Глава 27

5 ноября Я надела черные джинсы и водолазку идеального черного цвета. Волосы свисали свободными волнами, достигая лопаток. Да, я не стригла их с лета. Поверх водолазки я оставила серебряную цепочку с кулоном из жемчуга. В моих ушах тоже были жемчужные гвоздики. А еще – черные ботильоны на высоком каблуке. Говоря «высокий каблук», я имела в виду очень высокий. В моем наряде был смысл. И его поймет лишь один человек. – Девочки, вы готовы? Из комнат высыпались Даша и Марина, которые обещали мне год хлопот, забастовку и прочие прелести сожительства с ними, если я не скажу им, куда ехать. У них тоже была своя цель. Рассевшись в такси, мы сразу же схватились за свои гаджеты. Я отслеживала начало мероприятия в городской библиотеке, которую зарезервировало издательство для выпуска очередного бестселлера Родиона Волкова. Да, мы ехали на его презентацию. По коже бежали мурашки при мысли о скорой встрече с ним. Я так по нему соскучилась, что казалось, провела год в пыточной комнате. Я лишь надеялась, что он по мне скучал тоже и находится в таком же состоянии, что и я. Городская библиотека походила на исторический замок. Пару лет назад ее хотел отобрать какой-то магнат и превратить в свой дом. Суд он проиграл. Петицию подписало три четверти населения нашего города. И, на минуточку, город у нас миллионник. Вычтем из ста процентов детей, не умеющих писать и читать, в итоге проголосовало все взрослое население и школьники. Голосовали все: от первоклашек до пенсионеров. Клич кидали по школам, госорганизациям, вузам и в интернете. Когда суд состоялся и нам сообщили, что библиотека сохранена, мэр устроил праздник на площади, где обычно празднуется День города, и мы смотрели в небо, наслаждаясь салютами. Подойдя к зданию, я резко выдохнула и остановилась. Дело было в красоте, что завораживала, сколько бы раз я ни приходила сюда. Я любила эту площадь. Напротив библиотеки был огромный фонтан, вода которого била прямо из земли. Летом дети бегали под струями воды и визжали. Через дорогу, которую закрывали на выходные и праздники, располагался театр Драмы, такой же величественный, как и библиотека. – Струсила? – Даша подтолкнула меня и заставила обернуться. – С чего бы? – Застыла такая и стоишь, ни шагу вперед. – Дурочка. Я видом наслаждаюсь, – легко толкнула ее в ответ. – Ага. Марин, ты веришь? – подруга сделала селфи и остановилась рядом. Вид у нее был недовольный. И когда она заговорила с нами, стало понятно почему. – Пойдем уже, ненавижу опаздывать. – Слышала? Вперед! – схватила их обеих под руки и потащила внутрь. На входе наши купленные билеты отметили и позволили войти. Фойе украсили стендами трех главных авторов, которые презентовали свои книги, плюс были плакаты с информацией о старте продаж цикла детских рассказов. Родион был третьим презентующим, чтобы не разрывать на кусочки аудиторию. Я бы согласилась с этим мнением. Например, мои девчонки пришли купить и подписать книги всех трех писателей. Подобные мероприятия являются крупнейшими в издательствах, если не брать во внимание книжные ярмарки в столице, где собираются всевозможные издательства. Замерев перед книгой «Она», меня было не оторвать. Но я не хотела, чтобы Родион, даже если он уже был здесь и блуждал по залу (в чем я сомневалась), застал меня раньше, чем я была готова ему показаться на глаза. Поэтому, смешавшись с быстрорастущей толпой, я отправилась в главный зал, где была готова сцена, проектор и ряды стульев. Места занимались быстро, а до начала оставалось буквально десять минут. Ведущей была молодая женщина. Она провела небольшую презентацию в игровой форме о будущем печати, раздала буклеты и пригласила первого автора. Книга была о космосе. Но имя писательницы было на слуху. Ее книга была продолжением нашумевшего цикла. После общения с автором, заданных вопросов и прочитанных двух глав мы проводили ее громкими аплодисментами. Вторая презентация была в жанре современного романа. Книга от дуэта двух авторов. Я не слышала о них, но меня впечатлила аннотация, и девушки были классными. Их книгу я планировала приобрести и получить автограф чуть позже, потому что объявили небольшой перерыв перед третьей презентацией. Насколько я поняла, авторы первых двух книг ушли в другие отделы библиотеки и будут давать автографы там, Родион останется здесь. Поэтому, купив воды и осушив бутылку, я осталась стоять в стороне. – Итак, все, надеюсь, в ожидании? По залу с заметно увеличившейся аудиторией пронесся коллективный смешок. Ведущая тоже улыбнулась. – Наверное, если я решу сказать пару слов, в меня полетят стаканчики из-под кофе, не так ли? Волна смеха снова заполнила комнату. – Окей, я вас поняла. Тогда позвольте позвать на эту сцену автора нашумевших романов в жанре «любовный роман» и «детектив» Родиона Волкова. Надо ли говорить, что я оглохла на следующее десятилетие? Серьезно, его приветствовали словно перед ними показалась Шакира. Однако я их действительно понимала. Но думать о возможной глухоте было некогда. Родион вышел из-за стеллажа и поднялся по двум ступенькам. Затем развернулся и в своей манере посмотрел на весь собравшийся народ хмуро и холодно. Что сделала толпа? Ахнула. Была ли я среди воздыхателей? Да. Он был великолепен. Во всем черном. Длинные волосы. Мрачный. Задумчивый. Такой манящий, что я почти сделала шаг вперед, чтобы броситься ему на шею. – Он весь ваш, но прошу, оставьте Родиона в живых на автограф-сессию, – ведущая сошла со сцены, а Радик сел на стул. Рядом с ним на столике лежала стопка его книг, на проекторе – аннотация и фотография обложки. – Начнем сразу с вопросов? – он метнул стрелу в аудиторию, и она встретила ее с радостью. – Что вас вдохновило на создание книги? – А вы как думаете? – уголок его губ приподнялся. – Любовь? У вас она есть? Все задержали дыхание. – У каждого есть любовь. Даже у новорожденного ребенка. – То есть это просто всеобъемлющее слово? Заранее продуманный ответ. Ничего связанного с чувствами и вашим сердцем? Каждый хотел подробностей. Каждый понимал смысл вопроса. Он тоже, судя по его взгляду. – Я этого не говорил. Это был второй «Ах», но молчание больше не нарушалось никем из зрителей, давая возможность ответить автору. – Сюжет взялся из одной единственной картинки, что возникла в моей голове. Не все вы читали эту книгу или отрывки из нее, я не могу сказать, какой была эта сцена, запечатленная в памяти. Просто дойдите до конца, и вы все поймете. – А что скажете о девушке? Главной героине. – А что с ней? Родион неустанно отвечал на вопросы и слегка ухмылялся. Это было очень сексуально. И то, как он по воздуху водил пальцами, поясняя свои ответы… мне казалось, что он рисует на моем теле, взяв в руки перо. Я вся была покрыта мурашками и не могла отвести глаз. – Я читала все ваши книги. Эту посчастливилось прочесть до этой презентации. Они восхитительны. Но в этой героиня была слишком настоящей. – Черт, наверное, мне стоит переписать весь роман. Девушка, задавшая этот вопрос, рассмеялась. И пока я смотрела на нее, на то, как близко к сцене она сидела, и оценила свою ревность, что там она, а не я… говорит с ним свободно, я ощутила себя в клетке. Поэтому, оторвав взгляд от незнакомки, столкнулась с его мрачной бездной. Он нашел меня. И клянусь всем, что у меня есть, я ждала этого момента. Я хотела, чтобы он меня нашел. Хотела, чтобы мое сердце отчаянно забилось в груди и наконец вырвалось из нее, чтобы присоединиться к нему. «Я скучала по тебе», – говорили мои глаза. «Я тоже», – отвечали его. Родион медленно, не отрывая контакт, потянулся за водой. Открыл бутылку и плеснул немного в стакан. Затем выпил все до последней капли и… прозвучал новый вопрос, заставивший его отвлечься, но не упустить меня из вида. – Простите, у вас очень много вопросов, и я рад на них отвечать, но давайте дадим шанс высказаться другим. Например… вам. Он указал на меня. Черт подери! Что он делает? Девушка рядом со мной воскликнула счастливо: «Мне?» – Нет, девушка в черном. Хотите задать вопрос? Все головы повернулись ко мне. Я бы подумала о том, что стесняюсь и ненавижу внимание аудитории, но… я забыла обо всем. Потому что он разговаривал со мной. А я так соскучилась по его голосу. – Есть один вопрос, – мой голос был громким, но дрожащим. – Я готов ответить на него. В этот момент я пробралась к центральному проходу, разделявшему ряды. И как только я оказалась в положении, что меня мог разглядеть каждый, пронеслась первая волна шепота. Те, кто читал книгу уже, наверное, знали все. – Я, как и все, хочу знать о вашей героине. Он кивнул и улыбнулся. – Разумеется. Что ж… Я полагаю, вы читали книгу? Я даже на расстоянии видела, как его левая бровь поднялась вверх. – О да, я читала. – Я так и подумал, потому что моя героиня любит черный, но не против чего-то яркого. Это касается одежды, смысла жизни, того, как она видит этот мир. Она рискует и побеждает. Изабелла не стесняется ошибаться, признавать неудачи и пытаться их исправить. Эта девушка ищет себя и в итоге находит. Но ей нужен кто-то, чтобы подтолкнуть к важному шагу, потому что она склонна к неуверенности в себе. Я почти забыла, как дышать, но сделала шаг вперед, ведя диалог с Родионом. – Кто-то? Герой? – Разве он этого не сделал? – Сделал. В итоге. Я продолжала идти, и слова лились из меня потоком, который уже невозможно было остановить, как и траекторию моего движения. Тем временем шепот набирал обороты. – Почему в главе от героя вы описали его чувства как определенные, точные. А в эпилоге, который был построен от лица главной героини, она так и не призналась в любви мужчине, что был для нее миром. Думаю, всем ясно, что она чувствует. – Не всегда стоит давать прямые ответы на вопросы. Если вы поняли, значит, я попал в цель. А может, она не уверена в этих чувствах. Возможно, она скажет ему эти слова сразу после поставленной мной точки в последнем предложении. История продолжает жить в голове читателя. В вашей голове это произошло? К моменту заданного им только что вопроса я уже стояла напротив него. Я ощущала его аромат, тепло и вибрации наших тел. Я была готова заплакать, видя его так близко. Хотела обнять и утащить за те самые стеллажи и расцеловать. – Это произошло. Теперь я говорила тихо. Нас не мог услышать даже первый ряд. – И ты оказался неправ. – В чем, Иза? Он понизил самые низкие ноты, и тембр стал немыслимо холодным. Но как же это было горячо на самом деле. – Когда он сказал ей эти три слова, она бы ответила ему. – Почему ты так в этом уверена? – Я узнала в этой героине себя. Так что да, я уверена в том, что она сказала ему в тот момент. Я подняла книгу, которую взяла с собой. Ее страницы были заполнены текстовыделителем и яркими стикерами, но закладка располагалась на нужной странице, где я дописала карандашом. Развернув книгу к нему, я подняла ее выше, чтобы Родион прочел эту строчку. Когда его глаза вернулись к моему лицу, я все знала наверняка. Он поднял руку и, пальцами убрав мешающие пряди с моего лица, погладил скулу, прежде чем оставить ладонь на щеке. – Я знал, что она ответит. Просто хотел, чтобы ты мне об этом сказала сама. – Я люблю тебя, – эти слова сошли с губ легко, потому что были самыми правильными в мире. – И я тебя люблю, Иза. Затем он склонился чуть ниже, словно не перевернул мой мир и не заставил сердце лихорадочно биться о ребра, и поцеловал. Не по-звериному. Не так, как мы привыкли целоваться в его постели. Это было нежно. Это было так же мягко, как звучание трех главных слов между мужчиной и женщиной: «Я тебя люблю».