Глава 53. Планы и хлопоты

Элория Эрриа, в девичестве Глория Редстоун Я сразу почувствовала, когда Александр вернулся. Похоже, теперь наша связь укрепилась, и я могла даже примерно сказать, где в доме находится муж. Вот сейчас он приближался ко мне. Я была в своих покоях. Переодевалась к ужину. Похоже, и Александр решил поступить также перед нашей встречей. Он не зашёл ко мне, как я надеялась, а замер на месте где-то неподалёку. У меня не было сил терпеть – так хотелось его скорее увидеть. Я остановила Мирри, поправлявшую мне причёску, и как была, с распущенными волосами отправилась в соседние покои. Александр в своей спальне сосредоточенно расстёгивал пуговицы на рубашке. Рядом на спинке стула висела свежая. Это смотрелось так интимно. Почему-то стало неловко. Словно подсматриваю. Вдруг у даргов не принято вторгаться в чужое пространство вот так, без приглашения. – Извини, Александр. Я наверно не вовремя. Просто… – хотела назвать причину, приведшую сюда, и ничего не смогла придумать. Засмотрелась на его красивые пальцы, воевавшие с пуговицами. Усталое лицо мужа осветилось улыбкой: – Ты всегда вовремя. Нас словно притянуло друг к другу, и вот я уже замерла в его объятиях, уткнувшись носом в мужскую грудь. В окутавшей нас чувственной ауре в этот миг почти не было страсти – больше нежности и спокойствия, что ли? Словно я наконец нахожусь в единственно правильном месте, заполнилась пустота, что тянула и ныла внутри, и мир стал полон и гармоничен. Александр разжал руки и чуть отступил: – Боюсь, что не смогу оторваться, если продолжу прикасаться к тебе. Сейчас войдёт Гарриус и может получиться неловко. – Наденешь перчатки? – Теперь не помогут, – вернул мне улыбку. – Но нам надо учиться контролировать нашу связь, а то когда ты рядом, я совсем перестаю соображать. Хочется запереть тебя в спальне и никуда не выходить. – Я не против. – Лори! Пожалей меня. Я и так с трудом держу контроль. Не знаю, чем бы закончился наш разговор, но раздался звук открываемой двери. В спальню вошёл Гарриус с жилетом в руках. – Милорд… О, извините, миледи. – Хорошо, Александр, поговорим потом. Не буду мешать. Я поняла, что лучше отступить, пока оба сохраняем самоконтроль. Увы, мы не в охотничьем домике, а в окружении слишком многих. Опоздание на ужин – это верх неприличия, которые лорд и леди Эрриа не могут себе позволить. Теперь, когда я знала, что Александр рядом, за стеной, и скоро мы вновь встретимся, ждать встречу стало легче. Я почти не замечала, что надевает на меня Мирри, какую причёску делает – прислушивалась к Александру. И то, что я могла чувствовать его, успокаивало. Давно за ужином не собиралось столько людей – не только семья Эрриа в полном составе, но и доверенные служащие – наши секретари Бастиан и Клара Нольвинг, учитель и воспитатель Леони вместе со своим подопечным, Маргарет и дама Ориса. Сидели мы в этот раз по правилам старой рассадки: я и Александр на противоположных торцах стола, с одной стороны дамы, с другой – мужчины. Мерцающие светильники и расстояние не позволяли хорошо видеть лицо мужа, но это и к лучшему. Мы и так остро чувствовали друг друга и иногда даже забывали есть. Хорошо, что Рэй взял на себя труд поддерживать разговор за столом. Иногда кто-то замолкал, разглядывая что-то в воздухе над столом, и невпопад улыбался. Я бы не догадалась, что это относится к нам, если бы ни слова Леони: – Папа, какая красивая лента тянется между тобой и Лори. Можно её потрогать? – Можешь, только вряд ли что-то почувствуешь, – предупредил Александр. Леони встал со стула и потянулся к середине стола. Сосредоточенно помахал рукой, вначале словно пытаясь что-то ухватить, а потом перерубить. Все с любопытством наблюдали за его стараниями. – Нет, ничего не получается. Так хорошо видно, а ничего не чувствуется, – поделился мальчик. – Раз так, то успокойся и ешь, – решительно скомандовала Элида. Вначале все старались придерживаться нейтральных тем, но потом учитель Леони не выдержал: – Милорд, Леони сказал, что возвращаются альвы. Неужели это правда? – Это не та тема, что стоит обсуждать за пределами дома, Лоени. Это секрет, – обратился муж к сыну. – Но вам, Адриан, отвечу. Такая вероятность существует. Об альвах мне сообщили в Империи. – И что же, приём опять отменяется? – Хорошо что вы о нём помните, госпожа Нольвинг. Вполне возможно, что альвы возвращаются, но это случится не в ближайшее время. Так что эта новость не повод отменять приём. Об этом и Виторрис напомнил. Лори, завтра я сообщу тебе дату, так что начинайте его готовить с Элидой. Тётя Эухения вам поможет. Элида с забавной скорбью закатила глаза, услышав про тётю: – Ой! Всё так серьёзно? Мне прямо страшно! – Можешь не бояться, – подбодрил её Рэй. – Что бы у вас ни вышло, этот приём в любом случае станет главной новостью. И те, кто сумеет к нам попасть, представят его в лучшем виде, чтобы остальные завидовали. – Ага, или раскритикуют его в пух и прах, чтобы остальные завидовали, что им не удалось попасть на самый скандальный приём года, и они не могут сплетничать, как очевидцы. – Не волнуйся, Элида. У вас с Лори уже сложилась такая репутация, что ваши ошибки примут за намеренный эпатаж, и поторопятся перенять. – Ты меня успокаиваешь, Рэй. – Лорд Рэй говорит правду, – неожиданно поддержала моя секретарша. – Меня уже несколько раз пытались подкупить, чтобы я включила некоторых леди в список приглашённых на любой из ваших вечеров или тем более приёмов. – Но мы пока ничего не проводим, – удивилась я. – Кстати, зря, – веско сказала мисс Клара. – Вам стоило бы потренироваться на чём-то незначительном перед приёмом. А дамы заботятся о том, чтобы попасть к вам, заранее. – Кто же это такие предусмотрительные? – Разные семьи, милорд. Я уже передала список Вирджу Эрринту. Александр перевёл взгляд на Бастиана. – Ничего серьёзного, милорд. Вирдж проверил, – пояснил тот. Адриан Вестер, терпеливо переждал обсуждение, на его взгляд, такой несущественной перед лицом грядущего, темы, и вновь напомнил об альвах: – Милорд, но куда могут вернуться альвы? Все пригодные для жизни их земли уже заняты. Людьми и нами. Или они надеются, что их Светлый Кариан всё ещё стоит? – Трудно сказать, на что они надеются. Но похоже, нам придётся это узнать в не таком уж далёком будущем. Но время ещё есть, как сказала Хранительница. Все посмотрели на меня, но добавить мне было нечего. Мы с Александром честно старались вести себя как обычно, но покинули всех, как только это позволили приличия. И новая ночь была такой же волшебной, как первая. Но слова любви так и не прозвучали. Дневные дела вновь развели нас с мужем. Он отправился во дворец, где Агуэро начинал переговоры с послом Империи графом Пейоном. А я организовала наше маленькое совещание с Элидой, мисс Кларой и дамой Орисой по поводу предстоящего приёма и прочих проявлений светской жизни. Хотелось к появлению тёти Эухении хотя бы представлять на каком мы свете. Ориса сказала, что готовила несколько раз праздники в поместье и в общем представляет, что она, как экономка, должна делать в подобных случаях. Но здешних поставщиков и прочих нюансов столичной жизни ещё не знает: – Я постараюсь посмотреть записи дамы Амаррати, к кому она обращалась в прошлом, но последний раз здесь организовывали что-то грандиозное довольно давно, и с тех пор всё могло поменяться, – предупредила она. – Значит, я попрошу леди Эухению подсказать имена поставщиков или разрешить вам посоветоваться с её экономкой. Мы обговорили, что нам предстоит сделать и о чём надо обязательно спросить леди Агуэро. Вспоминая эту элегантную светскую даму, у меня просто язык не поворачивался называть её «тётушкой». Затем с подсказки мисс Клары мы составили список того, что можно провести для, как она выразилась, «тренировки» – чаепитие для дам клана, музыкальный вечер для друзей, встреча дам-благотворительниц. Решили, что для начала этого будет достаточно. Определились с датами и списком гостей. На эти камерные мероприятия решили с Элидой пригласить тех, кто первыми поддержали нас после ареста Александра – семейство Граттис и Тинарру Кулауэн, семью Шильдэ, Жакезу Эрринт и Веронику Даррита. Пока мы совещались, из дворца пришла весть с датой, на которую нужно назначить приём, и сердце у меня ёкнуло: – Через три недели! Мы не успеем! Одни приглашения нужно разослать не позднее чем завтра! – Не волнуйтесь, миледи. Я уже всё приготовила. Осталось только вписать дату, а с этим я за сегодня справлюсь, – успокоила меня секретарь. – И не через три недели, а три недели и четыре дня, так что с приглашениями всё будет в порядке. – Бальный зал и другие помещения дама Амаррати тоже отдала команду готовить заранее, – сказала дама Ориса. – Они выглядят вполне достойно, а с остальным за три недели, если леди Агуэро поможет с поставщиками, тоже должны справиться. Голос Орисы звучал уверенно, но вот глаза! В них металась такая же паника, как у меня. Надо брать себя в руки. Приём – это не страшно. Мы справимся. – Кстати, мисс Клара, про приглашения. Леди Дарриа и Бранигейр сразу не отправляйте. Пошлёте им за две недели до даты. Да, я злопамятная. Пусть помучаются. Секретарша сделала пометку в своём блокноте: – Как прикажете, госпожа. В часы визитов наша гостиная напоминала жужжащий улей, в котором постоянно роятся пчёлы. Одни прилетают – другие, совершив ритуальный танец вежливости, улетают. Нас с Элидой спасало то, что многим из посетительниц было вполне достаточно просто увидеть и поприветствовать леди Эрриа и услышать формальный ответ. Они не ждали, что мы будем хоть как-то общаться с ними. Им вполне хватало возможности понаблюдать за тем, как мы одеты, как выглядим, кто побывал в нашей гостиной. Теперь они могли поспешить в другие гостиные, разнося новости. Может быть предвидя это, в первый день после нашего возвращения те, кого я уже считала близкими – Тинарра, леди Надин с Камиллой, Жакеза Эрринт, визиты наносить не стали. Поток малознакомых лиц тёк через нашу гостиную, как ручей. Так что, когда приёмные часы закончились, и мы остались с Элидой одни, то я просто упала на подушки дивана и уставилась в потолок, рассматривая позолоченную лепнину и сверкающие хрусталики люстры. Александр и Рэй на обед не явились, но теперь, когда я знала, какие серьёзные вещи сейчас решаются, это не казалось мне обидным. А скоро появление леди Агуэро, тёти Эухении, надёжно отвлекло от всяких посторонних мыслей. Она, как лорд аудитор, прошлась по залам особняка, где пройдёт приём, внимательно изучая все детали. Под конец осмотра она даже немного потеплела: – Всё прямо как в моей юности. Помню, как я в этом бальном зале танцевала впервые со своим Карлосом, – но потом добавила. – Выглядит всё неплохо, но у вас, Элория, нет желания что-то здесь поменять? Не сейчас, конечно, а потом. Похоже, последний раз здесь что-то меняли ещё ваши родители, Элида. После того как брат женился на твоей матери. А за двести лет моды всё же несколько поменялись. Впрочем, пока на это нет времени. Приём на первом месте. После этого леди Эухения устроила нам всем настоящий экзамен. Строила всех, даже мисс Клару, прохладным доброжелательным голосом указывая на нашу полную несостоятельность в организации таких ответственных мероприятий. Но так как при этом она тут же объясняла, что и как нужно делать, то под конец этого избиения младенцев я искренне поблагодарила леди Агуэро и только обрадовалась её словам: – Да, без меня вам явно не справиться. Леди Элория, похоже, вы дама разумная и способны оценить мою жертву. Готова поделиться с вами самым дорогим – моим временем и опытом. Я буду лично руководить подготовкой приёма. Согласны? – Благодарю вас, леди Эухения. Буду только рада! Она посмотрела на меня пристально и хмыкнула: – Не врёшь! Хорошо. Тогда я приеду к вам через три дня, чтобы проверить, как идут дела. Дама Ориса, выберите время и посетите мою экономку. Я прикажу ей всё вам показать и рассказать. После того как леди Эухения нас покинула, мы все под благовидными предлогами разбежались. Дама Ориса и мисс Клара с озабоченным видом поспешили заняться делами. Элида сказала, что пойдёт почитает учебники: – Надо готовиться к экзаменам в Академию, – усталым голосом произнесла она. Но, подозреваю, что после такого насыщенного дня ей, как и мне, просто хотелось забиться в норку и никого не видеть. Вот и я пошла успокаивать нервы, занимаясь освоением артефакторики. В присланном Никки наборе было ещё несколько относительно простых заготовок.