Глава 3

— Ч-что простите?

— Я говорю, коня, пожалейте. Читать мужчине о том, как девчонка целыми днями любуется на себя в зеркале и вздыхает от количества комплиментов своих поклонников, — верх скуки. — Подойдя ближе, незнакомец вальяжно опирается плечом о балку, складывая на груди руки. — Глупее героини я не встречал.

— Вы хоть читать-то пробовали, прежде чем делать такие заявления? — опасливым взглядом скольжу по его спортивному телосложению и возвращаюсь к лицу. — Сомневаюсь, учитывая, как узко вы мыслите.

Мужчина раздражённо закатывает глаза и отталкивается от балки, начиная медленно расхаживать по конюшне.

— Знаете, сколько стоит такой конь?

Я молчу, стараясь скрыть своё нарастающее недовольство, вызванное этим хамоватым типом.

— Арабский скакун, — продолжает он будто с издёвкой. — Чистокровный жеребец. Конь иноходец с отличными скоростными качествами, купленный за девятнадцать миллионов долларов, теперь гниёт в конюшне под голос избалованной девчонки, читающей ему книжки.

Воздух в одну секунду превращается в керосин, и каждый вдох обжигает меня изнутри злыми языками ярости.

А стоимость этого коня, словно удар кувалды по колоколу, оглушает меня до полного оцепенения, и я продолжаю сидеть молча, до боли вцепившись пальцами в подлокотники.

— Джаро чересчур щедрый. Не припомню за ним такого. Или вы успели побывать в постели моего брата? — мужчина останавливается в шаге от меня и замирает на моём лице взглядом. — Ну, и каков его член на вкус?

Последние слова, как ударом хлыста, разбивают кокон моего самообладания, и в следующую секунду моя ладонь со звоном обрушивается на его щеку.

Кажется, что за одно мгновение воздух прекратил циркулировать в легких, и я с жадностью вбираю его губами. В крови вспыхивает пугающая доза адреналина, и я чувствую на вкус некий… азарт, который за жалкую секунду разрушает привычные месяцы моего спокойствия.

— Мой брат говорил, вас не оторвать от этого кресла.

Немного отойдя от охватившей меня злости, я понимаю, что встала. Сама. Тут же ощущаю, как моя голова тяжелеет и все начинает плыть перед глазами, но упасть мне не дают его сильные руки, что стальными прутьями мгновенно обхватывают мою талию. После чего этот мужлан поднимает меня вверх и направляется на выход из конюшни.

— Или всё это время вы симулировали, чтобы вызвать жалость к себе? — с нотой презрения усмехается этот мудак, отчего моя ладонь вновь начинает зудеть от желания огреть его посильней, но горло сковало так, что я не в силах выдавить ни единого звука.

Пытаюсь прислушаться к своему телу, но оно молчит. Всё настолько стремительно происходит, что я просто-напросто не могу понять, как мне реагировать на эту ситуацию. Да и, пораженная такой откровенной наглостью, я почти до самого дома не нахожу, что ответить.

— Вам однозначно стоит начать заниматься спортом, вы на весы хоть раз вставали? — он нарочно подкидывает меня на руках, а мои глаза от шока раскрываются, когда в голове отчётливо повторяются его слова: «Мой брат…»

Ну, конечно! Тот самый, что далёк от деликатности. Отличное знакомство. Я придушу Эзио.

— Мне кажется, вы переоцениваете функцию телохранителя. Уберите от меня свои руки и верните на место! — но видя, что ему абсолютно наплевать на мою просьбу, я сильнее вонзаю ногти в его крепкие плечи. — Сейчас же!

Только вот добиваюсь я обратного: мужчина опускает меня на ноги, и мне приходится испуганно обхватить его за шею, чтобы не рухнуть перед ним с позором на землю. Потому что сейчас я абсолютно дезориентирована. Правда, спустя секунду я ощущаю его огромную ладонь там, где её не должно быть. И такое бестактное поведение приводит меня в привычную ярость.

— Руку с моей задницы уберите! — едва не рычу на этого мужлана.

— Ты первая схватилась за меня. Рефлекс, — саркастично ухмыляется он, еще ближе склоняясь к моему лицу, но я тут же отворачиваюсь и ощущаю, как его горячие руки перемещаются выше, но легче мне от этого не становится.

— Спасибо должна сказать. Так бы и сидела дальше в своём гребаном кресле! Или ты ждёшь, когда твои мышцы перестануть работать? Не будь дурой и вылези из романов. Ты живёшь в другом мире. Пора бы уже принять судьбу и вернуться на своё место!

От такого красноречия я раздражённо возвращаю свой взгляд обратно к его лицу.

— Что-то я не припомню, чтобы мы перешли на ты. И разговаривать со мной в таком тоне не нужно. Ты всего лишь телохранитель. Не нарушай субардинацию.

— Сейчас тебе мой братец обрисует картину, кто и что тут нарушает. Терпеть высокомерную выскочку в коляске я не собираюсь.

Звук звонкой пощёчины вновь разлетается в сгустившемся вокруг нас воздухе, когда моя ладонь покрывается сотней колючих иголок.

Челюсти мужчины сжимаются с такой силой, что напряжённые желваки выступают над кожей, но я бы и ещё раз ему заехала.

— Отнеси меня обратно в кресло, — болезненно сглатываю подступившие от обиды слёзы. — И можешь сказать Эзио, что мне не нужна нянька, тем более в лице его жалкого братца.

— Твоего мнения здесь никто не спросит. Поверь, я здесь тоже не по собственному желанию. Так что советую прикрыть рот, чтобы в ответ тебе больше не прилетали мои колкости. Нежничать с тобой я не собираюсь.

С этими словами он поднимает меня на руки и заносит в дом, небрежно опуская на диван в холле, после чего отступает назад. У камина стоит Эзио, вращая в руке шахматную фигуру, ни разу не упустив её из вида.

— Я польщён, Гектор.

— Эзио, может, объяснишь мне, что всё это значит?

— Это Гектор, — невозмутимо отвечает Джаро, сжимая фигурку в кулак и переводя на меня свой серьёзный взгляд.

Но заметив, что я собираюсь вывалить на него всё, что так кипит внутри, он заранее останавливает мою тираду спокойным жестом руки.

— Менять я никого не буду. По-хорошему ты не понимаешь, я давал тебе время и людей, которые носились с тобой. Гектор альтернативный вариант, но более действенный. По крайней мере, ты уже не в кресле.

— И больше не будет в нём. Я сегодня же сожгу этот хлам. Маленькая лгунья прекрасно продемонстрировала умение ходить. Не так ли?

— Себя сожги! Это всё произошло случайно! — раздраженно цежу этому ослу.

— Но ведь произошло? Мой метод сработал.

— Да пошёл ты! — показываю средний палец своему «недо-телохранителю», замечая, как на это ухмыляется Эзио, вынимая из пиджака портсигар.

— Ничего. — Гектор резкими шагами подходит к нему и первый берёт сигарету, зажимая ее зубами. — День потаскаю, на следующий сама захочет ходить. — Прикуривает и выпускает клуб дыма, вновь возвращаясь ко мне своим сосредоточенным взглядом. — От меня она быстрее захочет избавиться, я ведь не такой уютный, как кресло, верно?

Перевожу своё внимание на Джаро, умоляюще заглядывая ему в глаза.

— Эзио, я прошу тебя…

— Мне нравится, как он действует на тебя. Гектор не подвёл моих ожиданий. Тебе нужно вернуться в колею как можно раньше, Джиа. Произошли небольшие изменения в планах, и мне придется задержаться в России подольше. На время моего отсутствия вы отправитесь в Америку. Филиция тоже полетит с вами. Погостите у её родни. Так безопаснее.

— Но почему он? Почему Америка? Я никуда не хочу уезжать! — капризно задаю вопросы.

— Потому что я доверяю ему. Потому что он надёжный и хорошо обученный человек. Потому что вы оба не пришлись друг другу по вкусу. И потому что Америка сейчас — самое спокойное место. В Италии ты легкая добыча. Твоя тётушка выпустила своих псов на разведку, и не в твоих интересах, чтобы она раньше времени узнала о своей выжившей любимой племяннице.

Пульс зашкаливает настолько, что уши закладывает. Как же мне хочется заорать, чтобы затмить ярую необходимость выплеснуть из себя отравляющую вены злость.

— Я дам тебе пару дней свыкнуться с переменами. Но в понедельник ты безоговорочно собираешь свои вещи и летишь в Америку. С моими братом и женой. По-моему, эта поезда — идеальная возможность всем вам найти общий язык.

Эзио жадно прикуривает сигарету и спустя секунду его лицо утопает в дымовой завесе.