Глава 16

Тихие голоса за дверью разбудили меня. Наверное, служанки снова обсуждали, чья очередь нести мне платье. Почему-то они считали это какой-то особой привилегией.

Пока я потягивалась, наслаждаясь сладкой негой, разбегающейся по моему телу, я поняла, что полна сил и, наконец, у меня ничего не болит. И, конечно же потому, что спала я не одна. Хоть на постели не осталось улик, я чувствовала витающий в воздухе аромат мужчины.

Но почему он скрыл то, что был со мной? Почему не захотел, чтобы я знала, что эту ночь провели вдвоем, хоть и просто спали рядом?

Я убрала одеяло. На мне — белоснежная комбинация, чуть примятая после сна, но следов ни крови, ни грязи нет. Я осмотрела постель. Действительно ничего: ни волоска, ни пылинки, а ведь он приехал растрепанный, испачканный кровью, как с войны. Чисто. Неужели, он и правда ушел сразу, как только я выключилась? Я подтянула свободную подушку к лицу и вдохнула запах. Знакомый аромат наполнил легкие, завязывая узелки желания внизу живота. Мы все-таки спали вместе. От этой мысли стало так тепло и щекотно. Но и обидно, потому что во сне я не чувствовала его прикосновений.

Голоса за дверью стали чуть громче, и уже напоминали перепалку. Я прислушалась.

— Ты уезжаешь на остров, — голос Маргла был тихим, но настойчивым.

— С чего бы это?

— Каждый должен отвечать за свои поступки. Видимо, прошлого наказания тебе было мало.

— Да кто она такая, чтобы из-за нее ты смел меня наказывать? Ты не имеешь права! Она тебе не жена, — Эриния в своем возмущении иногда забывалась, но тут же снова переходила на шепот.

— Это дело времени.

— Ты слишком долго идешь у нее на поводу. Очнись уже! Это всего лишь девчонка! А ты, потомок Создателей, стелешься перед ней. Народ ждет!

— Ты еще не поняла, что не стоит вмешиваться в мои дела? — по раздраженному тону я поняла, что Марглу явно не нравился их разговор. Мне показалось, что ему не терпится его закончить.

— Это не только твои дела! Это дела Великой Династии! Нам нужен наследник, если ты не забыл. И родить его может только она.

Ну вот, поговорка «всем этим козлам нужно только одно», сработала как-то извращенно. Обычно мужчинам нужен только секс. А от меня мужчинам в последнее время нужны были только наследники. Неужели у меня матка какая-то особенная?

— Ты ушла от темы.

— Не поеду я ни на какой остров. И пока она не твоя жена по законам Дара, ты не смеешь наказывать меня.

— Эриния, я понимаю твою озабоченность проблемой, но ты перегибаешь. Ты чуть не убила мою лею. Ты отдавала себе отчет, что творила? Без нее не будет продолжения рода. Медвежья услуга, не находишь? Сначала ты запугиваешь ее, угрожаешь ее близким, отправляешь подругу в бордель, и как апогей твоей глупости — это избиение. Я прошу тебя, в последний раз, прекрати лезть в мои дела.

— А я напоминаю тебе, в последний раз, что это не только твои дела. Это дела трех вселенных. И если она опять захочет сбежать, я лично снова выпорю ее. Я буду ломать ее, пока она не ляжет к твоим ногам, готовая на все ради тебя.

— Знаешь, никогда не думал, что моя сестра настолько жестока. И мне жаль, что Герду снова придется судить тебя.

— Ты защищаешь жалкую человечку, которая не понимает даже, какой чести удостоена. А меня из-за нее отправляешь на остров! Ты уничтожишь нашу Династию. Уничтожишь!

— И какой же великой чести я удостоена? — не в силах больше слушать унижения, я распахнула двери и, стоя в проеме, уставилась на них.

Конечно, я могла закрыть уши и не вмешиваться, но какого черта эта стерва себе позволяет? Ей мало того, что она вчера чуть не забила меня до смерти, так она решила закончить начатое.

Маргл подкатил глаза, похоже, понимая, что ничем хорошим этот разговор не закончится. А вот Эриния с удовольствием продолжила.

— Говорить с наследником Великой Династии Детей Неба уже великая честь. А ты была избрана, чтобы родить этой Династии наследника.

— Какая радость, что вы, потомки богов, снизошли до простой человечки, чтобы облагодетельствовать ее дарской спермой!

Разъяренная истеричка бросилась на меня, но Маргл не дал и шагу ей ступить, удерживая ее за плечи.

— Вернись в свою комнату, — приказал он мне.

— А что же вы меня не удостоите чести посмотреть, как гневаются потомки Создателя? Или я гожусь только на роль свиноматки?

Не дожидаясь, когда он снова пошлет меня в спальню, я ушла сама, не забыв громко хлопнуть дверью. Чести они меня удостоили…больно надо!

Громкое урчание в желудке отвлекло от возмущений, которые так и продолжали кипеть во мне. Я захотела есть! Впервые за столько времени, я чувствовала такой сильный голод, что казалось, внутри меня растет какая-то черная дыра, которая поглотит все вокруг.

Накинув на комбинацию длинный шелковый халат, я выбежала из спальни. Ждать всех этих церемоний с переодеваниями и подачи завтрака, словно я английская королева, не было сил. Я бежала прямиком в святая святых каждого голодного существа: к холодильнику.

Надо сказать, по дороге я встретила Маргла, дающего указания служащим. Но сейчас было не до него, тем более, из кухни уже доносились невероятные запахи свежей выпечки. Я промчалась мимо, а он проводил непонимающим взглядом.

Ворвавшись на кухню, я перепугала всех горничных. Они как раз сели завтракать за длинный дубовый стол, и совсем не ожидали увидеть меня. Они вскочили и принялись кланяться, перепугано поглядывая друг на друга.

— Что у нас на завтрак? — у плиты с поварешкой размером с мою голову стояла полная женщина.

— Простите, моя госпожа, но я готовлю завтраки для прислуги. Я сейчас же позову вашего повара.

— Нет-нет! Не нужно! Из этой кастрюли безумно вкусно пахнет! Что там у вас?

— Ммм…каша, — она как-то виновато улыбнулась.

— А можно мне?

Я сняла крышку с томящейся на плите кастрюли, и меня обдало горячим паром, источающем запах молочной овсяной каши. Я чуть не нырнула прямо в кастрюлю.

Я уселась посреди горничных, запретив им уходить, пока они не позавтракают. А повариха, все то время, пока я ела, что-то причитала и улыбалась, складывая на груди руки. Девушки же краснели, хихикали и шептались, иногда поглядывая на меня. Наверняка, обсуждали мое чудесное выздоровление после ночи, проведенной с Марглом.

Целой тарелки овсянки мне оказалось слишком много, хотя глаза ели бы еще и еще. Слишком долго в мой желудок не попадало пищи.

Я поблагодарила душечку-повариху, на что она прижала меня к своей шикарной груди, и я утонула в мягком теплом жирке этой милой женщины.

— А можно на обед жареной картошечки? — жалобно пропищала я, надеясь, что она, пусть и втихаря от Альберта, накормит меня вреднятинкой.

После завтрака я, кажется, подобрела. Во всяком случае, мне уже не хотелось заехать промеж глаз этой суке Эринии.