Глава 156. Ритуал. Часть 2
Лирнейские
Он звал — и я пришла.
Мир вокруг изменился и наполнился тысячами запахов и цветов, сила преломлялась в воздухе радугой и искрилась серебром пылинок, заполняя весь воздух вокруг. Сила имела вкус, запах и звук, и вибрировала, отдаваясь в ушах.
Я протянула руку вперед и серебристые частицы силы осели на ладонь, как маленькие бабочки, раскрашивая пальцы светом… нежно-голубой, почти синий, ледовый — эти оттенки искрились вокруг меня, заставляя удивляться.
Мир был прекрасен.
Я поднесла руку к носу, и искринки силы заметались, вспархивая с руки и кружась вокруг, складываясь в ленты — серо-голубые, звенящие светом льда.
Мир вокруг пел и вибрировал, и это было так красиво, так пронзительно, что на глаза навернулись слезы.
Разве может быть что-то более прекрасное, чем быть частью этого? Чем просто раствориться в этой искрящейся силе.
Плетения стазиса я стряхнула, как ненужную шелуху — они мешали и выглядели некрасиво. Сила, много волшебно-серебристой силы игриво вилась вокруг.
Черные знаки по кругу выглядели некрасиво и мешали. Плохо. Нужно выпустить свет наружу.
Я шагнула вперед и споткнулась через два шага — меня дернуло обратно, захрустели суставы, жирная цепь удерживала левое запястье, и была отвратительно черной.
Некрасиво. Плохо.
Я дергала и выкручивала руку, но черная цепь мешала… мешала соединиться с силой, мешала раствориться в ней. Частички силы кружились в воздухе и звали за собой, игриво складываясь в ленты стайками и тотчас разлетаясь обратно.
За границей, которая мешала нам выйти, кто-то подвывал в экстазе, вздернув вверх руки, и покачиваясь из стороны в сторону на одной тонкой ноте, такой раздражающе высокой, что хотелось только одного — заткнуть его.
Жрец. Слово вспыхнуло в голове и погасло. Это он нарушает гармонию — мир переставал быть красивым.
«Свои» — слово-образ родилось в голове, и я почувствовала, что не одна.
«Свои-свои-свои» — в такт вибрации звуков вспыхивали образы. И «своих» было много, так много — внизу и дальше, везде, но… они спали?
Я потянулась вниз и зарычала от недовольства — слишком долго, слишко тяжело, и тут знакомое ощущение вспыхнуло рядом — «свои» были и здесь. Мало, всего несколько пульсирующих точек, но близко, и я могла соединиться с ними прямо сейчас.
Жрец взял ещё одну высокую ноту, такую же раздражающе некрасивую, что хотелось только одного — заткнуть его немедленно, и я не стала противиться своему желанию.
И отправила образ-приказ. Пусть замолчит. Пусть снова станет красиво. И в этот момент не стало меня — и стали Мы.
… мы видели, как странные лица с покрытыми туманом лицами, убивали и отступали…
… мы видели, как ручейки силы к нам в круг становятся все больше и больше…
… мы дышали и плотность серебристого света была такой, что перехватывало дыхание…
И всё изменилось, вместо ласкового света мир стал яростным, колючим и обжигающим, как только упал жрец, сила внутри круга взъярилась, требуя… подчинения, выхода, требуя возможности излиться, но была заперта внутри … мы чувствовали ярость этой силы, которая раз за разом прошибала и тут же волной откатывалась назад — выход не здесь… искры перестали быть ласковыми и больно кололись, требуя… мы дергали цепь, пробуя ещё и ещё…
…мы видели, как падают фигуры в синем… такие искрящиеся… и искры их силы ручейками вливаются в круг становясь единым целом…
Сила искала выход, металась внутри круга, неизменно возвращаясь к центру, с каждым разом, давя всё сильнее и сильнее, пока мы просто не захлебнулись … и сила хлынула внутрь разрывая в клочья … у силы не было сознания, нас распылило на осколки — много мелких мы, и почти уничтожило, разметав…
…мы растворялись в большем источнике… почти таяли…. мы были просто силой… и уже не было мы… пока серебристый хвост больно не хлестнул нас и мир не взорвался осколками боли…
… мы оказались в странном месте, где узкие стены уходили в небеса, и где каждый поворот был ловушкой… и мы знали каждый из тупиков и поворотов… мы — знали… мы уже были здесь…
… мы изучали, как искры силы впитываются, наполняя стены светом насквозь…которые дрожали в воздухе ослепительным маревом…
… мы видели странное создание с длинным хвостом, которое переливалось чешуей и светом… это создание кружилось вокруг нас, по спирали, защищая… становясь все больше и больше, пока не исчезло, насытившись…
… но силы было слишком много… мы — было слишком мало… и мы растворялись, истаивая искрами… пока боль не обожгла… что-то вспыхнуло ослепительным светом и воронка силы начала уменьшаться…
… браслеты… образ всплыл в голове… мы знаем, что это такое… браслеты… мы знаем, и мы — боимся.
***
Луэй отступал, кидая плетения сразу с двух рук — его теснили в угол. «Пустые» шли строем, а дурной мальчишка, которому он открыл клеть и снял удавку, кинулся к своим и стал совершенно бесполезен.
Всё полетело за Грань сразу, как только началось жертвоприношение — слишком много даров, слишком много силы, внутренний круг не сработал, но внешний — удержал, этого он не учёл.
Сила билась в купол, ломясь в сторону жреца, с неистовством твари.
— Немилость!!! — орала старуха, потрясая тростью, почти подпрыгивая и бегая с внешней стороны границы, — Печать бога! Предназначенная в дар Немесу! Немилость! — но сила упорно проламывала путь через купол, стремясь к жрецу.
Вспышка.
Луэй перегруппировался. Он бы мог сказать старухе, что на девчонке нет немилости, но зачем? Сила возьмет своё.
Вспышка.
Одно кольцо рассыпалось в прах. Осталось два купола.
Уровень силы вокруг нарастал — плотность была такой, что ему было трудно дышать, и он не представлял, что творится в круге.
Вспышка. Плетение. Вспышка.
Дальше отступать некуда — он дошел до края, и в этот момент девчонка призвала дар. Он отступал и видел, как сквозь серое марево масок хищно блеснули золотом длинные узкие зрачки, как его отряд развернулся, и просто разметал жреца на куски — жрец умер трижды за мгновение — ему сломали шею, отрубили руку и голову.
Луэй был готов, и отбирал каждого из серых сам. Потому что он был там. После. И знал, на что способна юная сира Блау. Но такого не предполагал даже он. И это было хорошо. Он получил слово — такое сможет защитить Винни.
Серые, повинуясь приказу девчонки, выбрали новую цель и развернулись к старухе.
— Измена! — визжала Аю. — Измена!
Луэй начал перемещаться по кругу — быстро, так быстро, чтобы «пустые» не успевали реагировать, приближаясь к старухе — ему нужен ключ.
***
Из лабиринта меня вышвырнуло рывком, я не удержала равновесие и рухнула на бок, больно вывернув левую руку на цепи. Браслеты Арритидесов светились так ярко, что на глазах выступили слезы, и стали такими тяжелыми от сожранной силы, что не поднять рук.
Великий хранит меня! От ощущения, что я исчезаю, просто растворяюсь в чужой силе, меня потряхивало до сих пор. Великий хранит меня! Или точнее — меня хранит дядя!
За кругом творилось безумие — Серые швыряли плетения и резали «пустых», как скот, те падали, поднимались, отбрасывали отрубленные части тела, снова падали, и снова поднимались… кровь начала заливать внешний контур круга…
— Измена! Ты посмел, тварь! Убить! Убить всех! — орала Аю захлебываясь, в сторону Серого, который отмахивался сразу от двух пустых.
Этого ждал Луэй? Снять всех одновременно?
— Да будет жертва! — Аю взмахнула тростью в сторону круга, артефакт вспыхнул в ее руках, кисточки заискрились.
Силы стало больше, с каждой каплей крови, давление нарастало, и сейчас просто рванет.
Я уже стояла на коленях, с большим трудом держа спину ровно — плечи гнуло к полу, цепь противно подрагивала, когда звенья вибрировали от мощи.
— Убить! — бесновалась старуха, и я поняла, что Луэй проигрывает. “Пустые” теснили их к стенам, не чувствуя боли, шагали, поднимались, и падали, швыряя плетения с такой скоростью, что не выдерживали кольца — вот ещё один серый вышел из игры.
Нужно убить Старуху!
Сдохни! Я собрала все эмоции внутри, скрутила в узел, открыв воспоминания из лабиринта, от которых до сих пор леденела от ужаса спина.
Страх… страх такой всеобъемлющий и такой большой, что поглощает всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… страх, что тебя не существует… и ты никогда не существовала раньше… что никогда больше не будет я… только мы…
Я скрутила страх в узел, как плетение, сжала, добавив ярости, боли, и ненависти к старухе… ко всем ним… и… швырнула эмоции… открываясь так широко, как могла…
***
Тир матерился, из последних сил удерживая защитный купол — растянуть на пятерых! Он сшиб артефакт клети сразу, но они шевелились слишком медленно.
— Лидс, Фейу, — первая линия — защита! Только защита! — проорал он громко. — Отступайте в угол! Держать оборону, не нападать!
— Вайю! — пискнула Ву.
— Отступать! Лидс!
Когда рядом расцвели два защитных купола сразу, Тир позволил себе миг передышки. Творилось демоны знает что — Серые убили Жреца, старуха орала — измена, и «крысы» крошили серых и пустых.
Не думать. Не анализировать. Действовать. Так учил отец. Он потом рассмотрит каждый шаг на записях.
Круг вспыхивал, и Блау была окутана огромными светящимися спиралями силы, которые приподнимали её над полом.
— Кантор!
— Позже, — отмахнулся он от Марши и щелкнул кольцами. — Нужно порвать круг…
И вытащить Блау. Если это вообще ещё возможно.
Прежде, чем он успел сделать шаг, их накрыла ментальная атака такой силы, что он, тренированный с самого детства, рухнул на одно колено, не удержав равновесие, защитное кольцо рассыпалось в пыль, а сзади завизжали так, что заложило уши.
Страх. Страх был всеобъемлющим и таким большим, что поглощал всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… ярость, ужас, ненависть, боль…
Эмоции прошибли наотмашь, и тонкая струйка крови хлынула из носа.
Фейу завизжала от ужаса, и спину обожгло огнем — Марша Фейу потеряла контроль над родовым даром.
***
За кругом всё вспыхивало огнем — горели чужие плащи, ханьфу и руки, купол пылал — пламя стекало вниз, отброшенное защитой рунного круга. Уровень силы нарастал, плотность увеличивалась, жертв было слишком много, слишком…
…сила ярилась внутри, прошибая защиту, и когда рухнул очередной наемник — достигла критической массы и внешний круг рухнул…
Дальше всё слилось в одну сплошную полосу — сила хлынула вверх, метнулась вниз, и целиком упала прямо в центр ослепительной серебристой стрелой…
Сдохну! Это была последняя мысль, перед тем, как я в последнем порыве выставила цепь блокиратора — сила ударила в неё и… меня отшвырнуло вверх.
Я болталась в воздухе на натянутой цепи, которую прошивали разряды силы, цепь светилась ослепительно белым светом, кольца сияли, и сила текла в руки — прямо в браслеты Арритидесов. И так тяжелые после лабиринта, они жрали, жрали, жрали, жрали… бесконечно жрали чужую дармовую силу… насыщаясь так, как будто завтра Исход… сила текла медленнее, цепь сияла, меня мотало в воздухе… запястья под браслетами просто горели, как будто их сожгло до мяса…пока одно из звеньев цепи не выдержало — треснуло с хрустом и …
Я отлетела на десять шагов, больно, со всей высоты ударившись лицом и боком о каменный пол. Браслеты жгли так, что я не чувствовала рук, и сияли так, что глазам было больно.
— Блау! — орали за кругом.
— Блау! — Тир несся ко мне, перепрыгивая тела и уклоняясь от плетений. — Блау, сзади!
Я обернулась — старуха приближалась, подняв артефакт высоко над головой, и крючковатым пальцем указывая в мою сторону.
— Огня! Нужно огня! Огонь уничтожит артефакт! — проорала я Тиру и начала отползать назад — псакова цепь звенела следом.
Кантор кастовал на бегу — и не мелочился — «стена» одна за другой, полыхнув жаром, унеслась в сторону Аю, и ещё «стена», но её купол пока держался. «Пустые», повинуясь приказу старухи разворачивались и маршировали от входа к нам.
И в этом момент по куполу старухи зазмеились молнии — один из Серых долбил в одну точку, четко и методично, не прерываясь ни на миг и… пропустил удар сзади.
Упал. Швырнул за спину разрывное, и продолжил.
— Бей! — закричала я Тиру! — Бей! Вместе!
И Тир снова щелкнул кольцами.
Купол старухи не выдержал и схлопнулся, вспыхнул в воздухе, Серый прыгнул вперед — и я поняла куда он метил — рванул цепочку с шеи, ключ взлетел к потолку, и в этот момент ударила Фейу.
Ударила со всей силы, Полыхнуло так, что у Старухи вспыхнули руки до локтей, артефакт, и волосы. Последние «пустые» рухнули вниз сломанными куклами, а старуха исчезла в серебристой вспышке, с характерным круговым следом.
Портключ. У твари был портключ.
Светлые пределы
Ученик торопился, бежал, почти падая, сбиваясь с ног, не смея доверить эту новость кому-то — только лично.
— Наставник! Наставник!
В кабинет он влетел запыхавшись, и первый раз за всё время обучения, ему было плевать на неподобающий вид — а Старшие были очень строги к дисциплине, на растрепавшуюся прическу, и мятый подол ханьфу. Плевать на всё, кроме одного.
— Браслеты! Браслеты — они проснулись!
Двадцать четвертая шахта восьмой уровень
Райдо видел, что Ашту начал нервничать ещё после третьего уровня вниз. После пятого начали переглядываться юный сир Блау и Малыш, которые прекрасно сработались вместе за декаду. Всё было слишком просто и слишком чисто, почти как по учебнику. Увидеть, бросить плетения, снять, двинуться дальше. И так на всех уровнях, как будто их гостеприимно приглашают вниз. После восьмого, Райдо сам начал посматривать на Бутча, который упрямым тараном пёр вперед.
Райдо недовольно засопел. Звезда и братство — это одно, но своя задница всегда ближе и важнее. И собственная задница Райдо нравилась целой — у него было много планов на эту жизнь, и ни один из них не включал в себя — «сдохнуть в расцвете зим в этой гребаной шахте».
Наследник Блау шагал молча и неутомимо, не споткнувшись ни разу, хотя светляк тлел еле — еле, как будто заранее видел повороты и рытвины, как будто уже ходил здесь. Или кто знает этот Север? Тут все гребаные шахты похожи одна на другую.
Им оставалось два расчетных уровня вниз, как купол над ними вспыхнул и сложился с негромким хлопком. Бутч поднял руку вверх, и все мгновенно остановились.
— Сработала глушилка, и… — он помедлил, — охранка.
Райдо молчал, наблюдая, как Бутч делает десять осторожных шагов назад и проверяет плетения — осечка.
— Кто ставит глушилки во время ритуалов? — голос Сяо прозвучал пронзительно громко, усиленный эхом коридоров.
— Тот, кто не собирается проводить никаких ритуалов здесь, — произнес Ашту очень медленно.
— Старуха сломала плетения. Это ловушка.
— На что охранка? — озвучил Тиль главный вопрос, когда сверху громыхнуло. Вдалеке.
Райдо прислушался — отдаленные раскаты расходились волнами, пол вибрировал под ногами, как будто…
— Взорвали вход, — тон Блау не подразумевал никаких других трактовок, и Райдо был склонен верить северянину, который практически вырос в шахтах.
Следующий взрыв и ещё более сильный толчок повторился через пару мгновений, Райдо подождал, пока пол перестанет ходить ходуном, возвращая равновесие, когда Тиль вдруг резко сорвался с места и припустил обратно — туда, откуда они только что пришли.
— Тиль!
Менталиста они догнали у входа в коридор спуска на уровень.
— Ну конечно! Мара! Ну, конечно! — бормотал Тиль, спешно переворачивая тела троих охранников, которых они только что сняли, и кинжалом надрезая одежду. — Помоги! — скомандовал он и Малыш Сяо послушно подскочил к нему.
— Тиль! — голос Ашту звучал требовательно, но Тиль не обращал внимания, целиком поглощенный занятием.
— Точно!
Райдо увидел частично сдернутый со спины доспех, где на белой коже уродливой кляксой чернела вязь татуировки. Мара и пресветлый! И здесь эта гниль! Эти управляющие печати! С одной стороны он был не рад — эта мерзость делала Высших нечувствительными к боли, превращая любого посредственного бойца в сносного противника, с другой стороны — он покосился на Ашту — это значило, что Бутч был прав. Как всегда прав, демоны его задери, и они на верном пути.
Взрывы продолжали греметь с равными промежутками, пол вибрировал под ногами.
— Нужно уходить, — скомандовал наследник Блау. — На уровень вниз, коридоры укреплены плохо, на уровнях — двойная защита.
— Если не заложили катализаторов внизу…
Блау ничего не ответил, смерив его хмурым взглядом — и так было понятно, что если бы не они — дознаватели, ноги бы его не было в этой гребаной шахте.
— Назад!
Ашту успел выставить двойной защитный вовремя — Тиль полез вперед, полыхнули плетения, а охранника просто разметало на куски по коридору, потолок сверху зазмеился трещинами.
— Куда лезешь!
— Я проверить!
— Проверил?!
Райдо отряхивал сапоги и матерился про себя. Этого только не хватало.
— Я понял — шлейф ментального приказа! Вот что я чувствовал, — Тиль сиял.
— Понял? Молодец! А теперь шагай! — рявкнул выведенный из себя Бутч.
Тряхнуло ещё раз. Четвертый уровень — прикинул про себя Райдо.
— Нужно уходить, — настойчиво повторил Блау. — Покинуть коридор немедленно! — и первым развернулся обратно. Малыш Сяо обогнал его на несколько шагов, исчез за поворотом и тут же появился снова — глаза Сяо были расширены.
— Там, там…
Но говорить уже не было нужды — из-за поворота выходили, почти ровным строевым шагом, в четыре колонны — ровно столько позволяла ширина коридора, чуть подергивая головами при ходьбе, “пустые” с совершенно остекленевшим взглядом. Он сбился на двадцати — считать дальше просто не было смысла.
Бутч выругался, завернув так, что Райдо даже не помнил, когда последний раз слышал такие выражения. С “пустыми” встречаться лично ещё не пришлось, но Райдо видел записи, читал отчеты и изучал характеристики. На что они способны — он запомнил хорошо, после показательного поединка девчонки Блау. Запись смотрели все и не один раз.
— Сила?
— Пока есть, — отрывисто бросил Тиль.
— Глушилка или дальше или…
— … на них…
— … они, — резко закончил Бутч. — Достать разрывные и катализаторы.
— Потолок рухнет, — агрессивно возразил Блау. — Нужно пробиваться в зал, уходить из коридора на уровень.
Взрывы за спиной гремели всё ближе, пол шатался под ногами.
— Значит, пробиваемся вперед, — постановил Ашту, щелкнув кольцами. — На уровень, и держим оборону…
— Если там нет зарядов, — тоненьким голосом откликнулся Сяо.
“Пустые” шагали вперед неотвратимо и монотонно, оставалось всего около тридцати шагов. Двадцати пяти шагов. Двадцать шагов. Райдо приготовил плетения и мысленно считал про себя. Пятнадцать шагов.
— Приготовились, — голос Ашту звучал ровно. И прежде, чем он скомандовал, Блау рванул вперед, плетения взвихрились сразу над обеими руками, и придурошный наследник прыгнул прямо в середину, разбивая строй. — Прикрывать Блау! Прикрыть этого идиота!
Это последнее, что крикнул Ашту, и последнее, что слышал Райдо — дальше было не до того. Началась — бойня.
***
— Потому что я давно говорил, что всех исходников нужно накрывать скопом! Нет, мы будем наблюдать…И я говорил, что Старуху нужно было брать сразу…
— … мы бы и так взяли её, в Академию она бы не вернулась…
— Нужно было брать сразу после Турнира!
— Райдо!
Слово “идиоты” крутилось в голове Сяо, но он молчал. И без него было много желающих поговорить. Он потер бок, который зацепило чарами и пообещал себе по приезду в Столицу заставить весь амвон свечами для Мары, иначе как объяснить, что они все остались живы и даже — он покосился на баюкавшего сломанную руку Тиля — относительно целы. Только божественным проведением!
— Выхода нет! — Райдо по второму кругу озвучивал очевидные вещи. — Вход завалило, а выход в этих бесконечных коридорах можно искать до второго Исхода!
— Мы — живы, — устало возразил ему Тиль.
— Надолго? Старуха обвела нас вокруг пальца! — констатировал Райдо. — Опять…
— Ритуал через зиму, — сердито возразил заведенный боем Ашту.
— Значит решили перенести…
— Исходники не переносят эту хрень! Она привязана к их святым циклам!
— Значит появилась причина, — мирно возразил Тиль, — уважительная… причина. Чтобы перенести.
— Причина, которая чуть не вызвала тварей на турнире, — эхом продолжил Райдо. — И имя этой причины знаем мы все — сира Блау.
— Вайю? — очнулся Аксель. — Причем здесь Вайю?!
— При том, — гневно рявкнул Райдо. — На юге они просто проводили испытания!
— Предварительные, — мягко уточнил Тиль. — И мы до сих пор не знаем наверняка…
— Кто знал, что исходникам придет в голову перенести ритуал на север?
— Их ритуал через зиму! — взревел Ашту.
— Какой, нахрен, ритуал? — рявкнул Аксель. — При чем тут Вайю?!
— Снятие пятой печати, — тихо-тихо прошептал Сяо.
— Да хоть десятой! Какая нахрен печать? Какие исходники на Севере! При чем тут Вайю?
— Вашу сестру принесут в жертву Богу, — любезно язвительным тоном начал Райдо. — Дар отмеченный печатью Немеса — немилостью, предназначен для подношения. Вашу сестру поместят в центр ритуального круга и сира Блау…
Аксель взревел раньше, чем Сяо успел отреагировать, и кинулся к Райдо, двинув ему по челюсти снизу так, что тот отлетел на пять шагов.
— Он здесь не причем! — встал поперек Тиль и тоже улетел в сторону. Сяо невольно восхитился — бил сир Блау отлично. — Мы не знаем наверняка!
— Знаем! Хрена ли не знаем! — взбесился Райдо, сплюнув кровь. — Все мы знаем, почему мы здесь!
— Райдо!
— Потому что кто-то хотел знать имя! Охота за убийцами Айены уже стоит мне поперек горла! Столько зим! — он рубанул ребром ладони по шее.
— Райдо, заткнись!
— Никто не виноват, что она оказалась не в то время, не в том месте, когда эти чокнутые решили провести очередную диверсию. Это могло случиться с любым из нас — не только на Юге, на Севере, в восточных болотах и топях, в горах… да где угодно. Если эта зараза расползется, мало не покажется, но кто-то хотел знать имя! — проорал Райдо почти на весь уровень.
— Заткнись, — тихо и веско произнес Бутч. И Малыш Сяо неосознанно втянул голову в плечи, в очередной раз благодаря Мару, что глушилка работает, будь у них сила, кто знает, чем бы это закончилось.
— Достало! — бесновался Райдо. — Меня достал холод! Достал этот гребаный Север! Я хочу нормального табака! Нор-ма-льного! А не того, что здесь продают под видом табачных листьев! Я хочу свежего маринованного бамбука! Свежего! И в ресторации! И хочу выпить наконец! И чтобы у меня не мерзло всё, что можно! Я скоро отморожу себе яйца на этом гребаном Севере, потому что кому-то…
Удар был таким смачным, что раздался влажный хруст, но Райдо заткнулся, придерживая нос. Бутч вмазал ему от души.
— Я должен тебе жизнь, признаю, — Райдо упрямо, как бык, склонил голову, — но я хочу знать, это стоило того, чтобы нарушать приказ? Стоило, чтобы мне все сдохли здесь, как подземные крысы? Только ради того, чтобы узнать имя убийцы твоей сестры?
— Приказ? — наследник Блау вычленил главное, и Тиль застонал. — Вы нарушили приказ? Вы поперлись в шахту и потащили меня следом?!
— Все не так, — быстро возразил Тиль, но сир Блау уже не слушал — сира Блау уже несло. Сяо быстро по стеночке отодвинулся дальше — он прекрасно изучил взрывной темперамент своего подопечного.
— Имя убийцы?! — взревел Аксель. — Какое нахрен имя! Моя сестра там одна!
— Все не так…, — вклинился Тиль.
— Заткнись!
— В сторону, — бросили ему одновременно Бутч и Аксель, которые сошлись посередине, как два райхарца в период гона.
— Стоило? Стоило ли это, твою мать, того? Похоронил свою сестру — давай и мою тоже?! — и Аксель ударил. Первым.
Они рычали и молотили друг друга, выплескивая всю накопившуюся ярость. Если сначала Бутч немного придерживал удар — Сяо видел, то к концу бил в полную силу, выкладываясь по полной. Они снесли Райдо с ног, отшвырнув его в стену, и даже не заметили.
— Господа! — надрывался Тиль, — Вы же сиры! Господа!
Господа сплевывали кровь, расходились и сходились снова. Когда у Акселя хрустнул нос — Ашту его достал, Сяо просто прикрыл глаза и взмолился пресвятой Маре: “Какого хрена, всеблагая?!”
Господа угомонились через десять мгновений — разошлись по разные стороны, заняв место друг напротив друга у стен, дышали с рваным присвистом, швыркали носами, сплевывали кровь, и изучали сбитые до мяса костяшки. Градус напряжения заметно спал.
У Ашту были подбиты оба глаза, и распухало ухо. У сира Акселя — Сяо с сочувствием покосился на своего пока-ещё-подопечного — уже заплыл один глаз, и нос явно придется править при помощи целителя. Райдо пристыженно молчал в другом углу, и Малыш Сяо, переглянувшись с Тилем, точно знал, какой рапорт первым делом ляжет на стол Таджо, если они выберутся отсюда.
Райдо давно пора к Целителю душ. Они тянули и откладывали, но не первый раз он подставляет их на операциях, не в состоянии контролировать собственную эмоциональность. Да, эта строчка ляжет в личное дело, но конкретно сегодня Сяо было наплевать, как дальше будет двигаться карьера Райдо. Менталист его уже достал.
— Лечить не буду, господа, — Тиль попытался пошутить и приподнял вверх сломанную руку, на которую Сяо кое-как наложил анестезию. Первую магпомощь он сдал только с третьего раза и был худшим в группе. Целительские чары никогда ему не давались хорошо.
Шутка не помогла разрядить обстановку. И Тиль требовательно посмотрел на него.
— Господа, — откашлялся Сяо — голос дал петуха, почти как у Каро, — господа… мы сможем выбраться только вместе…
Господа не реагировали.
— О, Мара всеблагая! — Тиль начинал сердится. — Никто не нарушал никаких приказов! Запрета на участие при наличии личного интереса нет!
Райдо насмешливо вздернул бровь, и Тиль показал ему здоровый кулак — только попробуй открыть рот.
— Нужно думать, как найти выход, а не… мериться силой. В чем сир Аксель абсолютно прав — сира Блау сверху одна, и если есть возможность помочь — нужно сделать это! Просто найти выход!
Призыв Тиля остался без ответа, но Сяо видел, как зашевелился Бутч, кряхтя, поднимаясь на ноги. Отряхнулся, делая несколько шагов вперед, и потрогал языком зубы — целые ли. Потом также медленно и осторожно прошагал к сиру Блау, который смотрел исподлобья, напрягшись.
И произнес — Сяо искренне восхитился Бутчем — спокойным и одобрительным тоном.
— Отлично поставлен удар справа, Блау.
Аксель молчал.
— У сиры Блау не хуже. И кажется теперь я точно знаю, кто был Наставником.
Земли Хейли, Лирнейские
Сверху трещало — опоры кренились и сыпалась каменная крошка. Геб орал что-то, таща Каро к выходу, ему помогала Фей.
— Блау! На выход! — скомандовал Тир. — Сейчас рухнет!
— Ключ, — проорала я в ответ, переворачивая ближайшие ко мне тела. Без ключа мне не отстегнуть цепь, а без силы — я бесполезна.
Марша методично стряхивала волны огня в сторону спуска в шахту, пытаясь обуздать родовой дар, но руки так и полыхали огнем до локтей.
— Фейу назад! На выход! — орал Тир, и Марша начала медленно пятиться назад.
Я перепрыгивала тела, переворачивая одного Серого за другим — артефакты ещё действовали, от одинаковой одежды уже рябило в глазах, но псакова ключа нигде не было.
Луэя отшвырнуло далеко — он приземлился прямо на механизмы и лежал неподвижно, раскинув руки в стороны. Я пробежалась вокруг, примеряясь, какой могла быть траектория полета.
— Нашел, — Кантор с кривой улыбкой сжал в кулаке ключ — рваная цепочка свисала вниз. — Бежим!
Я торопливо кивнула, глядя вверх — опоры над нашими головами трещали все сильнее, скоро свод рухнет вниз — трещины змеились от центра в разные стороны, расползаясь всё быстрее и быстрее. Запнувшись, об одно из тел, я наклонилась стянуть кольца с пальцев — не будут лишними, но меня резко дернули за шиворот.
— Сдурела! Сейчас всё рухнет! — рявкнул он в ухо, и потащил в сторону. — Бежим!
И мы рванули к выходу.
Пещера обрушилась с глухим хлопком за нашими спинами практически сразу, как мы приземлились в сугроб — Тир рухнул сверху, прикрывая, волна взрыва прошлась над нашими головами и каменная крошка осела вокруг серой пылью, припорошив снег.
— Фу, — сморщилась Марша, отплевываясь — защитный купол не сработал, видимо истратила все, а Гебион, как верный сир прикрывал Фей-Фей — их купола почти слились в один, образуя серебристую радугу.
Тир был весь в снегу — нижняя губа разбита, у кафтана надорван ворот, под глазом фингал и свежая царапина на щеке — зацепило. Одна бровь смешно топорщилась вверх и немного обгорела.
— Фейу, ты промазала, — я ткнула пальцем в Тира и промахнулась.
Ржать мы начали одновременно, глядя друг на друга — Фейу оттирала запачканные грязью и сажей руки, Фей достала платочек и начала вытирать лицо, Гебион сорвал рукав полностью и растирал плечо до красноты.
— Они не успели, — я остановила руку Геба, иначе он просто снимет кожу. — Печать не подействует, потому что татуировка не закончена, — пояснила я. Им просто не хватило времени.
Геб угрюмо продолжал тереть дальше, и я плюнула на это дело.
— Живы…, — неверяще выдохнула Фей очень тихо, … — Великий… мы живы…
— Не благодаря Великому, — ворчливо отозвалась Марша и развернулась ко мне. — Откуда знала, что артефакт старухи уничтожит именно огонь?
— Догадалась, — огрызнулась я. — Тир — проверь периметр, и забери Фейу.
Марша открыла рот, чтобы огрызнуться, но заткнулась, повинуясь жесту Кантора.
Каро пришел в себя, но выглядел хреново. Я подсела рядом, звеня цепью.
— Чисто, — отчитался Тир, вернувшись через пару мгновений. — В живых кроме нас остались четверо, вытащили тех, кто был у самого выхода. Трое из Кернской. И Хейли, — процедил он после недолгого молчания. — Управляющих артефактов у них нет.
— Зачем было их вытаскивать? — раздраженно пробурчала Марша, и все дружно покосились на Геба.
— Я вытащил, — угрюмо пробасил расстроенный Гебион, потирая плечо. — Потому что они ещё живы…
— Нужно было оставить их там! — Марша раздраженно щелкнула пальцами. — Они опасны!
— Я наложил стазис, — пробурчал Геб в ответ. — Они не виноваты…
Цепь, накрученная вокруг руки звякала, пока я возилась с замком — никак не вставить ключ другой рукой.
— Фей, помоги…
— Дай, — Тир успел быстрее, выхватил ключ, вставил, вспышка силы, поворот, и облегчение внутри накатило волной, как только цепь упала на снег. — Будешь должна, — Кантор осторожно улыбнулся — одним уголком, чтобы не потревожить разбитую губу.
На улыбку я не ответила. Прощение нужно заслужить. Тиры не ценят то, что достается просто.
***
Я лечила Каро — плетения мелькали в воздухе, одни чары сменяли другие — малое реанимационное, анестезия, восстанавливающее, восстанавливающее, восстанавливающее.
Плетения себе на руки я скастовала первыми — жечь перестало, бок отпустило, анестезия действовала. Напряженный взгляд Тира, брошенный украдкой на браслеты, я отметила тоже. Но промолчала. Не готова говорить об этом. Не сейчас и не сним.
— Вайю…, — произнесла Фей робко.
— Поговорим дома, — щелкнули кольца, и я притянула к себе диаграмму общего состояния — менталист должен прийти в себя — антидота в горах взять неоткуда, он непременно должен очнуться.
— Вайю, — протянул Геб тоскливо, наблюдая за моими манипуляциями.
— Дома, — рявкнула я, не поворачиваясь. — И об идиотизме мистера Лидса, который он ошибочно принимает за героизм, и о нарушении приказов…
Марша тихо и злорадно хмыкнула.
— Каро сказал, тебе грозит опасность и…
— … и поэтому ты снял …, — я проглотила окончание фразы про блокираторы. — Молодец, Гебион! Если бы Каро сказал, что сейчас второе пришествие Мары — ты бы тоже поверил?
Геб обиженно хлопал глазами в ответ, свято уверенный в собственной правоте.
— Нет двоих саней, — Кантор стряхивал снег с сапогов, — по следам.
— Ушли, — констатировала я тихо, схлопнув диаграмму.
— Старуха, — констатировал Тир очевидное. — Вероятнее всего порт-кольцо было настроено на площадку за пещерой. Осталось пять — ни одни сани не работают, я пробовал завести.
— Мы пойдем до Керна пешком?
— Полетим, — ядовито парировала Марша.
— Вайю…, — Каро пошевелился и открыл глаза.
Щелкнув кольцами, я выплела ещё пару плетений, которые мягко впитались в грудь менталиста — щеки розовели на глазах.
— Как мы выбрались…
— Не сейчас, — оборвала я его. — Как ты себя чувствуешь? В состоянии работать? В глушилке мы провели около часа.
— Задача?
— Взлом.
— Могу попробовать, но … не ручаюсь за результат, не более десяти мгновений и… Каро замялся, после яда… Объект?
— Работаем! Тир, помоги притащить сюда Хейли, — я махнула Кантору.
— Хейли? Из сиров? Вайю! Объект — сир? — Каро встревожился. — Мы не можем, я не могу… без разрешения Главы…
— Главы нет, — пояснила я, усаживая менталиста удобнее, чтобы он опирался о тюки с сеном, припорошенные снегом. — Разрешения спрашивать не у кого.
— Вайю!
— Прибыли, — Тир просто сбросил Анастаса на снег, рядом с нами.
Щелкнули кольца, и я сняла стазис с Хейли и начала выплетать реанимационное.
Анастас пришел в себя на третье плетение — глаза были мутными, но смотрели осмысленно, никакой пустоты. Тихо выдохнул рядом Кантор, развеяв приготовленные заранее плетения. Что будет с «пустыми» при отсутствии артефакта и как работают приказы не знал точно никто.
— Хейли! — его усадили рядом с Каро, и я пощелкала пальцами перед носом. — Смотри сюда! Хейли!
Пришлось плести чары ещё раз.
— Блау, — выдохнул Анастас хрипло и облизнул губы. Обвел вокруг мутным взглядом, и снова сосредоточился на мне. В глазах Хейли отражался свет двух светляков, которые парили над нами.
— Я спрошу только один раз. Ты будешь сотрудничать и расскажешь всё сам? — перефразировала я в вольной форме первый стандартный вопрос дознавателей.
— Пошла за Грань, Блау, — дернул головой Хейли, и тут же получил стазис в грудь.
— Объект не согласен сотрудничать добровольно, — я развернулась к Каро. — Около тридцати мгновений он находился под действием управляющей печати.
Глаза менталиста округлились.
— Я… я не могу… после ментального воздействия… девять из десяти, что я не смогу его вернуть… это убийство, сира…
— Или он, или мы. Или он — или Керн. Я хочу знать всё, что знает Хейли.
— Нет, — Каро закрыл глаза, — … я не могу…
Я стиснула зубы. Как много бы я дала, чтобы на месте Каро сейчас был Бутч, или Таджо, или даже Райдо, любой, кто способен принимать решения и не склонен к ненужным эмоциям.
— Я возьму ответственность на себя, — прохладный голос Тира раздался из-за спины. — Согласно постановлению о взаимодействии Глав кланов и представителей Управления, в случае угрозы общеимперской безопасности или прямых обвинений в измене, процедуру можно упростить. Я, наследник клана Тиров, обвиняю Анастаса Хейли в измене, — в сумраке кольцо на руке Кантора полыхнуло теплым золотом.
— Обвиняю в измене, — присоединилась Марша — огненная вспышка.
— Обвиняю в измене, — произнесла я глядя прямо на Каро, и кольцо вспыхнуло на пальце тьмой. — Взламывай.
— Но..
— Взламывай! У нас нет времени, Каро!
Мы развернули Анастаса так, чтобы было удобно — глаза в глаза, наложив полный стазис. Во взгляде Хейли плескался ужас смешанный с бешенством, но мне уже было все равно. Что-то сломалось внутри, что-то что ещё этим утром отвечало за человечность.
Анастас начал говорит практически сразу — громко и сбивчиво, проглатывая часть фраз, торопясь. Мы одновременно придвинулись ближе, чтобы не пропустить ни слова. Каро задавал вопросы — Хейли отвечал.
Мирии невыгодно воевать. Невыгодно получить на месте Северного Предела разрушенную провинцию. Нужно удерживать границы, содержать гарнизон, доставлять рабочих. Куда выгоднее, если все будет работать как прежде.
Гораздо проще, если местное население будет управляемо. Легион из одних северян, которые воюют против Империи, и защищают новые территории. Готовые бойцы, готовые рабочие, готовая инфраструктура и даже шахты — и те не пострадают.
Горцам Хейли обещали независимость — признание общинных территорий вдоль Хребта.
Ответа на вопрос, зачем организован Совет в Хадже, Хейли не знал.
— Личные предположения, — перебила я резко, и Каро послушно повторил мой вопрос для Анастаса.
Глав родов нужно убрать. Как только Глав не будет с Наследниками можно договориться. Одна управляющая печать — и весь Клан переходит на сторону Мирии.
Мирию заинтересовали разработки Старухи — испытывали на республиканцах — все новые члены сопротивления получали печати в знак верности идеям. В Империи много тех, кто считает, что власти Фениксов нужно положить конец. Разработки управляющих печатей финансировались давно и именно с этой целью. Каждый из республиканцев должен носить этот символ свободы с гордостью.
Матроны, которых не досчитались на ритуале, получили управляющие печати. Добровольное согласие требовалось именно для этого. Чтобы старые курицы поверили Хейли пустили в расход двоих Старших сир. Где матроны сейчас — Анастас не знал.
Хейли обещали титул мирийского Наместника Севера и… шахты Блау. Власть над покоренным Севером, членство в Совете республики, и управляющая печать, которая позволит контролировать Кланы Предела.
Каро охнул, Кантор выругался — до этого я вообще не слышала, чтобы он употреблял хотя бы часть таких выражений, а Анастас продолжал говорить.
— Мы расконсервировали шахты по Хребту, все уровни ниже седьмого. В каждой шахте установлено по десять катализаторов, чтобы Твари гарантированно проснулись, — Анастас смотрел прямо вперед остекленевшим взглядом и облизывал пересохшие губы, — и закладки с вытяжкой Мора. Мастер-алхимик Ву вывел расчетную формулу эликсира, по которой Мор приобретает лучшие свойства. Когда сработает заряд — Твари вырвутся вниз и разнесут Мор по Пределу.
Геб кинулся вперед к Хейли, но его отбросил назад Кантор.
— Успокойся!
— Сволочи! — Лидс почти плакал, и я понимала его — вся семья, кроме Гебиона, попадала в зону риска.
Псаки! Об этом Аю предупреждала аларийцев? Черная смерть грядет?
— Геб, тихо. Продолжать. Каро, спроси, зачем?
Приказ Магистра Аю и страховка, монотонно отчитался Хейли. Если что-то пойдет не так, это позволило бы выиграть время и уйти.
Каро вспотел — бисеринки пота блестели на лбу.
— Каро, ещё немного. Условие срабатывания?
Менталист приложил усилия и глаза Анастаса снова остекленели, он продолжил говорить.
О том, что их подставили, Хейли начали догадываться недавно — у старухи поехали плетения и она решила провести другой ритуал. Из Запретного города пришел приказ о закрытии порталов, к Хэсау отправили дивизии, а в Хадже решили созвать срочный Совет. Хейли начали готовить свой план, если всё сорвется. Они не собирались умирать в одиночестве. Если они не получат Север — его не получит никто.
— Условие срабатывания катализаторов?
Каро задал вопрос, но Анастас дернулся, и затих, повесив голову вниз. Из носа менталиста бежала тоненькая струйка крови.
— Не могу больше держать его, — прошептал мне Каро.
— Постарайся, Каро! Условие срабатывания катализаторов?
Менталист через силу повторил вопрос.
Первоначально — условием срабатывания был приказ Аю, но они изменили условие. Их шахты — их катализаторы.
— На смерть Главы Хейли, — произнес Анастас монотонно. — Как только Глава клана умрет — произойдет взрыв. Я должен быть передать сигнал, как только пересеку Хребет. Если до третьей звезды Вестник не придет — они начинают действовать.
Мы синхронно подняли голову в небо — созвездие третьей звезды появилось из-за горизонта и насмешливо сверкало над горами сияя холодным светом.
Я выругалась.
— Вышки, — вмешалась Фей-Фей. — Даже если будет взрыв, сигнальные вышки сработают, передадут сигнал, замкнется внешний защитный контур, защита города и клановых.
Анастас молчал.
— Спроси — что с вышками?
Я молилась — Великому и одновременно всем богам пантеона, чтобы это было не то, о чем я думаю, просто не то, о чем я думаю. Великий, пусть красные вспышки в горах — это не то, о чем я думаю прямо сейчас!
— Контур поврежден. Наши вышки отключены. Цепь не сработает, — монотонно ответил Анастас на вопрос Каро.
— Цепь не замкнется! — заверещал Геб и подпрыгнул на месте. — Они нарушили контур! Артефакты не замкнутся в систему!
— Млять, — Тир был немногословен.
Я зачерпнула снега из сугроба и с силой растерла лицо, пока не начало гореть. Когда я открыла глаза — все смотрели на меня: Фей и Геб с надеждой, Тир серьезно, Каро — с волнением. Фейу — с угрозой.
— Вы ошибаетесь, если думаете, что я могу остановить тварей, — зачерпнула ещё горсть снега и засунула в рот, прожевав. Горлу сразу стало хорошо — пить хотелось неимоверно, после эликсиров всегда мучает жажда. — Мой предел — одна шахта, и то, при условии, что условия будут подходящими. Гласа… — я помедлила, — у меня нет.
То, что можно повторить то, что было недавно — я сомневалась и… не решилась бы. Слишком много их было, слишком сильно мне хотелось вниз…
И я не стала говорить, что даже Аксель, будь он здесь, не потянул бы столько — восемь шахт, если сработает одновременно, и твари проснутся, загнать их обратно — нереально. Они пойдут по хребтам, пройдут вышки и хлынут вниз в долину, а там — Керн. Керн, в котором не работает защитный контур.
— Кантор — вестники Претору, Легату, градоправителю, всем, кого знаешь. Предупреди о матронах.
Фей тихонько охнула.
— Геб, — Лидс посмотрел на меня покрасневшими глазами — ещё не хватало, чтобы он заплакал. — Через десять мгновений одни сани должны работать, мне все равно как ты это сделаешь…
— Но…
— Ты ученик артефактора, — рявкнула я громко. — Собери из пяти саней одни, замени управляющие кристаллы, создай чудо! Мне все равно как — одни сани должны работать! Фей — помоги ему!
— Да, Вайю…
Каро уже плел Вестники один за другим — хмурился, вспышки мелькали в воздухе. И тут же возвращались обратно.
— В Керне нет связи, — озвучил Тир очевидное. — В Хадже — тоже. Или глушат связь здесь, — он оглянулся — искать глушилки в темноте, в снегу дело просто безумное.
Я выплела пару, чтобы убедиться лично — мои послания тоже не уходили. Псакова старуха предусмотрела всё!
— Менталисты?
Каро угрюмо покачал головой. И мы не произнесли то, о чем мы подумали одновременно — надеюсь, просто работает глушилка, а не…. Я усилием воли запихала мысль подальше.
Не время думать об этом. Аксель — жив. Он в шахте — там твари, а если там есть твари — Блау всегда найдут выход. Если конечно тварей не слишком много.
Анастас так и сидел рядом остекленевшим взглядом. Я щелкнула кольцами и бросила на него стазис — если выживет сегодня — его ждет Трибунал, малое совершеннолетие он уже справил. Как раз сегодня сиру Анастасу Хейли исполнилось шестнадцать зим.
Двадцать четвертая шахта, десятый уровень
— Мы сдохнем здесь! — Райдо пнул стену со всей силы и застонал, камень отломился и отскочил ему прямо в лицо. — Мара всемогущая!
— Помолчи, — пророкотал Бутч.
— А что? Сколько им потребуется времени, что открыть спуск? Если они вообще начнут нас искать! Здесь кругом глушилки!
— Заткнитесь, — проговорил Аксель отрешенно. Порт-ключ не сработал, но он и не рассчитывал на это — глушилка. Сейчас имело значение только одно — его сестра наверху и она там одна. — Родовые дары — работают. Если здесь есть твари — здесь есть выход. И не один. Твари выведут нас.
Райдо открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, но Тиль покачал головой — иногда действительно стоит просто заткнуться.
Аксель сосредоточился и позвал, мысленно, расширяя сознание, и касаясь каждого, кто был ближе всего в этой шахте. Перебирал, отбрасывая самых агрессивных, пока не выбрал троих тварей и не усилил мысленный призыв: «Ко мне!».
— Есть другой выход, через коридор на восьмом, — он говорил медленно, мучительно облекая в слова неясные образы, которые транслировали твари. Говорить без слов гораздо проще, он убедился в этом уже давно. — Выход… выход наверх… недалеко…, — он напрягся, чтобы прикинуть расстояние.
Дядя был прав, с каждым разом звать становилось все легче и легче, но сегодня было особенно просто. Ему даже не пришлось прикладывать усилий… как будто они ждали, пока их позовут… как будто уже проснулись.
Не думай, — Аксель старательно гнал эту мысль из головы, но она возвращалась. Если старуха успела провести ритуал — твари просто не могли не почувствовать, их всегда притягивают всплески силы, они всегда просыпаются…
Если Вайю….
Не думать!
Мелочь не могла сдохнуть так просто, не могла!
Аксель усилил зов и начал управлять движением выбранной тройки. “Ко мне”, повторял он отчетливо, показывая свое место. “Быстрее. Ко мне!”
Мелочь не могла сдохнуть так просто. Не могла. Он ещё не извинился за утро, за то, что вспылил, он вернется и обязательно закажет ей лучшие пирожные из столичной кондитерской — те, что бельчонок любит, он ещё не взял её на озеро и не показал свое любимое место, куда он постоянно сбегал раньше, когда дядя давил слишком сильно, он ещё не надрал ей задницу, он ещё столько всего не сделал….
— Только попробуй, — прошел Акс беззвучно, — только посмей умереть…
Мелочь не может умереть, только не она. Мелочь — это всё, что у него осталось после смерти матери, и Акс больше никогда не хотел поджигать погребальный костер первым, как ближайший родич по крови.
Если мелочь умрет, потому что он не успел…
Аксель холодным взглядом изучил звезду менталистов… ни один из них не покинет Север.
Твари приближались.
— Потушить светляки, — скомандовал он громко. — Никаких плетений, их манит сила.
— Но я не вижу в темноте, — возразил Малыш Сяо.
— Сплети чары “ночного”, — ворчливо отозвался Райдо и ожидающе посмотрел на него.
Аксель кивнул — силы чуть, можно.
— Держитесь точно за мной, след в след. Кто отстанет — останется в шахтах навсегда, — предупредил он сухо.
— Есть, сир! — насмешливо отсалютовал повеселевший Райдо. Тиль кивнул, благодаря за предупреждение.
— Я бы не возражал, если бы отстали лично вы, — парировал он язвительно, — навсегда. — И тут же замолк. — Гасите!
Твари достигли их уровня. Твари выведут их. А Мелочь обязательно дождется его.
Аксель выдохнул и решительно шагнул вперед, во тьму.
Земли Хейли, Лирнейские
Кантор выудил из под завалов три плаща — по виду те принадлежали серым, но я не хотела знать точно, с кого он их снял.
— Будем экономить силы, — постановил Тир, передавая один Фей. — Купол тепла лишний раз не использовать.
Ему никто не возразил. Ночь обещала быть очень-очень длинной.
Один стационарный купол я оставила нам, второй установила недалеко от входа, где хотя бы сверху было прикрытие в виде нависающей скалы. Черная палочка исправно жужжала, начиная работу.
— Должно хватить до утра, — пояснила я тем, кто оставался — трое учеников Кернской и Хейли, который так и не пришел в себя. Все лежали вповалку, рядышком, чтобы было теплее, под стазисом. Фей-Фей сжалилась и бросила сверху купол тепла. — Покинете купол — обратно вернуться не сможете, — добавила я громко, зная что меня слышат — несколько человек сверкали глазами.
— Едем, они завели сани, — снег под сапогами Марши хрустнул совсем близко. — В Керне будем через час.
— А кто сказал, что мы возвращаемся в город?
***
Марша ругалась, пальцы полыхали огнем, и мы дружно отошли подальше.
— Какая…, — Геб мучительно подбирал слово.
— Сира, — подсказал Каро, которого первым устроили на сидении.
— Вот же не повезет кому-то, — буркнула Фей-Фей и демонстративно отвернулась. Она в отличие от Фейу была согласна на что угодно, лишь бы вместе.
— Это идиотизм! — визжала Марша. — У вас с Блау совсем плетения поехали! Тебе в пещере по голове прилетело, Тир?! Какие вышки?! Какие? Нам нужно в город! Домой! Там Старшие, там военные, там…
— …люди, — закончила я устало. — Люди, которые пострадают, если вышки не сработают.
— Они сломаны! Сломаны!!! Кто будет чинить? Он? — она ткнула пальцем в Геба. — Пол-артефактора, грязный недоучка…
— Заткнись! — вспылила Фей-Фей.
— Сама заткнись!
— Леди! — попытался утихомирить их Тир.
— Вырядилась в платье, Квинту начхать на тебя, даже если голой будешь ходить, — выдала Фей-Фей, и Марша гневно заревела в ответ, руки полыхнули до локтей.
— Кто бы говорил! Тупая дура, которую сделали призом…
— Заткнулись!
— Тихо! — рявкнули мы с Тиром одновременно, щелкая кольцами.
— У нас перегруз…, — тихо встрял Геб.
— Тихо! — я выдохнула. — Мы едем к вышкам. Тир сказал есть резервная линия — нужно попробовать запустить.
— Но…
— Это не обсуждается, — оборвала я Маршу. — Кто не согласен, остается здесь, — я махнула в сторону пещеры и защитного купола.
— Мы сдохнем там, — тоскливо протянула Марша, в последней попытке убедить. — Кому станет легче от этого? Кому?!
— Едем, — я схватилась за подставленную ладонь Тира и запрыгнула в сани. Кантор залез следом и занял место рулевого, приноравливаясь к рычагам. Артефакты замигали голубыми искрами.
— И у нас перегруз, а ты не худышка, Фейу, — язвительно протянула Фей. — Остаться — это правильное решение…
— Фей-Фей!
— Леди Ву!
С низким гневным рыком Марша запрыгнула в сани и, не удержав равновесие, упала прямо на колени Каро, который мучительно порозовел.
— Держитесь! — скомандовал Тир и дернул за рычаг, сани загудели и выпрыгнули вперед, как укушенный шмелем в задницу райхарец.
***
Мы ругались и орали, сани вихляли по снежному насту, как сумасшедшие скорпиксы, выписывая круги и волны, и никак не хотели ехать ровно. Фей визжала мне в ухо, Геб вцепился в бортик, Каро просто молча сцепил зубы и зеленел — укачивает?
— Ты говорил, что знаешь, как управлять! — гневно орала Марша.
— Знаю!
— Сдал экзамен на рулевого!
— Я сказал — сдавал, сдавал, Блау, — огрызнулся Тир и быстро вытер пот со лба, не выпуская рычаг из рук.
— Не сдали? — тоненько откликнулась Фей-Фей.
— Провалил! — рявкнула я, больно приложившись на повороте боком. Тир — козел!
— Почти сдал! Почти! Ты понимаешь разницу между почти и провалил!
— Я понимаю, что мы сейчас сорвемся вниз, забирай правее, Тир! Правее!!! Псаки тебя задери!
— Тир-р-р-р! — визжала Фейу. — Разобьемся!
— Заткнулись!!! Все!!! — рявкнул Квантор. — Блау — светляк справа, Фейу — впереди, ни видно ни демона!
Мы торопливо щелкнули кольцами, одновременно выплетая чары.
С большим трудом сани выровнялись, перестали крениться, и Тир вздохнул немного свободнее.
— Я … я мог перепутать кристаллы, — тихо проблеял Геб.
— Что?
— У меня были сомнения насчет гнезд два и четыре, и в какой последовательности они подключаются, — он поднял руки вверх — схема была сломана! И ещё…
— Что?!!
— У нас перегруз! — быстро протараторил Лидс, — На одного человека! Я предупреждал! Предупреждал!
— Нужно было оставить одного, — снова завела песню Марша.
— Вот и осталась бы, — парировала Фей-Фей. — Все равно не хотела ехать!
— Осталась бы дома, идиотка!
— Сама идиотка!
— ЗАТКНУЛИСЬ!!!
Тир выругался ещё раз, но удержал сани — они вильнули в сторону только раз. Ближайшая вышка чернела на фоне неба темной — наверху тлел едва заметный слабый огонек — и это внушало надежду.
— Проверишь контур у вышки, — я ободряюще похлопала Геба по плечу. — Сани — едут. Мы — живы. Ты — молодец!
…
— Ты наступила мне на ногу, дура!
— Тут нет места, идиотка! Нужно худеть!
— ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ!!!
…
Хадж
Таджо расстегнул верхнюю пуговицу — не хватало воздуха. Всегда, когда эмоции выходили из-под контроля ему было нечем дышать.
— Я повторяю свою рекомендацию, — произнес Шахрейн очень спокойно. Очень. Настолько спокойно, что двое из чужой пятерки дернулись в его сторону. — Необходимо. Ввести в Хадже военное положение. Мы не сможем контролировать ситуацию. Сигналы Вестников глушат. Тем более сейчас, когда здесь проходит Совет Кланов…
— Не можем? — худой жирдяй с зачесанными назад, смазанными розовым маслом волосами насмешливо развел руки в стороны. — Неужели? Управление настолько не в состоянии контролировать простые вещи, что вынуждено обратится за помощью к военным? Вы это предлагаете, сир Таджо?
Шахрейн стиснул зубы. Жирдяя он не переносил ещё с Академии, и это было взаимно. Обычно Управление учитывает психологические профили при составлении рабочих групп, но не в этот раз. Или кто-то очень хотел досадить ему. Лично. Сейчас — он шел вторым, и не решал ничего в этом демоновом Хадже.
— Я предлагаю подумать о безопасности. Я предлагаю учитывать все риски. Я предлагаю…
— Вы предлагаете расписаться в собственной беспомощности, — оборвал его жердяй. — Вы предлагаете признать, что три звезды дознавателей — это меньше, чем ничего!
— Я предлагаю оценивать риски, — очень терпеливо повторил Шахрейн. — Четверо с управляющими печатями, два артефакта, с помощью которых можно отдавать ментальные приказы. Совет, на котором присутствуют практически все Главы кланов Севера, ритуал…
— Храм Немеса оцеплен, — отмахнулся от него жердяй. — Источник блокировки Вестников ищут. Везде наши люди. Вы преувеличиваете опасность, сир. И я непременно, — это он произнес с особенным удовольствием, — непременно порекомендую отстранить вас от занимаемой должности. Ведущий должен уметь принимать решения, а не колебаться. Ждите рапорт.
Шахрейн отрывисто кивнул.
— И, сир Таджо. Чтобы держать руку на узлах плетений… отправляйтесь патрулировать улицы. Лично. Мы не можем позволить, что что-то помешало Совету и проведению операции…
— Честь имею, — Шахрейн отсалютовал коротко, развернувшись на каблуках, и аккуратно, почти бережно прикрыл дверь на выходе.
Дверь здесь не причем. С жердяем — он сочтется в Столице.
Таджо проклинал собственное невезение — даже, если бы кто-то выбирал специально, большего придурка, чем этот отдельно взятый менталист, в качестве Ведущего трех групп выбрать было бы сложно.
Земли Хэсау
— Вот такая, — Хок протянул брату на ладони кусок черной коробочки, с края которой сиротливо свисали немного подпаленные шелковые кисточки шнурка. — Не знаю как, но он управляет легионерами, нам пришлось отступать. Они не чувствую боли, у них нет страха, они просто прямо выполняют поставленный приказ. Мы изъяли четыре артефакта, два уничтожили, пока искали способ — управляющий контур повреждает только огонь, один я оставил для Кастуса, пусть вскроет и разберется.
— Сколько у нас чужих? — Бер покрутил в руках остатки артефакта.
Хок пожал плечами.
— Примерно половина дивизии у Главы, остальных мы изолировали и погрузили в стазис. Клеток и блокираторов на всех не хватило, — пояснил он в ответ на вопросительный взгляд брата. — Заработает арка — отправим обратно, пусть со своими разбирается Шестнадцатый.
— Легат?
— В Керне сбой со связью — Вестники не доходят.
— Вайю?
Хок отрицательно тряхнул головой.
— Кастус не полный идиот, должен был позаботиться. Никто не собирает Совет Предела просто так.
— Совет, вызов на который наш Глава проигнорировал…
— Мирийские учения на границе в середине зимы — уважительная причина, — язвительно протянул Хок.
— Арка будет перекрыта до утра. И потом запуск и активация…, — Бер медленно рассуждал вслух. — У нас есть ровно одна ночь.
— Уверен? — переспросил Хок, хотя они давно обсуждали это раньше.
Бер перевел тяжелый взгляд на пустое кресло у стола, над которым вился одинокий светляк, лежали открытыми книги, свитки были сложены горкой, как будто Люци просто вышел из библиотеки, и сейчас вернется обратно. Ворвется, по своей извечной привычке, с шальной улыбкой, хлопнет братьев по плечам, и примется рассказывать очередную байку о том, как прошел очередной день. Без Люци думалось сложно.
— Доказательств достаточно, — постановил он. — Объяви. Бер Хэсау сегодня ночью бросает официальный вызов Главе Клана.
Лирнейские
Когда они выбрались наверх — небо над головой было темным и ясным, звезды светились ярко и казались огромными. На Севере многое кажется большим, чем в Столице.
Сяо снял руну “молчания” первым, и почти подпрыгнул от восторга, прочитал Вестник Каро, который тот выставил на любого из звезды — первого, кто выйдет из режима молчания.
“Сира Блау! Жива! Каро! Покинула поместье?”
Райдо снял руну вторым — и перед ним замелькали вспышки — начали падать Вестники.
Но чем дальше читал Сяо, тем сильнее хмурился —“Сира покинула Керн, отряд едет в предгорья, следую за ней — и координаты…”
— Дай! — Райдо забрал Вестник Каро и быстро пробежался глазами. — Молчать.
— Но…
— Это приказ, — бросил ему Райдо и покосился в сторону наследника Блау, который выплетал Вестник за Вестником — темные вспышки так и мелькали в воздухе.
Сяо тоскливо наблюдал, как менталист уничтожил послание. Молчать он был не согласен — сир Блау имеет право знать, что его сестра возможно где-то здесь, что возможно нужна помощь.
— Из Керна, отложенный, — Райдо протянул свое послание Ашту. — Прорыв тварей — вероятность девять из десяти, защитный контур города поврежден. Приказ срочно доставить сира Блау в Керн. Срочно, — подчеркнул Райдо. — Легат ввел военное положение и внизу нужен заклинатель.
Сяо думал, мучительно прикусив губу.
Прорыв — это плохо, город останется без защиты, но и сире Блау всего четырнадцать зим, как они справятся в горах, одни, с магистром, особенно если будет прорыв?
Сяо поежился, представив, как твари гонятся за ним по глубокому снегу.
Нет, он должен сказать! Пусть сир Аксель решает сам!
— Вайю отправилась в Керн! — его подопечный схлопнул послание. И выругался. — В поместье ее нет. И она не отвечает на Вестники.
— В Керне глушат связь, — пророкотал Бутч. — В Хадже тоже
— Нам нужно в город! — решительно постановил сир Аксель. — Немедленно!
Малыш Сяо, встретившись взглядом с Райдо, который провел ребром ладони по шее, захлопнул рот.