Глава 19

Ромео выдержал ее взгляд не моргнув. Его поза оставалась расслабленной, почти небрежной, но в глазах вспыхнули холодные искры.

— Обсуждаем тонкости маскировочных чар, — в спокойном голосе явственно прозвучала легкая насмешка. — Моя магическая напарница не вполне усвоила материал. Решил проявить участие. Хочешь присоединиться к уроку?

Вот они, аристократические хитрости. Монтези не стал отрицать очевидное, но и не дал Виктории повода для публичного скандала, слегка осадив.

Принцесса замерла. Глаза сузились, губы плотно сжались, и, сделав невероятное усилие над собой, она отступила. Но скользнувший по мне взгляд был мстительно-предвкушающим.

Правда, я наивно понадеялась, что на сегодня инцидент исчерпан. Но когда ближе к вечеру торопилась в библиотеку и свернула в пустой боковой коридор, Виктория вышла мне навстречу, преграждая путь.

— Кажется, кто-то слишком много о себе возомнил, — прошипела она почти как змея. Казалось, еще немного — и на пол упадут первые капли яда. — Но я знаю, где ты была вчера. Видела, как ты с подружкой уходила от руин Восточного флигеля, вся в пыли. — Она сделала паузу, пока я сдерживалась, чтобы не начать нервно чесаться. — Так что, если не хочешь, чтобы об этом узнали Мастера, держись от моего жениха подальше! — Принцесса задрала нос кверху: — Мы уже обручены.

Нервный зуд усилился. Виктория видела меня и Лиду, а идущего сзади Ромео не заметила? Или не хочет об этом говорить? Если он ее жених, то понятно…

В этот момент из-за поворота появился Монтези. Приближался он к нам медленно, расслабленно-плавно, засунув руки в карманы штанов. Смешение аристократизма и хищной грации, от которого мне уже не в первый раз становилось немного… хм… напряженно.

— Договорной брак, — уточнил он, останавливаясь рядом и скептически глядя на тут же притихшую принцессу, — всегда можно переиграть. Так что продолжай молчать. — Сарказм в его голосе уступил место злой язвительности с намеком на угрозу. — Потому что иначе у меня тоже возникнут вопросы, — Ромео кривовато ухмыльнулся, — о твоей романтической прогулке с моим кузеном вчера вечером. Со своей напарницей я обязан общаться, и о том, что они с подругой вчера были у Восточного флигеля, Мастера знают. Но так лихо спутать двух Монтези… надо постараться. Быть невестой одного, а гулять при луне с другим — это уже даже не дурной тон. Это повод для расторжения договора.

Виктория побледнела, глаза у нее расширились от страха. Очевидно, этот брак ее роду был нужнее, чем семье Ромео. Несколько раз она приоткрывала рот, чтобы что-то сказать, но тут же снова плотно сжимала губы, сверля нас двоих злющим взглядом. Смирившись, что гадостей мне наговорить не выйдет, Виктория презрительно фыркнула и удалилась, высоко задрав подбородок.

Я шумно выдохнула. Оказывается, даже не заметила, что задерживала дыхание.

— Спасибо. А говорил, что против своих не пойдешь, — подколола я, не сдержавшись. — Хотя теперь она меня точно возненавидит.

Ромео безразлично хмыкнул, пожав плечами:

— Она не своя. Ее мне навязали с детства, так как Квиллены владеют магией Стазиса. Но тебя Виктория ненавидела и раньше, не переживай. Зато теперь у нее есть веская причина молчать.

— Все слишком много знают, — хмуро заметила я, чувствуя, как тревога снова сжимает желудок. — И Виктория, и Кассиан. Это очень, очень плохо.

Ромео на это лишь снова хмыкнул и направился куда-то по своим делам, оставив меня одну в пустом коридоре.

Пытаясь отогнать тревогу, я все же отправилась в библиотеку. Высокие своды, тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и скрипом перьев, запах старой бумаги и пыли… Идиллия.

В укромном уголке за одним из столов уже сидела Эмма, окруженная грудой фолиантов.

— Аннет! Иди сюда! — подозвала она меня, едва не опрокинув стопку книг. — Оливер нашел новую, революционную формулу стабилизатора для сложных эликсиров! Смотри! — Она тыкнула пальцем в испещренный сложными символами лист тетради, ее глаза горели восторгом. — Это же гениально! Мы сможем…

Эмма увлеченно объясняла мне детали, и я слушала, с теплой грустью наблюдая за ее энтузиазмом. Их партнерство с Оливером было таким естественным, построенным на взаимном уважении и общем интересе. Никаких тайн, никаких угроз, только искренняя поддержка. Ненадолго во мне проснулась зависть, но я быстро ее подавила. Эмма заслуживала такого отношения.

Под предлогом учебы я осторожно подвела разговор к цели своего прихода.

— А попадалось тебе что-нибудь о личных артефактах? Семейных? — Я очень старалась сохранить непринужденный вид. — После вчерашней лекции вдруг стало интересно.

Эмма, ничего не заподозрив, тут же ухватилась за новую тему.

— Конечно! Вот, смотри, целый трактат о фамильных реликвиях и их активации. — Она подтащила меня к полкам и указала на довольно толстый талмуд. — Артефакты — очень сложная и опасная тема! Даже семейные. Надо точно знать родословную и магический отпечаток предка, иначе можно ненароком разбудить не то, что нужно.

Я машинально кивала, листая страницы с изображениями различных украшений, оружия, безделушек. Браслет на запястье под рукавом будто пульсировал в такт тревожным мыслям.

— Да, тут читать и читать, — усмехнулась я, ставя книгу на место.

Это Эмма у нас наивная ромашка, тем более она не в курсе моей находки. А вот если лисичка заметит меня с этой книжкой, сразу сложит два плюс два и выпишет на орехи.

Перед сном я сидела на кровати, изучая учебник по артефакторике, а Лида с ожесточением расчесывала свои огненные волосы, словно стряхивая с них дневные неприятности.

— Ну что, как твоя слежка? — бросила она мне не глядя.

— Бесполезно, — вздохнула я, опускаясь на свою кровать. — Кассиан верткий, как лиса, — переглянувшись, мы обе хихикнули над сравнением. — Зато Виктория сегодня попыталась меня шантажировать. — На ужине я решила не делиться этой новостью, чтобы не расстраивать Эмму. — Говорит, видела нас с тобой у Второго флигеля.

Лида замерла со щеткой в воздухе.

— Так мы и не скрывали, что были там. Но твоему психованному не помешало бы приструнить принцессу.

— Он так и сделал, — с непонятной гордостью выпалила я. — Напомнил ей о ее же ночной прогулке с Кассианом. — Помолчав, я поизучала потрескавшийся потолок. — Они что-то скрывают. И Виктория, и Кассиан. Слишком уж нервные и слишком много знают.

— Думаешь, они в курсе про заговор? — Лида отложила щетку, ее лицо стало серьезным.

— Не знаю. Но они точно что-то замышляют. И используют друг друга.

— Значит, план прежний. Я слежу за принцессой, ты копаешь под Кассиана. Только… — Она запнулась, и в ее голосе впервые прозвучала неуверенность: — Габриэль пропал. Его никто не видел с того вечера. Ни на занятиях, ни в коридорах. У меня дурное предчувствие.

— Сам сбежал? — предположила я, зябко поежившись.

Не псих же он, в конце-то концов? Раз его засекли на попытке вызвать демона, самое времечко сделать ноги, пока не склеил ласты.

Лида покачала головой, ее зеленые глаза были полны мрачных предчувствий.

— Не знаю. Мне казалось, что он бы меня предупредил. Вдруг его убрали, чтобы замести следы?

Мы легли спать в гнетущем молчании. Тени заговора сгущались, становясь все плотнее и опаснее. И где-то в этой тьме бесследно растворился человек, который мог бы дать ответы.