Глава 41. Роза

Я дышу. Это первое, что осознаю, когда прихожу в сознание. Мои лёгкие наполняются кислородом, грудь плавно опускается и поднимется… — это настолько привычное явление сейчас кажется невероятным.

Я приоткрываю глаза и в считанные секунды вспоминаю всё, что произошло.

Какой кошмар… И ведь это был не сон.

Поворачиваю затекшую шею и узнаю знакомый интерьер дома Дамира… Значит, я не в больнице.

Хочу пошевелить рукой и чувствую дискомфорт — возле меня стоит капельница, к которой я «прицеплена» иголкой. Грудина обмотана бинтом, и слабость в теле наполняет тело, лежащее мирно на кровати.

Мои шевеления привлекают внимание дежурившей возле меня женщины. Должно быть медсестры.

— Проснулись, наконец… Доброе утро, — приветливо улыбается она.

Я бы рада ответить взаимностью, но что-то сил совсем нет.

Прочищаю пересохшее горло, и медсестра предлагает мне выпить воды. Киваю, потому что в горле дико першит.

— Я позову хозяина, хорошо? Отдыхайте… Скоро он подойдёт.

Она выходит из комнаты, а я глухо стону. Нет, не от физической боли… Видимо, мне вкололи хорошее обезболивающее, и сейчас она меня не тревожит.

Вой стоит внутри меня и вырывается наружу. Сейчас я увижу Дамира, которому обязана своим спасением. Он приехал «выкупать» меня у похитителя-отца, который оказался тем ещё долбанным извергом, он заботится обо мне сейчас… Но ведь совсем не должен.

Самолюбие Дамира не в состоянии переступить через себя и сжалиться над девушкой, которая кинула его и намеренно некрасиво поступила. Именно так я думала, но вся схема рухнула, когда он приехал за мной … Что-то я пропустила и просмотрела, потому что перестала понимать очевидную для меня суть этого человека и его отношения ко мне.

Скрип двери заставляет чуть вздрогнуть. Все мысли разом улетучиваются, оставляя место обострившимся чувствам. Сейчас главенствует неловкость и чувство вины… Я не должна была так с ним поступать. В тот вечер я солгала не только ему, но и самой себе, причинив боль нам обоим. И ради чего? Видимо, ради этого момента…

— Привет отчаянной и живучей девчонке, — радостное лицо Дамира нависает надо мной. — Как себя чувствуешь, Роза?

— Думала больше не увижу тебя, — хриплю и слабо улыбаюсь.

— Не тут-то было, да?

Прикрываю глаза и издаю глухой смешок. Я ещё слаба, Дамир видит это и пытается отвлечь меня от плохих мыслей.

— Ладно, я как-нибудь переживу…

— Даже не сомневаюсь, — усмехается он и садится рядом на стул.

Мужчина дотрагивается до моей ладошки, и я машинально ловлю его палец. Хочу разжать ладонь, но Дамир не даёт этого сделать.

— Ты очень напугала меня, глупышка, — говорит он вполголоса.

Вот теперь Дамир не шутит. Я поднимаю на него глаза и с сожалением отвечаю:

— Я сильно испугалась и запаниковала.

— Тебе не нужно оправдываться, — категорично качает головой. — Я всё понимаю, Роза. Но просто ты рисковала своей жизнью…

— Ты тоже, — сжимаю ладонь мужчины и хочу разглядеть в его глазах ответ на главный вопрос. — Зачем ты приехал? Повёлся на провокации и условия сумасшедшего отца?

— Главным было не его условие, а моё. Ты — здоровая и невредимая. Ради этого я и приехал.

— Зачем тебе меня спасать? Такую…

— Какую?

— Ну… После нашей последней встречи, наверно, подлую. Разве не такой ты меня считаешь?

За вопросом следует пауза. Опускаю глаза, принимая её за немое согласие.

Жалею ли я о своём поступке? Мне неспокойно, когда вспоминаю всё… Но на тот момент это был единственный способ отвадить Дамира. Человека, который готов был отдать за мою жизнь всё.

Сейчас он рядом, и я чувствую себя в безопасности. Только вот, что чувствует он? Неприятный осадок остался, как ни крути.

— Нет, — запоздало отвечает Дамир. — Я не считаю так. Если говорить о подлости, то я буду гораздо выше в этой градации. Но вот если говорить об обмане…

Он замолкает и переводит на меня прищуренный взгляд.

— Зачем ты обманула меня?

— Я?..

— Ты.

— Но… — растерянно бегаю глазами из угла в угол и понимаю, что попалась.

— Егор — неплохой парень, да и девушка у него ничего…

— Девушка?

— Да, довольная милая… Они встречаются уже полгода. Ты слишком плохо знала его, чтобы прыгать с ним в постель? Или, может, он скрывал это… — разговаривает сам с собой Дамир, но понимаю, что просто разоблачает мою задумку. — Хотя нет, Егор — честный малый, и при девушке не стал врать про вашу интрижку, которой вообще не было.

Преступление раскрыто, и нет шанса для оправдания. Да и нужно ли оно? Чувствую себя глупой дурой. Не поднимаю на него своих виноватых глаз и рассматриваю рисунок на одеяле.

— Как ты узнал?

— Узнал, где работает, и пообщался с ним, — слишком легко отвечает Дамир, пока я напряжена и взволнована.

— Когда?

— Почти сразу. Через день после нашего разговора. Он рассказал, как всё было на самом деле и … — Дамир шумно вздыхает, вспоминая неприятные подробности. — Я взял с Егора слово, что он ничего тебе не расскажет. Молодец, справился.

— Если ты всё узнал, то почему…

— Почему не вернулся и не посмотрел тебе в глаза, зная правду? — догадывается он и усмехается. — Это сколько ненависти надо иметь к человеку, чтобы прокрутить такую сцену, Роза? Чтобы избавиться от него раз и навсегда, жертвуя своей репутацией… Не хотел я смотреть в твои глаза, полные отвращения ко мне, честно, мне одного раза хватило. Было больно, но принуждать тебя быть рядом — в разы больнее откликается… Особенно, когда ждёшь взаимности и надеешься на неё до последнего.

Мне прострелили спину, но сейчас у меня ноет сердце. Его слова иголками вонзаются в него… Почему он говорит такое? И почему я верю ему?

Слов не хватает что-либо сказать в ответ.

Дамир отпускает мою руку и встаёт со стула. Связь теряется, и слабость накрывает новой волной.

Думаю, что он хочет уйти, и останавливаю его торопливым несвязным вопросом:

— И что теперь будет? Что дальше, Дамир?

— Для начала тебе надо поправиться. А дальше… Ты будешь свободна во всех смыслах, в которых ты хотела быть таковою. Ни отец, ни я больше не будем мучить тебя… Уверен, тебя ждет интересная новая жизнь.

— Но как же… — его простота вводит в ступор. Приравнял себя к отцу, который вовсе таковым не является. Извергом, не меньше.

— Вот так. Твоего отца уже нет в этом мире. На высокой скорости его машина полетела с моста в реку… Обойдёмся без подробностей, надеюсь?

Новость не производит на меня впечатления. Лишь будоражит сгусток негатива.

— Не отец он мне! Сам признался… Подробности смерти чужого человека меня не интересуют, — холодно заявляю я и поджимаю губы.

— Вот как… — задумчиво протягивает Дамир. — Что ж, тем лучше… Не будешь оплакивать его. Он не достоин твоих слёз… Как и я. Поэтому обещаю, когда покинешь этот дом, я больше не буду тревожить тебя, следить и доставать словами о чувствах.

Я молча проглатываю всё сказанное, буквально давясь им. В горле жжёт непроходимая горечь. Дамир слишком категоричен, и всё решил для себя. А я — нет… Я запуталась. Меня разрывает от противоречивых чувств.

Вот вроде и хэппи-энд. Все живы и получили желаемое, но мне совсем не радостно… Наоборот, до стона грустно и как-то одиноко сейчас.

— Отдыхай, и не думай ни о чём, — его тёплая ладонь ложится на лоб и аккуратно убирает пряди с лица назад. Приглаживает.

— Скоро я поправлюсь?

— Да, с каждым днём состояние будет улучшаться, не сомневайся… Ты крепкий орешек. Пуля не задела жизненно-важные органы, за тобой будут присматривать врачи, поэтому будь спокойна.

— А ты? Будешь приходить?

— Я буду жить здесь и проверять тебя, если ты не против, — улыбается он, чуть посмеиваясь.

— Конечно, не против, это же твой дом. Приходи ко мне, когда захочешь.

«Я буду ждать…» — мысленно добавляю про себя.

— Договорились. Скоро тебя покормят, ты голодна?

— Есть чуть-чуть…

— Аппетит — это хорошо. Тогда загляну к тебе вечерком, ладно?

— Да, — киваю, расплываясь в улыбке. — Заглядывай. А то мне будет скучно одной.

— Договорились.

Дамир уходит, оставляя меня наедине с кричащими мыслями. Пока я в этом доме, у меня есть время, чтобы разобраться в себе и принять правильное решение.