Глава 20

Наше официальное бракосочетание в ЗАГСе номер три больше напоминает экстренную эвакуацию зоопарка во время наводнения.

Я категорически отказалась от платья-торта с кринолином (не хватало ещё застрять в дверях и вызывать МЧС для деблокирования невесты) и выбрала лаконичный футляр нежного персикового оттенка.

На моих выразительных формах этот трикотажный шедевр сидит так, что у регистраторши – женщины с лицом сурового прокурора – при моём появлении слегка сбивается казённый прицел.

Игорь рядом со мной выглядит как реклама идеального генофонда. Парадный мундир МЧС, начищенные пуговицы, и эта его невыносимая, обожаемая мной ухмылка.

– Назаров, – шепчу я, пока тётенька с лентой через плечо заводит пластинку про «семейный корабль в бушующем океане». – Если ты сейчас начнёшь пускать скупую мужскую слезу, я заставлю тебя лично принимать роды у соседской свиньи. Без перчаток!

– Красотка, я кремень, – так же тихо отвечает он, незаметно сжимая мою ладонь своими горячими пальцами. – Но если эта почтенная дама не закончит через минуту, я объявлю здесь пожарную тревогу и вынесу тебя отсюда на руках.

Кольца мы надеваем под громкий всхлип растроганной Ани и грохот аплодисментов парней из смены Игоря.

Всё, печать в паспорте стоит, ветеринарный контроль пройден, капитан официально окольцован и сдан в эксплуатацию.

На выходе из ЗАГСа нас ждёт главный сюрприз.

«Сто тридцатый» парни из пожарной части прокачали по полной программе. Вместо банальных свадебных ленточек и пупсов эти гении инженерной мысли привязали к заднему бамперу на прочные спасательные тросы... старые, списанные пустые огнетушители и железные пожарные вёдра-конусы.

Настоящий кастомный хардкор!

Когда мы с Игорем залезаем в кабину, и я вжимаю педаль газа, вся эта металлическая конструкция сзади заходится таким оглушительным, жизнерадостным грохотом по столичному асфальту, что прохожие в ужасе катапультируются в кусты.

Огнетушители весело высекают искры, вёдра звенят как оркестр сумасшедших перкуссионистов, а Серёга, возглавляющий нашу кавалькаду на служебной автоцистерне, врубает сирену на полную мощность.

Мы летим в сторону области под аккомпанемент этого индустриального ада, и я дико, во весь голос хохочу, перекрикивая этот свадебный шум. В кабину летит ветер, пахнет свободой, и я чувствую, что эта поездка – лучшее, что случалось с моей личной жизнью за все тридцать семь лет.

Загородная резиденция встречает нас в состоянии полной боевой готовности. Никаких ресторанов с официантами в белых перчатках и французскими шампиньонами по цене крыла самолёта.

Мы закатили настоящую, грандиозную деревенскую свадьбу прямо у нас во дворе, под раскидистыми яблонями.

Столы соорудили из бруса для вольеров, накрыли их простыми льняными скатертями и завалили едой так, что ножки подкашиваются.

Домашние пироги с мясом (моё фирменное оружие массового поражения), запечённый окорок, соленья от бабы Маши, вёдра свежей зелени и, конечно, запотевшие графины с «топливом высшего пилотажа».

Приглашены были абсолютно все. Сосед слева, дядя Вася, пришел в своем лучшем парадном пиджаке, который он, судя по запаху нафталина, надевал последний раз на Олимпиаду-80. Баба Маша через дорогу прибыла в нарядном платке и сразу же попыталась организовать хор среди пожарных.

Аня с Максом, привезли кучу ветеринарных подарков. Коробка качественного шовного материала и ящик дезинфектора – лучшие свадебные дары для практикующего врача!

Даже наш звериный табор принимает активное участие в банкете.

Марс с важным видом патрулирует зону между столами, профессионально гипнотизируя гостей своими преданными глазами в надежде на лишний кусок колбасы.

Трёхцветная кошка Мотя со стратегической высоты – со старой груши – бдительно следит, чтобы никто не покушался на её законную территорию. Её котята крутятся неподалеку, периодически пытаясь стащить что-нибудь вкусненькое с чужой вилки.

Градус веселья быстро набирает высоту. Пожарные наперебой травят байки, от которых баба Маша то краснеет, то крестится, дядя Вася обсуждает с Максом особенности кастрации хряков в условиях рыночной экономики, а Аня пытается научить Серёгу танцевать танго под цыганские напевы из старого магнитофона.

Игорь сидит рядом со мной, обнимая своей сильной рукой, смотрит на меня невыносимо нежным взглядом и подвигается совсем близко.

– Ну что, гражданка Назарова, – шепчет мне прямо в ухо, обдавая ароматом мятного чая. – Как тебе наше скромное торжество? На штурмовую лестницу пока не тянет?

– Назаров, если Серёга еще раз нажмет на сирену, я лично сделаю ему инъекцию успокоительного для крупного рогатого скота, – смеюсь я и утыкаюсь носом в его плечо. – А вообще... Знаешь, капитан? Это лучшая свадьба в мире. Даже несмотря на то, что твои парни привязали к нашей машине средства пожаротушения.

– Это для безопасности, Оля, – ухмыляется он и прижимает к себе так крепко, что я почти перестаю дышать. – У нас тут, понимаешь, слишком высокий уровень пожароопасности между молодыми. Надо перестраховываться.

Я поднимаю глаза, встречаюсь с его взглядом – прямым, горячим, обещающим очень бурное продолжение этой ночи, – и шепчу:

– Не поможет, любимый. Эту стихию не остановить!

И это абсолютная правда.