инстинкты не позволят подпустить потенциального соперника туда, где ящер держит своё сокровище. Алиенора посмеялась, но поняла. Был найден компромисс: зал неподалёку, а эльфийка набилась в их компанию сама, как только прослышала о подобных завтраках. Капризно заявила, что ей скучно и кушать в одиночестве она не намерена. Отбиться от её общества не было никакой возможности. Каждое утро Лауриндиэ являлась как на парад: всё краше. А сегодня пошла в чувственное наступление.

− Зря стараешься, его тут нет, − холодно проговорила Алиенора, отворачиваясь.

За две недели она налюбовалась на златоволосую красавицу в разных видах и у неё выработался иммунитет.

− Но как же так, − пухлые губки трогательно дрогнули. — Он обещал. Сказал, что увидимся за завтраком.

− Ему пришлось отлучиться по делам.

В отражениях столового серебра Алиенора прекрасно видела, что блондинка продолжает позировать. За неимением за столом Эрграйдоса, эльфа насладилась шоком на лицах других мужчин, и прошествовала к своему месту. Изящно опустилась на стул и махнула рукой.

− Ах, я и забыла, что у него бесконечные императорские дела… А мне так хочется внимания, понимаешь? И местные драконессы. Они ужасны! До меня дошли слухи о чём они шепчутся.

− И о чём же?

− Они говорят, раз император не женился на мне сразу, на следующий день после знакомства, то это не случится уже никогда. Как можно быть такими злобными? — красивое лицо исказила мученическая гримаса, а полупрозрачные пальчики потёрли висок. — У эльфов приняты долгие ухаживания. Изящные. С подарками. Стихами. Тонкими намёками и заходами издалека. Когда избранник убеждается, что его даме сердца приятны и слова, и кандидатура. И только после этого он переходит к более тесному знакомству. Уверена, Ридэль выдерживает паузу, потому что уважает наши традиции и собирается им следовать.

«Вообще-то он дракон и об эльфийских традициях ухаживания задумывается в последнюю очередь», − фыркнула про себя Алиенора, вспоминая, насколько горяч и нетерпелив Ридэль. Долгие ухаживания? Это точно не про него!

Должно быть, Кудряш и Бэйлир подумали о том же. Мужчины понимающе переглянулись, а затем усерднее заработали вилками. Уж они то знали своего императора как облупленного. Алия подавила смешок.

«И то-то ты так оделась! Потому что выдерживаешь эльфийские долгие заходы «на посадку»!

− Ох, уж эти драконессы, − задумчиво отозвалась вслух она. Идею о вечеринке, предложенную Эрграйдосом, Алия всерьёз обдумывала. Ридэль прав! Все любят праздники. И его нужно организовать.

− С этим нужно что-то делать, − эхом отозвалась прекрасная блондинка. — Когда я возьму бразды правления в свои руки…

«Хочешь сказать, когда ты доберёшься до Эрграйдоса»

− …Я кое-что изменю.

− Не стоит заявлять об этом так громко. Мы во дворце.

Непонятно чему учили звезду эльфийского народа в зачарованных лесах, а вот её в родном мире наставляли в сдержанности. Отец не уставал напоминать, что во дворце даже у стен есть уши. Но Лауриндиэ небрежно махнула ладошкой.

− Я почти императрица, могу говорить что хочу. Налей мне чаю, дорогая, − обратилась она к до этого тихо стоящей служанке. — Зелёного, с цветами кибвы. Да, кстати, сегодня у нас посиделки в большой золотой гостиной, Алиенора. Не опаздывай!

Алия страдальчески закатила глаза.

На самом деле ей самой не нравилось, как складывалось положение дел. Со дня прибытия эльфийской невесты прошло две недели и чем дальше, тем меньше она видела Ридэля. Дела государства навалились на него, стоило только дракону объявиться в столице. К неё Ридэль являлся по вечерам, всегда усталый, но в башне оживал. Целовал так, что дыхание перехватывало. От страстных упражнений в постели темнело в глазах, и уходил он от неё по утрам с большой неохотой. Бывали вечера, когда император прибывал пораньше и тогда они шли в изолированный от вспышек магии зал, где продолжали осваивать артефакт Танар'ри.

«Раньше я не находил времени здесь бывать. А теперь вот буду», − заявил Ридэль по поводу зала.

Эльфийская делегация благополучно отбыла домой, оставив в столице драконов лишь пару представителей. Один из них был тот самый «Метатель кинжалов», Экетхадор. Зеленоглазый эльф без всякого стеснения заявил, что напросился остаться сам.

«Ради Вас, прекрасная Алиенора!»

И, кажется, начал за ней ухаживания. Изящные. С подарками. Тонкими заходами издалека. Всё, как предупреждала принцесса. Алиенора, к собственному удивлению, столь утончённый подход не оценила.

«Кажется, мне больше по вкусу прямолинейность дракона», − пришла к выводу она.

Проходя мимо высоких двустворчатых дверей зала для тренировок, Алия с тоской вздохнула. До вечера ещё далеко! С каким удовольствием она пропустила бы весь сегодняшней день, особенно посиделки, назначенные принцессой, и погрузилась бы в изнурительный, но такой увлекательный процесс изучения артефакта! Тем более, что рядом будет Ридэль. Она сама не заметила, как втянулась в общение с ним и с каким нетерпением ждёт каждого вечера. Для неё это было сигналом к полноценным свиданиям, трепетно ожидаемым ещё потому, что суровый воин во время них превращался в шаловливого, колкого на язык мальчишку. До пошлостей не опускался, но возможности приласкать и обнять не упускал. Урчал, обхватывал крыльями, запуская по телу волну жарких мурашек, целовал при любом удобном случае.

− Не сомневайся, он тоже этого ждёт, − проворчал Кудряш, вышагивающий рядом и поймавший её взгляд в сторону дверей тренировочного зала. — Жаль, ты не видишь, как его перекашивает, когда прекрасная эльфийская лэра донимает его вниманием.

− Точно перекашивает?

Слышать это было приятно. Может, не слишком красиво по отношению к эльфийке — она тут в чужой стране, почти одна, но зато сладко для собственного самолюбия. И то, что совесть Эрграйдоса благополучно спала, и никаких приготовлений к свадьбе он не начинал, её тоже радовало. Дракон общался с «невестой» ровно, был предупредителен и вежлив, но… на этом всё! Более того, общение Эрграйдоса с Лауриндиэ всегда происходило в присутствии массы народа. Во избежание.

− Всякий раз, − подтвердил Кудряш.

Его, кстати, блондинка упорно звала Йонетом, узнав имя орка. Отчего перекашивало уже последнего.

− Но она же прекрасная, − пошутила Алиенора.

− Ага. Очень. Моему папке бы подошла! — Полу-орк мечтательно прищурился. − Он только на таких и западал! Конкретно с этой обломался бы, конечно же — принцесса ведь! — но ухаживал бы настырно. Моя мамка тоже очень красивая была, но попроще. Я весь в неё такой очаровашка. А вот Эрграйдос парень других вкусов. Ему утончённые эльфы, что мёртвому припарка — не возбуждают.

− Тогда почему он не попросит убраться её восвояси? — всё-таки высказала обиду Алиенора.

− Политика. Я мало смыслю в ней. Спроси Ридэля, если хочешь. Но подозреваю, что с политической точки зрения предпочтительней, чтобы прекрасная звезда убралась сама, а не дракон её выпер. Тем более после такого помпезного вручения.

− Спрошу, обязательно спрошу, − проворчала демонесса, думая о том, что нынешняя тренировка пройдёт с огоньком. Эрграйдоса она не просто поспрашивает, а с удовольствием попытает, чтобы от прямого ответа не уклонялся.

И тут ей в голову пришла новая мысль. Почему бы не отделаться от принцессы собственными методами? Правда, не факт, что женские ухватки демонесс срабатывают на эльфийках, но чем Ю́рва не шутит! Местные драконицы от Лауриндиэ тоже не в восторге. Глядишь, они сойдутся на теме общей неприязни. Две цели одним выстрелом. Алия, предвкушая, заулыбалась.

В этот момент они дошли до золотой гостиной и коварные планы пришлось отложить. Едва шагнув внутрь, Алиенора поняла, почему принцесса так настаивала на посиделках. Золотая гостиная была превращена в роскошный будуар в эльфийском стиле и в нём, ожидая её прихода, сидели два мужчины-эльфа. Оставшийся для неё безымянным посол, с роскошными серебряными волосами и пепельногривый Экетхадор.

Увидев её, мужчина сразу поднялся, приковывая внимание к стройному, поджарому телу. Сюртук сидел на нём как влитой, подчёркивая достоинства фигуры. Заложив руку за спину, эльф с достоинством поклонился.

− Наконец-то, дражайшая Алиенора. Мы заждались.

В воздухе плыл тонкий аромат благовоний. Ярко алые широкие оттоманки с подушками-валиками вместо подлокотников и витыми золочёными ножками стояли вокруг щедро накрытого стола в центре гостиной. По периметру сияли свечами изящные канделябры. Алиенора дрогнула, ощутив, что попала в шёлковую ловушку. А эльф уже стоял рядом. Нет, ничего лишнего он себе не позволял. Однако зелёные, как молодая трава, очи смотрели с весёлым напором и нагло.

− Экетхадор, напомни уважаемой демонессе своё имя. Ты так мечтал о встрече с ней, что она просто обязана тебя запомнить.

Эльф молча поклонился, умудрившись адресовать поклон одновременно и принцессе, и Алиеноре. Тонкая улыбка мелькнула на лице Лауриндиэ.

«Похоже, не только я задумала собственную игру», − насторожилась Алия. «Интересно, а этот пепельноволосый в курсе, что красотка играет на его интересах? Или они заодно? Сговорились в уголке. Эльф очень даже ничего, чем и опасен».

Между тем открытое обожание на лице эльфа и неприкрытый напор убедили её, что Экетхадор с принцессой не заодно. Через час она начала для краткости звать эльфа Экетом, а тот развлекал её историями своего народа. Рассказчик из него вышел отличный. Эльф вёл беседу кратко, лаконично и красочно. Если он хотел сделать историю смешной, она именно такой у него и выходила. Страшной — тоже самое. Во всех случаях рассказ неимоверно увлекал. Пугать байками Экет особенно умел. Допускал острые намёки, щекочущие нервы подробности, заставляя обмирать сердце, но умно́ огибал кровавые гнусности, чтобы дамы не ощущали брезгливость. В мужском обществе те же самые истории он наверняка рассказал бы иначе.

Эльф быстро просёк что её интересует магия в любых видах и рассказы стали касаться особенной жизни в Эсшаоре, а также чародейских способностей существ. Алия сама не заметила, как её раздражение от наличия неожиданного поклонника переросло в искреннее увлечение беседой. Она внимательно слушала и вообще как-то оказалась на отдельном с послом диванчике. Они сидели в стороне от остальных и их колени соприкасались. А хитрый эльф подался к ней корпусом и вообще находится ближе, чем требуют приличия. Принцесса же, как ни в чём не бывало, беседовала с другим эльфом.

− Равнины Восточно-Арогласского плоскогорья — самые неизведанные в нашем мире земли, − вещал тем временем Экетхадор. — Драконы туда не летают, для людей те места слишком удалены, а эльфам там вообще делать нечего.

− И почему же, господин посол?

− Там нет лесов, − удивился её непонятливости Экет. — Совершенно. Зато западнее этих земель наши роскошные владения. Если окажетесь рядом, обязательно заглядывайте.

− Постараюсь, − из вежливости ответила Алиенора, уверенная, что никогда в эльфийских лесах не окажется. — А почему драконы не летают туда?

− Об этом лучше спросить у них, − вежливая улыбка едва коснулась зелёных глаз.

«Ой, не всё гладко между драконами и эльфами», − подумала Алиенора, наблюдая за представлением. «Тем более удивительно, что они привезли императору драконов свою жутко прекрасную звезду!»

«Звезда», не подозревая, о рассуждениях Алии, поощрительно подмигнула зеленоглазому сородичу.

− Это потому, что они боятся.

− Мы ничего не боимся, − тут же возник Бейлир, сидящей на соседнем диванчике.

− Прошу прошения, крылатый воин. Тогда опасаются. И я вас понимаю! Любое нормальное существо опасается тех земель. Ты забыл, милый Экетхадор, но на границе наших лесов и Ароглаского плоскогорья существует небольшой клочок суши. Даже не совсем суши… Местами.

− Костяные Болота, − кивнул посол. — Я не забыл. Их ещё называют Гиблыми Топями. Просто я не хотел пугать госпожу Алиенору.

− Я не боюсь.

Алиенора немедленно заинтересовалась жутким местом. Посиделки оборачивались приятной стороной. В родном мире она очень любила узнавать новое. И как раз о местах, куда не добиралась нога других демонов.

Разговорить посла на тему Костяных Болот не составило труда. Зеленоглазый эльф только сделал вид, что упорствует, по-джентльменски не желая шокировать даму, позволил себя поуговаривать и вот она уже слушает леденящую кровь историю о могущественных колдунах, чьё племя исконно проживает на тех болотах. Костяными их прозвали не потому, что они усеяны костями, а за странный цвет воды, выходящий на поверхность в продавлинах мха. Цветом она напоминает желтоватый оттенок кости. Впрочем, не все из отчаянных путников, путешествующих по болотам, добирались до цели, поэтому устланное костями дно тоже отрицать нельзя. А целью удачливых и неудачливых лихачей было одно: интересные чары, которые умеют накладывать колдуны, проживающие на болотах. Все как на подбор мужчины.

— По слухам они способны зачаровать любой предмет таким образом, что тот становятся путеводной звездой. Компасом, если угодно, − Рассказывал эльф. Зелёные глаза посла вдохновенно сверкали. Изящные ладони с сильными пальцами, которые с равным успехом можно представить сжимающими боевой лук или выплетающими грозное заклятие, оживлённо жестикулировали. − Любая вещица, побывавшая в их руках, указывает путь, как бы далеко при этом цель путешествия не находилась. У колдовства нет времени давности, а также оно может строить ловушки для неугодных, подстраиваясь под обстоятельства.

Какие прекрасные колдуны! Алиенора почти подпрыгнула от восторга.

− О да, те колдуны искусны в создании иллюзий, − подхватил другой эльф. — Ловушка может стать лёгким видением, больше похожим на сон или глубоким мороком, способным причинить настоящий физический вред.

− Какой ужас! — воскликнула принцесса, впечатлившись. − Я не знала!

− Увы. За исполнением своего колдовства они следят с особой щепетильностью. Нечто вроде магической клятвы. Но всё равно мало кто обращается к ним за помощью, ибо никто не знает каким боком обернутся наложенные чары.

− А я слышала, что просто не по карману. Такие магические игрушки слишком дорого обходятся.

− И это тоже, разумеется. Вы дивно практичны, принцесса.

− Почему же Ридэль не знает о таких увлекательных колдунах? — забормотала Алиенора.

Тема затронула её не на шутку. В голове закопошилась идея, пока ещё смутная. Столкнувшись с изворотливостью шарсу, она невольно начала думать, какие шаги следует предпринять, чтобы при следующем столкновении эффективно спастись от пернатых. Отвлекающие «игрушки» ей бы не помешали! Ну, а что? Не вечно же она будет жить во дворце. Придётся и самой судьбу устраивать. В таком случае, чем больше у неё будет волшебных штучек, тем лучше. Важно заранее разузнать детали.

− Топи — опасное место. Гиблое. — Экетхадор смотрел на неё так, словно догадался о непростых мыслях. — Часто те чародеи требуют в качестве оплаты за собственные услуги жизнь.

…Просто идеальные союзники! Алиенора усилием воли подавила нервную дрожь рук. Не предают, на попятную не идут, от данного слова не отступают. Как только в Эсшаоре этого никто не понял. Если их заманить на свою сторону, они будут незаменимы.

− Нужно сказать Эргу. Срочно, − едва слышно прошептала она.

− Что, прости? Я не расслышал.

− Я сказала, нужны подробности, дорогой Экет.

Яркие глаза эльфа в шоке расширились.

Алинора с досадой прикрыла глаза. Великая Ю́рва! Надо же было так проколоться! Назвать посла сокращённым именем, которое сама недавно придумала. Однако зеленоглазый эльф улыбнулся.

− А что, мне нравится, − одобрил он. — Короткое имя — это так освежает!

− Что здесь происходит?

Дверь распахнулась и на пороге крылатой фигурой возник Эрграйдос.