Глава 23

Бросать текущие дела и отправляться собираться на свидание с императором я не планировала. Сначала нужно раскрыть личность сестрицы. Подумаешь, опоздаю. Антал и так обо мне не слишком высокого мнения. Глядишь, уверится в моей непроходимой глупости и отстанет.

Вовремя Мемблас разоткровенничалась и поделилась информацией об оплаченных свиданиях. Теперь благодаря ей несложно догадаться, кому остались по карману свидания со мной. Его темному величеству. Спрос рождает предложения. За меня, наверное, заоблачную цену назначили. У остальных сейров, судя по всему, либо денег не хватает, либо Антал сам разогнал особо ретивых или на крайняк запугал.

В дверь постучали. Получив разрешение войти, служитель внес внушительную стопку книг. Очень осторожно водрузил ее на стол, и, прежде чем покинуть читальню, пять раз, не меньше, поклонился. Видать, слухами обо мне библиотека полнится. Главный хранитель натолкнул меня на интересную мысль. Прежде чем углубиться в светские мероприятия, я собиралась проверить свою догадку.

Посмотрев книги на предмет искомого, я остановилась на пухлом фолианте. Мой выбор пал на него не из-за обложки, инкрустированной драгоценными каменьями, изображающие сияющий лик неизвестного мне божества. Меня заинтересовала история светлых магов. Ее изложение ничем не отличалось от интерпретации давно минувших событий истории темных магов. Кроме небольшого нюанса. По версии светлых, темный император, приходящийся Анталу отцом, выследил и поймал Роэльда в приграничном лесу, на стыке империи с королевством. На руках отпрыск проклятых королей держал новорожденного ребенка. Далее по тексту ему приписали всякие зверства, которые якобы собирался совершить с младенцем. В том числе принести кровавую жертву. По мнению светлых, темный император проявил слабость, он поверил россказням гнилого отродья. Проникся убедительными речами Роэльда о желании защитить своего новорожденного ребенка. Дав приказ окружить и обезоружить темных стражей, ранее правящий сиятельный страж сам свершил правосудие. Светлейший казнил изменника. Из-за проявленной темным императором мягкотелости сиятельный страж едва не объявил темной империи войну. Сиятельный страж приказал своим воинам очистить мир от скверны. Избавиться от всех, кто имеет отношение к роду проклятых королей.

Услышав о его планах, темный император сам готов был объявить ему войну, требуя оставить в живых супругу и дочь казненного. Император снова на глазах своих воинов продемонстрировал слабость. Неудивительно, что они не пошли за ним, а расступились перед светлым войском, открыв проход в столицу.

Вот почему в книгах темной империи те события описываются сухо, без лишних подробностей – темный правитель выставил себя слабаком, не сумевшим сохранить свой величественный авторитет. А вот исторические фолианты светлых магов изобилуют подробностями. В них воспевают победу над темными.

Спустя месяц, темного императора на престоле сменил сын, наследный принц Антал. Считать я умею хорошо. Выходит, нынешний император старше меня как минимум в два раза. Хотя и выглядит ненамного старше.

Антал провел новые переговоры, и тогдашний сиятельный страж согласился сохранить жизнь дочери изменника Иоланте, находящейся в их темнице. Считая императора слишком молодым, ничего не смыслящим в воспитании детей, по совету своего советника, он взял девочку – темную магичку – под свою опеку, дабы воспитать ее достойной жительницей светлого королевства. Во время «благословенного ритуала» ее нарекли новым именем – Аладаной. Несущая веру.

Скорее уж несущая месть.

Сказать, что я испытала потрясение, ничего не сказать.

Кто в здравом уме заподозрит в супруге сиятельного повелителя угрозу вселенского масштаба? Ну и я не заподозрила.

– Хия Сиана, вы почему до сих пор не готовы? – влетела в читальню крайне раздраженная Шрида.

– Извините, за чтением я потеряла счет времени, – призналась, не покривив душой.

Захлопнув фолиант, не акцентируя на нем внимание помощницы распорядителя отбора, положила его в стопку книг названием вниз.

Закончив заметать следы, поднялась, расправила складки на юбке и вышла из-за стола.

– Я готова.

В глазах Шриды появилось неодобрение.

– Благородного происхождения девушки в одном и том же платье на публике дважды за день не появляются.

– Не сомневаюсь, – согласилась с ней, считая разговор законченным. Я в конце концов по крови благородного происхождения, а по духу свободная землянка. Вздернув голову, сделала шаг к двери и разрешила: – Ведите.

Уходя из библиотеки, услышала донесшийся общий вздох облегчения.

Шустро прошуршав юбками по коридорам, мы чинно спустились по лестнице и вышли на улицу.

В парке, куда привела меня Шрида, оказалось довольно шумно. Участницы, следуя правилам отбора, общались, громко смеялись, строили глазки сейрам. Словом, привлекали их внимание.

– Иди прямо по аллее к лабиринту. Никуда не сворачивай. У входа в лабиринт тебя встретят, – махнула Шрида на макушки стриженных кустов. Пристально глянула на меня и строго добавила: – Будь милой, не забывай про вежливость. Не позорь нас.

– Буду сама кротость, – вторила ей я, старательно делая вид, что ничего важнее быть не может.

– Превосходно.

Позади нас раздался слишком громкий девичий смех. Шрида сердито покосилась на возмутительницу спокойствия. Узрев виновницу, повернулась и двинулась к ней, явно собираясь устроить девушке нагоняй. Как я успела понять, смеяться открыто, со вкусом, в здешнем высшем обществе не принято. Не умеющие держать себя в руках сейяры приравниваются к простолюдинкам.

Подхватив юбки, я потопала по дорожке к искусственным зарослям. Туфли на удобном каблучке отстукивали мерный ритм моих шагов. В чудесную, ясную погоду не хотелось никуда торопиться. Жара спала, солнце перестало палить и приятно пригревало. Легкий, ласковый ветерок приятно холодил кожу. С обеих сторон аллею украшали ухоженные кусты, усыпанные благоухающими цветами. Несколько дорожек вели к крытым изящным беседкам. Я слышала, сразу за лабиринтом имелась чудесная лужайка. Рядом с ней отливало серебром озеро. Вдоль берега, замыкая круг, его украшали буйные цветники.

Дойдя до развилки, собралась было свернуть к лабиринту, и замешкалась. На боковой дорожке мне случайно на глаза попался синий сюртук, небрежно переброшенный через спинку скамьи. Присмотрелась. Опознала возле привлекательной девушки темное величество. Антал!

С кем тогда у меня встреча? Ответ, естественно, никто свыше на ушко не шепнул.

Без сюртука, в белой рубашке, сером жилете, с белоснежным виртуозно повязанным шейным платком, Антал выглядел невероятно притягательно. Красивое лицо девушки было обращено к нему. Они преспокойно беседовали, никого и ничего не замечая вокруг.

Сердце екнуло. Я грустно усмехнулась.

Помнится, я думала, что всерьез увлеклась темным императором. Чушь. Я, наверное, бредила.

Внутри меня полыхало непонятное разочарование, приправленное гневом.

Тем не менее пожелала девушке удачи, возможно, ей больше повезет, император не на шутку ей увлечется.

Глубоко вздохнув, придала лицу невозмутимость и устремилась к лабиринту, гадая, с кем у меня назначена встреча.

До места добралась быстро, но никто у входа меня не встретил. Закралась неприятная мысль, что император забыл о времени, и не успел освободиться к назначенному мне свиданию.

Все сильнее ощущая раздражение, не заботясь о сохранности внешнего вида юбок, села на каменную скамью.

Я продолжала злиться на Антала. Его второе за день свидание с участницей выбило меня из колеи. Я предлагала ему обратить внимание на других девушек, но оказалась не готова к тому, что он исполнит мою просьбу буквально. Мне бы испытывать облегчение, но его-то я не чувствовала. Ничего, позже порадуюсь, когда встречи наши станут реже и я к нему окончательно охладею. Тем более он для меня несет угрозу. Нельзя не думать, что император сделает, узнав всю правду обо мне. Что помимо всего прочего я потомок проклятых королей и во мне ненавистная им магия. Тем более в конце отбора он сделает самой одаренной участнице предложение. Они нарожают кучу ребятишек. Супруга постоянно будет напоминать ему, кому он обязан победой в битве за главный приз. Свиток! И он рано полысеет от ее регулярного пиления. Представить лысеющего Антала не получилось. В памяти был еще свеж его образ сидящего на скамье с девушкой.

Положа руку на сердце, все мое существо восставало против его женитьбы на другой. Рядом с ним я превращалась в воск, плавилась и впитывала, как губка, ранее не испытанные чувства. Трепетную страсть, покалывающее тепло, пробегающее по венам. Интуитивно, не доверяя императору, останавливала себя, стремясь освободиться от его сладких чар. С ним я слабела, теряла контроль над собой, что было для меня непозволительной роскошью. Вдруг я поддамся соблазну и отдам ему свое сердце? Окажусь беззащитной перед болью, которая последует сразу за его свадьбой или моментом истины. Сколько не скрывай, правда выйдет наружу, и лучше в этот момент размышлять трезво.

Я поерзала на скамье, не сводя хмурых глаз с прыгающего в траве «кузнечика». Насекомое очень на него походило.

В действительности мне стоило сказать Анталу «спасибо», что он прислушался ко мне. Возможно, благодаря ему мне удастся избежать многих проблем, в том числе мук неразделенной любви.

Раздались еле слышимые шаги, на траву напротив скамьи упала продолговатая тень. В груди появился колючий комок тревоги, мысли о необходимости избегать императора мигом переросли в убежденность. Благо способствовала тому банальная обида. В голове навязчиво звенело: «Я очередная галочка в распорядке дня императора, и он, наконец, обо мне вспомнил».

– Светлого дня, хия Сиана, – приятный баритон ласкал слух, но он принадлежал далеко не императору. – Вы все же приняли мое приглашение.

Неподдельное удивление прозвучало в голосе, по нему я сразу узнала говорящего.

Торопливо привела мысли в порядок, не желая показывать насколько поражена встрече и спокойно ответила:

– Темного дня, ваше сиятельное величество.

До блеска начищенные мужские ботинки остановились возле меня. Отведя взгляд от кузнечика, перевела его на сиятельного стража.

– Как я и предполагал, прекрасное уединенное место. Высокие стены живой изгороди скроют нас от чужих глаз. Вероятность кого-нибудь встретить в лабиринте невысока. Участницы с сейрами в основном прогуливаются по саду на виду у управляющих отбором.

Я поежилась. Урвен будничным тоном рассуждал о нашем с ним уединении. Притом во дворце его ждала супруга. Моя сестра.

– Вас, значит, моя репутация не заботит? Вы специально выбрали укромное местечко, чтобы… Собственно, зачем я здесь?

Разглядывая его наглую физиономию, прикрыла рукой глаза, защищая их от ослепительного солнца.

– Вы произвели впечатление на мою супругу. Аладана считает вас фавориткой в отборе и посоветовала мне узнать вас ближе. Я надеюсь, с вашей помощью у светлого королевства получится улучшить отношения с темной империей, – пристально посмотрел на меня Урвен. Он выглядел сосредоточенно грустным. Видно, решение заручиться моей поддержкой далось ему нелегко.

Сестрица отлично помыкала супругом. Подсылая ко мне сиятельного стража, что она хотела мне доказать? Какая она всемогущая? Мне надо ее опасаться? Не дождется. Я найду способ от нее отвязаться.

– Сразу предупреждаю, в лабиринт не подойду. Хватит с меня игр в кошки-мышки. Я не против продолжить наше общение, – вытянула голову и критично осмотрела мерцающую на солнце водную гладь, – …у пруда.

– Превосходная идея, – передо мной возникла широкая ладонь сиятельного стража. – Я слышал, там обитают удивительные водоплавающие птицы.

Запрокинула голову и поморщилась. Против яркого света я не смогла разглядеть лицо Урвена и не поняла, шутил он или говорил серьезно. У озера и близко никакой дичи не наблюдалось. Разумеется, свои сомнения оставила при себе.

– Пойдемте. Надо торопиться. Промедлим, и привередливые птички огаши до утра уйдут на дно, – взяв ситуацию под свой контроль, он сам сдернул меня со скамьи и поднял на ноги. Потом галантно оттопырил локоть, предлагая взять его под руку.

Ради обещанного зрелища не грех было и потерпеть общество сиятельного стража. Как там говорится на земле: «Держи друга близко, а врага…» Идеально применимо к нашей с сиятельным стражем ситуации.

Шагая вместе с Урвеном по стриженой лужайке, с трудом подавила порыв бросить его и, подобрав юбки, умчаться во дворец. Я очень странно чувствовала себя, находясь с ним наедине. Множество разных мыслей вертелись в голове. Нервы были натянуты до предела. Я сама ощущала себя сплошным оголенным проводом. Того гляди, от простой искры вспыхну. Доверившись внутренней убежденности, что Урвен ничего мне не сделает на открытой местности, спокойно шла с ним под руку, мечтая поскорее отдернуть от него свою конечность. Мы неспешно приблизились к топкому берегу, утопающему в очаровательных крупных цветах, напоминающих кувшинки.

Раздался всплеск, и недалеко от нас столб воды взметнулся в небо, обдавая брызгами. Стая жирных уток плюхнулась на водную гладь. Диву далась, как они вновь не ушли под воду, а остались на плаву. Птицы выглядели как жертвы чрезмерного поедания ход-догов и гамбургеров. Они значительно превосходили размерами своих земных собратьев. Стая птиц вяло, но с достоинством плыла по озеру. Дивное изумрудное оперение с золотистыми вкраплениями и пышный хохолок на голове переливались на солнце вызывая восхищение.

– Огаши прекрасны и в то же время опасны, – на полном серьезе предупредил меня Урвен.

– Они заклюют меня до смерти? – не сдержала смешка. Наблюдая за птицами, непринужденно пошла вдоль берега.

– Вы пытаетесь меня удивить, хия Сиана? – прозвучало рядом.

– И не думала.

– Вы поразительная девушка. Вы умудряетесь не замечать очевидные недостатки у опасных существ, – с улыбкой в голосе поделился сиятельный страж.

Не на императора ли он намекал?

Постойте!

Клювы у птиц удлинились, являя острые ряды клыков. Нырок. Стая скрылась в толчее помутневшей воды. Всплеск. Огаши вынырнули на поверхность, держа в зубах огромных извивающихся рыбин. Запрокинув головы, они подкинули добычу. Проворно поймали и за считанные секунды проглотили их, предварительно измельчив острыми зубами. Куда в огаш вмещается столько? Навскидку рыбины весили не меньше пяти килограмм.

– Вы, наверное, без сомнения обрадуетесь, узнав, что я считаю зрелище трапезничающих огаш жутким. При этом мое мнение не распространяется на них самих. Существам нужно питаться. Их такими создала природа, – повернулась к Урвену и наткнулась на его пристальный взгляд.

– Склонен с вами согласиться, – с непроницаемым выражением лица хмуро признался он.

– Почему?

– Иногда предрассудки мешают увидеть скрытую красоту.

Я с крайним подозрением отнеслась к его словам. Чересчур правильные речи он толкал.

– Много в вашей жизни встречалось недооцененных красот?

Посмотрела ему в глаза и увидела на его лице неприкрытое обожание.

– Встречалось порой. Во время отбора моя супруга открылась мне с неожиданной стороны. За ее напускной уверенностью пряталась кроткая, слишком мягкая, слишком ранимая душа.

Это Аладана кроткая? Ранимая?

В жизни не поверю.

Она далеко не неуверенная, забитая особа. Вспомнить хотя бы случай со швеями на отборе. Хватило ведь у нее храбрости разругаться с бойкими магичками в пух и прах. Их сотрудничество закончилось скандалом. Появиться перед высокородным обществом практически в одном нижнем белье то еще унижение. Если, конечно, она сама не подстроила свой провал. Сложно забыть столь запоминающееся появление. Аладана и прелести показала, и одновременно с тем выглядела жертвой несдержанных девиц.

Браво! Хитра сестренка. Запудрила мозги сиятельному стражу и вертит им как хочет.

Придя к неутешительным выводам, перевела взгляд на вальяжно плавающих птиц и мимоходом поинтересовалась:

– Вы с таким пылом говорите о супруге, вы, должно быть, ее сильно любите? Полностью доверяете? Советуетесь?

Урвен раскатисто рассмеялся.

– Хия Сиана, вы идеализируете нашу пару. Аладана обладает множеством полезных талантов, но ничего иного кроме восхищения я к ней не испытываю. Я выбрал ее за превосходный вкус и умение держаться с достоинством в любых ситуациях.

Покосилась на сиятельного стража. Его лицо в профиль выражало уверенность.

– Хотите сказать, вы совершенно равнодушны к ее сиятельству? – с твердой решимостью докопаться до истины невинно поинтересовалась у него.

– Я живое существо. Безусловно, с Аладаной приятно проводить время, – сузив глаза, с долей иронии отозвался страж.

Кажется, я играла с огнем, но не в силах была остановиться. Чувствовала, что близка к некому открытию.

– Признайтесь, но иногда вы все-таки прислушиваетесь к ней? – подловила его и безжалостно припечатала: – Не она, а вы лично пригласили меня на встречу.

– Я понимаю, куда вы клоните, хия Сиана, – хлестко заключил страж.

Неужели и правда знает?

Не ожидала, что он способен проявить недюжие чудеса логики. Я воспринимала его самоуверенным правителем, не интересующимся мнением слабого пола. У меня от волнения по рукам побежали мурашки.

– Аладана безукоризненно справляется с возложенной на нее миссией, хотя и с претензией на равноправие между нами. Мне определенно повезло с супругой. При всем при этом ей никогда не стать равной мне. Сколько бы она не старалась.

Урвен упивался своей значимостью и не подумал выдвигать мне никакие обвинения. Я переоценила его дедуктивные способности.

Я терпеливо выждала время, усердно делая вид, будто раздумываю над его словами, и безрассудно поинтересовалась:

– Скажите, вы считаете ее ниже себя, потому что она темная?

Не ожидая от меня подобного подвоха, Урвен оторвал от озера взгляд и оценивающе посмотрел на меня. Будто увидел впервые. Но он ничего для себя не открыл, кроме живейшего интереса, который я старательно ему демонстрировала.

– Принадлежность моей супруги к темным магам не влияет на мое отношение к ней, – отчеканил сиятельный страж и снова перевел взгляд на озеро.

Фиг вам. От меня пустыми отговорками не отделаешься.

– Я вам не верю! – выпалила натурально капризным тоном, прикидываясь солидарной дурочкой. – Любой темный сейр посчитал бы за честь назвать Аладану своей супругой и принял бы со всеми недостатками.

– Не заблуждайтесь! Никто не рискнул бы связаться с отверженной! – раздосадованно бросил сиятельный страж.

Его испепеляющий взгляд встретился с испуганным моим. Горло сковал страх, воздух с трудом проникал в легкие. Даже непроходимый глупец бы задрожал, увидев полыхающий яростью взор монарха. Прислушиваясь к гулко бьющемуся сердцу, медленно повернулась к нему.

– Вечереет. Думаю, нам лучше вернуться во дворец, – сглотнув, предложила ровным тоном.

– Успеется, – отмахнулся сиятельный страж и жутко ласковым голосом произнес: – Вы на редкость умная девушка, Хия Сиана. Вам удалось добиться от меня признания, порочащего мою супругу.

– Что с того? Не говорите, что вы боитесь слухов, – ответила я в отчаянной попытке смягчить его гнев и уйти живой.

Вот только шансы вернуться в замок невредимой стремительно таяли.

– А ты значит, Сиана, не боишься за свою репутацию, встречаясь в укромных местах с мужчинами, имеющими законную супругу? – послышалось насмешливо сзади.

Крутанулась на каблуках и впала в ступор. Прямо передо мной, заложив руки в карманы брюк, в свободной непринужденной позе стоял Антал. Без спутницы. В его янтарных, потемневших, как грозовое небо, глазах, читалась непоколебимая решимость. От его взгляда в груди поднялась нервирующая волна томления. Я вроде как и радовалась нежданному спасителю, а вроде и опасалась, чем бы похлеще его вмешательство не обернулось.