Глава 10 . Прощения должен просить тот, кто не прав, а не тот, кто я
- Вы не ушиблись, мэм?
- Я умерла, сэр.
- Умерла, это серьезно. Могу я помочь?
- Женитесь на мне!
- Мэм, я бы с радостью, но боюсь, у меня вывих лодыжки.
«Орландо» 1992 год.
Астрид
- Что еще рассказали девочки? – посмотрела я на Талека.
- Вы прекрасно справились с воспитанием детей, гуна Астрид. Девочки послушные, умные, не избалованы. Для своего возраста они развиты намного выше сверстников. В медвежьих семьях не принято начинать обучение детей так рано, а вы не только об этом позаботились, но и даже слегка перевыполнили план.
- Спасибо – улыбнулась я.
- За что? Я только констатирую факты.
Я снова ему с благодарностью улыбнулась, но Талек оставался серьезным.
- Мы с вами были знакомы семь лет назад. Но вы меня не помните – он не спрашивал, а утверждал.
Я и в самом деле его не помнила, поэтому отрицательно покачала головой.
- Не мудрено. Бьорн вас прятал ото всех, вот и до прятался – фыркнул Талек.
А потом продолжил, видя, что я никак не реагирую. Обсуждать наши отношения с Бьорном, каким бы другом он ему не был, я не собиралась.
- У меня к вам просьба, гуна Астрид. Хочу ее сейчас высказать. Потому что я не уверен, что потом мне ее разрешат озвучить. Но пока прямого запрета от Бьорна нет, я поспешу ее донести до вас – серьезно произнес он и внимательно посмотрел на меня.
- Да, я вся во внимании, гун Талек.
Талек помолчал, толи, собираясь с духом, толи, что бы я прочувствовала всю важность его слов и продолжил:
- Нам нужна помощь в расследовании. Бьорн может перегнуть палку и не допустить вас даже к переводу с латыни. Он может, я точно знаю.
- Нет. Бьорн не стане этого делать – покачала я головой.
- Станет. Поэтому я и прошу вас поговорить с ним о вашем участии в расследовании. Непосредственно вам – он не откажет. И еще. Я прошу вас привлечь Карла.
- Карла?
- Да. Я навел справки. Интеллект вашего…хм… брата, весьма необычен. А нам сейчас поможет только необычное мышление и нестандартные советы.
Я взглянула на Карла. Он был заинтересован и сдержанно кивнул.
- Хорошо. Я обязательно поговорю о нашем с ним участии в расследовании – твердо произнесла я.
В конце концов, я больше не наивная девочка и имею права на свое мнение, пусть и отличное от мнения бывшего мужа.
- Я признаюсь на это и рассчитывал. Тогда позволите мне и еще одну просьбу?
- Да?
- Бьорн, до того как узнал о вас, предложил что бы вы преподавали латынь в Столичном Университете. Сейчас он наверняка передумает и никуда вас не отпустит. Но может быть, вы выскажите такое пожелание?
- Гун…
- Талек, можно просто Талек.
- Вы сильно преувеличиваете мою роль в жизни Бьорна.
- Да что вы? – тот откинулся на спинку кресла и странно улыбнулся.
- Я уверена что Бьорн.… Впрочем, не важно. Я услышала ваши просьбы, гун Талек. Про расследование я обязательно с ним поговорю, это даже не обсуждается. А вот по поводу преподавания я не уверена. Я сама университет не закончила. Да и опыта в преподавании у меня нет. И, насколько мне известно, женщин вообще туда не допускают, а уж тем более в качестве преподавателя – с сомнением сказала я.
- У вас устарелые сведения. Женщинам теперь позволено учиться в университете, и это большой прогресс. В парламенте этот вопрос даже обсуждался. Но вы правы. Женщин преподавателей там еще не было - он кивнул - Хорошо. Но может быть в качестве факультатива? Только нескольким желающим? Обещайте хотя бы просто подумать, гуна Асти.
- Асти, можно просто Асти.
- Эээ нет! Мне еще жизнь дорога. Может лет эдак через десять, я и рискну, и то не уверен. Кстати по поводу университета. Я думаю, Карлу будет интересны некоторые лекции. Возможно не все, но в качестве простого слушателя?
- Но Карл не сдает экзамены – заволновалась я.
- Какие экзамены? Кто говорит об экзаменах? Кому они нужны? – с улыбкой лукаво сказал Талек, и продолжил - Важны знания. Так что если ему будет интересно просто послушать некоторые лекции, то я договорюсь.
Про экзамены это он, конечно, соврал, но в случае с Карлом они и в самом деле не важны. Поэтому я взглянула на Карла, и мы оба синхронно кивнули, а Талек улыбнулся.
- А его там ведь никто не обидит? Все-таки…
- Я лично оторву любому, кто посмеет задеть вас или Карла все, что можно оторвать. Но думаю принадлежности к семье Верховного Коннетабля, Главы дома Белых Медведей Вигбьорна Таларктос будет более чем достаточно.
- Вы же пошутили?
- Разумеется – и он многозначительно помолчал и продолжил - Я обойдусь простым отчислением из Университета – снова обезоруживающе улыбнулся Талек.
- А что будет с магазином? Мне бы хотелось забрать оттуда некоторые книги и вещи, а потом продать.
- Вещи я думаю, в большом количестве брать не следует. Мода в столице несколько… скажем так другая.
- Да, я понимаю. Нужно будет пройтись по магазинам – вздохнула я.
- Думаю, что и вам и девочкам это будет полезно. А еще доставит удовольствие? Женщины и магазины? По-моему сочетание на века – хмыкнул Талек.
Да, это если есть деньги, в противном случае это превращается в пытку. А мне еще магазин нужно продать. И потом. Если на девочек я могу и должна буду взять деньги у бывшего мужа, то вот себя и Карла мне нужно будет одевать за свой счет. Я просто не смогу взять их у Бьорна. Я поняла уже, что разлучать меня с девочками он не собирается. Как сказал Талек? «Особняк большой»?
Но это не значит, что я возьму у него деньги на свои новые платья.
В этот момент дверь открылась, и в гостиную вошел Бьорн.
- Ты что-то долго? Девочки не засыпали? - спросил у бывшего мужа Талек.
- Нет, не поверишь. Я зачитался – буркнул Бьорн, устраиваясь в кресле напротив меня.
- Сказку? – удивлённо вскинул брови Талек.
- Не все же мне отчеты читать? Там про то, как девушка полюбила медведя, но волшебник заколдовал его. И если бы она его поцеловала, он бы обернулся и превратился бы в дикого зверя. При обороте медведи сохраняют разум, но волшебство подействовало так, что он бы его потерял и растерзал её. Жуткая вещь. Пока не убедился, что все закончилось хорошо, читать не закончил.
- А как называется? Я тоже не слышал – спросил Талек.
- Эмм… «Медведь»? Так и называется.
- «Обыкновенное чудо» или «Медведь» - ответила я.
- И чем заканчивается? – полюбопытствовал Талек.
- Вот возьми и прочитай. Для медведя все хорошо, для волшебника плохо – проворчал бывший муж.
- Что? Медведь таки растерзал вместо девушки волшебника? – не унимался Талек.
- Это сказка! – буркнул Бьорн донельзя смущённый.
- Это и в самом деле просто сказка, гун Талек, а значит, каждый должен понести наказание за свои поступки, но в тоже время не погибнуть уж так кроваво. Поэтому медведь и девушка уходят вместе. Дом волшебника сгорает, оказавшись всего лишь декорацией, и он остается один.
- Ну не так уж и страшно.
- Не скажи, Талек. Иногда одиночество бывает страшнее смерти - покачал головой муж и посмотрел на меня.
Я отвела глаза.
- Так. Мы пойдем, да и вы не засиживайтесь. Гуна Астрид, спокойной ночи – Талек встал и, подняв из кресла Карла, потащил его на выход.
Дверь за ними закрылась, и мы остались вдвоём с бывшим мужем.
Мы смотрели друг на друга. За семь лет стали ли мы чужими? Я пока не знала ответа на данный вопрос. Но одно я знала точно. Той девочки, что стояла на площади перед парламентом, и в которую был влюблен тогда Бьорн, больше нет.
- Прости. Я должна была тебе сказать – просто сказала я.
За это я и в самом деле должна была попросить прощение. Но только за это. Поэтому и обозначила это сразу, не хотелось тянуть с этим.
- Да. Было бы не плохо – кивнул бывший муж – Ты уже знала тогда? На площади? Перед зданием парламента?
- Нет. Я вообще почти половину беременности проходила ни о чем не подозревая. У меня было много дел. Переезд, заказчики, потом Карл свалился как снег на голову. Я просто не заметила, что что-то не так.
- Что ж это многое объясняет – снова кивнул Бьорк – Если бы ты знала или узнала бы сразу же после побега – то еще был бы шанс вернуться ко мне, и все рассказать. Но чем дольше ты жила на новом месте, тем призрачнее этот шанс становился. Это понятно.
- Ты сильно злишься?
- Да, представь себе я жутко зол. Семь лет жизни пролетели у моих дочерей без моего участия. Я не читал им сказок как сегодня, не покупал первые платья, не вставал по ночам, когда резались зубки. Да, я сильно злюсь – спокойно сказал Бьорн.
Если бы не знала его, то подумала, что он лжет, настолько он был спокоен. Но я знала, что в моем присутствии он никогда не позволял ни ярости, ни злости даже на мгновенье показаться наружу. Он всегда был спокоен и собран.
- Бьорн, я…
- Прежде чем ты наговоришь того о чем потом пожалеешь, я хочу сказать что на тебя я не злюсь – перебил меня бывший муж.
- Нет? Аааа… А на кого? На Урсулу?
- Урсулу?
- Да! Урсулу Бируанг? Она приходила в тот вечер – вспоминать об этом не хотелось, но мне и не пришлось.
Бьорн кивнул.
- Да, я знаю.
-Знаешь?
- Разумеется. Это мой дом, Асти, и мне, разумеется, доложили, что она приходила. Да и откуда бы у тебя взялся пропуск и свидетельство о расторжении брака? Дальнейшее сопоставить было не сложно.
Бьорн невесело улыбнулся и продолжил:
- Возможно, тебя это удивит, но нет. На нее я тоже не сильно злюсь. Хотя я и принял в дальнейшем весьма деятельное участие в ее судьбе.
- Почему? – удивилась я.
- Потому что Урсула медведица, опытная интриганка, светская гуна и свою партию она разыграла талантливо и результативно. Только вот результат был не тот, которого она добивалась. А прямо противоположный.
- Я не поняла? Вы расстались?
- Мы и не сходились, Асти – спокойно ответил Бьорн.
- Что? Но ведь ты сам тогда на площади сказал, что она твоя любовница? Я слышала собственными ушами – запротестовала я.
- Да, сказал, но только вот не это. Ты не подскажешь, как звучал вопрос? Дословно?
Я призадумалась вспоминая. И тут же похолодела от пронзившей меня догадки.
- «Это правда, что вы никогда не были любовником Урсулы Бируанг?» - прошептала я.
- Да. Именно так и прозвучал вопрос. И я был вынужден ответить на него, как ты помнишь - отрицательно. Потому что мы и в самом деле были любовниками. Ключевое слово тут «были» в прошедшем времени. Я расстался с Урсулой, когда начал всерьез ухаживать за тобой, поняв, что ты меня привлекаешь и именно тебя, я хочу видеть своей женой. А до этого мы с Урсулой и в самом деле были любовниками. Но я за те два года нашего брака не изменял тебе ни разу ни с ней, ни с кем то еще. Зачем? У меня была ты.
Я закрыла лицо руками. Осознания своей ошибки обрушилось на меня лавиной. Что же я наделала? Лишила девочек отца на долгие шесть лет, почти семь. Развелась с мужчиной, которого любила. Я ведь его лишила возможности видеть первые шаги дочерей, слышать первое слово, да еще много чего лишила.
А он при этом не злиться на меня?
Мне всего лишь нужно было дождаться и выслушать Бьорна. Разобраться и понять, почему так всё произошло. Сделать выводы и все исправить. Пересмотреть свое поведение с ним и донести до него все то, что меня перестало устраивать. Да и перестало ли? Сидела дома и ничего, абсолютно ничего не предпринимала, что бы уберечь и сохранить отношения с мужем. А нужно было просто говорить и выявлять проблему вовремя. Учитывая, что мы тогда любили друг друга, этого должно было хватить. И возможно мы бы сумели тогда сохранить наш брак.
А теперь поздно. Как же мучительно поздно…
Я подняла глаза на Бьорна, но он не смотрел на меня.
- Бьорн, я…. – но меня снова перебили.
- Асти, не накручивай себя. Ты ни в чем не виновата. Ты спрашиваешь, на кого я злюсь? На себя я злюсь. В той ситуации, что сложилась тогда, я один виноват. Я и только я.
- Ты? Почему?
- Потому что я допустил всю эту ситуацию. Не проконтролировал и пустил на самотек, будучи занятым выборами в парламент и сейчас уже не помню чем еще. Я допустил, что в голове Урсулы зародилась идея, что если тебя не станет, то я сделаю предложение ей. Я использовал Урсулу и это тоже меня не красит. Не важно, что она сама согласилась на эту роль. Мне это было удобно и выгодно. Но у меня были и другие варианты. Я мог выходить в свет и один, и с мамой Талека, и в редких случаях с тобой. Как видишь вариантов много. Но я выбрал тот, что тешил мое тщеславие и щекотал нервы. Доигрался, одним словом.
Он помолчал и продолжил:
- Тебе было двадцать, ты была наивна, романтична и очень неопытна. Где тебе было тягаться с Урсулой? Она рассчитала все просто по нотам. Сначала те публикации в газетах. Я тогда от них отмахнулся, решив что мне они никак повредить не могут, а лишняя шумиха наоборот пойдет на пользу в преддверии выборов. Потом она сама пришла к тебе и поведала, что спит со мной. Потом ты попала в толпу, где наперебой обсуждали именно это. И как вишенка на торте я признался во всеуслышание, что мы с Урсулой были любовниками. Толпа это подхватила, переврала, переиначила и ты поверила. Любой на твоем месте поступил после такой массированной атаки точно так же.
- Но я должна была дождаться тебя – запоздало осознала я.
- Да. Было бы здорово, если бы ты это сделала. Но и тут твоя реакция понятна. Ты посчитала, что я предал тебя. А с предателями не разговаривают, от них уходят. Это был логичный поступок.
- Ты не был предателем.
- Но ты об этом тогда не знала. Более того. На твоем месте я поступил бы точно так же.
- Ты бы меня выгнал, даже не выслушав?
- Я не знаю. Возможно, и выслушал, но вот поверил бы? А потом да. Сделал бы точно так же как и ты. Поспешил бы прервать всякие отношения.
Мы помолчали.
- Этот разговор должен был состояться семь лет назад – грустно сказала я.
- Я надеюсь, что еще не поздно хоть что-то исправить? – внимательно посмотрел на меня Бьорн.
- Как ты себе это представляешь? Вернуться в начало невозможно и время вспять не повернешь – покачала я головой – И ты и я наделали слишком много ошибок.
- В основном я – покачал головой бывший муж - Мне нужно было донести до тебя мысль, что с Урсулой у меня чисто деловые отношения. А я этого не сделал – это главная ошибка. Вторая ошибка, что я подпустил так близко Урсулу. Ты была не готова на тот момент к выходам в свет. Тебе это было тяжело и физически и эмоционально. Поэтому я решил, что на всех этих мероприятиях я буду появляться с Урсулой. Тебя это не беспокоило, потому что выходы в свет тебя не привлекали. И Урсула это прекрасно понимала. Но вот то, что мы с ней любовники – тебя не могло не задеть. Я просчитался и в итоге получил то, что получил.
- А что Урсула?
- А ты не слышала? Хотя, да. Столичные новости до вас наверняка доходили в урезанном виде, а газет ты ведь по-прежнему не читаешь?
- Да, не читаю – подтвердила я.
- Она очень удачно вышла замуж. За младшего сына главы дома Мелурсус. У них родился сын несколько лет назад. Она счастлива. Мы с ней встречались буквально месяц назад на одном из приемов. Ей искренне жаль – сказал Бьорн.
- Ей жаль?! – вскипела я.
- Да, она сожалеет и каждый раз просит у меня прощения за то, что тогда натворила. Я сам поспособствовал этому браку. Её стало слишком много в моей жизни. Она ходила обедать и ужинать в те рестораны, где обычно это делал я. Она была на каждом приеме, на котором я должен был появиться. Я злился каждый раз, когда видел ее. Понимал, что сам виноват, что привел к такой ситуации, но все равно злился. И я принял меры. Она больше не живет в столице. Они с мужем бывают там наездами, только на праздники и торжественные мероприятия. Живут же в столице медведей Мелурсус.
- Прости, но я не верю в ее раскаяние раскаяние. Люди и медведи не меняются. Они способны поумнеть, повзрослеть, набраться опыта. Но если внутри они были гнилые, то, как мне кажется, исправить это уже нельзя.
Бьорн внимательно посмотрел на меня.
- Раньше в твоей голове таких мыслей не было – протянул он.
- Со мной я надеюсь, произошло именно это. Я поумнела, повзрослела и набралась опыта.
Я снова поймала на себе внимательный взгляд мужа. А потом он вернулся к прерванной теме.
- Урсула была не одна.
- Не одна?
- Да. Урсуле помогли. И мысль эту вовремя ей внушили, и пропуск для нее достали и разрешение на развод. А дальше она уже сама справилась. Подкуп нескольких журналистов и заказные статьи.
- И кто же?
- Один из племянников главы дома Барибалов. Мы с ним давно на ножах. Его участие, правда, ограничивалось минимальной помощью Урсуле, а мне он так - хотел досадить. Он не рассчитывал на такой «успех» - ухмыльнулся Бьорн.
- Ты все это потом выяснил?
- Да. У меня было время. Я тогда взялся за дом Барибалов вплотную. Их численность в Парламенте сократилась вдвое. Так что Глава сыночка за эту «шалость» по головке не погладил.
- А ты искал меня?
- Да. Я практически тут же бросился в погоню. И я почти успел. Но, увы, ты уже улетела, и на каком конкретно дирижабле я не смог установить. Нужно было продолжать поиски, но тут я совершил следующую ошибку.
- Какую?
- Я тебя отпустил. Я решил, что если ты вот так ушла, то без меня тебе будет лучше. Захочешь – вернёшься. И я прекратил поиски.
Я потерла пальцами виски. Почему я тогда поверила? Почему не дождалась Бьорна? Почему не поговорила?
- Асти, не нужно себя накручивать. Я старше тебя, опытнее, я мужчина, в конце концов. Согласись, что спрос с меня и с наивной девочки – совершенно разный.
- И что теперь? – подняла я на него глаза.
- Мы вернемся в столицу и попробуем все с начала? – спросил он у меня.
- Нет – покачала я головой.
- Нет? – переспросил Бьорн.
- Вернее не так. Я не готова. Мы прожили врозь семь лет. Это большой срок и я изменилась и ты тоже. Да возможно ошибки мы осознали, но так же есть вероятность, что мы теперь уже друг другу не походим. Я готова принять твою помощь, готова разделить с тобой ответственность за воспитание детей, но я не готова снова быть твоей женой – покачала я головой – И уж точно не собираюсь снова выходить за тебя замуж.
- Это в принципе и невозможно. Мы не можем пожениться – вдруг хмыкнул Бьорн и, улыбнувшись, продолжил – Асти, что бы я смог на тебе снова женится, то я должен сначала с тобой развестись. А я этого делать не собираюсь. Развода я тебе не могу дать. Даже и не проси. Во всяком случае, пока мы не попробуем все наладить. А вот если не получится тогда и поговорим на эту тему.
- Что? – я хватала ртом воздух от неожиданности.
- Асти, цветочек, для развода нужны двое? Ты этого не знала?
- Но я же тогда подписала то разрешение? – удивилась я.
- Да. Ты подписала. Только вот я в тот момент, когда увидел его, мягко говоря, был сильно зол. Я швырнул его в камин вместе с теми злополучными газетами, на которых оно лежало.
- Оно сгорело?
- Да. Почти мгновенно.
- А свеча в храме?
- А что с ней? Она горит.
- Я ее потушила – пролепетала я.
- Ты потушила, а я зажег – невозмутимо пожал могучими плечами Бьорн.
- А разве так можно?
- Если в тот же день то – да. Так один из супругов выражает свое несогласие. Я тогда не согласился и в ту же ночь ее зажег.
- Она что до сих пор горит?
- Да. Я прихожу в столичный храм, где нас объявили мужем и женой, один раз в два месяца и меняю ее – снова невозмутимо ответил Бьорн.
Я схватилась за голову.
- Мы женаты? Все семь лет мы были женаты? Но ты ведь Верховный Коннетабль? Почему ты не развелся со мной за эти семь лет? – неверующе спросила я, поднимая на него глаза.
- А зачем? – снова пожал он плечами.
- Как это зачем? – не поняла я.
- Я не собирался снова жениться. Не встретил за семь лет ни одной женщины, которой бы удалось зародить подобную мысль у меня в голове. А наличие жены очень удобная вещь. Отпугивает медведиц-охотниц знаешь ли. И их мамаш заодно. В столице о тебе ходит немало слухов. Загадочная жена Верховного Коннетабля Белых Медведей – хмыкнул он – Но в основном все думают, что ты живешь уединенно в загородном поместье и в столице не бываешь по причине слабого здоровья и нежелания. А я тебя там навещаю. Я регулярно мотаюсь по Коннетаблю, частично это подтверждая. Я эти слухи не поддерживал, но и не опровергал. Они мне были очень удобны.
Он посмотрел на меня и сказал:
- И вот сейчас я думаю, что не разводится с тобой, было самое мудрое, что я сделал тогда, семь лет назад.
Это просто не укладывалось у меня в голове.
- Да, Асти, цветочек. Ты моя жена. И я очень надеюсь, что ею и останешься. Потому что я намерен бороться за свою семью, дочерей и за тебя.
Я снова потерла виски. Нет, колокола в голове не было, но все же свалилось на меня снова слишком много. Я посмотрела на Бьорна и твердо сказала:
- Хорошо. Мы попробуем. Но ты должен пообещать, что дашь мне развод, если у нас не получится. А как я уже сказала, мы оба семь лет жили врозь. У нас появились и новые привычки, и новые желания. И это может не устроить как тебя, так и меня. Поэтому я согласна попробовать, ради семьи и ради девочек, но только при условии, что получу в случае неудачи развод. Развод на моих условиях.
- Хорошо. Но неудачи не будет. Я этого не допущу. Мы подходим друг другу Асти. И даже сейчас, когда ты колючая как цветок, вдруг вырастивший шипы ты все равно волнуешь меня больше чем кто-либо еще, за эти семь лет.
Я не знала, что сказать на это. Бьорн, безусловно, привлекательный мужчина и он мне всегда нравился. Но только вот сути это не меняет. Мы натворили дел, и мне было очень больно тогда. Мне нужно убедиться, что подобное не повториться.Что мы оба готовы к семье и ответственности за нее. Что мы в случае чего будем вместе и вместе преодолеем сложности и проблемы которые возникнут у нас на пути. А то, что они будут можно и не сомневаться.
- И еще. Девочек мы в это впутывать не будем – ответила я.
- И в мыслях не было. Ты же поможешь мне с ними подружиться?
- Они уже от тебя без ума. Ты движешься в правильном направлении. В этом возрасте все проще. Ты спаситель, так что у вас все получится, если не будешь сильно ошибаться. Но мы справимся – кивнула я.
Девочек вот и в самом деле вмешивать не нужно. Им нужен отец и защитник. Поэтому я сделаю всё, что бы они поладили и препятствовать этому уж точно не буду. Бьорн будет хорошим отцом.
Но вот наши отношения с Бьорном лично для меня под очень большим вопросом.