Глава 32

Где-то в Империи

Анталу не составило труда построить портал на дальнее расстояние. Его отлично развитый внутренний источник позволял и не такое. Годы сражений с лимасами закалили императора. Он полностью контролировал мощные, затратные энергетические потоки. Магия покорно слушалась его, независимо от уровня сложности поставленной задачи.

Слепящая, плюющаяся всполохами воронка открылась в поле у подножия пригорка. На холме был разбит воинский лагерь, обнесенный высокими толстыми стенами, образующими четкий квадрат. По его периметру высились смотровые башни. Из них как на ладони полностью была видна округа. От лагеря и до подножия холма вела наспех сколоченная лестница. После нападения лимасов ее постоянно приходилось заново отстраивать. По обе стороны от нее возвышались постаменты с факелами. С наступлением сумерек дозорные зажигали их, улучшая видимость.

За забором располагались рядами воинские казармы. Общая численность гарнизона составляла около полусотни лучших магов и воинов. С прорывом ворота лагеря открывались, и дозорные устремлялись к прорыву. Оставшиеся воины подстраховали их с башен и бойниц.

Император привычно появился, словно из ниоткуда, ввергнув в замешательство дозорных. Мало кто отваживался открывать портал рядом с брешью. Зачастую многих пугал высокий риск столкнуться «нос к носу» с лимасами.

Командующий дозорными по привычке собрался было протянуть руку Анталу, но вместо этого махнул ею и отвернулся.

– Эх, нарываешься, мальчишка, – с отеческой заботой попенял императору вояка втрое старше него.

– Не ворчи, Валдэй. Не до осторожностей, – ничуть не обиделся Антал и рассмеялся. Он осмотрел раненых воинов, поднимающихся по лестнице, и улыбка медленно сошла с его лица, а зрачки налились червонным золотом.

В воздухе пахло недавним сражением. Горький запах магии забивал нос. Две горы пепла устилали землю. Ощущение западни пришло, прежде чем император смог объяснить себе, откуда и почему появилось. Он к нему прислушался. Антал привык доверять инстинктам.

– Зачем вы нас звали? Куда делись ящеры? – выйдя из портала, спросил у командующего дозорными Брин.

– Они только что ушли. – Командир пошатнулся и болезненно поморщился.

Aнтал заметил этот жест и поддержал его под локоть.

– Не нужно со мной нянчиться. В порядке я, – оттолкнул императора его некогда бывший наставник.

– Докладывай.

Отдал ему короткий приказ Антал, уважая его волю.

– Змееныши на рассвете прошли через брешь и атаковали нас. Их было двое. Думали, сами справимся, – Антал сосредоточенно кивнул, внимательно слушая наставника. – Они сражались ожесточенно, будто не замечая нанесенных им ран. Они без устали нападали, изматывали нас. Нам удалось накинуть на них сдерживающую сеть. Потом мы вдарили по ним атакующим заклинанием. Бронированная чешуя не выдержала, и змееныши рассыпались прахом. На смену им пришли другие. Убивая друг друга, напитав брешь своей магией, они увеличили разлом. Почувствовав приближение портала, они ушли. Наши маги на скорую руку залатали брешь.

Обновленная межпространственная материя глянцем отливала на солнце. Под определенным углом на ее прозрачной поверхности виднелись радужные блики.

– Ваше темное величество, есть мысли, зачем они приходили, – осмотрел новую заплатку Брин, прибегнув к субординации на людях.

– Пока не знаю, но обязательно выясню.

– Сдается мне, они хотели выманить тебя, Антал, – Брин направил тяжелый взгляд на командира дозорными.

Сводный брат императора хорошо знал свое дело и при необходимости отметал личные чувства. Они мешали составить полноту картины.

Командир дозорных досадливо скривился.

– Сынок, рано тебя поставили на пост главнокомандующего, – Брин тоже был его учеником, потому и с ним он позволял говорить открыто. – Ты упускаешь кое-что важное. Ящеры устроили между собой бойню. Они убивали своих сородичей. Ради чего? Император здесь. А где они?

– Ящеры приходили не за императором, – сродни нашкодившему щенку, осознавшему совершенную им ошибку, через силу произнес Брин. – А за Вероникой.

Вдоль обновленного межпространственного полотна мужчины направились по проторенной тропинке на вершину холма. Раненного во время боя командира сильно пошатывало. Рана на плече перестала кровоточить, но он потерял много крови и потому с трудом переставлял ноги, отказываясь признаваться в накатывающей волнами слабости. На его лбу выступили крупные капли пота. Вместо того, чтобы вернуться, Валдэй уперто шел за своим императором, его самым выдающимся учеником. Нет-нет, да Брин порывисто поддерживал его, за что получал нагоняй.

Осмотрев идеально ровное межпространственное полотно без малейших зазоров, сливающееся с пространством, мужчины поднялись выше по склону. Они сами пока не знали, что рассчитывали найти.

Тонкая корка сгустка огненной лавы крошилась под их ногами. Лимасы часто плевались ей, превращая внутренний огонь в густую, сжигающую заживо магму.

– Твои ребята заметили что-нибудь необычное кроме несвойственного ящерам помешательства? – вернулся к допросу Брин. Он шел и рассматривал под ногами застывшие черные шлепки, указывающие, что недавняя схватка проходила вдоль границы миров.

– Знаешь, нам было не до разговоров и наблюдений. Мы удерживали границу, – тяжело дыша, все же остановился Валдэй.

В этот самый момент округу огласил разъяренный рык. Громкий. Устрашающий. Он разгонял кровь бравых, закаленных в боях воинов. Мужчины переглянулись и потянулись к ножнам. Анталу не требовалось никакое дополнительное оружие. Магия прекрасно заменяла его. Император вытащил из воздуха меч, и на клинке, отлитом из черной стали, заиграли солнечные блики.

Незатянувшуюся ткань пространства вспорол уродливый коготь.

Через увеличивающуюся в размерах дыру просунулась лапа.

– Лимасы вернулись! – громко предупредил соратников с вышки дозорный.

– Западня? – принял боевую стойку Брин.

– Скоро узнаем, – со свирепым лицом вторил ему наставник.

Маги и воины с азартными кличами высыпались за стены лагеря.

Не сказать, что незваные гости их не пугали, просто ящеры из-за частых нападений из разряда «опасный враг» перешли в разряд «обычное дело». Дозорные чуть ли не ежедневно сталкивались с извергающими пламя чудовищами. Они узнали их слабые места, и само собой ящеры перестали их пугать как в былые времена. По общему мнению дозорных, есть враги, которые внушают уважение, а есть лимасы. Ящеры отвратительны от кончиков клыков и до кончика хвоста.

Их бронированные чешуей неповоротливые, покрытые слизью тела, блестели на солнце. Эта дрянь не только охраняла их от палящих лучей, но и служила им дополнительной защитой. Слизь разъедала зачарованные доспехи.

К радости дозорных, на этот раз к ним заявился давнишний знакомый.

Он убил немало их товарищей.

Огромный, в три человеческих роста, ящер грязно-болотного цвета, с мутными желтыми разводами на туше, довольно проворно выпрыгнул из созданного им прохода. От него веяло смертью и желанием убивать.

Первым делом он хвостом разметал воинов, находящихся в непосредственной близости к нему. Затем, встав на четыре лапы на редкость проворно, в два прыжка забрался на холм. А после слету выпустил в Антала струю пожирающего пламени, готового любого за секунды обратить в пепел.

Любого… но не императора.

Он выставил природный щит.

Пламя ударилось о высокую стену из воды. Две стихии столкнулись, породив оглушительный грохот. Пламя и вода! Струя лавы с шипением превратилась в камень, вверх взмыло облако раскаленного пара.

Развеяв щит, Антал ударил в ящера мощным воздушным потоком. Громоздкое тело перекувырнулось и скатилось с холма. Малость потрепанные дозорные начали медленно обступать его по кругу, готовясь напасть.

Заметив их приближение, ящер зашипел, и его глаза кровожадно блеснули.

– Ты пришел на наш зов, – вставая увереннее на лапы, прорычал ящер.

– Пришел. Чего звали? – громко крикнул ему Антал.

– Отдай нам девчонку, и мы, возможно, пощадим твою убогую империю, – злобно прорычал лимас.

Терпение Антала достигло предела. Он переместился к отступающему к прорехе ящеру.

– Зачем вам Сиана? – требовательно спросил он.

– Хотим завести себе новую зверушку, – с вызовом прорычал ящер и плюнул в него огненным сгустком.

Выставив обычный защитный щит, Антал запустил в ответ серию жалящих шаров, пробивающих любую броню.

Лимас подпрыгнул, расправил крылья и взмыл в небо. Он издал крик, похожий на зов о помощи. Считанные мгновения, и через дыру, которую почти залатали маги, выскочил серо-голубой ящер, предварительно растолкав караулящих поблизости дозорных. Воины быстро среагировали и дружно ударили по нему. В ход шли мечи и боевые магические снаряды. Дозорные разодрали серому ящеру его бочину, «поправили» костяной нарост на хребте, лишили-таки наростов на хвосте и опалили морду. Ящер не выдержал, взревел от боли, расправил крылья и в прыжке присоединился в небе к своему сородичу. Первому лимасу не понравилось, как обошлись с ним. Он сделал круг над холмом, развернулся и ударил по дозорным струей огня.

Нашел время нападать. Улетать нужно было.

Сделав руками несколько произвольных взмахов, император создал темную воронку. По ее внешней стороне бегали электрические разряды. Увеличиваясь в размерах, наливаясь чернотой, воронка стремительно и неотвратимо притянула к себе огненный поток, грозящий сжечь бойцов. Подхваченные вихрем, огненные всполохи впитались в воронку. Император подманил воронку к себе. Его руки снова пришли в движение, и смерч разлетелся на тончайшие ленты. Легкий пас. Напитанные темной магией смертоносные стихии устремились к лимасам.

Ящеры разделились, разлетелись в стороны, в безуспешной попытке сбежать от разгневанного императора. Магические ленты нагнали их, опоясали тела, обжигая и причиняя невыносимые муки. Ящеры махали крыльями, пытаясь взлететь выше, а заодно старались погасить струящееся по лентам пламя. Их усилия приводили к обратному эффекту. Пламя не думало гаснуть. Вместо этого оно разгоралось сильнее. Уверовав в победу, маги вновь принялись латать брешь.

Чем сильнее ящеры распыляли магическое пламя, тем нелепее выглядели совершаемые ими попытки к бегству. Лимасы не впервые сталкивались с императором. Они на своих шкурах узнали его практически безграничные возможности.

«Отправить ко мне всего двоих было верхом неразумности их генерала. А он далеко не дурак», – рассуждал Антал.

За плечами генерала ящеров тысячи битв, десятки покоренных миров. Он хитрый, скользкий, изворотливый и в сражениях использует разные тактики. Он не делает глупых просчетов. Генерал раньше никогда не жертвовал сородичами.

Лимасы слишком ценят свои жизни, считая смертных своей законной добычей.

Пламя от магических лент перекинулось на крылья ящеров. С диким воем, оставляя серые дымные разводы, они метались по небу, раздувая огонь. Они обрекали себя на мучительную смерть.

Происходящее, по мнению императора, походило на добровольную жертву.

Жертва!

– Вероника! – железная выдержка Антала дала сбой.

Страх за нее едва не лишил его самообладания.

Жидкий огонь заструился по его венам. Глаза вспыхнули, в них заплясало жгучее голубое пламя. В руке императора полыхнула огненная плеть. Взмах. Огненный росчерк по дуге разрезал воздух. Плеть со свистом обвила тушу серого ящера. Сильный рывок. Ящера перерубило пополам. Небеса пронзило нечеловеческое рычание по почившему сородичу. С невообразимой скоростью в воздухе взвилась плеть и обвела вытянутую шею оставшегося ящера.

– Стой! – крикнул ему Брин.

Он опоздал. Император дернул плеть на себя, и голова лимаса отделилась от туловища.

– Ты чего творишь? – спросил, подбежав к нему, брат и раздосадованно вернул меч в ножны. – Прежде чем убивать, стоило попытаться их допросить.

– Они пришли не переговоры вести, а отвлекать. Вероника в опасности, – Антал разговаривал с Брином хорошо знакомым тому холодным повелительным тоном.

Возражать ему не имело смысла.

Император развеял плеть вместе с подвластными ему стихийными лентами. Воздух продолжал трещать от выброса магии. Голубые всполохи в его глазах медленно погасли. Он полностью усмирил свою магию.

– Без обид, темное величество, – перешагивая через туши ящеров, доковылял до мужчин наставник. – Ты уверен, что не ошибаешься?

Тыльной стороной ладони Валдэй вытер стекающий по виску пот.

– Учитель прав. У нас нет причин полагать, что твоей невесте что-то угрожает, – нахмурился Брин.

– Вероятнее всего она сейчас сидит и вышивает крестиком, – поддержал его командир.

– Вероника не из тех, кто сидит на месте. Вышивание не по ней, – непреклонно ответил Антал, планируя немедленно к ней вернуться.

– Твою невесту охраняют мои лучшие воины, – не сдавался Брин.

Император не счел нужным объяснять брату с бывшим учителем, что по сохранившейся с Вероникой связи он чувствовал ее смятение и глубоко запрятанный страх. Ощущал ее беспокойство, словно свое собственное.

Они не поймут. Он и сам не до конца понимал, как их связь работает.

– Очень надеюсь, что вы правы и лимасы устроили западню мне, а не ей.

С легким треском разрываемой материи у подножия холма открылась воронка портала. Серебристые клубы тумана рассеялись, из портала, держась за окровавленный бок, вывалился Дирек.

Брин стремительно подошел к нему, подставил свое плечо и помог удержаться ему на ногах.

– Простите, император, Веронику схватили! – просипел Дирек и потерял сознание, повиснув кулем на плече Брина.

От едва сдерживаемой ярости Антал стиснул челюсти до того сильно, что на его лице побели скулы.

– Интересно, кому там жить надоело?

Его спокойный, невозмутимый голос никого не ввел в заблуждение. Мужчины знали, император собирался карать. Хладнокровно и беспощадно.