Глава 52

Осознаю вдруг, что мы с Миллером впервые по-настоящему наедине. У него дома, в его спальне. Я больше не бегу ни от кого, не прячусь. Я здесь, потому что хочу быть именно с ним и позволяю себе это.

Все прошлые месяцы запретная страсть, порочное влечение друг к другу придавали остроты нашему сексу. Сейчас я хочу его ничуть не меньше, но иначе. Я больше не стыжусь своих чувств. И не боюсь, что кто-нибудь вмешается и уничтожит наше счастье.

Раньше вокруг нас был бушующий океан, способный в любой миг потопить, разбить о скалы. Нельзя было планировать, мечтать, надеяться на что-то. Теперь, когда точно знаю, что он любит и не даст нас с Никой никому в обиду, я ощущаю себя в тихой гавани. Гроза в прямом и переносном смысле позади.

Алекс сидит на постели, широко расставив бедра. Очень красивый, мужественный, мой герой. Он защитил нас, рискнув многим.

Его голос низкий, хрипловатый от желания:

— У нас всё поучится. Иди ко мне.

Раньше в постели он всегда вёл. А теперь… теперь ответственность за его удовольствие лежит на мне. Понятно, что он не ожидает чего-то сверхъестественного, но я боюсь его разочаровать.

Большая тёплая ладонь скользит вдоль позвоночника. Вверх-вниз, медленно, чувственно.

Я запускаю руку в его густые волосы, сжимаю, стягиваю, глажу. Трусь щекой о его висок.

Одновременно хочется и нежности, и страсти бешеной! И по-кошачьи ластиться к нему, и яростно срывать мешающую нам одежду! Ещё немного, и взорвусь от противоречивых чувств!

Берусь за край его футболки и очень аккуратно, чтобы не потревожить больное плечо, тяну её вверх. Алекс помогает мне и вскоре остаётся по пояс голым.

Повязка охватывает мощный торс, не позволяя нормально двигаться. Я замечаю, как подрагивают его пальцы, он не привык бездействовать и злится из-за этого.

Мой могучий великан будто заколдован.

Я наконец касаюсь его горячей кожи. Веду рукой по плечу, груди. Блаженно жмурюсь от того, как сильно он мне нравится. Очерчиваю выступающие мышцы пресса. Он реагирует на мои ласки тихим стоном, весь как будто каменеет, напряжение максимальное.

— Теперь ты, — просит, и в его глазах вспыхивает знакомый огонь.

Мне очень жарко. Медлю, но его взгляд, терпеливый и требовательный одновременно, заставляет подчиниться.

Снимаю кофту через голову.

Алекс рассматривает меня так, словно уже изнывает от желания. Будто мы не занимались любовью прошлой ночью.

Он наклоняется и несильно прикусывает кожу на груди сквозь ткань. Я взвизгиваю от неожиданности.

Сжимает зубы снова, на этот раз чтобы спустить кружево к талии.

А он и без руки пока неплохо справляется! Но лучше бы, конечно, у него были рабочими обе. Жду не дождусь, когда это произойдёт.

Алекс любуется недолго и целует обнажившуюся кожу, водит губами, будто согревая дыханием, и берет сосок в рот. Сначала нежно, потом всё сильнее втягивает, лижет, гладит… Волны удовольствия проходятся по телу, заставляя выгибаться и стонать.

Я впиваюсь пальцами в его волосы, сминаю их, когда он опускается ниже и целует живот. Торопливо расстёгивает мои брюки, и я помогаю стянуть их с меня вместе с бельём.

Кожа пылает, грудь ноет от яростных поцелуев и частит пульс.

Алекс откидывается назад, опираясь на локоть.

Смотрит так пристально, с благоговением. Грудная клетка заметно вздымается, он дышит очень тяжело.

Чувствую себя невероятно уязвимой. Он видит меня всю, и в его взгляде — жажда.

Я опускаюсь на колени у кровати и тянусь к застёжке его джинсов.

От волнения пальцы плохо слушаются. С трудом расстёгиваю пуговицы. Приложив немалые усилия, стаскиваю с него джинсы с боксерами.

И вот он весь передо мной. Совершенно обнажённый. Сильный, мужественный, возбуждённый. Мне нравится, как он выглядит, как пахнет, какая плотная и гладкая у него кожа. Я до беспамятства влюблена!

Провожу ладонями по его бёдрам, чувствуя подушечками пальцев каждую напряженную мышцу. Скольжу по животу, лаская выступающие кубики.

Его дыхание сбивается напрочь, когда я опускаюсь губами туда, куда раньше не решалась.

Моё сердце колотится где-то в горле, низ живота пылает, между ног едва выносимая пульсация.

Я заживо сейчас сгорю, если он не поможет мне!

Но Алекс молча наблюдает из-под полуопущенных век. Член дёргается, мышцы пресса каменеют. Явно я не одна уже на грани помешательства.

Он приподнимается и обнимает. Мы с наслаждением целуемся, сплетаясь языками, опаляя друг друга дыханием. Он жмурится в предвкушении, лаская меня.

— Какая красивая, — шепчет между поцелуями. — Вся моя.

Его ласковые, откровенные слова заставляют сердце биться чаще, а щеки пылать. Мне приятно. Но смущаюсь очень, а в животе будто порхают бабочки от удовольствия.

— Испытываешь моё терпение, — с шумом выдыхает Алекс. — Смелее.

Торопит. Уже успел соскучиться. По мне. С ума можно сойти!

В моём расплавленном мозгу мелькают позы, одна развратнее другой. Почти для каждой нужны две мужские руки. У нас временно только одна. Поэтому… сверху так сверху. Ладно. Что сложного?

Забираюсь к нему на колени, верхом. Он тут же хватает за талию, притягивая мои бёдра к своим.

Чувствую его большое сильное тело под собой. Меня окутывает его запахом, пронизывает обоюдным желанием. Горячий, напряженный член между ног большой и гладкий, скользит по промежности при каждом нашем движении.

Это мучительное трение разжигает пожар.

Закрываю глаза и облизываю пересохшие губы. Откидываю голову назад и медленно, со стоном опускаюсь.

Алекс приподнимает бёдра и одним толчком оказывается полностью внутри.

Меня будто тысячей стрел пронзает. Дрожу всем телом, переживая этот момент. Стонем одновременно — он низко, сдавленно. А я не могу удержаться от мучительного вскрика.

Ощущение полного единения побуждает замереть на секунду. Мы одно целое. Нам так хорошо вместе!

Алекс падает на спину, его глаза блестят в полумраке. Я нависаю над ним, упираясь ладонями в твёрдый живот. Развожу шире бёдра, чтобы дарить ему и получать больше удовольствия!

Ещё один мощный толчок, и у меня в глазах искрит, так много всего чувствую! Наполненность и растяжение… потребность брать и отдавать, заботиться и подчиняться. Всё это только с ним!

Покачиваюсь, будто на волнах. На удивление легко, естественно.

— Вот так, — шепчет Алекс, его рука крепко держит моё бедро, направляя. — Ещё…

Со стоном выдыхаю, совсем теряя голову от нарастающего удовольствия. Внутри горит всё, плавится.

Больше нет ни пространства, ни времени. Я не осознаю уже, кто мы и где. Сколько минут прошло или часов! Власть над большим сильным мужчиной пьянит и поднимает градус страсти до предела.

Мужская ладонь перемещается на мой живот. Алекс ведёт пальцами ниже, пока не находит пульсирующую точку. Там бушует пожар, и новая ласка будто впрыскивает в него больше топлива! Откровенная, ошеломляющая, такая нужная именно в этот момент!

Алекс дыхание задерживает, будто каменеет весь. Глаза закрыты, губы плотно сжаты, он протяжно стонет. Я продлеваю его удовольствие, не прекращая своих движений. Танцую у него на бёдрах, пока оргазмом не взрывает.

Я выгибаюсь судорожно и без сил падаю ему на грудь. Прижимаюсь всем телом, дрожу.

Господи… это, вообще, что сейчас было? Волшебство?

Александр гладит по спине, плечам, целует в макушку.

Я чувствую, что это мой мужчина. Что имею полное право быть с тем, кого люблю. И пусть, как говорится, весь мир подождёт.

Сползаю лениво на постель и сворачиваюсь клубком у Миллера под мышкой. Сил не осталось ни на что другое.

А надо приходить в себя и топать в ванную, потому что Никуля может в любой момент проснуться. Бедная моя девочка, каково ей засыпать каждый раз на новом месте?

Сквозь дрёму размышляю о том, что Алексу здесь хорошо. Недалеко от делового центра и всего того, к чему он привык. У него рядом офис, а из области ездить будет далековато. Всё-таки его образ жизни кардинально отличается от моего…

Мужской голос вклинивается в мои мысли:

— Милена?

Ожидаю, что Алекс скажет что-то ласковое. Но нет. От его вопроса и ледяного тона, которым тот задан, у меня волосы на голове встают дыбом.