Глава 18 · Шестая жена

Покончив с делами, Мартин хотел одного – забыть про этот тяжелый день. Главная проблема решена – Флоренс добровольно отказалась от побега из дома. Остальное обещал уладить Даниэль. Мартин и сам с удовольствием поучаствовал бы в поимке преступников, но брат приказал не вмешиваться. Мол, честь честью, а профессионалы лучше справятся. И наверняка. С начальником тайной королевской канцелярии не поспоришь, пришлось подчиниться.

По-хорошему, следовало бы поговорить с Эмилией, поблагодарить ее за помощь. А как потом не потребовать объяснений? Ревность все еще застила ему глаза.

Даниэль рассказал, что хотел найти потайное место, откуда дракоша вытащил бумажку, вернуть туда записку и проследить, кто ее возьмет. Возможно, Мередит, и это облегчило бы им работу. Но Эмилия предложила иной план, чтобы пощадить чувства Флоренс. Однако наотрез отказалась делать что-то без ведома мужа. Мартину не хватило смелости самому поговорить с женой, он передал свое «разрешение» через Даниэля.

– Где миледи? – бросил он камердинеру, переступая порог спальни.

– У себя, милорд.

Мартин малодушно обрадовался. Разговор можно перенести на завтра.

– И она просила передать, что ждет вас, – добавил камердинер.

– В будуаре?

– Да, милорд.

Такое приглашение нельзя было проигнорировать.

Эмилия работала с рисунком. Утром Мартину показалось, что ветка жасмина совершенна, но Эмилия уверенной рукой наносила новые мазки, выписывая детали. Услышав шаги Мартина, она обернулась и отложила палитру.

– Можно? – спросил он, хотя уже переступил порог.

– Конечно, я тебя ждала.

Поверх домашнего платья она надела рабочий балахон, а волосы спрятала под косынку. И даже в таком виде Мартин находил жену милой и привлекательной.

– Как тебе комната? Я хотела показать, когда все будет готово. Но…

– Но передумала? – Мартин не удержался и перебил Эмилию.

– Да, – кивнула она. – Передумала.

– Не знал, что ты так хорошо рисуешь. И цветовое решение… Погоди, ты все тут делала сама? И побелку?

– Я дизайнер интерьеров, Мартин. И я люблю свою работу. Конечно, в том мире у меня нет необходимости самой белить потолки, но я умею это делать. Хороший специалист должен знать все нюансы технических работ. А я очень хороший специалист.

Мартин не узнавал жену. Такой спокойной и уверенной он никогда ее не видел. И смотрела она как-то по-особенному, внимательно и оценивающе. И как будто ждала, как он себя поведет.

– Но ты же медсестра? – Он все же не смог скрыть растерянность.

– Не я, моя сестра, Милена.

– Даниэль… напутал?

– Нет. Мы с сестрой вас обманули. Вернее, я.

– Пожалуй, мне надо присесть, – пробормотал Мартин, опускаясь на диван, закрытый испачканным краской и клеем чехлом. – А можно… поподробнее?

Эмилия устроилась напротив него, прямо на столе, сдвинув в сторону рисунки и инструменты.

– Даниэль присмотрел тебе Милену, – пояснила она. – Это она медсестра и ролевик-реконструктор. И это ее просили об услуге. Но Милена как раз собралась замуж, а отказать в просьбе не смогла… Поэтому я решила ее заменить.

– Вот так просто? Решила заменить? – Мартин криво усмехнулся.

– Это такая же ложь, как твоя, – жестко сказала Эмилия, – не тебе меня упрекать. Да, я не та девушка, о которой ты мечтал, но и ты – не ролевик.

– Да и замечательно! – вырвалось у Мартина. – Я думал тебя… тебе… – он запнулся и резко поменял тему: – Как Даниэль не заметил подмены?

– Мы с сестрой близнецы.

– Что?

– Близнецы, Мартин.

– Но ты говорила, она младше…

– На пятнадцать минут.

Мартин молчал. Такую новость надо было переварить, осознать и принять. Он не чувствовал себя обманутым. Эмилия права – он познакомился с ней, и именно она дорога ему, а не неведомая сестра, пусть они и похожи как две капли воды. Но все же…

– Почему ты не сказала раньше? И почему призналась сейчас?

Эмилия смущенно улыбнулась:

– Сначала боялась, что узнает тот человек, который просил Милену об услуге, Александр Сергеевич. Не хотела неприятностей для сестры. Потом как-то к слову не приходилось.

– Не знаю я никакого Александра Сергеевича и знать не хочу! – вспылил Мартин. – Это Даниэль… – Он осекся. – Это Даниэль? Ты его боялась?

– Его, – призналась Эмилия.

– А теперь вы подружились? – Мартин вздернул подбородок. – И стали любовниками?

Эмилия посмотрела на него, как на глупого ребенка. Кажется, даже рассердилась.

– Да, мне приятно с ним общаться. Он ничего от меня не требует – ни соответствовать, ни изображать. С ним я – это просто я. И нет, мы с ним не любовники! – выпалила она на одном дыхании.

– Я видел, как ты его обнимала, – упрямо возразил Мартин.

– В знак благодарности. – В голосе Эмилии зазвучали горькие нотки. – Он принес мне письмо от сестры. Ты просто не представляешь, каково это, не видеть Милену, не чувствовать ее… Мы же никогда не расставались так надолго. Даниэль – наш почтальон между мирами, только и всего. Ах, нет… еще он помогал клеить обои, учил языку и пару раз водил к океану. Это все.

Значит, Даниэль знал про подмену и про близнецов. Знал и молчал! Ничего, он еще припомнит это брату. Мартин с трудом сдерживал раздражение – обвели вокруг пальца, как мальчишку, а потом еще сговорились за его спиной. Он не мог сам помочь жене клеить обои?

Эмилия сидела на столе, опершись руками на столешницу, и слегка покачивала ногой. Ее взгляд, выжидающий и снисходительный, неприятно царапал и отрезвлял. Обои? Он посмеялся бы над просьбой и выделил бы слуг в помощники. Письма сестре? Он проигнорировал бы ее просьбу, а такая женщина, как Эмилия, дважды просить не будет. Уроки языка? А про это вообще забыл. И какой, к черту, океан? Зачем он вообще ей нужен?

Но все это мелочи по сравнению с главным признанием. «Он ничего от меня не требует…» Так вот почему она стала такой отстраненно-вежливой. Эмилия до сих пор думает, что она всего лишь жена по контракту.

– Эми, я должен извиниться…

– Мне казалось, мы закончили с взаимными извинениями.

Эмилия перебила Мартина, досадливо сморщившись. Выходит, она ждала совсем не этих слов? Ладно, он попробует по-другому.

– Я все еще не поблагодарил тебя за сестру. Благодаря те…

– С ней все в порядке? Я рада, Мартин, правда. Семья – это самое ценное, что у нас есть.

И сейчас не дала договорить. Так чего она ждет? Семья… Его семья – это матушка и сестры. И, конечно же, паршивец Даниэль. Ее семья – сестра Милена. И больше у нее никого нет. Неужели все признания – лишь попытка вернуться домой? Чтобы он вышвырнул ее обратно, узнав, что она не та, за кого себя выдавала?

– Я не могу тебя отпустить, – вырвалось у Мартина. – Ни за что!

На этот раз он попал в точку. Эмилия не умоляла его передумать, но на ее лице промелькнула тень разочарования, плечи поникли. Она стянула с волос косынку и тряхнула головой. Медовые волосы рассыпались по плечам. У Мартина перехватило дыхание.

– Эми, пожалуйста, ты должна понять. – Он решился признаться ей во всем прямо сейчас. Рассказать о своих чувствах. Предложить начать все сначала. Попросить остаться с ним не по контракту. – Я хочу, чтобы ты была рядом…

– Как твои предыдущие жены? – словно невзначай обронила Эмилия. – Сколько их было? Пять?

На Мартина словно вылили ведро ледяной воды. Рано или поздно она все равно узнала бы. Но почему именно сейчас?! Интересно, и кто из горячо любимого семейства постарался на этот раз? Неужели Флоренс успела напакостить, прежде чем утонула в слезах раскаяния?

– Кто тебе сказал? – хрипло спросил он.

– Не поверишь – не знаю. – Эмилия снова смотрела на него с легкой грустью. – Случайно подслушала разговор слуг, а кто это был – не поняла. Но разве это так важно?

– Не важно, – согласился Мартин. Внутри снова все клокотало. Узнает – и прибьет. Собственноручно. Какие уж теперь признания! – Полагаю, ты хочешь услышать, почему я был женат несколько раз и куда делись мои жены?

– Полагаю, ты не хочешь об этом говорить.

Эмилия вдруг сменила тон, и ответ прозвучал дерзко и вызывающе. Она спрыгнула со стола и повернулась к нему спиной, давая понять, что разговор закончен.

– Нет. – Мартин подошел к ней, взял за плечи и развернул к себе лицом. – Нет. Я не хочу об этом говорить, ты права. Но мы уже начали, давай закончим.

Эмилия кивнула. Интересно, они когда-нибудь закончат с неприятными темами? У нее секретов больше не осталось. Разве что самый главный. Тот, от которого прикосновения Мартина показались сейчас обжигающими, а сердце затрепетало, как у влюбленной школьницы.

Муж подхватил ее на руки и снова усадил на стол. Их глаза оказались почти на одном уровне. Мартин все равно был выше, все равно нависал, и ей так хотелось прикоснуться к нему самой, провести кончиками пальцев по щеке, по абрису губ…

Как все сложно! Мартин думает, она затеяла разговор ради того, чтобы уйти. А ей показалось, он ревнует. И, значит… любит? Наверное, ошиблась. Муж стоял рядом, и от этого сладко сосало под ложечкой, а он… он вспоминал своих предыдущих жен.

– Первый раз я женился, когда мне было восемнадцать. – На лбу у Мартина появилась складка – знак того, что он крайне недоволен происходящим. – Мы с Оливией знали друг друга с детства. Романтика, первая любовь… и целых два года счастливой совместной жизни. Оливия упала с каменной лестницы, ведущей к берегу. Той, что в северной части парка. Упала и разбилась насмерть, вместе с нашим ребенком, которого уже носила.

Эмилия сдавленно охнула. Пусть это случилось давно, но такие потери никогда не забываются. Ей ли не знать!

– Меня не было дома. Злые языки говорили, это матушка ее столкнула. Чушь! Несчастный случай, только и всего. – Мартин старался говорить бесстрастно, но его чувства выдавали глаза. Глубокая печаль сменилась болью разочарования. – Вторая жена, Стейша. Это был политический брак. Я только вернулся из вашего мира, где учился в университете, и не владел информацией о расстановке сил. Стейшу мне… Ладно, ты взрослая девочка, будем называть вещи своими именами. Стейшу мне подложили, и я был вынужден жениться на девице, которую якобы соблазнил. Мы прожили вместе около года. Король получил то, что хотел, и не препятствовал разводу. Мы со Стейшей расстались вполне мирно, она даже отказалась от содержания, потому что почти сразу вышла замуж за того, кого любила по-настоящему.

Мартин как будто сообразил, что Эмилия читает его чувства по глазам, и отошел к окну. В комнате было душно и пахло краской, поэтому она не возражала, когда он распахнул тяжелую раму.

– С Викторией мы познакомились на охоте, как будто случайно. Я избегал женского общества, но тут… Ее сбросила лошадь, я оказался рядом. Банальная история. Мне все еще не было тридцати, Виктория – милая и красивая девочка. Заботливая, обходительная, кроткая. Почему бы не попробовать еще раз? Не вдаваясь в подробности – Виктории нужны были мои деньги. К тому времени я уже основательно поправил финансовое положение и считался одним из самых богатых женихов.

Эмилия осторожно спрыгнула со стола и подошла к Мартину. Он не заметил ее приближения.

– Развод дался мне нелегко, но в итоге я потерял всего лишь приличную сумму, а мог бы расстаться с жизнью. Да, Виктория пыталась меня отравить. – Мартин сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. – Четвертая, Кати. На ней я женился назло, на спор и по пьяни. Простая горожанка, «первая встречная». Порядочная девушка. Я вел себя отвратительно, запугал ее… Только поэтому она и согласилась сказать «да». Мы развелись через неделю, она ничего не требовала, но я назначил ей хорошее содержание.

Эмилия не выдержала и прикоснулась щекой к плечу Мартина. Она так жалела, что заставила его вспоминать! Надо было спросить у Даниэля.

– После тридцати пяти женитьба перестала быть моим личным делом. Мироходцев мало, способности передаются по наследству. Высшие чины обязаны иметь детей, если только природа не решила иначе. Я мастер малого круга, поэтому вынужден подчиняться закону. Пятую жену мне сосватала матушка. Я был слишком занят работой, чтобы возражать. Подошли сроки – я женился. Твои выходки – детский сад по сравнению с теми скандалами, что закатывала моя пятая жена. Сначала я пытался ее понять, угодить… потом плюнул, выждал положенный год и развелся.

– А я шестая… – выдохнула Эмилия.

Мартин вздрогнул. Он наконец-то заметил, что жена стоит рядом, но не повернулся к ней.

– Так тебе… просто нужен ребенок?

– Мне нужно сохранить видимость выполнения условий… – Мартин осекся и развернулся к Эмилии. – Ты подумала, я нанял тебя, чтобы ты родила мне ребенка?

Об этом она не думала. Вернее, эта мысль показалась ей… приятной. Наверное, во всем виноваты биологические часы, но Эмилии определенно хотелось родить ребенка от Мартина. Не признаваться же в этом?

– Ну… – она неопределенно повела плечом. – Тебе же нужен наследник?

– Эми, нет. То есть да… – Мартин фыркнул и отвернулся к окну. – В теории наследник мне нужен, но даже я не настолько циничен, чтобы нанимать женщину для этой цели. Тем более, это невозможно.

– Что невозможно? – Эмилия осторожно взяла его за руку.

– Ребенок. У меня не будет детей.

– Но почему? Ты же не бесплоден? Или с тех времен что-то изменилось?

– Эмилия, хватит! – взорвался Мартин. – Пожалуйста, умоляю, прекрати!

Она испугалась перемене в настроении. Видимо, ребенок – еще одна больная тема. И лучше бы ей замолчать, не провоцировать ссору. Не получилось.

– Но… что… не так? – Голос дрогнул, хоть она и пыталась сделать вид, будто ей все равно.

– Ты меня жалеешь. А мне не нужна твоя жалость, понятно? – рыкнул Мартин.

Это было грубо и больно. Мартин отталкивал ее от себя, недвусмысленно давал понять, что ей лучше не лезть в его жизнь, что ее это не касается.

– Понятно, – тихо ответила Эмилия. Она вернулась к столу и стала бездумно перебирать рисунки, чтобы отвлечься и успокоиться. – Так если я забеременею, ребенок тебе не нужен?

Нет, после того единственного раза беременность не наступила, она это точно знала. Но навряд ли они целый год смогут обходиться без близости, если не перестанут спать в одной постели. Мартин и раньше хотел секса, а теперь и она сама испытывала желание.

– Ты не забеременеешь, это невозможно, – сухо ответил Мартин.

– Потому что я из другого мира?

– Потому что мы не спим вместе!

– Как будто я в этом виновата… – пробурчала Эмилия едва слышно.

Естественно, это было ее решение. Но он мог бы быть понастойчивее! Если бы хотел, конечно. Она украдкой бросила на него взгляд.

Мартин выглядел растерянным.

– Э… А разве не ты запретила прикасаться… – выдавил он.

– А ты такой послушный мальчик!

Да, она его провоцировала. Неужели непонятно? Мужчины порой такие глупые! Он ждал, когда она попросит, что ли? Видимо, да, раз он до сих пор стоит и мнется, как первоклассник.

Эмилия приподняла бровь, облизнула губы и насмешливо улыбнулась.

– Ладно, я иду спать, – сказала она, стягивая с себя балахон.

– Не спеши.

Отвернувшись, она не заметила, как Мартин очутился рядом. Он сорвал с нее тряпку, в которой она запуталась с перепугу, и больно впился в губы.

– Что ты делаешь! – возмутилась Эмилия, глубоко дыша после поцелуя. – Больно же!

Мартин прикусил ей губу, в его темных глазах плескались безумие и страсть. Разве не этого она добивалась?

– Животом на стол, живо! – скомандовал он, расстегивая ременный пояс.

– Да ни за что! – Эмилия немного струхнула и попятилась.

Впрочем, выбора у нее уже не было. Мартин включился в игру и определенно намеревался осуществить задуманное.

Эмилия и пикнуть не успела, как ее прижали к столу. Только и оставалось, что визжать и брыкаться, пытаясь вывернуться.

– Прекрати! – кричала она, задыхаясь от стыда и… желания.

Мартин наклонился и прикусил ее за ухо.

– Прекратить? – спросил он едва слышно.

«Только попробуй!» – хотела сказать Эмилия, но лишь отрицательно замотала головой. Она вдруг поняла, что согласна на любые безумства.

Вцепившись в край стола обеими руками, она замерла в ожидании: что сделает Мартин? От неизвестности и беззащитности сладко сводило внизу живота. Эмилия и не думала, что это может так возбуждать.

Она трепетала от волнения, пока Мартин поднимал подол ее платья и спускал с ягодиц панталоны. Потом она ощутила его руку между ног.

– Раздвинь, – хрипло приказал он, и Эмилия подчинилась, дрожа от вожделения.

Мартин взял ее резко, грубо. Но в этом безумии была страсть и дикое, почти звериное желание. Эмилия кричала и сопротивлялась, Мартин распалялся и заставлял ее кричать еще громче – уже от удовольствия.

Они оба словно сошли с ума. Сначала со стола слетели бумаги и краски, потом и они сами упали на пол. Рыкнув, Мартин подхватил Эмилию и уложил на диван, рывками освобождая от одежды. Трещала ткань, рвались пуговицы и шнуровки, пальцы оставляли на коже синяки, ногти – царапины. Старый диван визжал пружинами. Мотыльки, налетевшие на свет через открытое окно, неистово бились под абажуром.

Потом они долго смеялись – когда пришли в себя и увидели, во что превратилась комната и они сами. Мартин отнес Эмилию в ванную, отмывать от краски. И снова ласкал, теперь уже нежно, заставляя ее тело таять от прикосновений.

И на этот раз все было по-честному, без зелий и недомолвок.