Глава 27

Усилиями Риды за час до назначенного бала я была готова, и пришлось спуститься вниз. Первые гости начали прибывать, в бальной зале играли музыканты, а меня манила уютная тишина гостиной, куда через толстые стены перегородок доносилась приглушенная мелодия. За окном в буйстве света причудливо утопал сад. К парадному входу через распахнутые ворота тянулась вереница карет, дилижансов и других экипажей. В глазах рябили золоченые спицы в огромных колесах, на отполированных дверцах мелькали гербы. Никаких тебе Роллс-ройсов или Лимузинов.

Чувствуя себя сторонним зрителем, глубоко вздохнув, подошла к окну. Я ощущала себя не на своем месте. Не из-за того, где я выросла и откуда пришла, а из-за необходимости постоянно скрывать свое настоящее происхождение. Я запретила себе думать о вызове, брошенном на испытании императору. Мне не о чем было сожалеть. Уступать ему так или иначе не собиралась. Антал открыто говорил, что связывать официально свою жизнь с моей он не собирался. Быть его любовницей, делить с другой… или с другими, ждать его в пустой холодной постели не по мне. Отказавшись от его предложения, я ничего не потеряла. Или потеряла?

Не может же он мне всерьез нравиться!

О-е-ей! Пора остановиться.

Радоваться надо, что дала ему отпор, а не сомневаться в своих поступках. Антал бессердечный распутник, но в первую очередь он беспощадный император. Я его обманывала, прикинулась другой девушкой, обладаю запретной магией, вряд ли он поймет, пожалеет сиротинушку, у которой никого из близких в их мире не осталось. Жрица не в счет. Она никогда не заменит настоящую мать.

«Я не должна испытывать никакого сожаления, – напомнила себе. – Настоящая «Я» ему не нужна. Узнав о союзе с сестрой, что замужем за светлым магом, владении мной запретной магии, Антал не пожалеет, казнит меня. Лучше стараться избегать его».

О, боги! Я все еще чувствовала фантомное прикосновение его губ. Память услужливо напомнила, как с пьянящей страстью не прочь была ответить на поцелуй.

Кончики пальцев дрогнули, и я попыталась выбросить из головы полный обещания наслаждения взгляд.

Тут я подняла голову и обомлела. В окне отражалась фигура императора в темном сюртуке.

В его глазах светилось незнакомое выражение. Никогда прежде мне не доводилось видеть его таким. Взгляд Антала был суров и холоден.

Мои глаза сами собой широко распахнулись, тихо ахнув, я повернулась к нему, с ужасом осознав, что в присутствии императора действую заторможенно. Надо исправляться.

Быстренько нацепив маску приветливой вежливости, не забыла растянуть губы в улыбке. Жаль, легкое замешательство в начале появления императора могло выдать, что он странным образом влияет на меня.

– Пришел пожелать мне удачи в вечернем испытании?

Никакой другой причины, объясняющей присутствие императора в гостиной, я не находила.

Антал пристально посмотрел на меня.

– Удача тебе ни к чему. С твоими актерскими талантами ты без труда очаруешь гостей, – в его глазах промелькнула усмешка.

– Я не уверена, – к моему облегчению, голос прозвучал предельно спокойно, тогда как нервы натянулись не на шутку. Антал меня пугал и нервировал. Чувствовала себя загнанной в угол жертвой.

– Ты прежде не сомневалась в себе. Тебя словно подменили. Что с тобой случилось, Сиана? – Антал сделал шаг ко мне. Неотрывно наблюдая за ним, я тут же подхватила юбки и шмыгнула за хрустальный журчащий фонтан, стоящий сбоку. Между нами образовалась слабая, но преграда. – Или мне лучше тебя Верникой называть?

Непривычное имя в его устах прозвучало немного искаженно.

Он знал. По крайней мере, об иномирском происхождении точно. Сердце ушло в пятки.

– Не нужно делать поспешных выводов. Я все объясню.

– Говори. Я слушаю.

Антал начал медленно обходить декоративную стеклянную махину. Огибая фонтан, я пошла в том же направлении, удерживая между нами дистанцию.

– В двух словах не объяснить, – неуверенно начала я.

Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, хотелось во всем признаться и будь что будет, с другой стороны, от меня зависела жизнь жрицы, и я дала обещание хранителю защитить императора. Находясь в подземелье, сложно будет помешать сестре привести свою угрозу в действие и сдержать обещание. Нужно было о многом подумать, а времени не осталось. Стараясь не отвлекаться на участившееся сердцебиение, бросила взгляд на дверь. Черт! Слишком далеко. Не успею добежать. Перевела взгляд на Антала, и ноги чуть не подкосились. В его глазах светилась пугающая неумолимость.

– Ты же понимаешь, Антал, я не по своей воле перенеслась в ваш мир.

– Понимаю, – император даже не замедлил шаг.

– Ты знаешь, кто мои настоящие родители? – снова оглянулась на дверь.

– Знаю.

– Про магию?

– И про запрещенную магию мне известно, – невозмутимо объявил Антал.

Я не выдержала.

– Значит, ты поймешь, почему мне срочно понадобилось уйти, – бросила через плечо и, что было мочи, помчалась к двери.

– Ошибаешься! Не пойму!

Позади послышался глухой грохот, сопровождаемый всплеском. Не сомневаюсь, обернись я, и увидела бы на полу перевернутый фонтан.

Надо было сразу понять, не мне тягаться в скорости с магом высокого уровня. Я успела добежать до двери, открыла ее, но тут Антал нагнал меня и, надавив, захлопнул ее. Сдавленно вскрикнув, я развернулась, собираясь оттолкнуть его, но и здесь он опередил меня. Перехватив за плечи, Антал прижал меня к двери, заставив замереть на месте. Поняв, что никуда от него не денусь, обеими ладонями уперся в дверь по бокам от моего лица, нависнув надо мной.

– Прекрати избегать меня, ВерАВника, – выражение лица Антала сделалось суровым.

Отстраненно подумалось, что во второй раз у него получилось лучше выговорить мое имя.

Я смотрела в непреклонно смотрящие на меня глаза и не могла ни на что решиться. Мысли и чувства пребывали в смятении. Едва заняв место Сианы, я с ужасом ждала разоблачения, находясь постоянно в напряжении. Воображение постоянно ярко рисовало пугающие картины темного подземелья с тянущимися по земляному полу вбитыми кандалами, куда меня должны были сослать. И вот, находясь в ловушке рук императора, мои страхи начали обретать реальность. По спине и рукам пробежали липкие потоки дрожи. Я чувствовала, как от частого дыхания грудь натягивает корсаж, плавно вздымаясь и опускаясь. Пульс бешено бился в висках, отдаваясь тупой болью. Я застыла, словно прикованная к полу, не в силах отвести взгляд от красивого и совершенно бесстрастного лица Антала.

– Доверься мне, Вероника, – вкрадчиво произнес он. Выражение его лица изменилось, оно стало гораздо мягче.

Я перестала понимать, кто он, – друг или враг? Но при этом было очевидно, чем раньше признаюсь ему, тем быстрее верховная жрица освободится от влияния Аладаны.

Подавив мучительные сомнения, стараясь не смотреть в глаза Антала, поделилась с ним своими злоключениями:

– Ты знаешь, где держат верховную жрицу? – закончив рассказ, спросила я.

– Знаю, – желваки на его скулах напряглись, Антал сделался крайне серьезным.

– Тогда какие у тебя планы по спасению верховной жрицы?

– Никаких, но они однозначно будут связаны с тобой.

– После того, как мы ее освободим, ты отведешь меня к ней? – спросила в замешательстве. Я сама не была уверена, хочу ли встречаться с верховной жрицей.

Антал не ответил. Он перевел взгляд на мои губы. Прежде чем я успела воспротивиться, он обхватил меня за затылок и закрыл рот поцелуем. Подхваченная головокружительным потоком страсти, я тут же потеряла счет времени, как обычно случается, когда Антал прикасался ко мне. Получив передышку, мой разум плавился и нежился, как желе на солнышке, не напоминая о себе хозяйке. Обвив его обеими руками за шею, ответила на далеко не невинный поцелуй. В попытке погасить разливающийся по телу жар, невольно приоткрыла губы, и он тут же этим воспользовался.

Отрезвляющие мысли, что нужно немедленно остановиться, смыло волной непреодолимого влечения. Сбавив обороты, Антал полностью взял инициативу на себя. Он привлек меня к своей груди, костяшками пальцев погладил шею, мучительно медленно провел по ключице. Стиснув его плечи, я задрожала от нахлынувших ощущений. От рук, исследующих мое тело, я таяла сильнее, чем от поцелуя. Мне захотелось начать собственное исследование.

Мои пальцы скользнули по рельефной мужской груди и нерешительно забрались под полы сюртука. Мышцы под тонкой тканью рубашки дрогнули, откликнувшись на мое прикосновение. Я с восторгом поняла, Антал испытывает нечто похожее, что и я. Это открытие буквально завладело мной. Чувства обострились. Я больше не хотела довольствоваться малым. Душа пела, а тело жаждало новых ласк. Внутри меня творилось волшебство, разливаясь приятной истомой. Пол подо мной покачнулся. Антал переместил нас ближе к дивану. И это открытие, как и другие до него, отправилось на задворки сознания, где я о нем не скоро вспомню.

Направляемая Анталом, я с наслаждением погружалась в чувственный мир, обещающий невиданные ощущения. Словно напрочь забыв о моральных принципах, не в силах бороться с исходящим от него притяжением, прильнула к его крепкой груди. Пышные юбки стали неприятной преградой, ощутимо отделяющей меня от него. Руки Антала напряглись, он теснее прижал меня к себе, насколько возможно сминая неподатливый материал. Я даже не запротестовала, когда его рука накрыла мою грудь. Мной овладели первобытные инстинкты. Не держись я за его плечи, я бы обязательно упала от появившейся в ногах слабости.

Находясь в плену чувственного наслаждения, я упивалась изысканными ласками Антала, растворяясь в головокружительных ощущениях. Я мечтала об одном – только бы он не останавливался.

Щелчок входной двери раздражающим эхом пробился через чувственные барьеры и вернул меня в реальность.

– Хия Сиана, куда вы запропастились? Император вот-вот откроет бал… – распорядитель отбора в сопровождении Шриды остановились на пороге, вытаращив на нас глаза.

Наверное, это неправильно, но я ничего не почувствовала кроме разочарования.

С первыми звуками открывающейся двери Антал разорвал поцелуй, стремительно прижал меня к груди и развернулся спиной к вошедшим, загораживая меня от них.

– Нашли Сиану? – громко выбивая дробь каблуками, приблизилась к присутствующим Наяда и осталась стоять с остальными.

Я осторожно выглянула из-за императора, и щеки залил пунцовый румянец.

За спиной недоумевающего распорядителя маячили ошеломленные помощницы.

Выкручиваться из довольно щекотливой ситуации предоставила Анталу, тем более, от меня не было никакого толка. В голове царил полный кавардак. В довершение, являясь участницей отбора, я полностью зависела от милости троицы, ожидающей правдоподобного объяснения увиденному. Прижавшись щекой к наполовину расстегнутому сюртуку, прислушалась к мерному биению сердца. Антал не только излучал хладнокровие, он был собран и невозмутим, словно не он недавно сладко и страстно целовал меня.

Пока я приводила мысли и чувства в порядок, Антал, зажав объяснения, властно приказал:

– Начинайте бал без меня!

– Не извольте торопиться, все непременно будет исполнено, ваше темное величество, – легкий шорох закрывающейся двери заставил меня очнуться и понять, что кроме нас с Анталом в гостиной никого не осталось. Вместе с этим пришлось признать, продолжать, на чем мы там с ним остановились, было бы верхом безрассудства.

В объятиях Антала было очень уютно. Стараясь выровнять дыхание, злясь на саму себя за слабость, медленно высвободилась из мужских рук. Внезапно стало очень холодно, нахлынуло чувство потери. Зябко передернув плечами, отступила. Рассматривая мелкие трещины на гладком отполированном полу из темного дерева, постаралась вернуть себе самообладание. Почувствовав себя более или менее уверенно, подняла голову и встретилась взглядом с Анталом. Я не была уверена, но, кажется, черты его лица смягчились, глаза потеплели, их цвет приобрел черный благородный окрас, они теперь напоминали расплавленную лаву, припорошенную пеплом. Захватывающее и опасное зрелище.

– Ты запрешь меня в подземелье? – с трудом выдавила из себя.

– Ты сама как считаешь? – спросил вкрадчивым голосом, пробирающим до приятных мурашек, Антал.

Я судорожно вздохнула.

– Я не знаю, – ответила тихо.

– Ты должна понимать, на мне лежит ответственность за мой народ. Я не могу позволить себе руководствоваться чувствами и симпатиями. От меня зависит будущее моего народа. Я не могу допустить их вымирание, – Антал сжал челюсти. – Преграда между нашим миром и миром лимасов истончилась. В последние дни прорывы на границе становились чаще, но сегодня резко прекратились.

– Лимасам надоело с вами сражаться, и они отправились на поиски новых миров? – выждав немного, спросила я. Бесспорно, мой вопрос прозвучал наивно, но мне хотелось верить в лучшее. В худшем случае…

– Ящеры не уходят в поисках новой добычи, не бросают надгрызанный кусок. Они выжидают. Готовятся к чему-то.

– Или ожидают кого-то, кто поможет им беспрепятственно пройти сквозь преграду. Они знают обо мне, – несколько растерянно произнесла я. Окинув взглядом напряженные плечи Антала, шагнула к нему. – Я лучше умру, чем стану помогать им!

Он покачал головой.

– Ты хрупкое создание, Вероника. Тебя легко сломить. Ради спасения матери ты заключила сделку с сестрой.

– Но я не собиралась ей помогать!

– Теперь мы этого не узнаем, – Антал нежно, кончиками пальцев провел по моей щеке.

Я, затаив дыхание, смотрела на него. Он отпустил руку и позвал:

– Стража! – двое мужчин в темной форме вошли в гостиную, – сопроводите хию Сиану на бал и неотступно следуйте за ней.

Опомнившись, я отшатнулась от Антала.

– Ты с самого начала нашего разговора знал, что я нужна лимасам! Ты играл со мной! Заставил признаться! – полным горечи тоном заявила я.

– Мне нужно было узнать, кто еще знает об особенности твоей магии, – холодно произнес Антал.

– Как далеко ты собирался зайти, используя свои методы допроса? – с отвращением намекнула на нашу несостоявшуюся близость. Ярость кипела и клокотала внутри, мой голос постепенно набирал силу. Бросив презрительный взгляд на Антала, порывисто взмахнула рукой на стражей. – Скажите, ваше темное величество, а что будет после бала? Велите своим верзилам запереть меня в темнице? Или как зверя посадите в клетку и будете держать меня там, пока не надоест наблюдать за моим жалким существованием? – мой голос сорвался и из яростного перешел в жалобный.

– Я поступлю гораздо хуже. Я возьму тебя и твою магию под свой контроль, – прозвучало бесстрастно.

Моя ярость не знала границ.

Возненавидев себя за то, что доверилась, поверила ему, высокомерно задрав голову, глядя в глаза Анталу, отчеканила:

– Ваше темное величество, вы самое презренное существо, с которым мне довелось встречаться. Зарубите себе на носу – ни меня, ни мою магию вы себе не подчините.

Легкая тень пробежала по лицу Антала, но он больше никак не отреагировал на мой вызов. Он стоял и молчал с застывшей на лице маской невозмутимости.

По моему самообладанию словно прошлись кувалдой. И я не выдержала.

Подхватив юбку, устремилась к двери. Каждый мой шаг сопровождался еле уловимыми звуками, создаваемыми моими конвоирами.

Я не собиралась плакать или униженно просить Антала вернуть меня на Землю ни сейчас, ни потом. Этим вечером я намеревалась доказать ему, что ни я, ни моя магия ему неподвластны.