Глава 30.

Ну, а дальше было весело. Во всех смыслах. Следующих три дня, пока Века Ордон не восстановилась достаточно, чтобы уехать, превратились для обитателей дома Розы в перманентный кошмар.

Мэтр Пертин оказался храбрым малым. На свой лад. Он торчал в приюте каждый день с утра до вечера. И предлог у него был железный: здоровье молодой высокородной леди. Никто не посмел бы выставить его вон, ведь играть здоровьем Веки не стали бы ни её отец, ни Роза.

Проверить, так ли необходимо постоянное присутствие лекаря, не мог никто. Кроме Шада и Шебы. Дети-целители посмеивались. Маленькая Шеба подмигивала Розе:

- Этот дядька обхаживает тебя, мама, как голубь голубицу. Потому и торчит у нас.

Мальчики мрачнели. Они знали, кто обхаживает Розу по-настоящему. Тот придурок даже на чердак по ночам пытался прорваться. Туда, где была комната хозяйки приюта.

Парни хитро улыбались... Они, может, и "мерзкая отрыжка высоких родов", как называл их высокий лорд. Может, они не владеют магией так, как могли бы, если бы их учили как нужно и вовремя. Конечно, они не знали и малой части заклинаний. И не владели своими силами, как до́лжно.

Но... Одного у них было не отнять... Они умели бороться за своё. А ещё ставить цели и достигать их, не глядя на издержки и препятствия. Это вынужден был признать даже высокородный "гость"... Он просто не мог выйти из своей комнаты по ночам.

Что там накрутили мелкие паршивцы, он не понимал. Не видел такого раньше никогда. Он входил в комнату, и всё... Когда он пытался потом выбраться из неё, чтобы навестить бабу, которая занозой засела в мозгах... Дверь просто не открывалась.

В последнюю ночь перед отъездом Кармайкл Ордон наплевал на приличия и не пошёл к себе. Сидел в гостиной, пока остальные обитатели дома не разошлись по комнатам. И что?.. Он оказался заперт тут же, в гостиной. Спать пришлось на диване, прикрывшись собственным камзолом. Не самый худший расклад, какой бывал в его жизни... Если бы не злость.

Четверо суток, что он провёл под крышей приюта, были для лорда Ордона самыми жуткими за долгое время. Начиная с того, что хозяйка приюта делала вид, что не понимает намёков и испарялась у него из-под носа каждый раз, когда он думал, что подловил её.

Лекарь, слизняк с глазами дохлой рыбы, ходил за ним хвостом. Он, наверняка, тоже имел виды на странную мисси. Нелепо выглядящую, но свободную и интересную настолько, что глаз не отвести. Она была загадкой, которую непереносимо хотелось разгадать. Как в ранней юности хотелось разгадать тайну женщин вообще.

Лорд Ордон понимал слизняка. Чего уж там! Он сам пытался прорваться к ней каждую ночь. Сам точно не знал, зачем. Чтобы доказать мелким пакостникам, что он может обойти их? Чтобы добраться до женщины? Или чтобы просто поговорить с ней?..

Одно хорошо, лекарь отрабатывал своё жалование. Не только в плане ухода за Векой. Но и в смысле приказа не показывать ей ребёнка. Так, на самом деле, думали оба мага... Только ничего у них не вышло...

Откуда было знать высокородному и лекарю, с очень своеобразным понятием об этике целителя, про тайную дверцу в комнате прежней хозяйки приюта?

Века кормила сына все три дня, что была в приюте. Выпускала его из рук только тогда, когда мэтр Пертин или лорд Ордон стучали в дверь, чтобы получить разрешение войти.

Когда такое случалось, няня отвечала, что леди нужно пару минут. Этих пары минут хватало... Они работали быстро и слаженно. Няня и Роза. Мигом перетягивали грудь Веки. Потом Роза подхватывала малыша и уходила с ним, а леди Ордон встречала посетителя в компании няни с таким печальным лицом, что ни отец, ни лекарь не смели докучать ей слишком долго.

Ночи ребёнок тоже проводил с матерью. Выматывающий темп жизни для няни и Розы. Чтобы устроить всё это. Хорошо, что Руфь приходила помогать готовить обеды и ухаживать за маленьким Роном каждый день.

Женщины шли на это. Помогали Веке. Ей предстоит разлука. И нешуточная борьба. Ей точно нужно утешение. Разве они не потерпят немного, чтобы помочь ей? Тем более, что остальные дети ведут себя как шёлковые...

Это хозяйка приюта думала... Наивная!..

Роза Михайловна понятия не имела о войне между юными магами и высокородным. До утра, когда Ордоны должны были уезжать. Карета ждала уже за воротами. Роза возилась на кухне, готовя завтрак.

Её вынесло оттуда... Такого вопля она не слышала... Наверное, никогда. Рёва, полного такой незамутнённой ярости и ненависти, что её колотнуло от ужаса. Она поначалу бестолково заметалась по кухне. Мгновение. Взяла себя в руки и выскочила в холл.

Там наткнулась на "своих" детей. Полностью одетых. Младшие, Шеба и Фаль, укутаны от утренней свежести и росы по самые носы. Шад с широкой улыбкой на лице. Пеликан, неубиваемо спокойный, обычно, виновато улыбается Розе:

- Прости, мама Роза! Лорд Ордон будет сейчас немного не в духе. Тебе он ничего не сделает. Ты не при делах. Он это знает. А мы уберёмся, пока он не уедет.

Подхватил на руки Шебу, быстро пошёл к двери. Оглянулся. Свёл брови и твёрдо, сурово даже, добавил:

- Не извиняйся перед высоким лордом за нас. Нам ничуть не жаль.

Вышел за дверь. Шад за руку с Фалем следом. А Роза осталась, не понимая, что происходит.

Скоро поняла... Когда лорд Ордон выскочил в холл. Хорошо, хоть штаны натянуть догадался. А в остальном... Роза поняла, почему побежали прятаться её дети.

Высокородный, наверное, выскочил из душа. Был мокрым, покрытым ещё кое-где мыльной пеной и... остатками своих волос... Особенно пикантным было то, что волосы, которыми он был покрыт, можно было смыть...

В общем... Лорд Ордон был лыс. Как колено. Как мяч. Как... Роза Михайловна не могла подобрать других сравнений. Не могла и всё. Потому, что у высокородного вообще не осталось волос.

Всюду ли, она не знала. Штаны держались кое как на бёдрах мага. А в остальном... Она не знала, конечно, была ли у него поросль на груди раньше. Теперь её не было. Как не было ни ресниц, ни бровей. А остатки роскошных белокурых волос лорда оставались ещё кое-где. Не на голове, понятное дело. На плечах, животе.

Роза Михайловна потрясённо моргнула. Восхищённая мысль родилась сама собой, не спросясь:

- Какая классная хрень! Никогда не видела такого роскошного состава для депиляции! Дети мои золотились бы, если бы запатентовали такое! Они у меня гениальны!

Материнская гордость, она такая... Разливается теплом в сердце. На лице расцветает улыбкой. Удержать её невозможно. Даже если перед тобой абсолютно лысый, озверевший маг, который ревёт так, что жилы натягиваются на аристократической шее.

- Он, наверное, бедняга, никогда так не орал. Не было нужды,- думала Роза отвлечённо.- Всё было к его услугам... Что ж... Добро пожаловать, в реальность...

Маг схватил её за руки. Встряхнул. Рычал что-то устрашающее... Дёргал её, правда, аккуратно. Соображал что-то. Не такой уж и поехавший... Раз так, то Роза Михайловна улыбнулась ему тепло. Успокоила беднягу. И немного подколола:

- Не переживайте, лорд Ордон! Вы всё ещё красавец! Волосы отрастут лучше прежних. Зато вы вспомните крайне полезную истину: "Не суди противника по внешности". Слишком уж легко вам даётся всё. Вот вы и решили, что можете решать судьбы других людей без оглядки на их чувства и желания. Дочь. Внук. Ваши...

Она говорила. Он перехватывал её сильнее. Подтягивал ближе к перекошенному яростью лицу. Сказать про любовниц, которых лишают права выбора, Роза не успела. Высокородный поцеловал её... С такой дикой смесью ярости и вожделения, что она, признаться, потерялась...

Просто не могла не отозваться. Ответной яростью и буйством. Она никогда ведь не испытывала такого с мужем. Не знала, что так бывает. Чтобы без чувств так вело... Чтобы ноги подкашивались и голова не соображала...

Руфь оборвала безумный всплеск страсти. Грохнула входной дверью так, что дошло даже до мага. Он отлип, уставился на Розу пьяными, до странного яркими глазами. Почти бессвязно пробормотал:

- Я вернусь...

Странно манерничать с мужчиной, с которым ты только что так целовалась. Роза не стала. Тихо, хрипло ответила:

- Не советую. Не только без волос останешься...

Он вспомнил. Помрачнел. Розу, правда, на ноги поставил аккуратно. Проверил, прочно ли держится... Резко развернулся и ушёл к себе. Домываться, наверное. Волос на спине было не меньше, чем на плечах.

Руфь аккуратно тронула Розу за руку:

- Пойдём-ка, милая, на кухню!

Там усадила малость ошалевшую попаданку в кресло, что любила старая Роза, всучила ей в руку чашку чая и принялась хлопотать над завтраком. Хорошо, что Роза до воплей подготовила всё, но не начала жарить. Были бы у них иначе угли...

Роза Михайловна заговорила после того, как чашка опустела. Безразлично уточнила:

- Что? Моралей не будет?

Она знала. Мораль в этом мире была. Своеобразная, но была. То, что в родном мире Розы вписывалось, тут было за гранью. С другой стороны, то, что здесь было в ходу, с отвращением отвергло бы большинство знакомых Розе девушек.

Договорные браки. Временные любовницы. Контракты. Договорённости и прочие мерзости. Такое ощущение, что чувства и порывы тут отрицались, в принципе. Связано это было с тотальным самоконтролем магов или нет, Роза Михайловна не знала.

Впервые столкнулась. Чтобы так...

Мысли её разбегались. Было жарко и странно. Но не плохо. Наоборот. Хорошо было. Честно говоря, хотелось ещё. Чисто телесно. Если отключить мозги, чувства и совесть. Никогда же не было такого...

Руфь забрала у неё чашку. Наполнила снова. Ввернула в руки хозяйке приюта. Подняла брови:

- Морали по поводу чего?

Роза поёжилась:

- Ну, как же! Ты видела...

Руфь глянула на пару больших сковородок, на которых доходили омлет и ветчина. Присела напротив Розы. Усмехнулась:

- И что нового я видела? Как маг съезжает от того, что не может заполучить понравившуюся женщину? Или то, что ты отозвалась? Ты прости меня, дорогая, но... Ты ведь неопытная совсем... Уверена, ты никогда не любила...

Под мудрым, грустным взглядом старушки Розе захотелось обиженно заплакать. Руфь кивнула:

- Что ж удивительного, что ты просыпаешься? Просто начинаешь чувствовать себя живой? Женщиной? Разве это плохо или стыдно?.. Только смотри... Этот конкретный парень не годится для необременительных отношений. Он, если заполучит тебя, не отпустит... Оно тебе нужно?

У Розы отвалилась челюсть. Вылупилась на старушку. Так откровенно даже в её старом мире не всякая выражалась:

- Вы...

- Странная?- рассмеялась Руфь.- Мы, дорогая, почти на границе с Ламеталем. Тут нравы чуть другие, чем в Дормере. Мы не забыли, что нашими предками были эльфы. А они свободны всегда. Особенно в любви...

- Это же здорово!- вырвалось у Розы.- Свобода, в смысле...

Руфь печально усмехнулась:

- Иногда, да. Часто, нет. Сидхе слишком упрямы, чтобы забирать своё сердце назад, если уж кому-то отдали его. Даже если избранник недостоин любви и преданности.

Роза не донесла чашку до рта. Аналитик в ней тут же прикинул перспективы. Ужаснулся. Руфь увидела работу мысли на лице "новой Розы", кивнула. Попаданка передёрнулась:

- Хорошо, что я человек! И не способна привязываться так!

Руфь похлопала её по плечу:

- Оно, может, и так... Хотя, кто его знает? Если ты сама себя не знаешь?.. В этом конкретном случае, это даже хорошо, девочка. С таким, как Ордон... Ещё пара таких поцелуев, и ты не отцепишься от него. Он ведь очень одинок и нуждается в тепле. А ещё он жестокий, эгоистичный, подлый. Дочь его не рассказала нам всего, что знает об отце. Зачем тебе такой?.. Такой похожий на того, от кого ты сбежала за Грань?

Иногда старушка Руфь вела себя как классическая пророчица: прикрывала глаза и говорила то, о чём знать не могла. Как сейчас... Роза Михайловна прожила в новом мире достаточно, чтобы проникнуться. Хоть немного. Она приняла слова женщины, как предупреждение от самого мира. Поблагодарила и пообещала себе и ему, что "никогда".

***

Завтрак прошёл очень скучно. Слишком скучно. Дети не появились. За столом присутствовали четверо: мэтр Пертин, Роза, печальная Века Ордон и её лысый, как колено отец.

Теперь можно было с чистой совестью сказать, что мужчин с рыбьими глазами за столом было двое. Не только лекарь. Высокий лорд, лишившийся бровей и ресниц тоже смотрел на мир рыбьими глазами.

Если только бывают у рыб такие бешеные, налитые кровью глаза. Наверное, нет. Но и быков без растительности не бывает... Уважающий себя копытный умер бы от стыда, лишившись волосяного покрова.

Высокородный тоже сходил с ума. От ярости. Он до завтрака бегал по участку. Запускал магический поиск и ещё что-то там, о чём Роза Михайловна не имела понятия. Мелких обидчиков не нашёл. Понял, что и не найдёт.

Остальные за столом умирали от неловкости и необходимости делать вид, что не видят "преображения" лорда. Как на зло, глаза жили своей жизнью. Их как магнитом тянуло к празднично сияющей лысине лорда Ордона.

Завтрак завершили в рекордные сроки. "Гости" попрощались с хозяйкой. Века тепло и грустно. Её отец однозначно заявил о намерениях. Вместо того, чтобы пожать или поцеловать руку мисси Розы, схватил женщину за руку, резко притянул к себе и быстро, жадно поцеловал.

Мэтр Пертин побагровел от ярости. Роза клятвенно пообещала себе засесть за книги по магии. Нужно попробовать. Ей срочно нужно научиться отправлять магические вестники. И отбиваться хоть как-нибудь от "кавалеров".

Мэтр Пертин бубнил ей в спину что-то о неподобающем поведении. Роза Михайловна не слушала. Как только карета отъехала от дома, она побежала на второй этаж.

Века Ордон, оглянувшись последний раз назад, увидела в одном из окон дома Розы хозяйку приюта с малышом на руках...