Глава 44

— Не нарывайся на неприятности, Гектор. Хочешь, чтобы Балдо оттащил тебя от меня, как дворового пса? — нарочно подначиваю, чтобы подубавить его пыл. Наперед знаю, что этот разговор не приведет ни к чему хорошему. Но стоит отдать ему должное за то, что он не боится Рафаэля.

— Твой лысый надзиратель спит. Так что заработать неприятности у тебя сейчас больше шансов, — Гектор подается вперед, стирая с моего лица уверенную ухмылку. Паршивец. И без того разгоряченная обстановка накаляется еще больше. — Я задал вопрос.

Вот же засранец. Он явно переоценивает свои силы в данной ситуации. Но его этот командирский тон все же делает свое дело и провоцирует закипеть кровь в венах, которые сейчас больше напоминают огненные трубы.

Что ж.

Громко опустив бутылку на подоконник, я с вызовом привстаю на колени, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

— А что, если мы уже трахались? М? Что тогда? Скажешь, что я шлюха? Ах, да. Наверное, ты поэтому меня и хочешь?! Тебе ведь нравится трахать шлюх?

Знаю, что болтаю лишнего, но алкоголь и мой острый язык прекрасно поладили, посылая здравый смысл куда подальше.

— Ты невыносима, — медленно произносит он, укоризненно покачав головой. — Тебе повезло, что я сейчас… не в форме. Иначе отшлепал бы твою задницу прямо на этом подоконнике.

— Отвали, Гектор. Моя задница не достанется тебе.

Резко спрыгиваю на пол, желая скорее покинуть кухню, но, схватив за локоть, Гектор возвращает меня на место, и я замечаю, как на его лбу появляется глубокая морщинка.

— Почему он?

— Отпусти меня.

— Нет.

Проклятье! Зачем он пытается спровоцировать меня?

— Гектор, прошу тебя. Я не хочу говорить о нем. Не хочу причинять боль ни тебе, ни себе. Мне сейчас и так сложно…

Замолкаю, когда его пальцы бережно обхватывают мою кисть и скользят по плавным линиям татуировки. Рвано выдохнув, прикрываю глаза. Почему-то сейчас я возжелала содрать с себя эту метку. Живьём вместе с кожей, которую теперь начинает жечь от его прикосновений. Потому что эта тату связывает нас. И она многое для меня значит, как и сам Гектор… Но единственное, чем я смогу отблагодарить его, — боль. Потому что я люблю другого мужчину. Потому что дьявол первым связал мою душу. И изменить что-либо мне не подвластно. Я сама не понимаю, что между нами с Рафаэлем происходит. Не знаю, смогу ли подпустить его к себе вновь. Смогу ли любить… Ничего не знаю. Но знаю одно: рано или поздно я сдамся. Ох, нет. Не хочу сейчас об этом даже думать. Наверное, мне просто нужно время.

Гектор по-прежнему на меня не смотрит, выводя невидимые узоры на моих шрамах.

— Что во мне особенного? — вкрадчиво шепчу я, вглядываясь в лицо Гектора, пока его внимание сконцентрировано на татуировке. — Ты сказал, я наркотик… Что ты имел в виду?

— Ничего, — Гектор резко поднимает на меня взгляд холодных малахитов. — В тебе нет ничего особенного, Джиа, — строго слетает с его губ, а у меня в груди буквально начинается землятресение от сказанных им слов. Не в силах скрыть нагрянувшей обиды, я выдёргиваю свою руку, но уйти у меня не получается. Гектор обхватывает ладонью мой затылок и, притянув меня ближе, прижимается губами к виску. — Рядом с тобой мужчина чувствует себя особенным, понимаешь? А этого достаточно, чтобы сойти с ума и подсесть на тебя как на гребаный героин.

Потупив глаза в пол от ужалившей меня неловкости, невзначай заправляю волосы за уши, едва скрывая участившееся дыхание. Я никак не ожидала услышать такого ответа, и мне даже нечем парировать ему, поэтому выпаливаю первое попавшееся на язык.

— Давай просто напьемся? — отстраняюсь, заставляя себя посмотреть в его зелёные глаза, которые вспыхивают каждый раз, стоит нашим взглядам лишь пересечься, но я тут же отвожу свой в сторону, побоявшись, что он прочитает в нем беспокойство, вызванное его словами. — Я устала, Гектор. Хочу расслабиться, пока у меня есть такая возможность.

— Хочешь выпить в моей компании? Или позлить своего престарелого муженька?

Снисходительно вздохнув, складываю руки на груди.

— Я хочу просто напиться. С тобой или без, — пожимаю плечами, — все равно, — стараюсь вложить в свой голос как можно больше безразличия.

Не хочу больше вестись на его провокации. Сегодня я не хочу никого, кроме себя. Сегодня я разрешаю себе быть свободной. Мне это необходимо. В конце концов, я имею право развеяться. И с этим настроем я устремляюсь на выход, однако меня не покидает ощущение, что это всего лишь жалкая попытка сбежать от реальности. Ну и пусть. Бежать, так без оглядки. Все равно догонит кто-нибудь.

На ходу цепляю бутылку с остатками бурбона и выкрикиваю, прежде чем выйти из кухни:

— Прихвати с собой добавки, Гектор. У меня сегодня праздник.

Вот только зайдя в холл, встречаюсь с недовольным взглядом Балдо, который явно не одобряет моего настроя.

— Синьора, думаю, достаточно с алкоголем. Босс не оценит…

— Я не прошу тебя пить со мной, — рьяно огрызаюсь в ответ. Мне нравится Балдо, но на Рафаэля мы смотрим явно под разным углом. И каждый из нас имеет на это право. — Я не собираюсь жить по расписанию твоего босса. Я не его пленница, Балдо. И могу пить столько, сколько влезет…

Не успеваю опустить свою задницу, как встречаюсь со строгим взглядом Рафаэля. Который стоит на пороге вместе со своей кудрявой подружкой и с кучей пакетов из известных бутиков.

— Смотрю, ваше выездное свидание увенчалось успехом, — иронично подмечаю я и все же усаживаюсь в кресло, перекрещивая ноги по-турецки.

— Я рад, что ты в приподнятом настроении, Джи, — Раф кивает в знак одобрения, пока его взгляд не выпускает меня из-под прицела, а в следующее мгновение становится откровенно враждебным, когда концентрируется на причине столь бурной перемены.

Гектор подходит и ставит передо мной целую бутылку с джином.

— Это все, что я нашел, — подмигивает мне и неспешно опускается на диван, снова игнорируя присутствие Росси.

Даже не смотря на Рафа, я чувствую, как его нарастающее раздражение выкачивает воздух из помещения, грозя сдавить и мои легкие.

— Давай только без воспитательной беседы, Рафаэль. Будь проще, бери пример с Гектора. Он вот в первую очередь старается показать свои лучшие стороны.

Рафаэль молча проходит в зал и сбрасывает на свободный диван все сумки, тут же опираясь на спинку руками.

— Какие еще лучшие стороны?

— Ну-у-у… он вполне неплохо целуется.