Глава двенадцатая. Армия нового образца.

Элисию я поселила вместе с Ило, а то она одна занимает большую комнату. Айме и Тао досталась комната рядом с той, где жили Нора и Энсо. Ну а Дорна я думаю Ферген сам определит.

После выгрузки и переноски вещей из повозок Ило должна отвести девушек на кухню, представить их обслуге, накормить. И потом провести по замку, пока не стемнело.

После ужина, прошедшего в непринуждённой обстановке, села писать записки. Одну отправила в порт с наказом начальнику, что как только вернется корабль, то вызвать Кроуна в замок к герцогине.

Второго гонца к Дереку с сообщением что я вернулась, все по плану, и завтра я планирую посетить его лагерь. Там на месте решим все вопросы с иностранцами.

После чего села продумать форму для своих личных гвардейцев. Фасон возьмем тот же, а вот цвет - тут надо подумать. Вот тут может бант сделать, так, а здесь пуговиц вот тут добавим.

Когда Нанке пришла ко мне с подносом фруктов и бутылью вина, я как пацанка, уже стояла коленями на стуле. И увлечённо чертила, и рисовала.

День выдался дождливым, поэтому до обеда пришлось сидеть в замке. Нанке с утра уехала на речную пристань встречать брата и своих подданных.

Единственное, что я сделала утром, это сходила с документами в Магистрат, благо не далеко. Сопровождали Дорн, Айма и Тао.

Написала заявление на их освобождение, приложила купчие. Оформили быстро, каждый получил документ, свидетельствующий что хозяйкой им предоставлена свобода.

После чего посетили полицейское управление, где гравер в течении получаса изготовил им именные серебряные бирки с указанием имени и фамилии. Я все это время пробыла в кабинете Кита Каллога, изучая сводки по преступности и слушая его пояснения.

Посмотрела предложенную им штатную структуру управления полиции. Посоветовала написать на мое имя докладную записку, где указать какое жалованье он считает достойным для своих подчиненных. По отделам и по занимаемым должностям.

И предложить за что можно и нужно премировать по итогам работы. Пришлось объяснять, что такое премия, а не награда.

Так же под дождем вернулись в замок. Благо зонты в этом мире уже были придуманы. Дорну поставила задачу с позволения Фергена посадить сестер в седло, посвятить этому время до и после обеда.

Пленника распорядилась перевести из подземелья в расположение солдат Фергена. В любом случае бежать ему уже не куда. Держать в подземелье и при этом рассчитывать на него я не посчитала нужным.

Тем более он уже дал согласие на поездку в Рианол. Единственное попросил, что если удастся вывезти его дочь и мать, то принять его к нам на службу. Я такое согласие дала.

По форме гвардейцев решила взять за основу красные камзолы артиллеристов, синие штаны кавалеристов, пошить им жилеты на пуговицах из ткани светло кремового цвета. Белая рубашка с высоким воротником и кружевное жабо.

Золотые эполеты с кистями на плечах у всех. Черные треуголки с белым плюмажем по всему краю в круговую. И форму по образцам пошить, и начну ка я с моих служанок.

Как только дождь закончился, распорядилась седлать лошадей, так как обещала посетить лагерь Дерека. Обещание нужно держать.

К Борхуну решила заехать на обратном пути. Поэтому через час с небольшим мы уже были на холме, откуда все было видно, как на ладони. Весь лагерь был обнесен изгородью, скорее всего, что бы пасшиеся на лугу сельские коровы не тревожили бойцов своим присутствием.

Ряды шатров тянулись почти во всю длину поля вдоль берега реки. На самом огромном лугу маршировали, именно маршировали шеренги солдат с деревянными палками на плечах, и даже сюда доносился бой барабанов.

Подготовка шла полным ходом. Чуть дальше в районе самой усадьбы была видна приличных размеров толпа из людей без формы. Это наверно и были вновь прибывшие дюссенцы.

Мы с Норой и десятком, сопровождавшим нас, не спеша спустились с холма, ответили на приветствия часовых и въехали в лагерь. Дереку видимо доложили, потому что они с Петром и герцогом Робером вышли на крыльцо одновременно.

Итак, по докладу Дерека, с учетом только что прибывших, набрано было три тысячи человек. Дальше все упиралось в отсутствие нужного количества ружей. Комплектов формы и всего остального хватало с избытком.

Вызванный Пол Джеймс, сразу же возведенный мною при входе в звание подполковника, заверил, что часть солдат уже может получать оружие. По крайней мере азам передвижения в строю они уже обучены. И пора начинать массовое ознакомление с оружием.

Первый батальон по докладу его командира Джеймса имеет полный штат, даже взяли мальчишек барабанщиков. Благо есть кому их научить.

Командиры всех шести рот в батальоне бритты, командиры взводов назначены Дереком из наших воинов. Все взводные и отделенные командиры уже обучены обращению с ружьями.

И даже три дня проводили стрельбы в конце луга. Пока не ахти как с точностью и скоростью заряжания, но так и не стремились к этому.

Второй батальон тоже укомплектован по штату – доложил его командир Петр Стар. Так же, как и в первом, проведены занятия с оружием с взводными и отделенными командирами.

Стреляли вместе с первым батальоном. Все ротные так же бритты. Но на этом необходимое количество иноземцев и закончилось.

Остальные ушли к Кроуну. И то из этих двенадцати сержантами ранее было только трое, до службы на море, два капрала морской пехоты. Но что не отнять у них, так это умение подчинять себе и командовать. А уж команды они знали. Ну а остальное, так и с ними приходится проводить занятия отдельно.

С третьим батальоном будет похуже, в смысле с командованием. Придется рассчитывать только на своих выдвиженцев. Но как только закончим его формирование и переодевание, сразу начнем заниматься с ротными и взводными командирами, учить всему, что необходимо.

Мне подали список штатной расстановки обоих батальонов. Я взяла кисть и пошла проставлять звания. От капралов до капитанов. А дальше все от них будет зависеть. И от их проявленных способностей.

Меня уговорили остаться в лагере на обед с офицерами обоих батальонов. Пришлось согласиться. Столы накрыли в столовой за главным зданием усадьбы. Усадили всех командиров, даже из прибывших дюссенцев.

Ронер, наклонившись, тихо сказал, что Нанке повезла прямо с пристани в замок сундуки с золотом и серебром, которые на дело войны дали герцог и герцогиня. Поэтому ее тут нет.

Первый тост подняли как положено за здоровье Императора, потом за наследника, а потом уже и за меня, и за деда и вообще. Я попросила дать мне маленькую рюмочку, и тихонько филонила, раздавая улыбки воякам.

Пришел задержавшийся Дерек, подал мне список с моими пометками. Я поняла его без слов. Встала, за столами сразу умолкли. Объявила, что кого я буду называть, встает и слушает стоя. Приказала отныне обращаться друг к другу по воинским званиям на службе.

Господин капитан, господин лейтенант, господин майор. А также при воинах обращаться к их младшим командирам соответственно господин капрал, сержант.

Вы же сами выбирали себе командиров, так проявите к ним уважение в присутствии их и ваших подчиненных. Они ваши помощники, и кто-то из них возможно заменит вас в бою, если вдруг получите ранение.

И вы отныне есть офицеры, то есть вы все, начиная с лейтенанта. И солдаты – от стоящего в ряду рядового до сержанта.

Начала объявлять звания с Пола Джеймса, потом пошли ротные командиры, взводные. И я сразу называла сумму денежного содержания.

За столами раздавалось дружное у-у-у-у после каждого объявления. Как и обещала, сумма была больше, чем платили в Императорской армии. Затем сказала, что назову новые звания и для сержантского состава. И посоветовала потом построить своих людей и объявить об этом своим командирам.

- Погоны соответственно объявленного звания получить у полковника Стара, и пришить так, как это сделали он и генерал Дерек. Я думаю, офицерам из бриттов, это не составит труда. Так помогите своим новым товарищам. Для капралов и сержантов нашить на погоны серебряные тонкие галуны. Сами галуны получить у генерала Дерека, а также инструкцию, как и по сколько их размещать.

Поднялся крепкий мужчина из бриттов в возрасте и попросил слова.

" Ваша Светлость, я всю свою жизнь прожил с согнутой спиной, то гнобил господин эсквайр владелец земли, потом все офицеры в армии, а когда меня перевели в морскую пехоту, то и флотские. Сейчас Вашей волею я получил звание капитана.

Если честно, то даже хочется плакать. Столько лет в прошлой моей жизни никто не желал замечать ни моих стараний, ни моих способностей. Сержант это был потолок, хотя много раз приходилось самому принимать команду ротой,что бы спасти жизни наших людей.

Здесь я нашел новую семью, новых товарищей, и новую жизнь. Этот бокал я понимаю и пью за всех, кто вступил на новую дорогу, по которой нам предстоит идти вместе дальше.

А открыла нам всем эту дорогу вот эта красивая молодая женщина, которой Небо дало способность увидеть в грязных оборванцах людей, которая смотрит на много миль и шагов вперед, и потому именно ее Провидение избрало руководить предстоящим походом против грозного и давнего врага этой земли.

Ваша Светлость, позвольте старому солдату подойти и чокнуться, когда еще будет возможность".

И не дожидаясь моего согласия, он вылез из-за стола и твердой походкой отправился к нам. Дерек вопросительно взглянул на меня, я показала глазами что все нормально.

Встала и сделала несколько шагов ему на встречу. Звонко чокнулась и выпила до дна. Одновременно с нами встали и выпили все новоиспечённые офицеры моей армии.

Я поставила бокал, потом по наитию вдруг взяла ладонями лицо старого воина, поднялась на цыпочки и звонко чмокнула его в обе щеки.

Рев восторга из мужских глоток, звон бокалов по нашему примеру, крики «и я хочу», а капитан заплакал. Он стоял передо мной, улыбался, и слезы сами катились по его обеим щекам. Он поклонился и пошел на свое место.

Я подняла руку, призывая к спокойствию

– Господа офицеры (как прозвучало, прям отрадой для моих ушей), я оставляю вас продолжать пиршество. Но не забывайте, что завтра вы с утра уже на службе. А мне необходимо покинуть этот гостеприимный стол. Меня ждут сразу в двух местах.

Нора уже сидела в седле, моя Молли стояла у крыльца. Помахав рукой на прощание высыпавшим провожать меня офицерам, тронулись в усадьбу Борхуна, или по-новому, в место дислокации кавалерийского полка.

Село объехали стороной, вдоль леса, и впереди уже показались конюшни и загоны с лошадьми. Как только мы въехали во двор к нам бросился капитан Гейр.

" Ваше высочество, наши вернулись с перевала. Девочку привезли, женщина легко ранена, царапина, а вот госпожу Энсо стрела поразила в спину. Она сейчас в большом новом лазарете.

Майор Борхун был прав, когда оставил сотню их ждать в лесу. Там мать долго упрямилась, пока не появились всадники наместника. Энсо взяла девчонку, а один из кавалеристов женщину.

Но преследователи стали стрелять из луков, кавалериста убили, женщина упала вместе с лошадью и получила пару ссадин. Госпожа Энсо закрыла собой девочку, но стрела попала ей под лопатку.

Тут появись наши и порубили всех имперцев под корень, еще километров 10 гнались пока всех не убили ".

Я развернула лошадь и с места пустила ее в карьер. Неслась как угорелая, в голове сверлила одна мысль – как так, как же так, что я скажу ее родителям, и девочка так мне понравилась.

В город влетела не останавливаясь, стража только успела после крика Норы отпрянуть в разные стороны.

Доктор Ли сидел во дворе на скамейке и курил трубку. Табак то с кораблей теперь был доступен. Увидев меня встал, побежал на встречу. Я просто спрыгнула с лошади, схватила его за руки

– Как она там. Серьёзное ранение, что скажете?

- Ваше Высочество, кризис уже миновал, она просто потеряла много крови. Стрела попала удачно, между ребер, и не зацепила никаких важных органов. Ей теперь нужно только восстановить кровь, спать и выздоравливать.

Мы с Норой почти бегом кинулись в помещение. Энсо лежала на кровати в отдельной комнате, вся перевязанная, ссадины на плече, на щеке, вся бледная, рядом с нею сидела дочь Джеймса Кэтрин с какой-то книгой в руках.

Господи, она читала ей «Робинзона Крузо». Я даже не знала, когда книга была написана. Увидев нас, Кэтрин подскочила, а Энсо даже попыталась сесть. Я сразу крикнула – замри.

Села к ней на кровать, взяла ее за руку. Она легко и грустно улыбнулась

– Молчи, не трать свои силы, мне уже все рассказали, ты молодец, ты справилась лучше всех, я обязательно напишу письмо твоим родителям. Сейчас ты должна лежать, пить лекарства, выздоравливать и набираться сил. Как только тебе станет лучше я распоряжусь перевести тебя в замок.

- Ни в коем случае. Ваше высочество, позвольте прояснить раз и на всегда. Там, за дверью, Вы можете командовать как угодно, но вот тут командую я – раздался голос из дверного проема. Там стоял и хмурился доктор Ли.

- Она должна лежать, лежать и еще раз лежать. То, что она сейчас в сознании, еще ничего не значит. У нее тяжелое проникающее ранение грудной клетки. Ваше Высочество, вы понимаете, о чем я говорю?

Высочество понимало хорошо, что такое проникающее ранение. Сама не раз такое получала в прошлой жизни. Я встала, кивнула доктору, и заверила, что с этого момента полностью вручаю свою Энсо в его опытные руки.

Побыв еще некоторое время с раненой, собралась в замок. Нора попросила остаться, я разрешила. Все-таки они быстро подружились.

В замке ко мне первая бросилась Ило. Я успокоила ее, что Энсо скоро пойдет на поправку, и там вообще осталась Нора. Вы мне лучше с Элисией приготовьте ванну, я сильно устала. А завтра, если все будет нормально, навестишь ее.

Нанке зашла ко мне, когда я уже после ванны одевалась к ужину. Герцог передал 22 сундука с серебром и 9 сундуков с золотыми слитками. Почти тысячу луков и около тридцати тысяч стрел к ним, 100 бочонков нового пороха из Энгера, сделанного по рецепту Андре.

Больше новостей не было, ждем возвращения корабля, говорим с Кроуном и отправляем сообщение военному министру о месте высадки. Мать нашего пленника и его дочь уже в замке.

С бабушкой за ужином обсудили место, где она разрешит сделать воинское кладбище. Выбрали небольшую рощу между городом и усадьбой, где разместился полк Борхуна.

На завтра я назначила похороны погибших, которые пока лежали в леднике в замке. Нанке поручила заняться семьями погибших, решили выдать каждой семье по 10 серебряных слитков.

После ужина вызвала к себе Борхуна с Петром, Андре и Каллога. Приехал и герцог Ронер, я еще в лагере предложила ему ночевать в замке.С офицерами обсудили завтрашние похороны, место, с утра они должны были послать солдат с лопатами выкопать могилы.

Я начертила на каком расстоянии и в каком порядке. Это поручила Андре. Борхуну подготовить повозки и прибыть к 9 утра с ними в замок, привезти всех родственников.

Петру поручила приготовить взвод для трех залпов при опускании погибших. По моему сценарию их должны были опустить разом. Значит на каждый гроб две веревки и четыре солдата. Тренироваться некогда. Взять двух барабанщиков. И как они начнут бить марш начать опускать. Ну и смотреть, и давать команды на залп.

Кроме того, приказала привести всех из лагеря, усадьбы Кертиса и кавалеристов Борхуна. Всех, и кто зачислен, и кто еще проходит стажировку. Построить вокруг места захоронения.

Петр сказал, что он первый раз о таком слышит. У них просто копали яму, укладывали погибших, священник читал молитву, потом закапывали и ставили крест.

Борхун казал, что у них и такого не делали. Потом просто посылали крестьян закопать убитых. И иногда в одну ямы укладывали и своих и чужих.

Отпустив военных, засела с начальником полиции. Кроме того, что необходимо будет оповестить всех горожан о похоронах, и попросить их почтить память павших воинов, у меня было к нему отдельное задание.

Через начальников управлений полиции наших городов собрать сведения о чиновниках, магистратах, кто чем дышит. Я сразу объяснила полицейскому, что не хочу, чтобы и у нас в провинции завелись такие же крысы, как тот наместник.

Он был полностью согласен. Обговорили технические детали. После чего я приказала Ило привести ко мне моего пленника.

Но сначала пришел Дорн, доложился об успехах сестер в освоении конной езды, попросил разрешения съездить после похорон к Борхуну и подобрать им пару лошадок из дюссенского табуна.

Пленника привели вместе с его дочерью, она просто вцепилась в него и не отходила ни на шаг.

- Как тебя зовут, я так и не удосужилась спросить

- Инер Сорек, Ваше Высочество, к Вашим услугам. И я прошу прощение за свою мать, за ее упертость.

- Моя лучшая и любимая служанка лежит тяжело раненая именно из-за упрямства твоей матери. Она, даже увидев твое ожерелье, не захотела ехать ни в какую, пока Энсо не напугала ее, сказав, что если они с дочерью не поедут, то тебя казнят. И то хотела то одно ухватить, то другое. Провозились, пока не появилась личная стража наместника. Это её упрямство стоило мне жизни двух прекрасных воинов, ранение моей служанки. И сама твоя мать чуть на небо не отправилась.

- Ваше Высочество, она деревенская, таких не переделать. Я сделаю все что бы загладить ее вину, все что скажете.

– Тебе много делать не придется. Просто сиди пока и вспоминай все, что говорил наместник, что делал, какие приказы и кому отдавал. Потому что путь твой будет не близким. Поедешь в Рианол, где придется все это рассказывать лично Императору. И потом диктовать писцам. И если понадобится, то и выступить свидетелем на Совете.

- Военный министр примет все меры безопасности, за это не переживай - продолжила я - девочке придется остаться тут с матерью. Будь готов ехать в любой момент. Пойдете морем на корабле, так как боюсь, что наместник выставит сейчас посты на всех дорогах и будет перехватывать любого гонца из Андола в Рианол и обратно. Все, свободен.

- Ило, помоги раздеться я уже просто падаю.