Глава 23

Утро началось с привычной суеты и густой овсяной каши, в которой тонули редкие ягоды. Мы устроились в своем уголке у кухонных дверей, откуда доносился грохот котлов и звон посуды. Эмма с восторгом рассказывала об их с Оливером очередных планах. Ее глаза привычно сияли от восторга. За четыре года обучения у этих двоих есть прекрасная возможность сблизиться до брачного союза. Ну или надоесть друг другу до тошноты, но это вряд ли. Видела я, как Оливер смотрит на Эмму. И уверенно ставила на брачный союз

Лида с осторожным оптимизмом делилась впечатлениями о новой напарнице:

— Ирма хотя бы не вжимается в стену, когда я приближаюсь. Даже сама предложила позаниматься вместе.

Я слушала их, кивая, но сама отчаянно переживала о предстоящей общей практике по парной магии. По такому случаю нам с Ромео даже отменили индивидуальное утреннее занятие.

Сначала пришлось выдержать две лекции, и только потом нас всех повели в общий зал. Воздух гудел от смеха и возбужденных голосов. Эмма и Оливер, стоя рядом, что-то радостно обсуждали. Даже у Лиды и ее новой напарницы, кажется, все шло гладко. Ирма активно жестикулировала, что-то объясняя, и Лида впервые за долгое время улыбалась в ответ, а не хмурилась.

Мастер объявил задание: научиться чувствовать поток энергии напарника через тактильные ощущения и магический резонанс.

Вокруг нас с Монтези сразу образовался островок напряженной тишины. Задание было простым и одновременно очень сложным.

Ромео первым нарушил паузу. Его пальцы легонько коснулись моих, и я вздрогнула от неожиданности.

— Нервничаешь, Вейл? — тихо спросил он, и в серых глазах заплясали смешинки. — Я не кусаюсь и сразу Плазмой отстреливаться не стану.

— Надеюсь, — пробормотала я, пытаясь сохранить остатки уверенности. Вот только щеки резко вспыхнули.

Ухмыльнувшись, Ромео взял меня за руку. Его пальцы оказались удивительно нежными для того, кто владел столь разрушительной силой. Он приложил мою ладонь к своему запястью, туда, где под кожей пульсировала жилка.

— Чувствуешь? — Он наклонился так низко, что непокорные черные волосы почти касались моего виска, а дыхание, теплое и ровное, щекотало кожу за ухом. Голос у него стал низким, вкрадчивым, предназначенным только для меня. — Энергия движется через кровь. Горячая, живая.

Я замерла, ощущая под пальцами ритм его пульса — быстрый и сильный. От близости Ромео почему-то кружилась голова. И тут во мне что-то перещелкнуло.

«Етижи-пассатижи, — подумала я. — Этот самоуверенный гад развлекается, вгоняя в краску невинную деревенскую девочку. Но я-то женщина из другого мира, и у меня опыта в соблазнении, может, даже побольше, чем у него».

Медленно подняла на него взгляд, сделав лицо абсолютно невозмутимым.

— Манжета рубашки мешает, — равнодушно произнесла я, как будто мы обсуждали погоду. — Энергия должна чувствоваться лучше на совсем открытой коже.

И, не дав Ромео опомниться, высвободила свою руку и приложила ладонь к его шее, чуть выше ворота рубашки. Соблазнитель резко замер, мышцы напряглись, зрачки расширились от удивления, пульс под пальцами застучал гораздо чаще.

— Да, здесь лучше, — заметила с деланной серьезностью, слегка погладив большим пальцем кожу. Ромео быстро сглотнул, и я завороженно проследила, как движется его кадык. — Энергия действительно горячая. Почти обжигающая.

Кончиками пальцев скользнула вверх, к скуле, ощущая шероховатость от вроде бы тщательно выбритой щетины и следя за реакцией напарника. Его самоуверенность куда-то испарилась. Он смотрел на меня с новым, жгучим интересом и нескрываемым восхищением. Воздух между нами сгустился, стал тягучим и сладким как мед.

Мы стояли так близко, что наше дыхание смешалось. Его рука сама потянулась к моей талии, чтобы притянуть меня еще ближе. Он наклонился, и я уже чувствовала тепло его губ…

— Ну что, кузен, нашел наконец-то общий язык со своей деревенской половинкой? — раздался едкий, насмешливый голос.

Мы резко отпрянули друг от друга. Кассиан стоял в двух шагах от нас, скрестив руки на груди и язвительно ухмыляясь. Ромео выпрямился во весь рост, лицо мгновенно застыло в привычной холодной маске. Но я успела заметить гнев в его глазах, прежде чем он обернулся к кузену.

— Кассиан, — голос Ромео прозвучал опасно-тихо, — твое присутствие здесь так же уместно, как дождь на свадьбе.

Но момент был безнадежно разрушен. Магия рассеялась, оставив после себя лишь щемящее чувство незавершенности и паники от осознания того, какую глупость мы могли сотворить, если бы нам не помешали.

Обед прошел в привычном гуле голосов, но я почти не слышала, о чем говорят подруги. Мыслями я осталась в зале, на том самом моменте за миг до появления Кассиана. Тело еще помнило тепло прикосновения Ромео, губы почему-то постоянно пересыхали… Все намекало на то, что я в очередной раз попала — еще глубже и надежней, чем раньше.

После обеда была еще одна лекция — скучная, об истории магических законов. Слушая мастера я постоянно чувствовала спиной взгляд Ромео. Когда лекция наконец закончилась, схватила Лиду за руку:

— В библиотеку?

И мы почти побежали по коридорам. Потом устроились за одним из дальних столиков, завалив его книгами по артефакторике и древней магии. Лида пыталась читать одновременно несколько фолиантов, теребя при этом волосы. Ее коса постепенно превращалась в растрепанную метелку.

— Так, — хлопнула она ладонью по странице. — Здесь говорится, что для активации родового артефакта нужна либо кровь, либо сильная эмоциональная связь. Иногда и то и другое.

— Кровь оставим на крайний случай, — поморщилась я. — Не угадаешь, как она сработает. Остаются эмоции. Но какие?

Мы спорили, листали книги, строили и отвергали теории. Солнце за окном уже клонилось к закату, окрашивая страницы в золотистые тона. Наконец, мы составили приблизительный план по активации.

— Думаю, на сегодня хватит, — вздохнула Лида, потягиваясь. — Мозги кипят. Пора ужинать.

Собрав книги мы вышли из библиотеки. Коридор был пустым и тихим в этот поздний час. И мы уже почти дошли до первого поворота, как из ниши выступила высокая фигура.

Ромео. Он двигался стремительно и беззвучно, а в глазах горели те же самые искры, что днем.

— Зенберг, иди своей дорогой, — бросил он резко, при этом его взгляд был прикован ко мне.

— Мне остаться? — Лида с тревогой покосилась на меня.

— Сама справлюсь, — уверенно кивнула я и попыталась воззвать к Монтези: — Что ты творишь?

Но он уже сжал пальцами мое запястье и резко дернул за собой, вглубь ниши, прижав к холодной каменной стене. Лида, понимающе хмыкнув, ретировалась, оставив нас наедине.

— Сегодня днем нам грубо помешали! — хрипловато выдохнул Ромео, прижимаясь всем телом. — Давай продолжим с того самого момента…