Глава 37

Обвинение было рискованным, и мы все это понимали. Мастер Келлан стоял неподвижно, его суровое лицо было каменной маской. Мастер Виллард нервно теребил бороду, явно осознавая всю взрывоопасность ситуации.

Вместо прямых доказательств лишь цепочка косвенных улик: Виктория видела чертежи и разбиралась в артефакторике. Но смогла бы она собрать устройство? И кто мог его зарядить? Предположения, слишком шаткие для обвинения знатной аристократки.

Уловив замешательство Мастеров, Виктория позволила себе еще одну тонкую, язвительную улыбку. Она выдерживала паузу, давая им прочувствовать всю тяжесть возможных последствий.

Ромео наклонился ко мне так низко, что почти коснулся губами уха.

— Виктория не могла повернуть это одна, — со злостью прошептал он. — Собрать — да, чертежи достаточно подробные. А зарядить… — Он с ненавистью посмотрел на дверь, словно там стоял призрак его кузена. — Зарядить мог Кассиан. У него достаточно сил для такого фокуса.

Я согласно кивнула, потому что сама считала так же. Но это были лишь догадки. Слово против слова.

Этой парочке надо было отвлечь всех от катакомб и почти совершённого там ритуала, вот они и пошли на страшный риск.

Мастера, отойдя в сторону, погрузились в дискуссию — подозреваю, что бесплодную. В глазах Ромео светился бессильный гнев, вызывающий пока еще слабые всплески Плазмы. И я почувствовала, как во мне закипает что-то отчаянное. Разговор зашел в тупик, и нужен был резкий, неожиданный ход. Ход, на который не способны были местные, скованные условностями, статусами и страхом.

Я сделала шаг вперед, и Виктория смерила меня ледяным, презрительным взглядом, ожидая очередной глупости от «деревенщины». Но я подошла к ней вплотную, нагло нарушая личное пространство.

Она отшатнулась от неожиданности, ее идеальные брови поползли вверх.

— Что ты себе позволяешь? — прошипела она.

— Поговорим, — тихо, но четко произнесла я, схватив за руку и оттягивая в сторону, к окну.

Виктория оказалась так ошеломлена моей наглостью, что поддалась и пошла следом.

Остановившись в относительном уединении, я пристально посмотрела ей в глаза, в которых сейчас не было и тени высокомерия — только изумление и страх.

— Ты действительно не понимаешь, что твоего жениха хотели убить в тех катакомбах? — выдохнула я почти беззвучно, чтобы только она слышала.

— Что? Какие глупости! — Она попыталась вырваться, но я удержала ее за руку.

— Хочешь доказательств? — перебила я ее. — Можешь поболтать с демонолатрами, которые сейчас охотятся за Кассианом, как за заказчиком того ритуала. — Глаза Виктории расширились. Упоминание демонолатров хорошо ее встряхнуло. — Ритуал с вызовом демона требовал магической жертвы, — продолжала я, вдалбливая каждое слово. — Молодой, здоровой. Так что Кассиан привел тебя туда не на свидание. Он привел тебя как жертвенного агнца. Твою жизнь должны были использовать, чтобы призвать демона и убить твоего будущего мужа, Ромео Монтези.

Виктория резко дернула головой, отметая и отрицая мои слова.

— Ты врешь! — взвизгнула она негромко.

Но потом ее взгляд метнулся к Ромео, который мрачно наблюдал за нами. В его глазах она прочла не гнев на меня за дерзость, а холодное, ясное подтверждение моих слов.

Надеюсь, она начала складывать пазл: приглашение, прогулка, обвал… Идеально прямая спина ссутулилась, губы задрожали, лицо побелело. Виктория смотрела то на меня, то на Ромео, и в ее глазах читался животный ужас и крушение иллюзий.

— Нет… — простонала она. — Нет, он… он говорил, что это будет шутка! — Ее голос сорвался, превратившись в истеричный, громкий крик, который услышали все в лаборатории. Теперь Виктория смотрела на Мастеров, заламывая руки. — Он сказал, мы просто напугаем всех в Академии! Особенно Ромео! Я бы никогда… Никогда не согласилась бы, если бы знала…

И так нерадужная атмосфера окончательно сгустилась. Были слышны лишь сдавленные рыдания Виктории, все остальные молчали. Мастера понимающе переглянулись, ведь теперь им все стало окончательно понятно: главным виновником был Кассиан Монтези.

Мастер Виллард первым пришел в себя, судорожно хватая воздух, словно рыба, выброшенная на берег.

— Герцога… — просипел он, вытирая платком вспотевший лоб. — Немедленно нужно послать за герцогом Монтези! Семейные проблемы такого уровня… Глава рода должен решать!

Мастер Келлан, все еще бледный от гнева, согласно кивнул.

— Да. Это выходит далеко за рамки академических проступков. Это покушение на жизнь сотни студентов…

Да, они же не знали про ритуал и могли только догадываться, что окончательно обрушившийся Восточный флигель и появление на следующий день конденсатора Плазмы могут быть связаны. Но, уверена, воображения додуматься до вызова демона им вряд ли хватило.

И тут заговорил Ромео. Его голос прозвучал на удивление спокойно, равнодушно и одновременно вымораживающе. Примерно так говорил со мной его отец.

— Герцога, конечно, вызвать не помешает, — произнес он, медленно выпрямляясь во весь рост. Его взгляд был устремлен в пустоту, куда-то поверх наших голов. — Но решать… решать, кто виновен, будут боги, судьба и король.

С этими словами он плавно развернулся и, не глядя ни на кого, вышел из лаборатории.

Последняя фраза прозвучала отвратительно пафосно и загадочно. Да еще и все вокруг опять замолчали. Вдруг тишину снова разорвали рыдания Виктории, но теперь в них слышался не страх, а какая-то непонятная обреченность. И я не выдержала. Схватила ее за плечи и встряхнула, заставив поднять заплаканное лицо.

— Что он имел в виду? — потребовала я, впиваясь в нее взглядом. — «Боги, судьба и король»? Что это значит?!

Виктория с отвращением посмотрела на меня сквозь слезы.

— Ты настолько деревенская дура? — Ее голос дрожал от истерики и презрения. — Никогда про дуэли не слышала?! Доказательств нет, значит, человеческий суд бессилен! Остается только суд чести! Перед лицом короля и богов!

Етижи-пассатижи! У меня все внутри заледенело от страха. Дуэль? Так вот откуда и холодность, и решимость, и пафос… аристократический, чтоб его!

— Ну… ну тогда я спокойна, — попыталась выдать желаемое за действительное, чувствуя, как сердце уходит в пятки. — Ромео спалит Кассиана с первого залпа, и все будет зашибись.

На лице Виктории появилась кривая, горькая улыбка, полная отчаяния.

— Как же хорошо быть дурочкой, — с горечью хмыкнула она. — Кассиан, может, и слабее как маг, но он в тысячу раз лучше управляет своей силой! Не психует, не теряет контроль! А сражаться им придется один на один, Вейл! Без напарников! Без тебя!

Без моего Стазиса, способного обуздать его дикую Плазму? Вот теперь меня накрыла настоящая паника.

Это была не игра в аристократические интриги. Это была смертельная схватка с хладнокровным, расчетливым убийцей. И мой Ромео — огненный, психованный, но порядочный, — как болван, шел на нее один!