Глава 29.

- Не хочу жить! Не могу! Никто не заставит!

Серьёзное заявление. Пугающее. Когда произнесено твёрдо, прямо и упрямо... Девочка же, сидевшая на постели, выла тоненько и жалко. Прикрыв глаза, будто боялась смотреть на мир.

- Понятно, почему папаша даже в расчёт её чувства и желания не принимает,- хмуро оценивала Роза Михайловна.- Странные они тут! У неё силы ведь немерено. С родителем может тягаться. А уверенности никакой. Вообще никакой! И воли к борьбе!

История была, в общем-то, обыкновенной. Такие случаются в каждом мире. Довольно часто. Как та же история Ромео и Джульетты... Встретились и полюбили друг друга парень и девушка, совершенно не подходящие друг другу, по мнению окружающих...

В данном случае, возражающая сторона была только одна, зато какая! Отцу Веки, по определению, не мог понравиться парень невысокого рода, сирота. То, что он красавец, умница, отличник, не имело никакого значения. А то, что юный идиот надышаться на Веку не мог и любил её трепетно, со всем пылом первой любви, вызывало у Кармайкла Ордона только глубокое презрение.

- Ты зачем из академии уехала, если знала, что он против вашего брака?- оборвала стенания девушки Роза Михайловна.- Там ты под защитой была. Чего полезла? И почему вы не поженились сразу, как поняли, что хотите быть вместе?

Века моргнула и застыла с чуть приоткрытым ртом. Её старая няня с осуждением смотрела на не деликатную даму, расстраивавшую её девочку. Ночь за окном. Чай стынет на столике в комнате старшей Розы. Вокруг тот же радужный пузырь, что гасит звуки и не даёт подслушивать, какой уже видела Роза сегодня.

И ещё. Женщине из другого мира глубоко чхать на деликатность и на прочие частности. Просто потому, что она сама ходила дорогой юной глупышки двадцать лет. И куда пришла?..

Потому она и заговорила с девушкой холодно, как металлом лязгнула:

- Твой сын родится завтра. К этому времени ты должна решить, как будешь себя вести! Как глупая курица, которая подохнет где-то в углу, ненавидя себя, или вынашивая очередного высокородного? Или станешь бороться? Сына твоего мы вырастим счастливым и сильным, в любом случае. Не волнуйся.

Вроде, и утешила, а бабка взвилась, как кобра. Девушка позеленела. И жалко пропищала:

- Как бороться?

Роза Михайловна резко фыркнула:

- С таким настроем, никак! Ты должна рычать, как тигрица, и так же держаться за жизнь. Ради себя. Сына. И того, кто любит тебя. Он любит тебя? Или у парня тоже игра, как твои "чувства" к нему?

Девушка поперхнулась возмущением:

- Как вы можете! Я!..

Роза Михайловна с интересом смотрела. Подбодрила даже:

- Ну-ну... Расскажи мне, как ты его любила и боролась! И он как берёг тебя...

Девушка застыла с приоткрытым ртом. Широко распахнутыми глазами смотрела на Розу. Будто впервые видела. Моргнула. Обвела взглядом уютную комнату... Снова моргнула и удивлённо ответила:

- Он ведь действительно боролся! Изо всех сил! Один!.. Я не помогала. Я будто застыла. И снова сделала, что было велено. Как всегда. Поехала домой, раз отец приказал...

Обняла живот и глухо продолжила:

- Я не знала, что беременна. Никто не знал ещё. Дома выяснилось... Он не пустил меня больше в академию. Заставил написать Джозу письмо. Что я не люблю его и бросаю. Сказал, что убьёт его иначе...

Розу Михайловну перекосило. Девочка глянула на неё исподлобья. Сурово и мрачно:

- Зря вы, мисси Роза! Он убивал. Я знаю точно. Пара его любовниц жаловалась мне, что он не позволил им родить. И я сама видела, как он... Он очень жестокий человек. Не знаю... Может, оттого, что боевой маг? Но для него нет ничего святого...

Роза Михайловна тоже посуровела:

- Хочешь я скажу тебе, почему он такой?.. Потому, что всегда получал то, что хотел. Ни разу не встречал сопротивления. Вседозволенность развращает... Ты никогда не узнаешь, насколько дорога ему, пока не начнёшь сопротивляться. Не поймёшь, на что способна ты. Сына потеряешь навсегда. Парень этот, Джоз, наверное, и не нужен тебе особо...

- Нужен!- выкрикнула девушка отчаянно.- Я люблю его! По-настоящему! Так, что готова на что угодно, чтобы быть с ним!

- Думаешь, ты выбрала верную дорогу, когда позволила отцу лишить тебя ребёнка и написала парню, что ненавидишь его? Он, может быть, утешился уже...

С ненавистью смотрели на Розу Михайловну теперь обе, и юная магичка, и её няня. Хозяйка приюта флегматично ждала ответа. Не обижалась. Антикризисный менеджмент, он такой. Прежде чем решать проблему, её нужно осознать как следует. А это больно.

Века оказалась умной и образованной. Она сообразила намного быстрее, чем пожилая женщина. Нахмурилась. Ответила тихо, будто запал иссяк:

- Вы правы. Я идиотка. Я разрушила жизни троих людей. Только я.

Роза Михайловна не стала утешать. Кивнула:

- Отлично, что ты понимаешь это.

Няня снова взвилась. Девушка взяла её за руку, призывая к молчанию. Женщина заплакала. У Веки наоборот слёзы высохли. И вся она будто повзрослела. Глядя в сторону, попросила:

- Если я напишу письмо, вы отдадите его моему мальчику, когда он подрастёт? Хочу сказать, что люблю его и виновата.

Роза Михайловна не сказала: "Сама скажешь". Вместо этого язвительно хмыкнула, нарушив трогательность момента:

- Думаешь, самоубийство выход?

Няня схватилась за сердце. Века не отвела взгляд от пустоты, в которую смотрела. Тихо, безжизненно ответила:

- Я не смогу так жить.

Роза Михайловна фыркнула:

- Так живи иначе!

- Как?

Просто вежливый вопрос. За которым не стоит ни интерес, ни тяга к жизни, ни решимость бороться. Роза пересела на кровать, рядом с девочкой. Взяла её руки в свои. Чуть сжала их, заставляя посмотреть на себя.

Проблема осознана и признана. Оплакана. Можно двигаться дальше...

- Я научу тебя.

И снова жалкое:

- Как?

На которое Роза фыркнула:

- Так! Вести себя так, как поступали с тобой!

- Бесчестно?

Скажи ей Роза сейчас "да", мир получил бы ещё одного отвязного, беспринципного мага... Так люди и ломаются, когда на изломе жизни, ослепнув и оглохнув от боли, принимают решение мстить... Не кому-то конкретному даже, а самой жизни за то, что сломала их, а они не устояли...

Роза Михайловна не стала ломать девочку. Конечно, нет! Она ласково сжала её ледяные руки:

- Ты будешь вести себя не бесчестно. Просто начнёшь думать головой и исходить из интересов тех, кого любишь. Ты сможешь быть храброй?

Розу обнадёжило то, что девочка не закричала с готовностью "да". Это значило, что она понимает, на что согласится. Если согласится. Бунт. Сопротивление. Может быть, смерть.

Кивнула:

- Я буду храброй. Мне нечего терять. Я лучше попробую отыграть свою жизнь назад, чем и дальше буду куклой, которая сидит там, куда её посадили, и делает то, что велено.

- Молодец!

Роза Михайловна погладила руки девочки и приступила к изложению плана:

- Завтра ты родишь своего сына и оставишь его здесь.

Руки дрогнули. Сжались в кулаки. Роза снова погладила их и с нажимом повторила:

- Ты оставишь его здесь. Спокойно. Будто тебе и дела нет. Будем считать, что он будет гостить у нас. Попрощаешься. Ты долго не увидишь его.

Руки девочки задрожали. Роза крепко сжала их, стараясь передать волю к борьбе:

- Не волнуйся. Мы будем любить и беречь его.

Дождалась согласного кивка и продолжила:

- Ты вернёшься домой и продолжишь жизнь, которую вела. Но!.. Тебе придётся симулировать магическую нестабильность. Взрывай что-нибудь, поджигай. Желательно, при посторонних. Тогда, когда тебе перспективного кавалера представляют, к примеру. Отпускай себя и круши.

- Это стыдно!- пискнула Века.

- И отлично!- кивнула Роза.- Пока ты такая, папаша не сможет отдать тебя замуж. Такую тебя даже во временные любовницы никто не возьмёт. Лето впереди! За лето ты должна так довести всех, чтобы осенью тебя отправили назад в академию.

Глаза девушки загорелись, а Роза продолжила:

- И главное. Говори плохо о Джозе. Делай то, что прикажет отец. Пиши ему самые гадкие письма. А если он как-то подстроит вашу встречу, веди себя так, словно он грязь под твоими ногами.

- Как я могу! Он ведь поверит! Разлюбит меня! Он, может, и так уже... Мы ведь не виделись восемь месяцев... Я не знаю, как он! У него последний курс. Он вообще уходит из академии...

Века шептала. Плакала. Роза снова чуть сжала её руки. Заглянула в глаза:

- А если он нашёл другую? Ты не будешь бороться?

Замотала головой. Всхлипнула:

- Буду! Я хочу сама растить сына! И быть свободной!

- Отлично! Тогда слушай дальше. Совсем немного осталось... Ты, когда попадёшь в академию, должна попросить защиты у ректора. И больше не смей покидать её территорию. Нет! Слушай!.. Если отец начнёт угрожать, что убьёт Джоза или ребёнка, не верь! Твой парень сможет себя защитить, а малыша защитим мы. Не удивляйся. Этот дом удивительный. Тут он будет в безопасности.

Века думала. Роза Михайловна добавила:

- Ты дашь мне ваши данные...

Наткнулась на непонимающий взгляд магички, чертыхнулась про себя. Опять её снесло на привычный словарный запас... Поправилась:

- Ты напишешь, как мне связаться с тобой и с Джозом. Магическим вестником. Мне ты напишешь сама, когда будешь в академии. Не раньше. Чтобы отец не отследил. Парню твоему напишу я. Узнаю, как он относится к тебе и к тому, что стал отцом.

Века разрыдалась. Схватилась за Розу. Та обняла её. Гладила хрупкую спину. Дождалась, пока слёзы чуть утихнут и закончила:

- Если он захочет быть с тобой, то приедет в академию и вы поженитесь там. Семья откажется от тебя, но это всё. Они больше ничего не смогут сделать. И преследовать перестанут. Но!.. Вам придётся нелегко. Ведь твой отец богат. Он может испортить карьеру твоему мужу. Вам придётся жить в глуши...

Девушка зашептала Розе на ухо:

- Скажите Джозу это, пожалуйста! Если он согласится взять меня! Чтобы он знал, на что идёт. Не хочу портить ему жизнь. Пусть он знает, на что идёт. И не считает себя обязанным.

- Обещаю.

- И ещё... А если он не захочет? Если он уже влюблён в кого-то другого или не пожелает осложнять себе жизнь? Как я смогу выйти из академии? Как смогу растить сына?

Роза Михайловна ободряюще похлопала девочку по спине:

- Не волнуйся. Я попрошу, чтобы тебя взяли на службу куда-нибудь. В тот же Магический сыск. У них, я слышала, иммунитет...

- Вы сделаете это для меня?!

Века смотрела на Розу так, словно та дарила ей целый мир. А, может, так оно и было?.. Что-то болезненное разжалось в груди попаданки. Так приятно "менять мир"! Даже если это судьба одной девочки и её малыша! Ради такого можно терпеть ментальное сканирование столько, сколько скажут, и не пикнуть.

Широко улыбнулась:

- Я сделаю для тебя, Века, всё, что смогу!

***

Века Ордон приняла твёрдое и взвешенное решение бороться. И у неё, оказывается, имелся характер. Роды она пережила так стойко, что стало понятно: не только мужчины-маги обладают феноменальной выдержкой.

Отец Веки потребовал, чтобы ребёнка дочери не показывали и унесли сразу же, как он родится. Что ж. Мэтр Пертин послушался его. Он вообще был под большим впечатлением от близости, пусть и временной, к вельможе.

Роза вышла из комнаты роженицы со свёртком, как пару недель до этого. Кармайкл Ордон сидел в гостиной в преувеличенно расслабленной позе. Роза хотела было пройти мимо, чтобы не мешать высокородному играть в равнодушие. Он сам остановил её. Хмурым вопросом:

- Как она?

Роза поменяла направление. Подошла к нему. Он, выходит, любит дочь. И заботится о ней, на свой лад. Уже хотя бы то, что он не стал срывать её первую беременность... Не хотел, значит, риска бездетности для неё. Пошёл на риск огласки. Ведь пусть девочка просидела в поместье всю беременность, кто-то мог рассказать. Тогда гордость Ордонов пострадала бы.

Улыбнулась:

- Ваша дочь жива. Всё хорошо... Хотите взглянуть на внука?

Она не планировала. Само вырвалось. Высокородный потемнел:

- Зачем мне сдался бастард какого-то выскочки?

Роза подошла ближе. Отбросила с головы ребёнка пелёнку. Шепнула:

- Потому, что он ваш внук. И он прекрасен. Смотрите!

Он действительно смотрел . Кажется они оба смотрели друг на друга. Дед и внук. А потом маг прикрыл лицо малыша сам. Резко, гибко встал с кресла, оказавшись с Розой лицом к лицу, и едва слышно прошипел:

- Вы опасно играете, Роза! Я могу убить его прямо сейчас! Даже закон мне не указ! Поверят мне. Не вам! Я смогу сказать, что это ваша вина и останусь правым!

Роза медленно кивнула:

- Не сомневаюсь. Но уверена, что вы не сделаете такого.

- С чего бы?- фыркнул маг.

Роза прямо глянула ему в глаза:

- Вы любите дочь. И не посмеете убить её ребёнка.

Она довела лорда Ордона... Он прихватил её. Прижал к себе. Аккуратно. Но вырываться она не могла из-за того, что малыш на руках. Злобно прошипел:

- Вы, в принципе, способны держать язык за зубами и делать то, что вам велят?

- Нет,- честно ответила Роза.

- Вас нужно перевоспитывать! Я, наверное, займусь этим...

Рука лорда поползла по спине Розы вниз. Она неуступчиво пробормотала:

- Не займётесь! Не надейтесь!

- С чего бы мне отступать?

- А вдруг у меня найдутся заступники?

Высокородный рассмеялся и интимно прошептал:

- Сомневаюсь!.. Идите. Унесите ребёнка и возвращайтесь...

- Нет!

- Да!

Именно этот момент выбрал мэтр Пертин, чтобы выйти из комнаты родильницы...