Глава 13

С того дня Катя мне больше не звонит, в отличие от Дениса, к сожалению, этот редкий примат никак не утихомиривается

Но я стараюсь фокусироваться на своём счастье, а не на его угрозах.

Подкопив весьма приличную стопочку наличных – спасибо несварению Леопольда, козьим родам и паранойе местных владельцев породистых лам, – решаю устроить акт финансовой независимости.

Торжественно дожидаюсь Игоря с дежурства, вылавливаю его на кухне и с самым торжественным видом деловой женщины выкладываю на стол купюры.

Возврат долга за телефон, за бензин и за тот безлимитный аттракцион щедрости с безлимитной картой. Всё честно, копейка к копейке, плюс небольшой процент в виде тёплого пирога с вишней.

Капитан МЧС сначала удивлённо смотрит на деньги, потом хитро косится на меня, и… начинает смеяться. Громко, искренне, так, что у него на щеках появляются совершенно сумасшедшие ямочки.

– Оль, ты серьезно? – он отодвигает от себя купюры. – Забери свои миллионы. Я, конечно, простой пожарный, но на булавки и смартфоны любимой женщине как-нибудь сам заработаю. Не хватало еще, чтобы я брал деньги со своей девушки!

Вот так. Просто. Спокойно. В лоб.

Его откровенность меня, честно говоря, одновременно и пугает до икоты, и заводит так, что датчики зашкаливают.

Игорь вообще совершенно уникальный. Неправильный какой-то мужчина, бракованный экземпляр в нашей суровой реальности.

Если вспомнить Деню, то тот три года встречался со мной едва ли не тайком, предпочитая прогулки в парках, куда его гламурных друзей никогда не занесёт, или в тёмных углах закрытых ресторанов.

Видимо, боялся, что его тонкая душевная организация не вынесет, если кто-то застукает его важную персону с женщиной весом больше сорока пяти килограммов.

А этот двухметровый шкаф заявляет о своих симпатиях прямо, весомо и без всяких там реверансов!

В общем, деньги мне впихивают обратно в карман новых джинсов. И поскольку капитан наотрез отказывается от валюты, я решаю пустить её в дело. Хватит моим спасёнышам ютиться в пристройках на птичьих правах.

На эти сбережения я заказываю брус, сетку-рабицу и нанимаю пару рукастых местных мужиков. За три дня мы возводим на заднем дворе Игоря настоящие, капитальные, просторные вольеры для животных – с подогревом, изоляцией и всеми ветеринарными удобствами.

Получается, что я самым наглым образом осваиваю и оккупирую территорию мужчины, который меня не держит, не контролирует, не ставит условий. Но при этом делает абсолютно всё, чтобы я осталась здесь исключительно по собственной воле.

И мне чертовски хочется остаться!

Я просто тащусь от тишины этого пригорода, от добрых, открытых душой соседей, которые вместо сплетен приносят мне домашнее молоко за консультации по лечению кур.

И эти выезды в город на классной, огромной машине Игоря – это же чистый восторг!

В «Сто тридцатый» при желании можно не то что добермана посадить, туда целого коня загрузить можно. Полная свобода перемещения!

Но самое классное во всей этой загородной идиллии – это то, как мне нравится «награждать» моего личного спасателя.

Этим вечером я планирую зайти намного дальше наших привычных поцелуев под звёздами.

Гораздо, гораздо дальше!

Градус напряжения между нами достиг такой отметки, что воздух на веранде уже буквально искрит при каждом прикосновении.

Хватит тянуть кота за все подробности!

Специально для этой спецоперации я совершила тайный набег на специализированный магазин для больших девочек и отхватила там шикарный комплект белья.

Бордовое кружево, идеальная посадка, которая делает из моих выдающихся форм нечто среднее между богиней плодородия и роковой женщиной из фильмов нуар.

У Игоря сегодня просто не останется шансов на отступление. Этот единорог наверняка возьмёт всю причитающуюся ему награду целиком. И, зная его выносливость по службе, возможно, даже не один раз!

Я стою перед зеркалом в гостевой комнате, разглаживая на себе этот кружевной шедевр, и глупо хихикаю, представляя лицо капитана. В прихожей громко и настойчиво звонит мой новый телефон.

Наверное, Игорь.

Хочет предупредить, что выезжает со смены, и спросить, нужно ли купить хлеба. Я, сияя как начищенный таз, подлетаю к трубке, нажимаю «ответить» и выдаю в динамик самое кокетливое «слушаю, капитан», на которое только способна.

Но в трубке тишина. А потом раздается чужой, незнакомый, слишком официальный голос. Мужской и очень уставший.

– Ольга Владимировна? – раздаются глухие слова. – Это из управления. Капитан Игорь Назаров был старшим на выезде. Крупный пожар в промышленном секторе, загорелось большое офисное здание. Произошло внезапное обрушение несущих конструкций. Здание рухнуло полностью. Сейчас на месте ведутся экстренные раскопки, работают три расчета, но… Игоря пока не нашли. Связи с ним нет. Извините.

Телефон выскальзывает из моих пальцев.

Голос приглушённо продолжает что-то говорить – про координаты, про технику, про шансы, которые всегда есть, – но я почти не слышу.

В ушах начинает нарастать страшный, глухой гул, точно такой же, как в тот день, когда горела моя клиника. Только в этот раз горит вся моя жизнь, и спасать меня больше некому.