Глава 12

Аманда Сердце колотилось так сильно, что я могла бы поклясться, оно готово было вырваться из груди и убежать отсюда быстрее, чем я. Шаги мои были тихими, но в этой поглощённой тишиной ночи они казались раскатами грома. Ночной ветер теребил концы моего плаща, иногда создавая иллюзию чьего-то прикосновения, заставляя оборачиваться и всматриваться в молчаливую, угрожающую темноту. Я вздрогнула, услышав едва различимый шорох позади. Темнота, что обволакивала улицы, делала город неузнаваемым, превращая его в лабиринт теней и мерцающих огоньков. Ноги вели меня сквозь этот хаос молчания и неопределенности, пока неожиданное прикосновение не заставило сердце застыть. Чья-то рука сквозь плащ обхватила меня за локоть, резко потянув в сторону, и я едва не закричала от испуга, повернувшись к злоумышленнику. – Ада, это я, – прозвучал голос, который я узнала сразу же, несмотря на внезапный страх и замешательство, охватившие меня. Сердце всё ещё нещадно колотилось в груди, разгоняя остатки страха по венам, несмотря на то, что в этот тёмный переулок меня уволок мой наёмник. Раф вышел из укрытия теней, его черты были едва различимы под мерцанием далёкого уличного фонаря. Голубые глаза, казавшиеся синими в ночи, пытались встретиться с моими, ища понимание, или, возможно, прощение за такой способ встречи. – Всё будет хорошо, я вернусь, – повторил он снова, а я не успела даже слова произнести, как он уже скрылся в тени улицы, оставив меня одну стоять на холодном ветру. Сердце всё также продолжало колотиться в груди от страха, возмущения и, странно, некоторого волнения от непонимания того, что только что произошло. Спустя несколько мгновений, до меня донёсся звон. Такой был во время поединков, когда металл одного клинка встречался с металлом другого. Внезапно пронзивший тишину, этот звук рассёк ночь настолько резко, что мысли замерли от тревоги в порыве осознать происходящее. "Раф!" – в ужасе подумала я. Воображение немедленно нарисовало самые мрачные картины, и я, поддавшись внезапному порыву, побежала на страшный и опасный металлический звук, стараясь как можно быстрее добраться до источника шума. Когда я выбежала в переулок, меня охватил страх. Передо мной развернулась настоящая битва. Двое мужчин, один из которых был Ралиф, стояли спиной к спине, отбиваясь от ещё двух вооруженных противников. Вокруг них, словно мрачные свидетели ночного боя, лежали трое уже поверженных. Не успев даже застыть от шока, я увидела, как в переплетении теней и вспышек холодного стального света Раф получил несколько ранений. Вскрикнула, не в силах удержаться под страхом потери. Мир закружился и потемнел перед глазами. – Раф! – мой голос разрезал воздух, столь же остро, как и лезвия, мрачно и смертоносно мелькающие в переулке. Почти мгновенно бой замер. Меня охватила паника, видя, что мой крик отвлек Рафа. Один из нападавших воспользовался моментом для удара и полоснул наёмника по груди, но в последний момент его неизвестный соратник, быстро оценив ситуацию, оттянул Ралифа назад. Мне казалось, что время замедлилось в этот момент, сердце колотилось в унисон с каждым движением моего охотника. Воздух был насыщен запахом металла, страха и крови. Я не могла поверить, что весь этот бред происходит на моих глазах. Снова… Мои обыденные дни в родном поместье казались так далеко, а ночь в переулке бесконечно длиной. Жизнь перевернулась до невозможного… Так быстро, так неумолимо и беспощадно… Я опять вскрикнула, когда противник снова зацепил Рафа лезвием своего клинка, проливая новую кровь. Нападавший отвлёкся на меня лишь на доли секунды. Раф, не упустив этот момент, молниеносно оборвал его жизнь одним смертельным ударом. В тот момент я подумала, что всё, мы победили. Но я страшно ошиблась. Последний противник только ожесточился. Он кинулся с такой лютой яростью, что я зажмурилась на миг, а когда открыла глаза снова, мужчина, что дрался на стороне Рафа, выбивал вражеский клинок из крепкой руки убийцы. Я облегчённо выдохнула на миг, но это облегчение длилось совсем недолго. Раф покачнулся и рухнул на колени, а затем и вовсе повалился на землю. – Нет! – только и смогла я выдавить из себя, бросаясь к нему. Ужас ледяной коркой мгновенно сковал моё сердце. Ралиф Сознание возвращалось ко мне медленно, будто через густую пелену сна, который никак не желал отпускать из своего плена. Первым делом я почувствовал мягкость под собой и тёплый свет, проникающий сквозь щель между тяжелыми тёмно-зелёными занавесками. Пытаясь сосредоточиться, я осмотрел комнату. Место казалось уютно обставленным и радовало глаз своим убранством, с приглушенными тонами и мягкими, приветливыми креслами. Стеклянная длинная ваза с цветами стояла на столике рядом с кроватью, а бледные лепестки ромашек лениво покачивались при каждом движении воздуха. Я не сразу понял, где нахожусь и что со мной произошло. Постепенно крупицы воспоминаний начали соединяться, образуя нечто внятное: ожесточенный бой, пронзительная боль от раны и кровь… Много крови. С неожиданной тревогой, рука непроизвольно потянулась к боку, исследуя на ощупь повязки, которые окутывали тело. Я удивился, что остался жив, ведь последнее, что помнил – собственная кровь на моих руках и мысль, что это всё… Внимание привлекло тёплое дыхание рядом. Обернувшись, я увидел… её. Девушка лежала лицом ко мне, её щека прижималась к моему плечу, а руки обнимали меня, словно ища защиты даже во сне. Её мирное личико, окружённое рассыпанными по подушке золотыми волосами, заставило моё сердце дрогнуть. Я узнал её, мою нежную ромашку, и в сердце с новой силой вспыхнули чувства, которые я так усердно пытался выбросить из головы. Они были такими сильными, такими обжигающими и непривычно чистыми, что я не смог сдержаться. Склонившись к хрупкой, беззащитной девушке, я бережно прикоснулся губами к её губам, встретив столь живую теплоту, которая заставила забыть обо всём на свете. От этого невинного прикосновения к губам внутри меня… словно что-то взорвалось, навеки оседая в сердце образом Ады. Эта девушка… она невероятна… восхитительна! Она ворвалась в мою жизнь, в моё сердце, как только я увидел хрупкую леди с золотыми длинными волосами, в глазах которой сверкали тысячи ярких звёзд и жила сама жизнь. Яркая, будоражащая, манящая… Ромашка свела меня с ума и по праву заняла место в моём сердце, которое больше никому не сможет принадлежать. Только ей… Только моей Аде… В этот момент она распахнула глаза, удивление и вспышка огня мелькнули в её взгляде. Мы замерли, потерявшись во времени и пространстве, забыв о мире вокруг. А потом она… ответила на мой поцелуй, и в этом касании я нашёл ответы на все вопросы, которые даже не успел задать. Ромашка… Моя ромашка… Ничто другое уже не имело значения. Боль и страх той злосчастной ночи стали далёким, блеклым воспоминанием. В этот момент существовали только мы. И я понял, что нашёл то, что станет для меня смыслом жизни, светом в кромешной тьме, моим надёжным пристанищем в безумном и жестоком мире. Она – весь мой мир, всё, что мне когда-либо было дорого. Но… ко мне пришло и другое осознание – мы из разных миров. Её место здесь, среди богатого убранства спален и пышных платьев, а моё – в забытых богами постоялых дворах, вечно в пути и в сражениях. И несмотря на всё то счастье, что она принесла в мою жизнь, я не могу ей дать того, что ей по-настоящему нужно. Ей без меня будет лучше. Её нужно отпустить. Я должен! Но, Боги… как же это сложно… как же это больно… Я резко оборвал наш поцелуй и отодвинулся к другому краю кровати, будто это незначительное расстояние могло отделить меня от чувства, которое я испытывал к Аде. В глубине души я знал, что мне никогда не следовало этого делать, но желание было настолько сильным… Ада смотрела на меня, полная непонимания и растерянности. – Что такое? Что происходит, Раф? – нежный мелодичный голос был спокойным, но в его нотках чувствовалось замешательство. – Мне… Нам нельзя было этого делать, – я старался казаться более решительным, чем на самом деле чувствовал себя. – Почему же? – в её небесно-голубых глазах вспыхнуло что-то, что я в упор не хотел видеть. Надежда? Спрашивать не следовало. – Раф, ты меня пугаешь. – Ох, Ада… Как только мы доберёмся до твоей тёти, я… отпущу тебя. Ты никогда больше меня не увидишь, – выговорил слова, каждое из которых казалось ударом по моему собственному сердцу. – Это из-за поцелуя? – она пыталась прочитать в моём взгляде ответ, которого не было. – Это было нечто потрясающее, Раф. По крайней мере, для меня. Я усмехнулся, стараясь скрыть ядовитую боль, отравляющую меня, за маской цинизма. – Да? Уверена, что я не хотел просто… воспользоваться тобой? – всё во мне требовало остановиться, но я должен был продолжить. – А может, это всего лишь ещё одна игра для меня? Она отшатнулась, будто её ударили. – Ты… ты действительно так думаешь? – её голос звучал обречённо. – А почему бы и нет? – я продолжал говорить, но каждое сказанное слово безбожно рвало на мелкие кусочки всё то немногое, что оставалось от моей тёмной души. Она встала с кровати, прикрыв лицо руками, в попытке сдержать горькие слёзы или, возможно, скрыть своё лицо от меня. – Я… я должна была догадаться, – тихо сказала она, словно разговаривая больше с собой, чем со мной. Я остался сидеть, не в силах даже шевельнуться. Моя игра закончена. Оттолкнул её осознанно, жестко, чтобы она ненавидела меня, чтобы ей без меня было лучше. Но в этот момент я понял, что разрушил не только её мир, но и свой собственный. И как с этим справиться я не знал…