Глава 16

Под руку с улыбающимся императором мы вошли в огромную выдержанную в зеленых тонах гостиную. Музыканты в специальной нише играли ненавязчивую мелодию, развлекая гостей. Десятки пар девичьих глаз недовольно сосредоточились на мне. Лучшего повода заставить девушек меня сильнее ненавидеть, сложно было придумать.

В уютных на вид креслах, выставленных рядами, расположились гости, а у противоположной стены возвели временный помост для выступлений. Миновав дальние места, предназначенные участницам, под пересуды гостей император повел меня дальше. Усадив меня рядом с собой, Антал как ни в чем не бывало, вытянул ноги.

Его план вырисовывался до неприличия очевидным. Он собирался заставить гостей думать, что сделал свой выбор, тем самым подтолкнув «моих» сообщников к действиям.

– Его сиятельство Урвен с сиятельной супругой Аладаной! – торжественно объявил церемониймейстер. Слава богам, о нас с императором на время забыли. Взоры гостей и мой собственный устремились к настежь распахнутым дверям.

Нас почтила своим присутствием красивая пара в исключительно белоснежных одеждах.

Сиятельный страж оказался высоким статным мужчиной с копной вьющихся светлых волос золотистого оттенка, с коротко стриженой бородкой и усами. Правильное, с тонкими чертами, я бы сказала, смазливое, лицо. Его супруга имела не менее запоминающуюся внешность. Невысокая, внешне хрупкая фигура, длинные блондинистые волосы цвета спелой пшеницы, прямой нос и выразительные серебристо-холодные глаза. Незнакомка достаточно приблизилась, и я не только рассмотрела их цвет, а заодно и то, что они застыли на лице двумя колючими льдинками.

За супругами без объявления скромно вплыла женщина, облаченная в неизменно светлые цвета.

Хотя, как скромно. Она появилась без предупреждения, с царственной осанкой прошла к заднему ряду. Темные волосы женщины были уложены в простую прическу, а губы изгибались в приятной, вежливой улыбке. Но мне упорно чудилось, будто улыбка не коснулась ее глаз. Взгляд женщины оставался равнодушным.

Королевская чета приблизилась, и я поняла, что открыто пялюсь на них. Сидя!

Где мои манеры?

Я смущенно привстала, но тут пальцы Антала крепко вцепились в мою руку, и он рывком усадил меня обратно.

– Конечно, ты не действуешь в интересах светлых, Сиана. Встречаешь их стоя по доброте душевной, – с сарказмом в голосе бросил Антал.

– Вас в детстве элементарной вежливости не учили? – откликнулась негромко.

Кошмар. Похоже, я совсем потеряла страх. Кто? Кто меня тянул за язык?

Глаза Антала потемнели. Края черного зрачка размылись, расползаясь по янтарной радужке. Признаю, до этого он был душкой.

– Меня учили карать и убивать, – презрительно выдал император.

– Антал, прекрати запугивать девушку, – выступил в роли моего защитника сиятельный страж.

– Указываешь мне, что делать? Не слишком ли ты самонадеян, Урвен? – спокойно поинтересовался император.

– Ты совсем не меняешься, Антал, никак не расстанешься со своими варварскими манерами, – покачал головой сиятельный страж.

– Садись давай, после испытания разглагольствуй и поучай тех, кто готов тебя слушать.

По скисшей улыбке Урвена стало ясно: приверженцев светлых во всем темном королевстве раз-два и обчелся. На отборе подавно никого из его последователей днем с огнем не отыщешь.

Сиятельный страж показательно нахмурился, но не повернул обратно, прошел к отведенным для него с супругой местам.

По команде Наяды музыканты затихли, она начала приглашать на импровизированную сцену участниц. Одну за другой. Девушки превосходно пели и виртуозно играли на инструментах. Заслушаешься. Наконец настал черед Илуньи радовать гостей. Помня, что император смотрит на нее, она стыдливо потупила взгляд и поправила абсолютно идеальную прическу, приковывая взгляды к изящной лебединой шее. Девушка без единой помарки исполнила балладу о влюбленной девушке. Когда ее голос затих, сейры громогласно зааплодировали ей. Илунье и от императора удалось добиться одобряющего кивка. Со сцены она уходила очень довольная собой.

За ней выступила Олма с предсказуемо трогательной песней о великой любви. Затем ее сменила Кейара. Она не стала оригинальничать и с задором сыграла на клавесине зажигательную мелодию.

Не сводящий с нее глаз Брин досадливо поморщился.

Не рад ее успеху?

От Антала тоже не ускользнула реакция главнокомандующего на выступление Кейары.

– Сейр Брин, проводите хию Энфий к остальным участницам.

Не совсем понимая его мотивов, я не на шутку испугалась за подругу.

– Думаю, она в состоянии сама дойти, – заметила непреклонно.

Непроницаемый взгляд Антала опустился на мое лицо.

– Ты ее защищаешь, Сиана? Вы заодно? – понизив голос, убийственно прямолинейно спросил он и улыбнулся. Провокационно. В его глазах сквозила решительность. До меня отчетливо дошло: что бы я ни сказала, подруга покинет сцену в сопровождении главнокомандующего.

– Не стану отрицать, я беспокоюсь за Кейару, но не по тем мотивам, что вы мне приписываете. Она моя подруга, я никому не позволю ее обижать, – ответила тихо, но твердо.

– Даже мне? Императору? – в его взгляде сквозило тонко замаскированное любопытство.

– В том числе вам, – однако, прежде чем отвернуться, я заметила промелькнувшее во взгляде императора удивление.

Брин в два шага вскочил на сцену к притихшей Кейаре. Она робко посмотрела на него и нервно погладила кончиками пальцев клавиши. Из глубины зала послышались неприятные смешки. Главнокомандующий скользнул тяжелым взглядом по лицам гостей, и к облегчению подруги весельчаки мигом притихли. Заступничество Брина привело Кейару в полный восторг. Подруга наградила его лучезарной улыбкой. Опершись на его руку, она направилась к остальным участницам.

– Не переживай, Сиана, он о ней позаботится. Никто не причинит вред Кейаре Энфий, – моего уха коснулся негромкий шепот Антала.

Сердце, пропустив удар, ухнуло вниз.

– Вы ее защищаете? От меня?! – я вгляделась в его непроницаемые глаза.

– Не от тебя, а от тех, кто следует за тобой. Кто причастен к твоему отравлению.

Он ничуть не грешил против истины. Настоящая Сиана бежала от кого-то. Но от кого и почему, пока неясно. Встречаться с ними заочно не хотелось. Не зря Антал остерегался их нападения.

– Дальше покажет свои умения хия Мемблас, – объявила Наяда.

Девушка мгновенно повиновалась. С кукольным личиком, точеной фигуркой она приковала к себе заинтересованные взгляды мужчин. Вот кто настоящая соперница Илуньи.

Девушка выбрала флейту. Она сыграла не столько вдохновенно, сколько продемонстрировала мастерство. Сейрам и этого оказалось достаточно, они ей рьяно аплодировали.

– Наша последняя участница – Хия Сиана! – громко озвучила Наяда мое имя.

– Прошу простить меня, что вмешиваюсь, – остановил ее вскочивший на ноги сиятельный страж. Он неприязненно посмотрел на Антала и продолжил: – Мы наслышаны о частных уроках танцев, устраиваемых в замке. Уверен, его темное величество не откажется продемонстрировать результат занятий.

На лице сиятельного стража появилась милейшая улыбка, не сулившая ничего хорошего. Он специально продемонстрировал Анталу свою осведомленность о происходящих событиях в темных землях. Не вовремя Урвен затеял свести счеты. После его откровений император лишь сильнее уверится в моем сговоре со светлыми.

Руки зачесались надавать сиятельному подзатыльников за то, что поставил меня в затруднительное положение.

Скрывая охватившее меня волнение, настороженно повернулась к Анталу. И внутренне напряглась. Он пристально смотрел на меня. Его янтарные глаза сверкали как горячие раскаленные угли. Трудно было понять, о чем он думал.

– Подаришь мне танец, Сиана? – с медленной, чувственной улыбкой предложил мне руку император.

Непоколебимость его холодного взгляда заставила меня почувствовать себя беспомощной песчинкой в центре пыльной бури.

Я смотрела на протянутую руку, и от противоречивых чувств перехватило дыхание. Ясное дело, императору не откажешь, пришлось позволить Анталу проводить меня в центр импровизированной сцены.

Лицо императора было совершенно бесстрастным. Музыканты заиграли нежную, волнующую мелодию. Не отводя взгляда, Антал возмутительно близко притянул меня к себе и повел по помосту в такт музыке. Возмущенно пыхтя, я отстранилась. Поворот, и он снова прижал меня к свой груди, только крепче. Я упрямо отодвинулась. Пара шагов… и вот я уже чуть ли не упираюсь носом в черную мужскую рубаху. Наш танец со стороны, наверное, производил эффект столкновения стихий. Движения, повороты были слишком резки и непредсказуемы. Вслед за нашей борьбой музыка ускорялась, надрывно замирала, лилась спокойным мелодичным ручьем.

Мои щеки пылали, несмотря на прохладный ветерок, задувающий через приоткрытое окно. В приглушенном свете вокруг нас закружилась стайка искорок. Они плавно взмыли под потолок и серебристой россыпью осыпались вниз, заключив нас в полупрозрачный купол.

– Итак, Сиана, назови мне настоящую причину, почему ты служишь светлым магам, – непререкаемым тоном потребовал Антал. – Прослушку можешь не опасаться, я окружил нас неслышимым пологом.

Его теплое дыхание коснулось моей щеки, и я судорожно сглотнула.

– Я уже говорила вам, никому я не служу. Меня затянуло к вам из другого мира.

– Хватит увиливать. Говори, кто тебя подослал.

– Почему вы мне не верите?

– Потому что переход между мирами закрыт и с твоим рассудком полный порядок. Чего не скажешь о рассудительности.

– Не понимаю, вы считаете меня предательницей, но зачем-то преследуете. Зачем? – спросила с обидой. – В вашем распоряжении два десятка девушек, мечтающих оказаться на моем месте. Некоторые намного красивее меня. Почему вы их не провожаете на балы? Почему вы не проводите с ними индивидуальные занятия, учитывая, что они в отличие от меня жаждут вашего общества?

– Заблуждаешься, Сиана. Ты сама пока не понимаешь, чего хочешь. Со временем поймешь. Обещаю. Я всегда получаю желаемое.

– А я никогда не сдаюсь на милость победителя, ваше темное величество – прошипела зло.

– Наедине разрешаю обращаться ко мне по имени, – промурлыкали мне на ушко.

– Премного благодарна, но откажусь, – заявила категорически. – Меня устраивает прежнее обращение, ВАШЕ ТЕМНОЕ ВЕЛИЧЕСТВО.

Уголки губ Антала приподнялись в улыбке.

– Не подчинишься, я тебя поцелую, – пригрозил он и вполне себе убедительно ниже склонился к лицу.

В горле враз пересохло.

– Остановись, Антал, – не удержалась и выдохнула прямо ему в губы.

– Я знал, ты не устоишь.

– Ты был очень убедителен, – отозвалась ехидно.

– Не будь к себе слишком строга. Надо уметь прощать себе маленькие слабости.

– У меня нет никаких слабостей, Антал. Ты чересчур самоуверен.

– Не путай самоуверенность с действительностью, – нагло заявил венценосный гад.

– Какая действительность? Ты сам вынудил меня согласиться, – сердито попеняла ему.

Рука Антала скользнула выше по моей спине. Император отклонился в сторону. Его щека приятно царапнула мою щеку, и мужские губы почти коснулись мочки моего уха.

– Но ты сама приняла решение, – выпрямляясь, шепнул он, обжигая дыханием ушко.

Я широко раскрытыми глазами уставилась на него. Попыталась возразить, но не смогла. Никак не удавалась собраться с мыслями.

– Приятно видеть, что ты со мной согласна, – с особым присущим только мужчинам самодовольством прищурил он глаза. – Сиана, почему ты хмуришься? Скажи, что тебе не нравится?

– Ответ «императоры не нравятся» принимается?

– Шутки шутишь. Уже неплохо, – Антал был совсем непробиваем. – Ты находишься на отборе невест, считающимся самым популярным событием столетий. На последний этап отбора допускаются самые достойные. Тебе посчастливилось стать одной из них. Ты должны быть счастлива.

– Извини, но я не испытываю особого восторга. На протяжении отбора девушки обязаны завлекать состоятельных сейров, поддерживать их интерес, соревноваться между собой. Мужчин при этом не волнует, кто пострадает в бессмысленной борьбе за их внимание. Об уважении и речи не идет. Девушки обычный товар на рынке невест.

Последние слова слетели с моих губ, и я осеклась. Поздно. Император услышал меня, на его лице появилось понимающее выражение.

– Интересно… Продолжай, – мягко подтолкнул он. – Занятно будет услышать твое мнение о сейрах, которые потакают, балуют своих избранниц, а после заключения брачного союза содержат. Девушкам не запрещалось поступать в закрытые магические пансионы и развивать магию, самим зарабатывать на жизнь и быть независимыми. Но пансионы пустовали, я вынужден был их закрывать. Сейяры ограничиваются домашним обучением. Зачем прилагать силы, если есть беспроигрышный вариант – удачно выйти замуж.

Не выдержав его ироничный взгляд, я отвернулась.

– Радуйся, ни ты, ни один из присутствующих не в моем вкусе, – заявила гордо.

– Уверена? – усмехнулся Антал. – Как же бедняга Урвен? Неужели и светлые не вызывают у тебя симпатию?

При упоминании светлейшего аж скулы свело от злости на него. Не настаивай Урвен на нашем с императором танце, я бы давно отделалась какой-нибудь земной частушкой.

– Ни капли.

Антал покачал головой и негромко рассмеялся мягким бархатистым смехом.

– Признаю, у тебя превосходный вкус, Сиана, – он произнес мое имя как никогда прежде, низким, слегка хрипловатым голосом. Вышло очень чувственно. – Со светлым засранцем понятно, поясни, почему ты и от меня шарахаешься.

Мне показалось, что Анталу в диковинку, когда девушка его избегает.

Насколько позволял танец, отстранилась, глубоко вздохнула и неловко озвучила:

– Ты чересчур высокомерный и самонадеянный. Пригласив девушку на танец или прогулку, ты ожидаешь, что она с радостью отдастся тебе. Предположу, чаще всего именно постелью знакомства с тобой и заканчиваются.

– Считаешь меня бессердечным совратителем?

По крайней мере, Антал не отпирался, не строил из себя святошу.

– Не совсем. Я думаю, ты обычный безжалостный эгоист. Ты говоришь то, что женщины хотят услышать. Даешь им лживые обещания, и они, наивные, верят тебе, – постаралась выразиться как можно честнее.

– Получается, помимо бессердечного совратителя в довершение я еще и безжалостный эгоист? – усмехнулся Антал и крепче прижал меня к себе. Через ткань платья ощутила исходящее от него тепло, могучую силу. – Мы с тобой знакомы несколько дней, Сиана, и ты всерьез думаешь, что раскусила меня?

– Ничего я не думаю. Не веди ты себя, как последний…

– Осторожнее, – угрожающе предупредил меня Антал. В его глазах появился опасный огонек, и я вовремя прикусила кончик языка. Ругательство не слетело с моих губ.

– Не веди ты себя, как вел, у меня бы сложилось о тебе, возможно, иное мнение.

Антал посмотрел на меня в упор и остановился. Находясь во власти его рук и притягательного взгляда, в ступоре замерла. Между нами возникло ощутимое напряжение. Мелодия враз потеряла свое очарование, перестала затрагивать невидимые струны в душе. Казалось, одно неосторожное слово, и он не станет со мной церемониться, перекинет через колени и отшлепает на глазах у гостей.

– Я никогда не льстил, не давал обещаний, которые не собирался выполнять, – не повышая голоса, произнес император. От его непреклонного тона мне захотелось заползти под какое-нибудь кресло и затаиться там, на время, частично сожалея о сказанном.

Я растерянно моргнула, стараясь справиться с возникшим ощущением неловкости.

– Должна не согласиться. Возможно, не ты даешь повод, а твои действия неправильно истолковывают. Лестное многим девушкам внимание, противоречивые взгляды, прикосновения введут кого угодно в заблуждение.

Горящий расплавленным золотом взгляд впился в мое лицо.

– Сейчас ты что видишь? – чуть с хрипотцой голосом спросил Антал.

От его бархатистого тона теплая волна пробежала по позвоночнику, и я замерла в руках императора.

– Что в твоих силах подарить мне ночь любви, – призналась тихо. Язык не повернулся соврать. Так же честно продолжила: – Но только ночь. Наутро я стану тебе неинтересна, а мое сердце, как и тысячи других, будет разбито.

После моего признания прошло пару мгновений, а мы продолжали неподвижно стоять и смотреть друг на друга.

– Ты боишься, что станешь мне неинтересна, Сиана? – широко улыбнулся Антал и утвердительно закончил: – У тебя есть ко мне чувства.

– Ага, ты меня невероятно раздражаешь. Не трать на меня свое время. Посмотри лучше, сколько вокруг очаровательных девушек, – оглянулась и кивнула на участниц, с тоской наблюдающих за нами. Я не сомневалась, многие из них сами, по доброй воле, готовы были приползти к нему на коленях. – Дай им шанс.

– Неужели? – бросил на меня насмешливый взгляд Антал. Окружающая нас преграда рассеялась. – Танец был незабываем.

Он поднес мою руку к лицу, и теплые губы обожгли кончики пальцев.

– Превосходно, – хлопая громко в ладоши, поднялась на ноги супруга сиятельного стража. Ее невообразимо любезный голос не обещал ничего хорошего. – Девушка танцует бесподобно, – слукавила Аладана. Но зачем? Ее вмешательство не на шутку встревожило. – Осталось услышать ее чудный голос. Прошу, спойте нам, Сиана.

Она садомазахистка? Я и петь?

Пф-ф… даже не смешно.

Выразительно посмотрела на императора, уверенная, что он-то ей точно откажет. Тем более, у нас был уговор, я ему правду, он мне защиту. Я свою часть сделки выполнила.

– Сиана с удовольствием споет вам, – лениво протянул он. Наплевав на наш уговор!

Ненормальных в полку прибыло.

– Благодарю, Ваше темное величество, – опустив глазки, проворковала она и скромно опустилась в кресло.

– Я беру назад опрометчиво брошенные вам обвинения, – проговорила вполголоса, вернувшись к официальному обращению. – Вы не помыкаете девушками. Они помыкают вами, как хотят, а вы и не сопротивляетесь.

Испугавшись своего сиюминутного порыва, отступила в сторону.

Бросив на меня хмурый взгляд, император стиснул челюсти и покинул помост.

Ради своего же душевного равновесия нужно научиться держать язык за зубами.

Я подошла к ожидавшей меня за клавесином Наяде.

– Будешь исполнять балладу? – сухо поинтересовались у меня.

– Начнем с распевки, – сходу огорошила ее.

– Днем ты чем занималась? – охнула женщина. Ее брови от удивления поползли наверх.

– Готовилась к выступлению. Мысленно, – заверила ее.

Наяда недоверчиво воззрилась на меня. Не дожидаясь аккомпанемента, пожав плечами я, невообразимо фальшивя, протянула нараспев:

– А-а-а-а…

– Продолжай, – взяв себя в руки, велела хозяйка отбора.

Была не была…

Повысив голос, продолжила вдохновенно завывать.

Сплошное умиление. Я звезда этого вечера. Какая звезда? Зве́здище! Мое выступление запомнят надолго. Оно попадет в учебники по истории.

Сразу мысленно возник заголовок: «Самый грандиозный провал столетий!». Гости жутко морщились, но воспитание не позволяло им закрыть уши руками. Они с мольбой поглядывали на меня. Смотри не смотри, я ничем не могла им помочь. Сами напросились. Император меж тем держался молодцом. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Он сидел и смотрел на меня с самым участливым выражением на лице.

Не жалея ничьих ушей, вдохновенно голосила:

– О-о-о-о-о…

– У-у-у-у-у… – подвывали за окном.

«Прямо, как в былые времена. Я дома», – нахлынула на меня ностальгия. Раньше мне собаки за гаражами подвывали, теперь…

– Волкодлаки! – в зал вбежал страж в темной военной форме. – Стая вышла из приграничного леса и направляется к замку!

Вот же!

Пришлось скрепя сердце прервать свое грандиозное выступление. Темные наряду со светлым правителем, включая Наяду, бросились к выходу. Какой нервный народ собрался. Глядя на их реакцию, можно подумать, что собачки-переростки подобрались не к каменным стенам, а пируют в соседней гостиной.

– Вы уверены, что это не обычная стая волков? Обращенные не уходят далеко от своего логова, – останавливаясь в центре зала, решил прояснить обстановку светлейший страж. Видно, наконец, заметил пропажу супруги. Аладана, не шелохнувшись восседала на своем месте.

– Темные дозоры не ошибаются. Светлые, возможно, – припечатал Антал. Поднявшись, он направился к столпившимся в дверях гостям. Их натиск, стоя в дверном проеме, сдерживал дозорный и сбежавшая на его клич прислуга. Брин безо всяких приказов присоединился к императору.

– Разойдитесь, вечер продолжается, – коротко приказал Антал и гости его послушались, расступились перед ним. – Докладывай! – велел он стражнику.

– С наступлением ночи огромная стая волкодлаков вышла из леса. Их вел меченый. Его легко узнать по серому загривку, – мужчины вышли в коридор, по мере удаления от гостиной их голоса стихли.

– По кружечке ароматного чая? – предложила Наяда. Уголки ее губ нервно дернулись в наигранной улыбке.