Глава девятая. Нежданные неожиданности

Утром я проснулась оттого, что меня кто-то тормошил. Так хотелось спать, что даже глаза не открывались. Я чуть приоткрыла веки — было еще рано, только начинало светать. Нанке тормошила меня уже сильнее.

— Вставай быстрее, просыпайся, ты плывешь!!

Куда плыву, зачем плыву, да что такое в конце концов, почему человеку спать не дают? И тут я почувствовала дискомфорт. Ибо подо мной была мокрая простыня. Первая же мысль: я что, описалась? Да не может такого быть!!! Потрогала, подняла руку и испуганно застыла. Рука была вся красная от крови.

Нанке быстро соскользнула с кровати, вскочила в туфли и, крикнув мне: «Я на кухню за водой, а ты пока сиди тихо!» — унеслась, шлепая по полу. И тут я поняла, какая вещь со мной случилась. Та, о которой почти не пишут в романах и не упоминают в сериалах.

Это они, эти самые дни. Я сидела не шевелясь. Пришла Нанке с ведром теплой воды. А я замерла растерянная, ибо все мои познания исходили из наличия прокладок на полках магазинов в том мире и ворчания жены: «Ацтань». Если бы не подруга, я бы точно не справилась. Оказывается, всё было давно заготовлено и лежало в ящичке в шкафу.

— Роан, я понимаю, что ты из-за болезни потеряла память, но не до такой же степени! Куда не так сворачиваешь? Да не так! Куда ты суешь? Да что с тобой не так? — ворчала Нанке.

А я смотрела на нее и тихо радовалась, что меня не бросили одну в этом мире, а в виде бонуса дали такую замечательную подругу и практически сестру. Я взяла ворчунью за уши, притянула к себе и, поцеловав, обняла. Она замерла, потом подняла на меня недоуменные глаза.

— Роан, ты чего плачешь????

Я сама с удивлением вдруг обнаружила, что у меня мокрые глаза. Шмыгнула носом.

— Я не плачу, это просто от счастья, от радости, что у меня есть ты. Давай так посидим немного.

Завтракали мы на веранде перед входом в мои покои. После завтрака подошла Ройна с чашкой какого-то питья.

— Госпожа, я тут приготовила настой специальный. Он помогает в таких случаях. Вы чего смутились? Я же видела, как Нанке стирала всё в помывочной. Я использую этот отвар давно, его еще мои мама и бабушка использовали.

Я поблагодарила ее, выпила отвар. Он оказался чуточку сладким и вообще приятным. Имел немного терпкий привкус, но по сравнению с тем, что я продолжала пить по рецепту лекаря, — просто прелесть. К этому времени Даймон уже привел в порядок беседку, отремонтировал и накрыл чистой тканью стол, проредил заросли вьющегося винограда, покрасил скамейки.

Я перебралась теперь туда со всеми книгами, письменными принадлежностями и счетами. Ройна принесла глиняную кружку (нашла их несколько в сарае, отмыла — а то пить из пиал как-то непривычно было) и кувшин с прохладным яблочным компотом.

Я еще раз внимательно рассмотрела выкройки костюма, сделала себе нужные пометки. И поняла, что прежде чем идти к портному, необходимо решить вопрос с пуговицами. Задумалась, пытаясь вспомнить что-то о пуговицах из своей прошлой жизни.

Пришла Нанке, я спросила и ее о пуговицах. Она рассказала, что купить их можно у северных торговцев на рынке, но стоят они очень дорого. Знать украшает ими свои одеяния. Когда я объяснила, для чего я хочу использовать пуговицы, Нанке удивилась. Я еще раз показала ей картинки в книгах и выкройки Луизы, ткнув конкретно пальцем в нужные места.

— Я бы никогда не догадалась, для чего они. Я подумала — просто как украшение.

— И как украшение тоже. Ну так знаешь, куда можно пойти?

— Я думаю, нам надо пройтись по ювелирным мастерским. Они владеют мастерством что-то отливать в металле.

Так и решили: что как только мне станет лучше, сразу сходим. День прошел в изучении книг. Прогулялась осторожно пару раз в сад, к реке.

Нанке в первые же дни сводила сестер в «Дом Роз», и теперь они утром ходили туда сами, после того, как я получила у мастера Венара красивые, покрытые темным лаком деревянные именные бирки. Когда ходила Тао, а когда — Айма. Они сами между собой решали, кто идет. Я разрешила им из полученных денег тратить десять монет на себя, на вкусняшки. После похода они сразу шли ко мне, отчитывались, получали свои десять монет и продолжали заниматься работой по дому.

Они перетащили к себе две деревянные кровати из сарая. Даймон их отремонтировал. Взяли стол, пару стульев, тумбочки. Я заходила позже в их комнату. Аккуратно всё заправлено, чистенько, одежда висит на перекладине, на столе горшочек, а в нем — цветы. На стены они повесили два коврика над каждой кроватью. Сами их вычистили, отстирали.

В сарае расчистили центр, и теперь они вместе с Нанке увлеченно занимались там на мечах и тренировались в единоборстве. Я пока участия не принимала — надо до конца восстановиться.

После обеда с Нанке сходили к отцу Франциску, позанимались два часа математикой, поговорили на бриттском, на французском. Немного позанимались письмом. Поговорили о разном. Меня всё-таки интересовали те книги — видимо, военное прошлое из той жизни давало о себе знать. Я выпросила у него «Теорию военного искусства» Мориса Сардинского. Потому что, просматривая ее, увидела там не только военные темы.

Автор делал отступления, описывая экономические достижения того времени и то, как они влияют на военное искусство. Вот именно экономические экскурсы меня и заинтересовали. Тем более что в прошлой жизни я только слышала об этой книге, только автором там был маршал Франции Морис Саксонский. Тут могло быть просто легкое расхождение в ветвях истории.

До самого сна сидела в беседке, поедая потихоньку вымытый виноград, и делала себе пометки в своей книге, выписывая из книги Мориса всё, что понравилось. А понравилось там многое. Автор явно опередил свое время.