Глава 8

Как не пыталась я запудрить румянец на щеках, он недвусмысленно намекал на то, чем мы только что занимались. Вдобавок ко всему, Маргл зажимал меня в лифте, как подросток, и шептал такие пошлости на ухо, что я краснела еще сильнее.

Маргл усадил меня на поручень, раздвинул мои ноги и устроился между них. Сердце выплясывало чечетку, потому что я не знала, как долго едет лифт, и двери могли распахнуться в любой момент. Не хотелось бы мне предстать перед гостями в таком вот виде.

Не оставляя шанса на сопротивление, он резким движением положил мою руку на свой член и начал разговор от его лица: «Я завидую пальцам этого придурка! Они уже успели побывать во всех твоих дырочках. Теперь моя очередь! Сначала, хочу попасть в этот жаркий ротик. Чтобы твой язык лизал мою головку, а губы всосали так же глубоко, как сделали это с пальцем. Потом, я хочу собрать твою влагу между ножек, и ворваться в сочащуюся пещеру. Вбиваться в нее и слушать, как ты стонешь с каждым толчком. А потом, хочу ме-е-едленно, войти в твою попку, почувствовать, как ты сжимаешься вокруг меня. И кончить внутрь тебя…»

Двери лифта распахнулись прямо в холле ресторана. Мы выходили под грохот аплодисментов и громких выкриков с поздравлениями. Я, наспех поправляя слегка растрепанные волосы, пряча шальной взгляд и пунцовые щеки, а Маргл — стирая следы моего блеска для губ со своего лица. И придерживал меня так, чтобы мое платье могло скрыть его эрекцию. Кто-то из гостей даже присвистнул.

М-да. Мы бы взяли «Оскара» за лучший выход из лифта.

За пару часов мы выполнили свадебную программу-максимум. Начали с фотографий. Официальный фотограф многих явно не устраивал, поэтому мы, в основном, делали селфи на личные телефоны людей, имен которых даже не знали. Кто-то пытался меня обнять, чмокнуть в щеку, словно мы были знакомы много лет. Ярмарка тщеславия: «смотрите и завидуйте, я на свадьбе века!» А мы даже не знаем, как их зовут. Особо наглые дамочки пытались меня подвинуть, и … убрать из кадра. Хорошо, что колечко примерить не просили, гадюки.

Выслушали десяток тостов, во время которых какой-то умник то и дело кричал это традиционно-кошмарное «Горько!», и самое интересное, что Маргл, довольный и веселый, целовал меня. Наверное, территорию метил…

Потом мы разрезали торт, больше похожий на хрустальную люстру из Большого театра. И даже успели станцевать. Ну как станцевать…Маргл просто поднял меня на руки и вытворял невообразимые па со мной на руках. Никогда бы не подумала, что такой высокий и сильный мужчина может быть настолько грациозным, гибким.

Дамочки и девицы помладше охали и вздыхали, кто от умиления, кто от зависти. Все бесстыдно пялились на моего мужа, потому что даже на фоне остальных красавцев-дариев, присутствующих на свадьбе, он смотрелся более выигрышно. Что уж говорить о парнях-землянах, нервно напрягавших бицепсы, чтобы на фоне Маргла и других дариев не выглядеть совсем уж задохликами. Хотя, вскоре они поняли, что внимание женщин им все равно не светит, и принялись за алкогольные развлечения в баре.

Наконец, когда суета вокруг нас немного утряслась, и гости вернулись к закускам и спиртному, мне удалось поговорить с отцом.

Потухший взгляд…Он растягивал губы в жалкое подобие улыбки, но я не верила этой маске. Что с ним?

— Ответь мне честно, дочь моя, ты счастлива?

Кажется, он опоздал с вопросом. Еще неделю назад его не волновало мое счастье. Он просто дал согласие на брак с абсолютно не знакомым ему человеком. Ну да ладно. Сейчас я была действительно счастлива. Но не об этом я хотела поговорить.

— Пап, я сегодня узнала кое-что… о маме.

Отец опустил и без того грустные глаза в пол.

— Я поняла, почему она не жила с нами. Знаю, куда ушла…

Папа долго кивал, поджав губы.

— Я знаю, дочь, знаю. Не говорил тебе. Не знал, как сказать.

Знал и не сказал? Когда я ревела ночи напролет, когда искала ее всеми доступными мне способами? Когда я пошла в ночной клуб трясти задницей перед пьяной толпой, только чтобы заработать скорее денег и нанять детектива? Он знал, но не сказал…

— Как ты узнал?

— Я видел ее. Во сне, — папа замолчал и стал вглядываться в мои глаза, наверное, боясь, что я приму его за сумасшедшего. Как же! Не теперь, когда сама слышу голос Маргла, в то время как он находится на другом конце света. И когда точно знаю, что он приходит в мои сны…

— Я был уверен, это мое воображение. Что бы я сказал тебе? Что мне приснилась мама и сообщила, что она с другой планеты? Ты поверила бы?

Нет, конечно не поверила.

— Маргл общается со мной так же…Теперь знаю, что это возможно.

— А до встречи с ним, ты отправила бы меня к психиатру.

— Я и сама поначалу к нему собиралась, если честно, — я шутливо толкнула его в плечо, и наконец, он искренне улыбнулся.

— И когда ты понял, что это правда?

— Когда меня нашел твой теперь уже муж. Он рассказал о своих намерениях на счет тебя, попросил согласия и сказал, что ты категорически не хочешь быть рядом с ним, хоть вас и тянет друг к другу. Но, когда он сказал, что только во сне ты не боишься проявлять своих истинных чувств к нему, я, наконец, понял, что и мои сны — не фантазия. Что такое действительно случается в жизни. Потом он сообщил, что у тебя есть особенность, которой просто не может быть у жителей Земли. И я стал вспоминать, что говорила твоя мама в снах, хоть большинство из них и забывал поутру, а остальное пытался забыть, считая бредом.

Папа сжал мои пальцы своими сухими ладонями.

— Ты очень похожа на маму, такая же необычная, странноватая и упрямая. Уверен, что ни один земной мужчина не сможет сделать тебя счастливой, как это сделает Маргл. Он несгибаем и тверд, знает, чего хочет и как этого добиться. Я вижу, как он смотрит на тебя, так смотрят только влюбленные мужчины, готовые отдать себя этой любви без остатка. Он рассказал, что вы даны друг другу судьбой, а такие союзы редки и священны. У тебя просто не было шансов быть не с ним. Поэтому и согласился на ваш брак.

На счет «странноватая», я бы, конечно, поспорила, но то, что только Маргл может совладать с моим ужасным характером, это факт!

— Прости, пап! — я кинулась на шею отцу, понимая, насколько виновата перед ним. Я обидела человека, обвинила, даже не поняв сути его поступков.

— Теперь я спокоен. Ты в надежных руках. Землянка-инопланетянка моя…

Заиграла медленная музыка, и папа повел меня на танцпол, подмигнув Марглу.

Женская половина застыла в ожидании приглашения от жениха. Еще бы! Почти каждая из них мечтала если не оказаться на моем месте, то хотя бы потрогать живого дарийца. И Маргл пригласил… Риту! Девчонка показала язык дамочкам с перекошенными лицами, и великодушно приняла его руку, словно ей не очень-то и хотелось! Маленькая и хитрая, но уже женщина!

Пока я танцевала с отцом, да и все то время, что мы были среди приглашенных, до меня то и дело долетали обрывки фраз, смысл которых был ясен как белый день: «Что такого он нашёл в этой? Ясно, что ей от него нужно!»

Неужели все эти люди считают меня не парой Марглу? Они думают, что я настояла на свадьбе, и теперь стану выжимать из этого брака по полной?

Зря я захотела спуститься к ним. Надо было, как и хотел Маргл, сидеть отдельно, и наблюдать за всем издалека. Но нет же! Я втянулась в эту свадебную вакханалию, думая, что все искренне порадуются за нас. Очередное подтверждение моей глупости.

Хоть мне было и приятно находиться рядом с отцом, я мечтала, чтобы музыка скорее закончилась. Но услышала разговор парочки, танцующей неподалеку от нас.

— Бедный парень! Подвел себя под монастырь! Одному богу известно, чем для него закончится эта его выходка, — жеманная девица с надутыми губами пыталась изобразить из себя сочувствующую.

— А я всегда говорил, что от баб одни проблемы! — ответил партнер, не забывая наминать попу-как-у-ким.

— Ой! Ладно! Парень влюблен! — девушка устремила свой взгляд в сторону бара, — пьет, как не в себя. Зачем только пришел? Мазохист.

— Последний вечер живет. Что ему еще остается…

О ком они говорят? Судя по разговору, камикадзе какой-то.

Я проследила за взглядами танцующей пары. У барной стойки, покачиваясь, стоял… Миша?