25

Тимофей

Георгий зашёл в кабинет спустя несколько минут, за это время я немного успокоился. Хотя гнев всё ещё бурлил во мне огненным вихрем по венам.

— Ты нашёл, что я просил? — с порога набросился я на безопасника.

— Конечно, Тимофей Филимонович, всё сделано в лучшем виде, — он протянул мне тонкую чёрную папку.

Я стал изучать досье на Семёнова Алексея Радиковича, двадцати четырех лет отроду, и Умнову Веру Максимовну, двадцати трех лет отроду.

— Скажи мне Жора, а это не тот самый Умнов Максим Петрович? — прищурившись, я смотрел в упор на расплывшегося в улыбке безопасника.

— Он самый, — Георгий был явно доволен произведённым на меня эффектом. — Я ещё видео нашёл, на почту тебе скинул, правда не думаю, что в таком состоянии тебе его следует смотреть.

— И в каком я состоянии? — я уже подошёл к своему столу и сел в кресло, открывая почту.

— Ты сегодня какой-то злой, — пожав плечами, Георгий сел напротив меня в кресло для посетителей.

— Будешь тут злым, — я взялся двумя пальцами за переносицу и стал массировать её, головная боль уже давала о себе знать.

— Опять мигрень? Таблетку-то хоть выпил? — уточнил безопасник, поднимаясь с кресла и подходя к шкафу, ища там аптечку.

— Не нужны мне никакие таблетки, — испепеляя взглядом друга, ответил я.

— Как знаешь, — ставя передо мной стакан воды и обезболивающее, Жора занял всё то же место напротив меня.

Понимая, что он прав, я сморщился и заглотил таблетку. С детства не любил всякие пилюли, но прекрасно зная свой организм — сдался. Если не купировать боль сейчас, она может сопровождать меня больше недели. А мне совершенно не хочется валяться пластом.

Нажал на воспроизведение видео и не поверил своим глазам. Сначала этот упырь тащил насильно мою девочку за руку, было видно, что она сопротивляется, потом пытался облапать. Чётко было видно, как он держит её за горло одной рукой и пытается залезть под юбку. Через несколько секунд появилась девка и стала лупить Дашу. Вздрогнул от хруста сломанного пополам карандаша, который держал в руке.

— Уничтожу! — зарычал на весь кабинет, поднимаясь и отбрасывая от себя кожаное кресло.

— Успокойся, — Георгий смотрел на меня нахмурившись. — Ещё одно видео есть, вначале его посмотри.

Подошёл к бару и, достав бутылку минеральной воды, вернулся на своё рабочее место под пристальным взглядом безопасника.

Открыв второе видео, я непонимающе смотрел на дату внизу картинки.

— Это где было? — ставя на паузу, чтобы не разбить экран, схватил телефон.

— Около ресторана, они там отмечали окончание института, — спокойно ответил Жора, откинувшись на спинку стула.

— Хорошо, спасибо, — я пил мелкими глотками воду из бутылки и сверлил друга взглядом.

— Вызвать? — кивнул на свой телефон Жора.

— Подожди, что там с Виктором? — сцепил руки в замок, чтобы ничего ненароком не разбить.

— Он действительно вернулся месяц назад, и знаешь что? Он просто этот месяц развлекался с какой-то женщиной, — наблюдая за моей реакцией, проговорил он.

— Охренеть! — я всё-таки стукнул по столешнице обеими ладонями. — Выяснишь кто? — подавшись вперёд, прищурившись, наблюдал, как улыбка расползается на лице Георгия.

— Мои ребята уже следят за домом, — не разрывая со мной зрительного контакта, изрёк он. — Смотрю, голова уже прошла, тогда я пойду, — направляясь к двери, Жора остановился. — Ты Максима Петровича не сильно прижимай, у него сердце слабое. Я понимаю, что тебе срать! Но и предупредить обязан.

Я лишь кивнул в ответ и откинулся в своём кресле, прикрыв глаза. Через пару минут в дверь постучали, и, получив разрешение, вошёл мой зам, которого я назначил начальником филиала на другом конце города. Скорее всего, Георгий заранее его вызвал, зная мою реакцию.

— Добрый вечер, Тимофей Филимонович, я отчёты привез, — улыбаясь во все свои тридцать два, он положил на мой стол пару папок и флеш-накопитель.

— Присядьте! — не смог сдержать гнев, и мужчина, округлив глаза, плюхнулся в кресло.

— Тимофей… — прервал его, выставив руку вперёд.

Повернул экран в его сторону и запустил видео почти трёхмесячной давности.

У мужчины лицо то белело, то желтело, то вообще становилось красным как варёный рак.

— Я не понимаю, — он смотрел на меня во все глаза. — При чём здесь моя дочь со своим женихом и эта…

— Заткнись и только после того, как подумаешь, открывай свой рот, — рявкнул я в лицо мужчины, в считаные секунды оказавшись рядом с ним.

Он вжался в спинку кресла, глаза расширены, бегают из стороны в сторону, и лоб покрылся бисеринками пота.

— Смотрим дальше и желательно придумываем оправдание своей дочери, — нажал на воспроизведение второго видео, облокотившись на край стола и пристально следя за реакцией Максима Петровича.

Мужчина ещё больше стал трястись в кресле, теребя в руках белоснежный платок.

— Это монтаж, — воскликнул он, когда воспроизведение закончилось.

— Уверен? — перейдя на «ты», спросил я, приподняв вопросительно бровь.

— Конечно, моя Верочка не может быть такой, — утирая лоб, заикаясь, проговорил Максим Петрович.

— Тогда жди суда, моя невеста подала на них заявление, — из последних сил сдерживая в себе гнев, сказал я, выплёвывая каждое слово.

— Кто невеста? Вот эта оборванка? — судя по всему, мужчина не сразу понял смысл произнесённых мной слов.

— Пиши заявление, — спокойно протянул ему чистый лист и ручку.

— Какое заявление? — ещё больше растерялся он.

— На увольнение, — пожал я плечами и сел в своё кресло.

— Из-за чего? Из-за какой-то… — не понимая, что ещё больше себя топит, воскликнул мой зам.

— Ещё раз повторю, — процедил сквозь зубы, — думай, прежде чем говорить о моей беременной невесте!

— Беременной от Вас? — конкретно тупил мужчина.

— Но не от этого же недоумка! — рявкнул так, что мужчина подпрыгнул на месте.

— Простите, — хлопая ресницами, проблеял он. — Верочка сказала…

— Мне срать, что сказала твоя дочь! — зам окончательно вывел меня из себя, так что, подскочив, я схватил его за грудки.

— Извините, Тимофей Филимонович, — синими губами произнёс мужчина. — Но я верю своей дочери!

— Георгий! — заорал я на весь кабинет, зная, что друг караулит за дверью. — Убери эту мразь из моего кабинета и ещё… «волчий билет» ему выпиши!