Глава 10. Холодный прием и теплая встреча.

От услышанного экспрессивного заявления почувствовала как предшествующее встрече с «родственничками» волнение и тревога сменяются хладнокровной злостью. Не той самой яростью со стучащей в висках кровью, а напротив, каким-то веселым азартом, пузырящимся задором. А ещё я успокоилась – неизвестное всегда пугает сильнее, чем вполне знакомые проявления чужого неприятия. С этим-то справлюсь.

Ох, Мариша, как же тебя угораздило обзавестись такой родней? Хотя мужа ты явно любила, а уж дочку...

Ещё пару секунд полюбовалась на то, как казавшаяся только что несокрушимо надменной дамочка пытается одновременно внушить свою уверенность в правоте эду Келайну, и испепелить презрением меня, даже на миг заволновалось, не хватит ли ее удар! Раньше времени.

Но не стала дожидаться, чем ответит поверенный почтенной эде, а улыбнулась на все тридцать два и развернулась к магу, привлекая к себе внимание, беря мужчину под локоть, и заговорила, демонстративно игнорируя эду Морне.

- Ну вот, уважаемый эд, а вы так не хотели рассказать мне заранее о тех, с кем сейчас живет моя племянница, - проговорила с легкой укоризной, качая головой. – Зря! Ведь честнейшие представители своего вида! – продолжала рассуждать, совершенно не глядя на мадам. – Видите, сразу показали, как следует вести себя с теми кто, по их мнению, находится ниже в пищевой цепочке! И да, моя искренняя благодарность Его Величеству, уверена, здесь я получу именно те уроки, что запомню на всю жизнь.– Я улыбнулась ещё шире, - Здорово, правда? Не пришлось даже долго гадать, отчего сестра предпочла моё общество для дочери, вместо столь высокородной родни. Эда ведь всё сама сказала, что нельзя становиться между нею, иее планамина Ассель. Марина точно знала, что я не люблю, когда к моим близким относятся, словно к призовым лошадям. – И добавила доверительно, склоняясь к внимательно слушающему меня мужчине, - Хотя эда непоследовательна: полукровок, значит, мы априори не терпим, а вот если кровь ещё больше разбавлена божественным коктейлем, что наверняка течет в венах столь великих фамилий, то такое дитя уже пригодно для нужд рода?

Я изобразила задумчивость, походя отмечая, что леди взбешенно сузила глаза и яростно стискивает свою мелкую тварюшку на руках. Даже пожалела животину – прости, демоненок, тебя задело по касательной. Эда Италиэн прекрасно поняла, что я специально делаю вид, будто ее тут нет. Всегда знала, как людей выводит из себя, когда о них говорят в третьем лице в их же присутствии. Ну, так я лишь повторила то, что она минуту назад позволила себе проделать со мной!

Вообще-то стараюсь изначально к людям относиться хорошо, а потом уж взаимно. И видит боги этого мира, не я первая начала боевые действия.

Как ещё мадам не встряла с очередным ценным мнением? Видимо все же вспомнила, что аристократкам не положено с нами плебеями вступать в дебаты. Эд Анатель тоже не перебивал, но в его глазах читалась снисходительное любопытство: интересно ему, похоже, чем все это закончится. Нет, мне даже импонирует этот интриган. Хотя и гад редкий, но вот насколько ядовит – пока не поняла.

- Только, знаете, вы при случае объясните эде Морне, что генетика так не работает. Не стану обсуждать причину столь прискорбного незнания элементарных вещей, может, имеются пробелы в образовании в вашем мире – тут уж вам виднее, – выдала я все также ровно, тщательно пряча сарказм, и продолжила лекцию менторским тоном, - Но существуют доминантные и рецессивные гены и тут, простите, простым сложением или вычитанием дело не решается! А говоря понятным для вас языком, и не вдаваясь глубоко в терминологию, то, если уж кровь нашего рода Аскер сильна, то тут сколь не подмешивай иную, чистокровных Морне не выйдет! - Слегка развела ладони для усиления эффекта, при этом, так и не отпустив локоть поверенного. – И я не думаю, что за полгода, которые мы не виделись, Ассель изменилась настолько, что перестала внешне быть почти копией нашей уважаемой родственницы - вылитая бабка Пелагея Викторовна Аскер, - я демонстративно пожала плечами. – Природа, куда деться! Так что нам с ней действительно лучше держаться вместе до тех пор, покаМарина не разыщется.И мы непременно это сделаем, при первой же возможности, дабы не портить чужих иллюзий о чистоте расы, крови, оттенке кожи и прочего, что так ценится в ваших кругах. – Я наморщила лоб, сведя брови, - Впрочем, в моем мире подобная сегрегация уже практиковалась и не раз. Пусть и не по принципу «маг – не маг», но не ново, не ново... Рассказать, кстати, чем в итоге обычно заканчивалось? – поинтересовалась с вежливой улыбкой, вопросительно глядя на мужчину.

- Полагаю, эду Келайну подолгу службы известна занимательная история вашего мира! – раздался за спиной до мурашек леденящий голос.

Что ж, не сказать, что не ждала чего-то подобного, после того, как головоломка сложилась, явив театральным жестом эда Келайна необходимые детали.

То, что не слишком галантный спаситель падающих в изнеможении после межмирового перехода девиц должен появиться на сцене, я почти не сомневалась. Правда, уверенности, что по склону горы к «Старым дубам» мчался в каре именно он, у меня, конечно, не было. Да, если честно, я почти успела забыть о виденной машине – тут как бы было на что смотреть и от чего несколько потерять бдительность. Да и эти магкары ездят настолько бесшумно, что в моем понимании, уже должны передавить по приличной кучке народа каждый, даже, невзирая на не самые высокие скорости! Так что не удивительно, что кое-кто подкрался и, вероятно, прекрасно слышал разговор.

Увидела, как стоящая напротив хозяйка поместья гордо вскинула подбородок, просветлев лицом, явно удовлетворенная подоспевшей подмогой.

Мы с эдом Анателем синхронно развернулись к говорившему. Я отпустила руку моего сопровождающего, машинально расправив плечи, и посмотрела на находящегося шагах в пяти от меня уже знакомого мужчину.

Не ошиблась. При ярком свете пока не спешащего за горизонт светила, рассмотреть члена семейства Морне было намного проще, чем из-под ресниц в полутемном кабинете Алитейской станции. Эд Ксандр Морне оказался как минимум на голову выше меня. Крепкий, хорошо сложенный молодой мужчина лет тридцати на вид. Длинные волосы завязаны в небрежный хвост, но темный костюм (или как там называются все эти мужские туалеты века этак девятнадцатого?) в идеальном порядке. Одна рука небрежно засунута в карман, второю опирается на трость – похоже, что в Аскании это элемент моды, а может и вид оружия.

По выражению лица трудно определить эмоции, но он скорее спокоен, чем раздражен, в отличие от своей матери. Особенно мешал считывать мимику невольно притягивающий к себе внимание шрам, идущий через правую щеку, не затрагивающий глаз, но пересекающий бровь. Кожа бледная, четко очерченные губы сжаты, светло зеленые, слегка прищуренные глазищи буквально препарируют мою фигуру и лицо, совершенно не стесняясь столь невежливо рассматривать малознакомую девушку. Суровый и бесцеремонный тип. Почти пугающий. Спасибо хоть брезгливое выражение кривящихся губ нынче удержал при себе.

Почувствуй себя мотыльком в сачке у энтомолога, Вера. И порадуйся тому, что ты вряд ли потребуешься для коллекции, иначе быть тебе наколотой на булавку...

Метафора вышла так себе, потому что моё живое воображение, не иначе как от усталости, почему-то вместо картинки пришпиленной бабочки выдало нечто эротическое. И это уж совсем было делом странным, ведь сей аристократический сноб, да ещё и из «вражеского лагеря», совершенно точно не твой типаж!

И какое счастье, что подобные внутренние монологи пролетают в мозгу со скоростью пули, не успевая серьезно отвлечь.

- Ксандр, сын, ты весьма кстати, - очнулась наша королева.