Глава 35

— Простите, мне нужно… по делам, — выдохнула я, все еще улыбаясь, когда мы добрались до общежития.

Лида лишь многозначительно подняла бровь, а Эмма счастливо закивала, еще вся во власти нашего маленького триумфа. Хорошо, что в эйфории она даже не подумала забрать у меня чертежи, иначе бы пришлось изворачиваться и врать, а я это не очень люблю. Тем более подругам.

Я почти побежала по коридорам, сердце стучало уже не только от адреналина, но и от предвкушения. Конечно, у меня была очень уважительная причина, не притянутая за уши ради очередной встречи, но все равно от того, что я снова увижу его… внутри сладко ныло. Такие вот у нас странные отношения — непростые, етижи-пассатижи!

Дверь в покои Монтези была массивной, из темного дерева. Я постучала, затаив дыхание. Через пару секунд раздался щелчок замка.

При виде стоявшего на пороге Ромео у меня перехватило дыхание. Он был без рубашки, только в очень низко сидящих штанах, без нижнего белья… Точнее, это они, наверное, и были нижним бельем. Волосы слегка взъерошены, будто он только что провел по ним рукой. Магический свет золотил гладкую, загорелую кожу, подсвечивая каждую мышцу, каждую линию пресса. Живая гармония тела, созданного для власти и движения. Я на миг забыла, зачем пришла, просто наслаждаясь видом.

На губах Ромео заиграла вызывающе-соблазнительная усмешка.

— Вейл, — хрипловато произнес он, — одумалась и решила принять статус официальной любовницы?

Его слова вернули меня в реальность. Я фыркнула, стараясь скрыть смущение, и протянула ему листы.

— Размечтался! Просто занесла кое-что посмотреть. Чертежи из проекта Оливера по артефакторике.

Пройдя мимо него в комнату, я очень старалась не смотреть ни на его голый торс, ни на белый шелк штанов, облегающих тело, как будто их и нет. Разложила бумаги на массивном столе, заваленном книгами и тетрадями.

Ромео подошел сзади, вплотную, склонился над столом, и внутри моментально все вспыхнуло от его близости. Грудью он почти касался моей спины, тепло от кожи обжигало даже через ткань платья. Обняв одной рукой, он оперся ладонью о стол, преграждая мне путь к отступлению, и переплел наши пальцы, лежащие на чертежах.

— Ну-ка, ну-ка, что тут у нас… — Его дыхание щекотало кожу за ухом, и я едва могла сосредоточиться.

Но вглядевшись, Ромео тут же замер. Расслабленная, игривая поза сменилась на напряженную, объятие стало крепче.

— Кровь предков… — потрясенно прошептал он. — Да это же… Вейл, это же оно!

Я обернулась. Лицо у него стало жестким, а в глазах засветилось воодушевление.

— То есть мне не показалось? — уточнила я, потому что до сих пор сомневалась.

— Да, это тот самый артефакт, — подтвердил Ромео, ткнув пальцем в сложную схему. — Конденсатор дистанционно управляемой Плазмы.

Отпустив меня, он схватил чертежи и начал лихорадочно их просматривать, бормоча себе под нос термины, которые я едва понимала.

— Оставь, — практически приказав, Ромео все же попытался проявить вежливость, пояснив: — Я сам завтра их верну. Мне очень нужно поговорить с этим парнем.

Отложив чертежи, он снова повернулся ко мне. В его взгляде смешались расчетливость, азарт почуявшего след хищника, намек на благодарность и отчетливое желание все же сделать меня своей любовницей.

А я приготовилась отбиваться, сопротивляться, вырываться… Очень жалея, что нельзя просто сдаться и остаться на ночь с нравящимся мне мужчиной. Сильно нравящимся.

Но Ромео лишь притянул меня к себе, крепко обнял, прижав мое лицо к своей голой груди. Почти секунду я слышала бешеный стук его сердца, сама обняв его за талию.

— Иди, — прошептал он мне в макушку. — Иди, пока я не передумал.

Отстранившись, я посмотрела ему в глаза — серьезные, темные, полные какой-то новой, незнакомой решимости.

— Ромео…

— Иди, — повторил он, и его голос прозвучал уже как приказ. Но потом все же наклонился и быстро поцеловал меня в губы — коротко, жарко, обещающе. — До завтра.

Когда я выходила от Ромео, мне почудилось, что дверь соседних покоев приоткрыта и кто-то нас подслушивает. «Паранойя», — отмахнулась про себя, но ускорила шаг.

Дорога до нашей комнаты получилась бесконечно длинной. Каменные стены коридоров казались мне полными скрытых глаз — наблюдающих и осуждающих. Тяжело быть женщиной в чужом мире, где все решают мужчины. Хорошо хоть девушкам тут уже можно учиться — намек на прогресс.

Войдя в комнату, я молча кивнула Лиде, которая уже лежала в кровати. Мыслями я была все еще с Ромео, очень стараясь думать не только о его теле, но и об оставленных ему чертежах. Мне даже удавалось обмануть себя ненадолго, но потом все возвращалось: поцелуи, прикосновения, дыхание, стук сердца, запах кожи…

Неудивительно, что воображение не пожелало угомониться, даже когда я заснула. И снились мне не поцелуи в темных углах, а его комната, теплый магический свет, руки, скользящие не по чертежам, а по моему телу. Пальцы, медленно расстегивающие застежки платья. Шепот — не о заговорах, а обо мне. О том, как он хочет меня. Мое имя из его губ…

Проснулась я возбужденной до предела. Етижи-пассатижи, веду себя, как неуравновешенная девица из романов!

За завтраком я ковыряла ложкой в странной каше, по вкусу напоминающей пшенную, и пыталась навести подобие порядка в голове. Лида поглядывала на меня с молчаливым пониманием, но с расспросами не лезла.

Вдруг в столовую влетела Эмма.

— Аннет! Лида! — Запыхавшись, она подбежала к нашему столу и схватила меня за руку. — Ты… это ты Ромео отдала чертежи Оливера?

У меня похолодело внутри. Вот оно. Сейчас начнется. Я напряглась, готовясь к упрекам.

— Да, но…

Только Эмма не дала мне договорить.

— Это же просто невероятно! — выпалила она, переполненная восторгом. — Перед самым завтраком к Оливеру подошел сам Ромео Монтези! Представляете? Сказал, что видел его чертежи и что это гениальная работа! И пригласил пройти с ним, чтобы обсудить кое-что важное с Мастерами!

Эмма буквально захлебывалась от счастья.

— Это карьерный взлет! Его заметили! Может, его даже возьмет под опеку сам герцог Монтези! Спасибо тебе, Аннет! Я знала, что ты как-то повлияла!

Я сидела, онемев, с застывшей на полпути ко рту ложкой. Так вот как он решил действовать. Не тайком, а открыто, под предлогом сотрудничества. Умно. А что потом?

— Оливер так волновался, когда эти чертежи чуть не потерял! — продолжала щебетать Эмма. — Говорил, что их Виктория Квиллен смотрела и хвалила. Она же понимает в артефактах лучше всех аристократов! Наверное, и она могла бы ему протежировать…

У меня в ушах зазвенело. Все детали пазла складывались в единую картину. Виктория видела чертежи и разбирается в артефактах!

— Простите, мне надо бежать! — выпалила я, подскакивая с жалобно скрипнувшей скамейки. — Это… это важно!

Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Я должна была найти Ромео, как можно скорее!