Глава 6.

Надо же было довести меня до того, что галлюцинации посещали мой мозг. Вызывайте санитаров! Пытаясь спрятаться от всего мира, и в первую очередь от НЕГО, я спрятала лицо в ладонях, как будто это могло меня спасти. Наивная.

— Вам нехорошо? — Второй пилот, женщина, обеспокоенно смотрела на меня.

Видимо, выглядела я не очень. Только сейчас я заметила, что воротничок блузки промок от слез, и тело потряхивало. А я даже ответить не смогла, разрываемая изнутри обидой и болью.

В аэропорту Ниццы меня встретила бригада медиков, и сопроводили в медпункт. До рейса оставалось часов пять, и мне предложили сделать успокоительный укол, чтобы я могла выспаться. Согласная на все, лишь бы забыть этот кошмар, я протянула руку медсестре и меня унесло в темноту.

Проснувшись, я чувствовала себя гораздо лучше, хотя от сочувствующих взглядов персонала становилось грустно.

— Вас встретят в Москве? — Темнокожий медбрат озабоченно всматривался в мои потухшие глаза.

Как хорошо, что он напомнил. Я возвращаюсь на пару дней раньше, и никто не знает об этом. Порывшись в сумке, и не найдя своего мобильного, я написала сообщение подруге с личного номера этого парня.

Весь полет до Москвы нас сопровождал соляр. Под воздействием успокоительного я приняла это как нечто ожидаемое. Паника на борту росла с каждой минутой, пока командир не объявил, что это дружеское сопровождение и пассажиры могут гордиться тем, что всю дорогу их оберегали наши старшие братья с планеты Дар. Паника сменилась восторгами и похвалами во славу дарийцев.

Какие глупые люди. Знали бы они…

В аэропорту меня встретила моя подруга Мару. Ей не нравилось, когда я называла ее милым Маруся, а мне не хотелось называть ее банальным Маша. Поэтому, еще лет в десять повелось, что все ее зовут Мару. Мы знали друг друга слишком долго, чтобы она поняла, что сейчас меня не нужно расспрашивать ни о чем. Сейчас ей было достаточно того, что я жива и невредима.

Огромная Москва с ее нескончаемыми пробками казалась такой уютной и милой. Я никогда не любила этот город и не считала его своим, но теперь, побывав в лапах инопланетянина, откуда с трудом удалось сбежать, Москва казалась безопасной и родной.

Подъезжая к башням Москва-Сити, я поняла, как не хочу возвращаться на работу. Дарэрс инкорпорейтед занимала верхние этажи «Империи», и особо ценным сотрудникам компания снимала квартиры в соседних башнях. Моя находилась в «Федерации». Поначалу, это казалось немыслимым: девочка из семьи, где мачеха упрекала каждой копейкой, заставляя унижаться и просить, теперь жила в лучших апартаментах столицы.

Правда насладиться этим мне почти не удавалось. Работая с утра до позднего вечера, я возвращалась домой настолько опустошенная, что даже восхититься великолепными видами из окон квартиры не было эмоций. И сейчас, когда не нужно никуда бежать, когда через неделю-другую мне придется покинуть эту квартиру и найти что-то менее затратное, я решила в полной мере прочувствовать красоту этого места.

Плеснув мартини в широкий бокал, и прихватив початую бутылку, я растворилась в темноте комнаты. Уютная подушка, брошенная на пол у окна еще до моего отъезда, дожидалась меня, чтобы впитать в себя мои слезы. Свет мерцающих фар, змейкой извивающихся по дороге, отключал мысли и убаюкивал, превращая воспоминания об отпуске в кадры просмотренного фильма. И все же одна мысль красной нитью плелась сквозь вечер: выходит, он специально дал мне то платье, чтобы самому раздеть меня в эту ночь. И весь вечер он знал, что сделает со мной.

Лучи восходящего солнца щекотали веки, пришлось проснуться. Переползая в свою любимую кровать, сонная, я все же окинула взглядом квартиру, в поисках Маргла. Надо же, за несколько дней он умудрился сделать меня параноиком.

Настойчивый стук в дверь заставил встать. Нехотя, я поплелась открывать, перебирая в голове возможные варианты непрошенных гостей. Мару влетела в открывающую дверь, держа кофе в бумажных стаканах и пакет, из которого вкусно пахло выпечкой.

— Я так испугалась! Звоню тебе, поднимает какой-то мужик, говорит, что тебя сейчас нет рядом. Я лечу к тебе, а ты не открываешь. Фух! Давай рассказывай! — Подруга деловито прошла к обеденному столу и принялась выкладывать еду. Я, потерев глаза, поплелась следом.

— Даже не знаю, с чего начать.

— С самого начала. — Мару подала мне большой стакан кофе с молоком и приготовилась слушать.

Я рассказала во всех подробностях о тех днях, что провела с дарием. Мне не было стыдно откровенно признаться подруге даже о тех чувствах, что я испытывала рядом с ним. Тем более сейчас, находясь в своем доме, это казалось сущим бредом.

— Ты думаешь, он как-то воздействовал на тебя? Что-то вроде гипноза?

— Не уверена. Тогда зачем он отпустил меня? Почему не внушил, что я хочу остаться? Почему он вообще ничего не сделал со мной…ну, кроме… — я вспомнила, как истекала струями от его пальцев, вытворявших внутри меня нечто невообразимое.

— Это называется «сквирт», в порнухе видела. — Мару без капли стеснения просветила меня.

— Я тоже видела, но думала, что это такая фишка, замануха для мужиков. А оказалось, я тоже так умею.

— Похоже, этот парень знает толк в женщинах.

— Знает, как довести до оргазма, но не знает, как ухаживать, тоже мне, Дон Жуан.

— Ладно тебе! У них другая культура. Может у них вообще не приняты все эти конфеты-букеты. Пришел, увидел, победил. А этот хоть постарался.

— Ты защищаешь его?

— Нет. Но видела бы ты свои глаза, когда говоришь о нем.

— Обычные глаза! Не мели ерунду.

— Угу, обычные. — Мару отпила кофе и задумалась. — Подожди, так он остался со стояком, а ты уснула?

— Вроде да. Если бы было продолжение, между моих ног уже зияла дыра. Я не видела его член, но судя по габаритам хозяина, прибор там о-го-го.

— Извращенец какой-то. Соблазнить бабу и не оттрахать ее…

Ее откровенность не шокировала меня. Мару никогда не стеснялась в выборе выражений.

— Охренеть! — Резюмировала она. — И что ты будешь делать? Может он пошутил?

— Так пошутил, что его соляр сопровождал меня до самой Москвы?

В дверь снова постучали. Сердце замерло и спина покрылась ледяными мурашками. Подруга была со мной. Значит тот, кто стучал в дверь был… Мару вызвалась открыть.

— Принесли вещи из химчистки. — Она испуганно смотрела на меня. — Господи, как же он тебя запугал.

В том то и дело, он не пытался меня запугать. Кажется, он старался наоборот, впечатлить меня, очаровать. Почему я так сильно его боялась? Он словно знал, что, если отпустит, я не стану с ним общаться, и желая урвать хотя бы три дня, он оставил меня в своем замке.

Мару была мудрой женщиной, хоть и молодой, и посоветовала отвлечься и уйти из дома, чтобы не бояться каждого шороха.

Пока мы сидели на маникюре, она все же спросила, что я решила с работой.

— Уволюсь. Послезавтра заканчивается отпуск и напишу заявление. Но работать в компании этих чудовищ больше не буду.

— И куда ты пойдешь?

— Не знаю. Если бы не папина жена, погостила бы у него. Поэтому, может быть уеду куда-нибудь в теплые края.

— Надеюсь, теперь ты будешь выбирать людные места? — Мару подмигнула, и мы рассмеялись. Таким нервным смехом, какой позволяет выплеснуть накопившийся стресс.

— На какое-то время денег хватит. А там что-нибудь придумаю.

Надо сказать, что Мару выгуляла меня так, что возвращаться домой почти не было сил. Мы сходили в салон красоты, потом были в кино, неожиданно попали на выставку к ее другу фотохудожнику, и завершили вечер в баре в центре Москвы. Я, наконец, отвлеклась от навязчивых мыслей, и возвращалась домой в надежде скорее доползти до кровати, не уснув в лифте. Мои французские приключения уже казались сном.

На входе, консьерж, вручил запечатанный конверт, похожий на тот, в котором обычно присылали книги из интернет-магазина. Нераспакованный, он полетел на журнальный столик, и я пошла готовиться ко сну.

Утром, заварив крепкий чай, я решила занять последний день отпуска чтением. Из конверта выпал мой телефон. Это были не книги. Это было послание Маргла.

Я включила телефон, проверила входящие, действительно, звонила Мару, и ей ответили. Еще были звонки от папы, его жены и с незнакомых номеров, оставшиеся пропущенными. Слава богу, хоть отцу он не ответил. Краем глаза я увидела, что из конверта выглядывает цветной уголок. Потянув за краешек, я поняла, что это фотография. На фоне глубокого синего неба с россыпью мелких звезд, холодным металлическим блеском сияло Солнце, освещая скалы, красноватого цвета. А дальше, сияя глубокой зеленью с прожилками золота, похожий на глаз сказочного дракона, над горами завис огромный шар, занимающий треть неба. Его мощь и красота завораживали. Казалось, что фото сделано со дна Гранд-Каньона, но на нашей планете такого не бывает. Это был чужой мир. Планета Дариев. На обороте – надпись: «Сегодня жители моей планеты счастливы: Тарра повернулась к ним и одаряет каждого нежным светом, ласкает теплыми лучами. После того, как в твоих глазах я увидел Тарру, я жду, когда ты осчастливишь меня нежным взглядом, когда твои руки ласково коснутся меня, чтобы сделать самым счастливым.»

В груди заныло, и комок подступил к горлу. Фотография выпала из трясущихся рук. Он не отступил. Он будет меня преследовать, пока не добьется своего.

Я вытряхнула конверт, чтобы увидеть, что же еще в нем лежит. На столик выпал планшет, точно такой же, каким пользовался Маргл. Я поспешила его включить, и на экране всплыло сообщение: «Я рад, что ты приняла хотя бы этот подарок. И уже зная тебя, сразу скажу, что он не был доставлен с целью купить тебя, просто подумал, что это тебя заинтересует.»

На главном экране я нашла иконки с непонятными названиями и стала нажимать. Это были книги об устройстве планеты Дар. Описания растений, минералов, животных, фотографии, видеозаписи. Огромная энциклопедия по географии и биологии. Я наобум выбирала папки, и завороженная рассматривала их мир, зачастую даже не понимая, на что я смотрю. Все казалось таким необычным, непонятным, но невероятно красивым. Чтобы изучить все это нужно было не меньше месяца.

В разделе, посвященном минералам, я долго пыталась найти фото тех камней, которые подарил мне Маргл, но тщетно. Там были тысячи названий.

Спустя минут десять поверх всех окон всплыло сообщение: «То, что эта вещь до сих пор не в мусорной корзине дает мне право надеяться на твое согласие?»

Боже, я только немного успокоилась, и снова он. Я выключила планшет и швырнула его в кресло. Но спустя минуту, решила ответить.

«Ты можешь надеяться до второго пришествия. Меня не интересуешь ни ты, не твой мир.»

«И все же, ты ответила.»

Чертов дарий! Он не уймется.

Я собрала все обратно в конверт, даже телефон. Не уверена, что он не встроил в него что-то вроде жучка. И отнесла консьержу, с целью выпытать, кто принес эту посылку. Но его смена кончилась, а новый понятия не имел, кто ее доставил и забирать посылку обратно не желал. Выбрасывать ее мне не хотелось, так как информация могла стать достоянием общественности, которая была еще не готова к таким знаниям. Поэтому, я решила отнести все это в Дарэрс, но уже завтра.

Вечером, встретившись с Мару, я рассказала о нашей переписке, и та сначала долго молчала, а потом тяжело вздохнув, протянула телефон со скриншотом.

«Неожиданное и экстренное принятие закона о возможном браке землян и дарийцев заставило встрепенуться незамужних девушек планеты. Только за сутки желающих поступить на факультеты иностранных языков, а именно дарского, возросло в 27 раз. А компанию Дарэрс Инкорпорейтед заваливают тысячами резюме. Теперь и у любой земной женщины появилась надежда выйти замуж за инопланетного принца.»

На что рассчитывало правительство, соглашаясь отдавать землянок замуж за другую расу? И что это даст дариям? Какой смысл им связываться с низшими, неразумными, по их мнению, существами?

— Не думаю, что весь этот цирк они устроили ради меня.

Мару пожала плечами.

— Может и нет. — И после недолгого молчания добавила: «Ты знаешь, кто такой это Маргл? Кем он работает, или как это у них называется…Какое отношение он имеет к Дарэрс?»

Я не знала. Но он явно не был курьером службы доставки.

Утром я встала по сигналу будильника, собралась, привычно встретилась за завтраком с коллегами по работе. Никакого особенного отношения к себе я не заметила, никаких лишних вопросов. Замыленные и заваленные по уши работой, им не было дела до чужих забот. Значит о моих каникулах никто не знает. Кроме Анны.

Встретив меня в лифте, она попросила зайти за новым проектом и подмигнула. Не трудно было догадаться, что стояло за ее фамильярностью. Однако, я все же зайду, но не для того чтобы получить новую работу, а, чтобы уволиться.

Распечатав в нескольких экземплярах заявление, я подписала его и поспешила к Анне.

Как и всегда, ухоженная и слишком сексуальная для работы в офисе, она вела дела агрессивно и страстно. Еще ни разу она не упустила возможности показать, кто в отделе хозяйка, но перед мужчинами превращалась в блеющую овцу. Обычно холодная и строгая с подчиненными, она все же имела любимиц, с которыми охмуряла членов правительств государств и даже представителей планеты Дар. Я не входила в эту коалицию, поэтому улыбки была удостоена впервые. Хотя нет! Когда она отправляла меня в замок, она тоже была приветлива и мила.

— Дорогая! Великолепно выглядишь! Отдых пошел тебе на пользу.

Она вышла из-за стола, радушно направилась в мою сторону. В красной блузке и черной юбке, подчеркивающей ее стройные бедра, на высоких шпильках и очках в кошачьей оправе, она выглядела как героиня фильма для взрослых, а не руководитель серьезной корпорации. Но видимо, начальство все устраивало, и на это закрывали глаза. Ее акулья хватка и способность хоть мертвого уговорить делали ее начальницей нашего отдела.

Я решила понять, что она знает, и пока не стала сообщать о желании уволиться.

— Ну рассказывай! Тебе понравилось?

— Честно признаться, я ожидала большего. — Наверное, она подумает, что я не довольна дарием.

— Кстати, мне вернули деньги за проживание. Я правда не поняла, почему так много. Поэтому, хотела бы вернуть лишнее.

— Уверена, что ошибки нет. Разве тебе некуда их потратить?

Конечно! Деньги для Анны решают любые вопросы. Даже вопросы самоуважения. Продолжать было бессмысленно. Она была в курсе, но говорить об этом не станет.

— Я увольняюсь.

— Я даже не удивлена. С таким мужчиной…— Она резко заткнулась, поняв, что ляпнула лишнее.

— Ну а теперь ты расскажи, решила подработать сводней?

— Не твое дело. — Ее щеки запылали в тон блузке. — Давай заявление.

Я швырнула бумаги на ее стол.

— Хочу, чтобы меня уволили сегодняшним днем.

— Без особых распоряжений это невозможно. Ты должна была предупредить об увольнении заранее. Так что пока иди и работай!

Ну конечно! Вот она натура стервы. Напроситься в подруги не получилось, значит будет показывать свою важность.

— Кстати. Будь любезна, передай своему шефу.

Я кинула на стол конверт, переданный мне Марглом, лежащий внутри планшет грохнул о стеклянную поверхность. И послушно покинула кабинет.

По дороге зашла в бухгалтерию.

— Несколько дней назад компания по ошибке перевела мне деньги. Я хочу их вернуть.

Девушка внимательно изучила отчеты и сказала, что никакой ошибки не было и распоряжение пришло от руководителя Дарэрс.

— От кого именно?

— Эриния Дар Шетлан распорядилась.

Эта грымза? Она-то здесь при чем? Однажды мне не посчастливилось встретиться с ней. Обычно, она дает распоряжения по видеосвязи, но в тот раз пришла лично. Я срочно должна была подготовить речь для конференции, которую и передала ей на бумаге. Она взглянула на меня, как будто я подсунула ей глиняную табличку. И только коснувшись листа, порезалась о его острый край. Тогда началась такая суматоха. Весь офис бегал в поисках аптечки, а у меня с собой как раз был антисептик для рук и влажные салфетки. Но пока все суетились уже и кровь перестала идти, а она все продолжала на меня смотреть, как на пещерного человека. Мерзкая жаба. Хоть и красивая.

— Я могу вернуть эти деньги на счет компании?

— Нет. Это невозможно. Они проходят официально, как премиальные.

— А наша компания имеет фонд, куда можно пожертвовать деньги?

— Да, их несколько. Какое направление вас интересует?

Я решила поддержать женщин, пострадавших от насилия. Возможно, эти деньги хоть как-то помогут им, а если об этом узнает Маргл, а я уверена, что он узнает, он получит щелчок по носу своими же деньгами.

Я подписала нужные документы для перевода такой огромной суммы, и не успев вернуться в свой кабинет, по громкой связи меня снова вызывала Анна. Привычный суетный день в Дарэрс.

— Я связалась с Эринией. Она отказывается тебя увольнять.

— Она не имеет права на это. Если нужно подготовить замену, я согласна отработать две недели. Ни днем более.

— Я выслала на почту договор, подписанный твоей рукой. Там черным по белому написано, что ты обязана работать до особого распоряжения.

— Я пожалуюсь на вас в трудовую инспекцию.

— Кажется, ты забыла, в чьи руки переходит власть.

И правда, дарийцы постепенно подбирают под себя все структуры.

— Что ей нужно?

— Она предложила тебе руководить новым отделом. Буквально час назад подписали соглашения по космическому туризму, и теперь она хочет назначить тебя…

Ноги сами подкосились, благо я успела шагнуть к стене, по которой и сползла на пол. Здесь не обошлось без Маргла. Мне конец.

Анна подбежала ко мне и стала поить водой.

— Еще не видела, чтобы от радости падали в обморок.

— С чего ты взяла, что я рада?

— Ты дура? — Ее слова буквально вернули мой мозг к работе. Она помогла мне подняться, и на ватных ногах я дошла до офисного кресла.

— Что ты знаешь о нем? — Я надеялась, что Анна находится под впечатлением и расскажет мне все, что знает.

— О ком?

— О Маргле?

— Кто это?

— Не ври мне! Ты отправила меня в тот замок, ты насоветовала ему, как меня соблазнить…

— О чем ты? Я не знаю, о каком Маргле идет речь.

Самое странное, что ее глаза не врали.

— Эриния оценила твою усердную работу и предложила устроить тебе небольшой отпуск. Спросила, где ты предпочитаешь отдыхать, и я рассказала, что однажды ты мечтала об отпуске на необитаемом острове. Ты помнишь, тогда на корпоративе говорила? Эриния сказала, что у нее есть подходящее место, которое тебе наверняка понравится. Когда ты уже была там, день на третий, кажется, она связалась со мной, сказала, что ее хороший знакомый увидел тебя и хочет впечатлить, ну я и подсказала. Она расспрашивала, что ты любишь, еду, музыку, но я не знала, поэтому посоветовала придерживаться классической схемы.

— Извини. Я думала, ты…

— Да поняла я. Но кто-то на тебя конкретно запал, если сама Эриния позаботилась.

— Это меня и пугает.

Анна сделала глоток воды из моего стакана.

— Знаешь, меня тоже. Я встречалась с дарийцами. Они относятся к земным женщинам как к игрушкам, воспринимая нас как развлечение. Мы для них фон. Даже секс с нами им не интересен. А тут…

— Мне нужно уволиться. Я не могу здесь оставаться. Прошу, помоги мне! — Я была готова на колени стать, лишь бы она помогла.

— Пока Эриния тебя не отпустит, я ничего не смогу сделать. А она в этом деле, похоже, не последняя скрипка.

Анна протянула мне зеркальце, чтобы я поправила макияж. Выглядела я откровенно плохо. Бледное лицо, припухшие красные глаза.

— Можем попросить отпуск, но она вряд ли согласится. Теперь на тебе еще и новый отдел будет висеть…Хотя…Ты же можешь заболеть!

— Отличная идея, — обреченно сказала я, — давай ты уронишь на меня этот сейф, и он сломает мне ногу.

— Можно обойтись гриппом.

— Конец лета, какой грипп? Тем более, грипп – это всего лишь неделя. А мне надо навсегда.

— А может тебе замуж выйти!

— Ага. За кого?

— Тоже верно.

Так мы просидели в ее кабинете до обеда, и мне она уже не казалась стервой.

Во время перерыва, я решила спуститься в магазин, чтобы купить новый телефон. В холле меня остановили на ресепшн и вручили букет нежных роз. Я оглянулась, опасаясь увидеть Маргла. На карточке, вложенной в букет была надпись: «Поздравляю с повышением! Целую, М.» Этот подлец издевался. В ярости я швырнула ни в чем не виноватые цветы в урну, и сжимая кулаки до боли, направилась к лифту.

— Не понравился букет?

Знакомый мужской голос заставил вздрогнуть. Это был начальник отдела техобслуживания. И я с облегчением вздохнула.

— Я думал, ты любишь розы…

— Так это от тебя?

— Ну да. Там же написано. Я не стал писать имя полностью, мало ли кто станет совать свой нос.

Мне стало стыдно, что я невольно сделала человеку больно. До чего же меня довели эти дарийцы.

— Прости, цветы прекрасны! Но я подумала, что они от другого человека.

— Если ты пообедаешь со мной, я постараюсь забыть.

Миша, смешной и простой. Своим упорством и любовью ко всему, что делает, он заслуженно получил место начальника отдела. Мне он нравился как друг, его общество было приятно, но романтических чувств к нему не возникало. Уверена, он станет хорошим мужем, в доме которого никогда не будет текущих кранов и сломанных вещей. Жена, поставленная на пьедестал почета, станет хранительницей зарплатной карты, а сам он когда-нибудь откроет свой бизнес. Хороший Миша, хороший муж. А может стоит присмотреться?

— Конечно, только дай мне десять минут, нужно в магазин заскочить. А ты закажи пока.

Миша, обрадованный перспективой обеда в моей компании, чуть ли не вприпрыжку побежал в ресторан, расположенный в ближайшем торговом центре, а я поспешила в магазин за телефоном.

Обед прошел в непринужденной обстановке. Миша рассказывал о том, как хочет купить участок за городом, чтобы построить дом, каких собак любит, и мы вспоминали, как в детстве проводили летние каникулы в деревне у бабушек. Периодически я ловила себя на мысли, что сравниваю его с Марглом. Конечно, на фоне дарского мужчины, этот выглядел слишком простым, неприметным и незатейливым. А я чувствовала себя последней дрянью, давая напрасную надежду человеку.

Став начальником несуществующего отдела, и не получив никаких инструкций, я решила, что никто не станет меня искать, если я уйду с половины рабочего дня. И вообще, не приду завтра. И послезавтра тоже. Но возвращаться домой мне не хотелось, поэтому, бросив свою машину на парковке, я на такси заехала в редакцию журнала за Мару, чтобы ненадолго сбежать из города. Выбор пал на деревню, где жила ее бабушка. И ее проведаем, и воздухом подышим, и я смогу спокойно спать, не боясь, что меня найдут.

Мы успели добраться засветло. Впервые за эти дни я дышала свободно. Я ходила по двору и к реке, не боясь, что меня найдут, и силой вернут в тот замок.

Я рассказала Мару о Мише. Она разделила мое мнение, что портить жизнь парню не стоит, а счастья с ним у меня не будет. Хотя идея выйти поскорее замуж, показалась удачной и ей.

После бани мы пили ромашковый чай, и я снова вспоминала, как Маргл, черт его подери, съел цветок из моей чашки. Я бегу от него, но от своих мыслей сбежать не получается. Что со мной? Почему я о нем думаю?

На утро третьего дня Мару необычно бледная пришла в мою комнату.