Глава 61. Разоблачение

Служанка старательно сооружала из моих волос какую-то особо пафосную причёску, достойную аудиенции у короля, когда вошла Элида. – Ты что, ещё не готова? – удивилась я, увидев её отражение в зеркале. – Лори, а зачем мне туда ехать? Говорить всё будут братья… – Боишься? Мне тоже неприятна вся эта процедура публичного обвинения Лауры. Но без нас нельзя. Мы и свидетели, и главные жертвы. Особенно ты. На тебя ведь всё это время покушались. Придётся ехать. – Нет, я не боюсь. Чего бояться? Лаура нам ничего не сделает, а остальные Кулауэны тем более. Особенно теперь, после того как король прямо запретил причинять нам вред. Говорила всё это Элида без нужной бодрости. Видно было, что её что-то тревожит. – Тебе Александр не говорил – на Лауру наложат заклятие правды или нет? – Как я поняла, доказательств её причастности к отравлению дамы Амаррати достаточно, по первым покушениям только косвенные, особенно если не привлекать господина Изуми. Александр считает, что этого будет достаточно, чтобы обойтись без заклятия. Виторрис не хочет накладывать его. – Вот как… Элида явно что-то недоговаривала. – Мирри, оставь нас. Я позову тебя, когда можно будет продолжить. Мирри послушно вышла. – Ну, Элида, признавайся, что тебя мучит. – Я боюсь, что Лаура расскажет… Это наверняка она была там… – Где там? Что расскажет? Говори по порядку. – Расскажет, что я была в спальне у Виторриса. – Что?! – Нет, не в том смысле… Когда Александра арестовали, я решила попросить Виторриса о брате и через портал из курительной отправилась к нему. Думала, что выйду в кабинете, а оказалось он настроен на спальню. Ничего не было! – торопливо воскликнула Элида, увидев моё поражённое лицо. – Виторрис почти сразу отправил назад, чтобы я его не скомпрометировала и ему не пришлось жениться. Но он там был не один. В кровати была ещё какая-то дама. Я не видела кто из-за полога, но уверена, что Лаура. Вдруг она сейчас об этом скажет?! – Да уж, скандал может выйти громкий. – Скандал – это ерунда, – Элида пренебрежительно сморщила носик. – Как-нибудь перетерплю. Вдруг Александр заставит Виторриса на мне жениться? Вот это страшно! – А ты не хочешь выходить за него? Мне показалось, что он тебе нравится. – Нравится, не нравится – это не важно. Если они захотят, то я через пять минут влюблюсь в него до умопомрачения. Я вообще не хочу сейчас замуж! Я только жить начала! На меня всё время давило, что стану Хранительницей, а значит никогда не покину клан. Не смогу путешествовать свободно, выйти замуж за кого захочу, всегда должна буду находиться рядом с одним из братьев. Я даже планов никаких не строила. Всё равно это было бесполезно! А теперь я наконец смогу учиться в Академии, сама выбирать свою судьбу. И брак с королём – это последнее, что мне хотелось бы. Стать королевой – это ещё хуже, чем хранительницей! Выпалив всё это, Элида замолчала, сверкая глазами и учащённо дыша. – Значит, ты не выйдешь замуж за него. Я не дам никому задурить тебе голову. Элида облегчённо вздохнула: – Точно! Ты же можешь развеять любое внушение. Даже короля! А я обязательно скажу «нет»! Им меня не заставить! – Знаешь, подозреваю, что Виторрис пока и сам не жаждет жениться. Потому усиленно избегает заклятия правды. Опасается того же, что и ты. Что твоя глупость всплывёт и Александр попытается заставить его это сделать. – Наверно, ты права. Он тогда так торопился меня выпроводить… Но если Лаура всё-таки об этом скажет? – Не признавайся. Скажи, что это была не ты. – Как? – Просто. Если ты её не видела, то и она скорее всего тебя не видела тоже. Только слышала ваш разговор. Так что не может быть абсолютно уверенна. Ты же держись уверенно и стой на своём – тебя там не было. Это клевета. Элида смотрела на меня так, словно я заговорила внезапно на непонятном языке. – Ты предлагаешь мне соврать? – Ну да. Другого выхода нет. – Но, Лори, это же бесполезно! Все поймут, что я вру. – Если ты будешь держаться и говорить уверенно, то у них возникнут сомнения. И в твоём случае все предпочтут сделать вид, что тебе поверили. Никто не хочет, чтобы сейчас король на тебе женился. Ни Александр, ни Кулауэны, ни, по твоим словам, сам Виторрис. Поэтому никто не станет оспаривать твои слова. Главное, стой на своём! Не сдавайся! Элида с сомнением кивнула: – Хорошо, я попробую… – Иди, собирайся и тренируйся. Постарайся сама поверить, что ничего не было. Элида отправилась к себе, а я позвала к себе Мирри. Аудиенция проходила в малом зале приёмов, ведь круг приглашённых был узок. Только представители двух кланов – Эрриа и Кулауэнов, король, принцесса Петра и ещё несколько придворных из ближнего круга. Никто из присутствующих не жаждал выносить обсуждение за пределы причастных, потому глав других кланов из Совета Пяти здесь не было. С нашей стороны кроме семьи допустили на аудиенцию только Вирджа Эрринта. Со стороны Кулауэнов король пригласил только членов семьи – лорда Ральфа и леди Беатрис, сыновья Хильд и Пауль, и Лаура. Видно было, что Кулауэны в растерянности и не понимают, зачем они здесь. Леди Беатрис казалась приятно взволнованной и бросала быстрые взгляды то на короля, то на дочь. Похоже, планы на корону в этой семье вынашивала не только Лаура. Но вряд ли она подозревала, как далеко ради этой цели зашла дочь. Иначе настроение у леди Беатрис было бы другим. Мужская половина семьи иллюзий не строила и ничего хорошего от королевского приёма явно не ждали. Лорд Ральф хорошо держал лицо и выглядел спокойным. Только морщинка между бровей выдавала тревогу. Затягивать король не стал, сразу приступил к делу: – Клан Эрриа обвиняет Лауру Кулауэн в покушении на леди Эрриа и убийство дамы Амаррати. Леди Беатрис вскрикнула, а остальные члены семьи замерли. Лаура надменно подняла голову и холодно сказала: – Это клевета! Ваше Величество, вы собираетесь приказать мне говорить правду? Прозвучало это почти как угроза. Голос Лауры словно снял чары с семьи и её отец с достоинством обратился к королю: – Ваше Величество, обвинение серьёзное, но неужели вы примените заклятие правды против благородной даргини на основе пустых обвинений? Клан Эрриа сторона заинтересованная. – В чём? – спросила принцесса Петра. – В том, чтобы вывести нашу дочь из круга возможных невест Его Величества, – не стала скрывать свои мысли леди Беатрис и выразительно посмотрела в сторону Элиды. Принцесса Петра с любопытством переводила взгляд с Элиды на Лауру, словно оценивая претенденток. – Я надеюсь обойтись без заклятия, – поспешил уйти от скользкой темы король. – Эрриа утверждают, что у них есть весомые доказательства. По его знаку вперёд вышел Вирдж Эрринт: – У нас есть свидетель, рассказавший о том, как полгода назад леди Лаура через человека по имени Сэмми искала наёмного убийцу и нашла мага-отступника Гуми. При имени Сэмми братья Кулауэны встревоженно переглянулись. – Этот Сэмми или Гуми могут подтвердить ваши слова? – спросила принцесса Петра. – Нет, Ваше Высочество. Этот слуга клана Кулауэнов внезапно умер, как и убийца после того, как мы его захватили. Но у нас есть свидетели, видевшие как к Гуми приходила молодая леди. Мы специально не работали с их памятью, чтобы никто не обвинил нас в искажении воспоминаний. Ваши мастера, господин Браниг, могут поработать с ними, – обратился к неприметному даргу Вирдж. – Мы поработаем, но прошло довольно много времени… Я с любопытством посмотрела на коллегу графа Дэйрина, обладавшего тем же талантом, что и моя телохранительница, – быть почти невидимкой. – Да, тот эпизод с Гуми доказать труднее, а вот с убийством дамы Амаррати всё очевидно. Вы ведь проверили лавку, где леди Лаура приобрела яд, – Вирдж вновь обратился к главе королевской безопасности напрямую. – Проверили. Подтверждаю, Ваше Величество, что яд, убивший даму Амаррати, приобретён там леди Лаурой. – А я подтверждаю вам, лорд Кулауэн, что ваша дочь воздействовала на меня, – обратился король к отцу Лауры. – Этого вам достаточно, чтобы признать её вину или нужно применить заклятие правды? Лорд Кулауэн потёр грудь и глухо признал: – Достаточно. Заклятие не нужно. – Я просто люблю вас! – крикнула Лаура королю. – Я тоже так думал и только поэтому прощал ваши попытки воздействовать на меня, – ответил ей Виторрис. – Но попытки убрать Хранительницу переводят эту историю в совершенно другую плоскость. Вы понимаете, лорд Кулауэн, что ваша дочь покушалась на королевскую власть? Без артефакта Эрриа ваша дочь могла бы диктовать мне свою волю. Надеюсь, это был её личный заговор. – Ваше Величество, никто из нас не знал об этом. Кулауэны всегда были преданы короне, – низко поклонился лорд. – Ваше Величество! – Молчи, Беатрис! – резко остановил жену лорд и бросил встревоженный взгляд на бледных сыновей. Похоже, он решил пожертвовать провинившейся дочерью чтобы спасти от подозрений остальную семью. – Это всё ты! – с ненавистью закричала Лаура в сторону Элиды, а потом ткнула пальцем и в меня. – И ты! Я так красиво всё сплела. Он должен был сам захотеть жениться, но тут… – Молчи! – скомандовал лорд Кулауэн на пару мгновений опередив короля. Лаура резко замолчала, ещё некоторое время беззвучно шевеля губами. Я перевела дух. Похоже, она потеряла возможность проболтаться о глупом визите Элиды. – Каково ваше решение, Ваше Величество? Мой клан примет любое, – лорд Кулауэн вновь склонил голову. – Лорд Кулауэн, вы знаете, что заговор против короля карается смертью. Отец Лауры побледнел, а леди Беатрис покачнулась. Пауль подхватил мать под руки. Она вцепилась в сына, как в спасательный круг. Король продолжил: – Я не хочу убивать леди Лауру, поэтому отправлю её в Обитель Обновления. Через год мы вновь вернёмся к её судьбе. Если ваш клан смоет пятно с щита верности короне, то я позволю вам вернуть её в семью. – Благодарю вас, Ваше Величество, за оказанную милость. – Клан Эрриа, вы принимаете моё решение? – Да, Ваше Величество! – склонил голову Александр. – Но я настаиваю на вире семье даме Амаррати. Лорд Кулауэн не стал ждать и опередил короля: – Клан Кулауэн всё выплатит. Лаура молча плакала, но мне не было её жалко. Она останется жить, а дама Амаррати мертва! Это я и высказала мужу, когда по знаку короля мы вышли из зала. – Это несправедливо! Она год проживёт в монастыре, а дама Амаррати погибла! – Лори, Лаура тоже умрёт. Останется только её тело, – пояснил мне Александр. – В Обители есть Кристалл Беспамятства. Он полностью стирает личность. Целый год её как младенца будут учить всему заново. Ей даже имя дадут другое. Лауры Кулауэн больше не будет.