Глава 20.3.

Я была уверена, что, если Маргл привез меня сюда, то это было не спонтанно, и к встрече он готовился. И значит, в доме должна быть запасная одежда для меня. Без труда я нашла гардеробную, под которую была отведена целая комната.

Кто-то явно постарался, выбирая пляжные наряды. Выбор был получше, нежели в магазинах. А вдруг это все не для меня? Что, если эти вещи принадлежат другой женщине? Например, Нуайе? Что, если он привозил ее сюда так же, как и меня?

На сердце потяжелело. Снова оно билось в смятении: у меня не было выхода, придется согласиться улететь с ним, но смириться с тем, что я не единственная – ни за что! Хотя, именно сейчас, стоя в этой комнате перед грудой вещей, которые могут принадлежать другой, я начинала понимать, что испытываю к Марглу. И первое то, что не хочу его делить ни с кем.

И дело не в чертовых колокольчиках. Меня просто к нему тянет, даже когда его нет рядом. Мне не хочется расставаться с ним. Он – вспышка света, которая сделала мою жизнь красочной, необычной. С ним я стала чувствовать себя живой. Пусть он бывает слишком импульсивен, настойчив, но он настоящий в этих проявлениях. Он не кривит душой, выражает все, что чувствует. Не тянет резину, а действует, прет напролом, но все же старается не менять мою жизнь слишком резко, словно давая привыкнуть к себе. Может быть, мне нужно научиться смотреть на вещи по-другому, может, хотя бы попытаться попробовать принять его мир, с пока непонятными мне законами и обычаями?

Я достала первое попавшееся платье. Не похоже, что его надевали. Достала другое, еще одно, и еще…Все вещи были абсолютно новыми. Посмотрела на подошвы босоножек – то же. Видимо, все-таки все эти вещи для меня!

А если, даже и нет, не упускать же мне возможность поплавать в океане! Когда бы еще я побывала на Фиджи!

Среди вещей я нашла даже купальники и выбрала белый раздельный. Сверху накинула коротенькую тунику из легкого шифона. Такая была бы точно коротковата для дарийки, и этот факт окончательно стер следы моих сомнений. Я расчесала мокрые волосы и нанесла на тело питательное масло. От него так вкусно пахло ванилью, что в животе заурчало, напоминая, что мы так и не поужинали. Хотя в этом часовом поясе не позавтракали.

И еще было интересно, что делает Маргл? Где он? Вернулся в бунгало, или до сих пор плавает? Стоит ли пригласить его на завтрак? Или поесть одной?

Все вопросы отпали, когда я увидела Маргла, нарезающего фрукты. В шортах. С облегчением выдохнув, что не придется краснеть, гладя на его обнаженное тело, я направилась к нему. По дому разносился невероятный запах выпечки.

М-м-м, как пахнет…— я мурлыкала и от удовольствия терлась носом о что-то теплое.

— Милая, осторожнее, я не железный, и пока не получил твоего дозволения прикасаться.

Открыв глаза, я поняла… что стояла позади Маргла, обвивая руками его торс. Пальцы перебирали волоски на груди, очерчивали рельеф мышц пресса, спускались вниз, проникая под пояс шорт, и щека так и терлась о мужскую спину, жадно вдыхая аромат теплой бархатной кожи.

Боже мой! Когда я успела? Я же только вошла и вот уже… Тяжело сглотнув, я убрала руки. На что он весело хмыкнул и продолжил нарезать какую-то экзотическую штуку, брызгающую соком.

Я поспешила отойти подальше, делая вид, что разглядываю мебель. На одной из полок стояло что-то, похожее на магнитофон.

— Работает?

— Да, только нужно вбить в поиск, что хочешь послушать.

Что же я хочу? Я перебирала в памяти мелодии, но никакая из них не подходила под настроение.

— У нас вроде космическая вечеринка! Что нынче модно… м-м-м… на Марсе?

Маргл широко улыбнулся, но промолчал.

— «Земля в иллюминаторе» отпадает сразу! Или в твоем возрасте любят послушать всякое старье? — я, конечно же шутила, а он, хвала его прародителям, не обижался.

— Не-е-ет! Не моя тема!

— «Таких не берут в космонавты»?

Он скривился.

---- «The final countdown»? Хотя, нет! Она грустная.

— Почему?

— Потому что, они вряд ли вернутся на Землю…

— У них просто не было соляров! — Маргл подмигнул. Надеюсь, это было обещанием отпускать меня хоть иногда домой, на родную планету.

— Может, пройдемся по классике девяностых? «To the moon and back»? — тем более, что он ее упоминал, пока мы летели в соляре.

— Уже теплее!

Все равно не то! Что же еще? И я вспомнила! Это то, что отражало мое настроение! То, что распирало изнутри, требуя немедленного выхода!

Сексуальный рок! Заводной и в то же время страстный. Голос, требующий быть мягкой как кошка в марте, и музыка, пробуждающая тигрицу. Lenny Kravitz "Fly Away".

Я бы хотел летать

В небесах, высоко…

Я уже стояла в проеме стены с видом на океан. Снаружи было слишком ярко, и изнутри был виден лишь мой черный силуэт. Я раздвинула створки прозрачных дверей, и отдалась желаниям своего тела.

Я хочу уйти

Я хочу улететь…

Я медленно поглаживала свое тело, и оно, откликаясь на прикосновения, становилось более чувственным. Я двигалась плавно, наслаждаясь изящными изгибами талии, бедер в отражении оконных стекол. Когда я слегка прогибалась в спине, кончики длинных волос мягко щекотали поясницу, подбрасывая в мой внутренний огонь еще больше топлива.

Идем, взглянем на звезды

На Млечный путь и даже на Марс

Как же давно я не выпускала наружу эту плохую девочку! Бедра двигались в такт музыке, а я представляла, что позади меня стоит мой мужчина, мой Маргл, и я опиралась о стену ладонями, подставляла ему свою попку, желая почувствовать на ней сначала его руки, затем губы…

Давай растворимся в солнце

Позволь своей душе лететь туда

Где мы будем одни

Просто для развлечения

Так и не получив тепла прикосновений от мужчины, для которого и был этот танец, я нашла его глазами.

Он замер на том же месте с ножом в одной руке, и недорезанным манго в другой. По его предплечью стекали капли сока несчастного фрукта, сплющенного в его ладони. Как он смотрел! Интересно, мужчина может кончить, только от того, что наблюдает за танцем?

Завязки туники сдались без сопротивления, и она полетела в Маргла. Он поймал ее на лету, и промакивая ею руки от фруктового сока, двинулся ко мне.

— Первое правило стриптиза?

Он непонимающе смотрел, требуя самой ответить на этот вопрос.

— Смотреть можно. Трогать – нет!

Маргл недовольно застонал, но остановился.

Мое дыхание уже сбилось, я дышала все чаще, а грудь вздымалась все заметнее. Она налилась кровью, потяжелела, и возбужденные соски выпирали сквозь тонкую ткань купальника. Нет смысла его снимать, все и так понятно…

Я продолжала извиваться, представляя себя в руках Маргла, а он продолжал смотреть, пожирая меня глазами. Наверное, в своих мыслях он уже сделал ЭТО со мной раз пять!

Музыка закончилась. Возбужденное собственным танцем и эротическими мыслями тело хотело продолжения. Но двигаться в тишине было бы странно.

Я убрала прилипшие волосы с лица. Налила стакан воды, добавила много льда, сделала глоток и протянула стакан Марглу.

— Водички? — да, я издевалась! Мне нравилось, как он, готовый наброситься на меня, сдерживается, с каким трудом ему удается держать свои руки и член при себе. Хотя…пах он предусмотрительно прикрыл диванной подушкой.

Он взял стакан и сделал несколько глотков.

— Что это сейчас было? — охрипшим от возбуждения голосом спросил он.

— А что? — я чувствовала, что мне мало его возбуждения, я продолжала его провоцировать: позой, голосом, взглядом…

— Ты так двигаешься…— он пытался подобрать слова, но все-таки закрыл глаза и шумно вдохнул, видимо, вспоминая мой танец.

— Да, я в юности зарабатывала этим деньги, — и я ничуть не стыдилась этого.

— В смысле? — поволока в серых глазах в мгновенье сменилась яростью.

— Я танцевала в баре.

Звонкий хруст стекла, и стакан в его пальцах превратился в кучку осколков, покрытых кровью. Желваки так и гуляли по скулам. А мне все это доставляло столько наслаждения!

— Уфф! Кто-то злится…— я сказала это самым томным голосом, какой только могла изобразить.

— Ты сказала, что зарабатывала этим деньги? Ты раздевалась перед…кхм…другими мужчинами? — если бы здесь сидел хоть один из них, то в его горло уже точно вцепились зубы этого ревнивца.

— Неужели твои люди упустили такой знаменательный факт моей биографии?

— Ты не ответила! — рыкнул он.

— Нет, я не раздевалась. Танцевала на сцене высоко над толпой. И все!

— Что, других способов заработать не было?

— Я люблю танцевать. Ничего плохого в этом не видела ни тогда, ни теперь. Я понимаю, тебе было бы удобнее, если бы я работала в детской библиотеке. Но факт остается фактом. Я была танцовщицей.

Маргл резко сорвался с места и вышел на террасу, заливая кровью пол. Стиснутые челюсти никак не разжимались, а руки вцепились в ограждение, да так, что костяшки побелели. Громкий треск, и деревянные перила хрустнули в его пальцах, как хворостинка.

Мне, конечно, стало не до провокаций.

— Но ты же сам хотел правды! А правда не всегда удобна. Извини.

Наверное, я перегнула. Но остановиться не могла, и не я залила в себя ту дрянь, снимающую все запреты с мыслей и действий.

Еще минута, и он разнесет весь дом. Я подошла к нему сзади и нырнула под его руку, выглядывая спереди.

— Давай полечу… — я виновато поджала губы.

Он сделал еще пару тяжелых вдохов и взглянул на меня.

— Выводишь ты так же профессионально, как и танцуешь! Заноза!

Мы обнявшись пошли смывать запекшуюся кровь, ведь от моих прикосновений она уже давно остановилась.