Глава восьмая

— Господин Лим, ну что скажешь? Чего так на меня смотришь?

— Вы опять не спросили её имя.

— А зачем? Я знаю, что она в Водном отделе, и самое главное — её знает евнух Ли. Пошли к нему. Ук, что скажешь? Ты же её раньше не видел?

— Господин, я ничего не скажу. Но я видел, как Вы сегодня смеялись и вели себя как мальчишка. Почему не сказали, кто Вы?

— Да ладно уже тебе бухтеть, пошли-ка в Управление. Если я скажу ей, кто я, — думаешь, мне будет так весело? Эх, Ук, столько лет со мной, а так и не понимаешь.

В Управлении вошедших встретили евнухи низкими поклонами.

— Где управляющий Ли?

— Ваше Величество, он только что пошёл со старшими евнухами на Королевскую кухню. Я немедленно пошлю за ним.

— Не надо, я сам туда пойду.

Они появились на кухне, когда управляющий Ли, построив всех работников — от рабов до мелких поварих и наин с чиновниками ведомства, — распекал главу Королевской кухни. А тот оправдывался и ссылался на королеву, мол, она приказала экономить на еде, он тут ни при чём.

— Что ты там сказал по поводу королевы? — вошедший быстро подошёл к склонившимся в поклоне и резко спросил евнуха Ли. — Где этот рис?

— К..к..какой? — запинаясь, спросил евнух Ли.

— Тот, что тебе принесла девушка из Водного отдела. Где он?

— Вот он, Ваше Величество. И он не один такой. Такие же рисовые шарики мы нашли в Швейном, в Прачечной, в Управлении садов и в Королевской оранжерее — везде, где есть рабы и низшие евнухи.

— Так, это то, чем в моём дворце кормят слуг и рабов? Так, управляющий королевской кухней? А что ты там говорил про Её Величество? Указ, говоришь? Где тот указ? Ну-ка неси его сюда. Господин Лим, пригласите сюда Её Величество. Мы сейчас всё и узнаем, прямо тут, на месте. А ты принеси мне сам указ из Королевского архива, и быстро, бегом!

Королева появилась быстрее, чем запыхавшийся евнух на еле гнущихся от страха ногах подал управляющему Ли свиток с указом. Её Величество сказала, что пока не прочитают указ, она словом не обмолвится. Зато её первая дворцовая дама сангун Чхве мерила управляющего кухней прямо испепеляющим взглядом.

Его Величество ткнул указ управляющему королевской кухней и приказал:

— Читай!

Тот, запинаясь и икая от страха, пытался прочитать скачущие буквы, но король не выдержал, забрал у него свиток и громким голосом прочитал его от начала до конца.

— И где здесь слова об уменьшении рациона для слуг? Где тут написано, что рецептура блюд должна быть изменена? Здесь указано на расточительство придворных дам, когда некоторые наин требовали себе по двенадцать блюд на один завтрак. И указано на то, что королевский двор должен стать примером экономного расходования средств во время засухи, поразившей провинции королевства. Где, старый ты пень, тут написано, что королева приказала сделать то, о чём ты говорил? А? Укажи пальцем!

Управляющего трясло, вместе с ним тряслись и старшие поварихи, мелко завывая от страха.

— Управляющий Ли!

— Слушаюсь, Ваше Величество!

— Немедленно провести проверку всего ведомства. Управляющего и старших поваров отправить под арест и допросить, по какой причине они нарушали установленную рецептуру. Назначить временно на их места любых поваров, кто может исполнять их обязанности. Не поверю, что таковых нет. Изготовить завтрак и обед заново и раздать по всем отделам. Высчитать всю стоимость потраченных продуктов из жалования арестованных. Результаты проверки доложить Её Величеству.

— Ваше Величество, — молчавшая королева обратилась к королю, — а как быть с тем, что управляющий оклеветал меня?

— Моя королева, он ответит за это так, как предписано законами королевства. Мы с Её Величеством покидаем кухню. Управляющий Ли, я надеюсь, что вы исполните свой долг.

— Непременно, Ваше Величество. Их Величества покидают королевскую кухню!!! — и все присутствующие опустились на колени.

— Моя королева, я провожу Вас до Ваших покоев.

По дороге королева спросила, что он думает делать с управляющим. Король, не задумываясь, ответил, что тот сам выбрал свою судьбу, обворовав казну и оклеветав Её Величество.

— Моя королева, у тебя есть на примете достойный человек, который займёт это место?

— Да, мой король. И не только это. Я поменяю всех старших поваров и поварих, которые окажутся замешаны в воровстве. А то, что они воровали продукты и продавали их на рынке — я в этом не сомневаюсь. Поручи Трибуналу как следует их допросить. То, что наши наин торгуют продуктами на рынке — они продают своё личное жалование, а не обирают рабов и слуг именем королевы. И ещё — нет ли тут политики и скрытого умысла?

— Как она вовремя-то сообщила об этом, — проговорил король.

— Ты о ком?

— Да есть одна бесстрашная наин из Водного ведомства, которая, горя возмущением, пришла к евнуху Ли и положила ему этот злосчастный липкий рисовый шар прямо на стол.

— Ты говоришь о Со Ён У?

— Ого! А ты откуда о ней знаешь?

— Супруг мой, ну это же я по просьбе евнуха Ли подписала указ о возведении рабыни Со в статус наин низшего девятого ранга. Моя Шин до сих пор находится в этом отделе, и она рассказала мне кое-что об этой девушке. И я в начале зимы сама наблюдала, как она защитила старого евнуха из Двора Нечистот от нападения шестерых евнухов-новичков. Так их отчитывала, что они потом бегом убежали. Но, мой король, а ты-то откуда её знаешь?

Король обернулся к остановившимся дамам и приказал им удалиться на двадцать шагов, потом обернулся и проверил. После чего рассказал королеве о стычке в таверне.

— Понимаешь, мне захотелось её проверить, но она так меня отшила, что не только я, но и мой Лим опешил.

— Что, нарвался на ту, которой твоё лицо не понравилось?

— Ну, я бы так не сказал. Но она умеет быть неожиданной. Когда она внезапно резко наклонилась ко мне и ткнула меня своим носиком вот сюда, — король показал на свой кончик носа, — и уставилась мне в глаза, я даже на мгновение оторопел. Я не знал, что она будет делать. Мой Лим даже рот открыл и замер. А она вдруг с улыбочкой прошипела: «Незнакомка прощает тебя».

Он вдруг рассмеялся, ему вторила и королева:

— Нет, ну серьёзно. Она тебя своим носом ткнула? Вот прямо-прямо сюда? Ой, как я хотела бы быть там в этот момент!

Они прогуливались по саду, держась за руки, от чего у многочисленных шпионов и шпионок, следивших за обоими, зудели ноги немедленно доложить своим хозяйкам о том, что они видят. Это было неслыханно — король хотя и уважал свою королеву, но чтобы вот так, при всех, да за руки!

— А сегодня она вообще учудила, — и он рассказал ей о сегодняшней встрече. — А потом она остановилась, крикнула мне: «Господин!», подпрыгнула и добавила: «Ты самый-самый лучший!» — и рукой помахала, а я неожиданно ей в ответ. Сам не знаю, как так получилось. Но она не знает, кто я, потому что я ей и не врал, но и правды не сказал. А Лим с Уком промолчали.

— Стоп, мой король, да она же тебе нравится!

— Не знаю, моя королева, но рядом с ней я почувствовал себя легко и…

— Хочешь, чтобы я взяла её в свою свиту? Есть проблема, и большая.

— Что за проблема?

— Моя Шин рассказала мне, что она круглая сирота. В детстве потеряла родителей и до шестнадцати лет жила и воспитывалась в далёком пограничном северном монастыре. Помнишь набег на север, когда погибли многие семьи янбанов и даже семья губернатора? А когда несколько лет назад варвары разрушили монастырь, я приказала выживших привезти во дворец. Так она и стала рабыней в Водном отделе.

— Погоди, эта несносная служанка была рабыней?

— Да, она наин всего пару лет. Но с её помощью я уже сумела заменить главу Прачечной и подчистить ещё два ведомства, которые были связаны с дамой Вонг. А теперь, получается, она преподнесла мне подарок, дав легальный повод вычистить всю королевскую кухню от людей твоей матери.

— Но что мешает…

— Мешает то, что мои дамы могут её не принять — это её происхождение из рабынь. Я знаю, что она отлично понимает своё положение и знает своё место. Моя Шин почти каждый день навещает меня, ты же знаешь, что мама дала её мне как личную служанку.

— Моя королева, сегодня в словах девушки я услышал нечто, что меня насторожило. Что за слухи ходят по дворцу об Ый Ван Гвиин? Что эта девочка сегодня пряталась от неё в ужасе, а за ней гонялись евнухи Благородной супруги?

Королева помрачнела, замедлила шаг и некоторое время просто шла молча.

— Мне неудобно об этом говорить, но между ней и Хан Кён Бин идёт соперничество за твоё внимание. И имели место случаи, когда супруга Ый приказывала наносить порезы на лица красивых наин, чтобы удалить их из дворца.

— Зачем? Чтобы они случайно не попались мне на глаза и не понравились?

— Ну, раз сам знаешь, то зачем спрашиваешь? Я не могу с этим ничего сделать, и причину ты знаешь.

— Я поговорю с супругой Ый.

— Бесполезно. Только разозлишь её, и она станет усиленно искать, кто тебе на неё нажаловался. И если выйдет на эту девушку — её просто убьют.

— Так просто?

— Это дворец, мой милый супруг. Тут и не то бывает. А то ты не знаешь, что творит Вдовствующая королева?

Король замолчал, потом вздохнул:

— Я пока ничего не могу с ней поделать. Знаю, что она меня ненавидит, так как я занял место её родного сына. Но кто же знал, что он утонет на охоте, не рассчитав количество выпитого спиртного?

— Вот поэтому я советую оставить эту девушку на её месте. Боюсь, если кто-то заметит твой к ней интерес, она просто исчезнет. Даже если бы она была из знатной семьи, её всё равно бы убрали. И следов не найти — вокруг леса и горы с бурными реками.

— Моя королева, ты что-то знаешь?

— Может быть, и знаю, но лучше промолчу. Мне и так ненависть твоей матери проходу не даёт.

— Моя королева, я буду у тебя сегодня ночевать.

— Я всегда тебе рада. Что-нибудь приготовить?

— Да ничего не готовь. Себя приготовь, — король рассмеялся и, кивнув своим сопровождающим, ушёл в сторону Дворца Совета.

Я ничего не знала об этом, потому что была рада уже тому, что сумела пробраться в Водный отдел без приключений. А когда после обеда внезапно в отдел привезли на повозке горячий суп с кусочками курицы, и сразу две лепёшки и два больших рисовых шарика с бобами на каждого, а также мешочек с чаем, моему изумлению не было предела. Как и всех остальных. Тётушка Лю позвала меня к себе, где уже сидели Шин и Ли На Ён.

— Давай, рассказывай, что ты сегодня натворила, что для наших людей наступил такой праздник?

— Да ничего особенного. Принесла тот вонючий кусок риса и положила господину Ли на стол, а он почему-то обрадовался. А потом я столкнулась с супругой Ый и убежала от неё. И натолкнулась на господина, с которым у меня была стычка в городе.

— Какая такая стычка? Ну-ка рассказывай. Ён У, ты обязана рассказывать обо всём, чтобы я знала, опасно это или нет.

И я рассказала им о встрече в таверне, и как я его ловко отшила, а сегодня он оказался со своим слугой во дворце.

— Как он выглядел? — спросила почему-то встревоженная Шин Мин Су.

Когда я описала господина, её лицо почему-то помрачнело.

— Онни, что-то не так?

— Он был только со слугой или с ним был охранник?

— Был. А откуда ты знаешь? Такой весь в чёрном, сильный и опасный.

— Да ничего, я просто спросила. Впредь будь осторожна. Не все, кто кажутся тебе добрыми и хорошими, являются такими на самом деле.

Я решила промолчать, но реакция Шин мне не понравилась. Тем более Ли На Ён вопросительно на неё посмотрела, а та кивнула в ответ. И обе уставились на меня, рассматривая так, как будто видят впервые.

— Ён У, ты когда-то говорила, что у тебя во дворце спрятана вещица, оставшаяся тебе от твоей матери. Можешь её принести? — тон, которым Шин задала мне вопрос, показался мне слишком серьёзным.

— Мне не надо ходить, я давно её выкопала и ношу на шее.

Я достала из-под одежды мамино кольцо, сняла его и передала госпоже Лю. Недавно во время досмотра мне пришлось показывать его инспектору Дворцовой Инспекции. И хотя женщинам было запрещено иметь украшения, я упросила его оставить, так как это моя единственная память о матери, и я ношу его как талисман на шее. Инспекторша, после некоторого размышления, отдала его мне обратно.

— Мин Су, а ведь колечко не простое. Я такого нефрита за всю свою жизнь не видела, — госпожа передала моё кольцо Мин Су, которая сначала рассматривала его на свет, потом стала изучать, видимо желая найти надписи.

— Онни, там нет никаких надписей. Они были на двух нефритовых браслетах из такого же материала и сделанных точь-в-точь, как это кольцо. Но браслеты, как и мамина брошь с синим камнем, сгорели во время пожара, когда погиб настоятель. Он обещал всё отдать мне на моё совершеннолетие, но судьба распорядилась по-иному.

— Что ты ещё помнишь о своих родителях?

— Ничего, я же была маленькой. Помню, был старший братик. Но я сейчас даже лиц не помню — ни его, ни родителей. Стоп! — я замолчала, а они не сводили с меня взглядов.

— Что-то ещё вспомнила?

— Да, у мамы на какой-то руке, кажется на правой, не было кончика мизинца, и это как-то было связано со змеёй. Но больше я ничего не помню.

— Это уже много, очень много — сказала Шин, потом поднялась, вернула мне кольцо. — Госпожа, мне нужно отлучиться ненадолго. А ты, Ён У, считай себя под арестом, пока супруга Ый не успокоится. Я её повадки знаю — неделю будет теперь на паланкине кататься.

— Но она же меня не видела!

— Это не важно. Главное, что ты посмела от неё прятаться. И я боюсь, что она начнёт через своих людей выпытывать, кто сегодня приходил к управляющему Ли. А если они сложат всё вместе, то получится, что это ты поспособствовала переменам на кухне. Тот, кто управляет кухней, управляет и всеми дворцами. Так как только там можно подсунуть яд или что-нибудь, способное навредить здоровью. Понимаешь, о чём я? Всё, я пошла.

— Так что мне делать? Если они всё узнают, то прятаться будет бесполезно? Что же делать? Бежать?

— Нельзя. Я думаю, что управляющий Ли сможет что-нибудь придумать. У него особые отношения с дамой Ый.

Я ходила из угла в угол по всей территории отдела, пока не пришла Шин и не рассказала, что творится сейчас во дворце. Что каким-то образом обо всём узнал Его Величество и лично явился на кухню с проверкой. Во всём дворце сейчас стоит большой переполох. Поверхностная проверка показала большую недостачу не только на самой кухне, но и в ведомстве снабжения. Инспекторы только вошли, как два евнуха упали на колени с повинной.

— Так что, думаю, сейчас всем не до тебя будет.

Прошло несколько тревожных дней, но я не заметила ничего для себя опасного. Потом весь дворец был взбудоражен слухами о том, что Его Величество наказал Благородную супругу Ый домашним арестом, но подробностей никто не знал.

В тот день, когда я показала всем своё кольцо, Шин Мин Су прямиком отправилась к Её Величеству.

— Госпожа Чхве, мне нужно увидеть Её Величество.

— Мин Су, ты почему пришла днём? Увидят же и доложат Вдовствующей королеве.

— Есть кое-что срочное, что Её Величество должна знать. Я пришла окольными путями и вошла во двор через хозяйственную калитку. Никто не должен был увидеть.

— Хорошо, королева в саду занимается с цветами, пойдём.

Её Величество увлечённо работала ножницами, обрабатывая свою огромную клумбу. Ей помогали две служанки и садовник. Увидев идущих в её направлении даму Чхве и Шин Мин Су, она выпрямилась и отослала всех от себя.

— Раз ты пришла днём, значит, что-то случилось. Оно того стоит?

— Ваше Величество, но я сначала хочу Вас спросить: Его Величество не встречался сегодня со служанкой Водного отдела?

Дама Чхве удивлённо взглянула на Шин Мин Су и перевела вопросительный взгляд на королеву.

— Да, было такое, но, насколько я знаю, служанка не догадывается, что с ней разговаривал король.

— Да, она понятия не имеет, как и в случае в таверне. Раз Его Величество проявил к ней интерес, то я хочу кое-что сказать. У неё есть фамильное нефритовое кольцо, оставшееся ей от матери.

— Погоди, она же была рабыней, и, насколько я знаю, она сирота.

— До четырёх лет она жила в семье, и у неё был старший брат. Во время вторжения на север она потерялась в толчее на мосту, потом её нашли монахи, вырастили и воспитали. По её словам, с ней был мешочек, в котором находилась золотая брошь с синим камнем, два нефритовых браслета в золотом оформлении и нефритовое кольцо, изготовленное в том же стиле.

— Ну, сказать можно что угодно, — вставила дама Чхве.

— Погоди, — остановила её королева. — А ты продолжай.

— Настоятель обещал ей всё отдать, когда наступит день её совершеннолетия. Когда ей исполнилось четырнадцать лет, он отдал ей кольцо, которое она всегда носила на шее как амулет.

— То есть у неё есть только кольцо?

— Браслеты и брошь погибли при пожаре, а кольцо она закопала на территории в первый же день, как её привезли сюда. Сегодня я его посмотрела — невероятной красоты нефрит, тёмно-зелёного цвета. Если смотреть на свет, то внутри видны золотые прожилки. Украшено тремя золотыми нитями. Ён У сказала, что надписи были только на браслетах, но она тогда не умела читать.

— То есть эта рабыня может быть из знатной семьи? Но я не слышала никогда о нефритах такого цвета.

— Ваше Величество, она не помнит, как выглядели её родители и брат, но сегодня вспомнила, что у её матери отсутствовала одна фаланга на мизинце правой руки. И это как-то связано со змеями.

— Погодите, — тревожно сказала дама Чхве. — Я когда-то в юности слышала историю, как девушка, укушенная в лесу змеёй, мгновенно отрубила себе часть пальца кинжалом, обрубок замотала платком и так пришла домой. Но это было очень давно. Я напишу письмо своей маме. Она живёт на севере, и именно она когда-то рассказывала эту историю. Она должна знать имя той женщины.

— Хорошо, напиши маме письмо и от меня там привет передай. И уточни, может, она знает что-то о дальнейшей судьбе этой девушки. Очень интересный момент получается, ну очень интересный. А ты беги в отдел, а то кто-нибудь заметит. Ну очень интересно. Кстати, дама Чхве, — никому об этом ни слова, даже Его Величеству.

— Я Вас поняла, Ваше Величество.